Арка XXI. Глава 164. Главные силы Певереллов

Голова Ронвальда разрывалась от боли. Перед глазами все расплывалось — он видел обломки, рыжие головы и крики. Но эта сцена вдруг начала перекликаться с другой. С другой сценой, другой войной, но теми же людьми, где он был собой и не собой одновременно. Ронвальд пошатнулся и на негнущихся ногах пошел вперед. В ушах звенело, но не от удара и взрыва, а от мыслей, нет, воспоминаний, что заполонили его разум. От воспоминаний о том самом дне, когда он потерял своего брата. Когда он потерял Фреда. Тогда тоже было 2 мая 1998 года. Но на школу напали не Бабенберги, а черных магов и в помине не было. На них напали Пожиратели Смерти с Волан-де-Мортом — оборотни, великаны, акромантулы, темные маги и егеря. Гарри что-то искал… А он с Гермионой помогали. А после — Фред умер. Умер после шутки, умер от взрыва, умер из-за Волан-де-Морта, умер с улыбкой на лице. Прошлое и настоящее пересеклось в этот миг и Ронвальд чуть не упал без сознания от такого количества воспоминаний. И когда он увидел, как Перси и Джордж пытаются успокоить Фреда… живого Фреда! — Ронвальд наконец-то задышал. Анджелина рядом всхлипнула и закрыла рот, глядя на чье-то тело под завалами. Он отчаянно надеялся, что Фред жив, что с ним все в порядке. Второй раз он не выдержал бы. У того места, где стена обрушилась, на полу лежал Антонин Долохов. Он глядел перед собой неподвижными невидящими глазами. Руки сжимали палочку. Он до самого конца не выпускал волшебную палочку. Фред сидел на коленях, вцепившись в тело Долохова и не отпускал. Перси и Джордж пытались привести его в чувство. Но он кричал и плакал, все повторяя и повторяя: — Мы квиты. Мы квиты. Кажется Фред был не в себе и не мог понять, что происходит. И тут в дыру в стене, проделанную взрывом, с грохотом врезалась огромная дубинка. Ронвальд в последний момент успел выставить сильнейший щит. — Ложись! — крикнул Ронвальд. Перси поднял палочку вместе с Ронвальдом, Джордж потянул Анджелина на пол, а Фред так и лежал, закрывая собой тело Долохова, защищая его от новых повреждений. — Фред, ты ему уже ничем не поможешь! Надо идти… — прошептал Перси. Джордж закричал и показал пальцем за спину. Ронвальд обернулся — и уже ни о чем не спрашивал. Через дыру в стене показалась голова громадного великана. — Убирайся! — взревел Ронвальд и кинул через дыру, прямо в великана, огненные стрелы. Великан с ревом упал на землю. Ронвальд отвернулся и приказным тоном сказал: — Берите тело Долохова, не оставляйте здесь. Следите за Фредом. Не выходите в бой. Следите за передвижениями врагов через карту. Будьте осторожны. Перси кивнул. Джордж поднял Долохова. Ронвальд с силой потянул Фреда от пола и обхватив его за плечи, заставил того посмотреть ему в лицо. Взгляд Фреда был затуманен от слез, лицо в царапинах и копоти, одежда вся в пыли. — Фред! Послушай меня! Послушай! — закричал он ему в лицо и Фред очнулся. — Ронвальд… — Да, это я. — Долохов… он умер. Он умер, защищая меня. Но он уже защитил меня. Он уже спас меня. Мы уже квиты. Почему он… снова… Почему он умер? — Фред, — со вздохом, полным эмоций, которые он не мог высказать, Ронвальд с покрасневшими глазами притянул его к себе и крепко обнял. Фред заплакал. Перси поднял палочку Фреда и посмотрел на Ронвальда. Ронвальд кивнул головой, передал плачущего Фреда Перси и ушел. Рука сжимала палочку все сильнее и сильнее. Эмоции бурлили в нем. Вид школьных коридоров, армия врагов, наступающая со всех сторон — все это было так давно… так знакомо… В это же время, Урса отчаянно защищала молодых от заполонивших все небо гарпий. Мушкет был отброшен подальше. Палочка в руках казалось могла сломаться от такого напора. Одно заклинание за другим убивало летающих тварей, но их было слишком много. А студенты позади нее нуждались в защите. Чжоу Чанг была ранена и Седрик уже сбежал со своей невестой на руке, разрушив выход из башни, чтобы гарпии не прорвались дальше. На бойнице остались она, стрелки — Лаванда, Падма, Терри и Бут, а также новоприбывшие за тотемом — Дин и Парвати. Из-за нашествия гарпий, им пришлось остаться на бойнице с ней и Лавандой с Падмой. Терри и Буту приходилось тяжелее. Расстояние между их башнями было значительным, из-за чего Дин с Парвати не могли помочь им. Поэтому, Лаванда и Падма взяли на себя гарпий, что летели в сторону двух парней и продолжали обстреливать их. Дин и Парвати использовали заклинания, чтобы отбиться от гарпий. Но их было слишком много. Гарпии закрыли небо своими крыльями, наступая на них с высоты — хлопая крыльями, крича, скаля острыми клыками и набрасываясь на них когтями. Урса убрала палочку в пространственное кольцо, и в ее правой руке тут же появился красивый веер. Она раскрыла веер, опустила и с силой взмахнула, вызывая невероятной силы ветер. Лаванда в шоке открыла рот, даже забыв о стрельбе. И именно в этот момент, на нее налетели — гарпия с телом птицы, на ужасающей скорости, влетела через воздушный смерч Урсы и стрелой помчалась на Лаванду. Лаванда не успела даже понять, что случилось, когда поднявшийся ветер заставил ее закрыть глаза. А когда она открыла глаза, то Урсы и гарпии уже не было. А ветер начал стихать. — Урса!!! — закричала Парвати, подбегая к краю башни. — Профессор! — Дин и остальные посмотрели вниз. Урса и гарпия сцепились прямо в воздухе, когда они падали с самой высокой башни Хогвартса. Ветер хлестал их по лицам и рукам. Длинные волосы Урсы развевались, закрывая ей взгляд, а коротковолосая гарпия пыталась откусить ей шею своими острыми клыками. Урса ударила ее веером, который казался обычным только на вид, но оставил на лице гарпии кровавую рану. А после, волшебница вцепилась в плечи гарпии и закричала: — Игнис Дирарум! Гарпия вспыхнула как сухая ветка, ее перья сгорели за считанные секунды, а темное пламя охватило ее. Гарпия закричала не сразу. Урса пнула ее и оторвалась от летающей твари. Визг гарпии настиг Урсу и она схватилась за уши, по ним потекла кровь. Взгляд Урсы затуманился. Она летела лицом вниз и увидела надвигающихся великанов. У нее перехватило дыхание от одного вида великанов. Урса резко остановилась, зависнув на месте и медленно выпрямилась, глядя по сторонам. Представшая перед ней сцена начала перекликаться с другой — где также, школа вся в огне, взорванный мост, крики, разрушения и… они, втроем, бегут по школе, в поисках крестража. Урса на секунду потеряла связь с реальностью. “Зачем искать крестражи?” — задалась она вопросом. И ответ пришел быстро — чтобы победить Волан-де-Морта. Урса посмотрела вниз и молниеносно нашла его — Тома Певерелла. Волан-де-Морта. Она увидела Беллатрису Лестрейндж — во рту появился странный привкус. Она вспомнила вкус оборотного зелья, когда обращалась в нее, чтобы проникнуть в Гринготтс. Противный, мерзкий, острый и слишком яркий — такой она запомнилась ей. Гермиона хотела остановить войну. Хотела, чтобы все это прекратилось. На глаза навернулись слезы. — Ох… Я вспомнила… Я все вспомнила. *** Дин выдохнул. — С ней все в порядке, — нервно засмеялась Лаванда, на грани истерики. — Я забыла, что она умеет летать, — сказала Парвати и резко обернулась, когда услышала крик. На другой бойнице, Терри и Майклу стало труднее, без помощи Урсы. Дин и Парвати тут же взмахнули палочками, чтобы потянуть гарпий в их сторону, а Лаванда с Падмой взялись стрелять в гарпий. Майкл упал на землю, когда крыло гарпии с силой задело его, оставив на лице синяк. Терри навел арбалет на одну из гарпий с телом птицы и выстрелил. Стрела со свистом вылетела из арбалета, пролетела мимо нескольких гарпий и долетела до цели… но гарпия протянула руку, поймала стрелу, крутанулась и бросила ее обратно в Терри. Стрела вонзилась в левое плечо Терри, пройдя насквозь. От силы удара, Терри вместе со стрелой отлетел назад. Стрела вонзилась в стену, пришмандовав Терри к стене. Терри ахнул. Майкл встал, увидел раненного Бута и подбежал, чтобы помочь ему — когда сзади его схватили и подняли в воздух. Майкл поднял голову, увидел ту самую гарпию и заорал: — Спасите! Отпусти меня, чудовище! Отпусти! — МАЙКЛ!!! — закричали ребята на башне, но их крики потонули в нахлынувшей волне гарпий. — Отпусти меня, чудовище! Отпусти! Майкл вертелся, пытаясь отцепиться от когтей гарпии. Она крепко держала его задними когтями, не выпуская. Они отлетели от бойницы, под ногами была видна ожесточенная битва, вокруг летали другие гарпии. Майкл впал в панику, достал из кармана кинжал и с силой вонзил ей в бедро. Гарпия закричала от боли. В ярости, она опустила голову, желая откусить голову парню. Но Майкл вонзил кинжал ей прямо в левый глаз и гарпия с жутким криком выпустила его. Майкл быстро падал вниз и приближался к огромным камням у берега озера. “Думай! Думай Думай!”. Майкл достал палочку, указал на камни и крикнул: — Спанджифай! Он перевернулся на спину и упал спиной на мягкие, упругие, как батут, камни. Но не успел остановиться и с грохотом упал на мокрую землю лицом вниз. Майкл с кряхтением встал, держа кинжал и палочку в разных руках. Вытер лицо рукавом мантии и прищурился, тяжело дыша. — Я спасся… — прошептал он. Он поднялся на ноги, стряхнул с себя землю — мантия была порвана и вся в комках грязи. Внезапно он услышал волчий вой и рычание. Резко повернувшись, он увидел неясную серую тень, которую он принял за животное. Он несся прямо на него на четырех ногах, готовый вонзить в него зубы. Майкл успел отреагировать и наведя на него палочку, отбросил Фенрира Сивого. Он ударился о упругие, еще мягкие камни. — О нет… — Майкл приготовился нанести второй удар, когда на Фенрира напал огромный волк, размером похожий на медведя. Волк попытался откусить ему плечо, но Фенрир успел отбежать. Волк зарычал на Майкла, указав головой в сторону школы. И у этого рыка был знакомый тон, как у строгого учителя. Майкл каким-то неясным образом понял, чего от него хочет волк, и со всех ног побежал к школе. Волк-Римус зарычал на Фенрира, предупреждая его не двигаться. Майкл этого не заметил из-за паники — но Фенрир выглядел просто ужасно. Фенрир был напуган, зол, ранен и дрожал от одного взгляда золотых глаз огромного волка. — Невозможно… — шептал он как умалишенный. — Невозможно… Ты не оборотень… Ты уже не просто оборотень… Римус не осознавал, какой ужас он нагнал на Фенрира, когда превратился — без полнолуния, без боли и без потери человеческого разума. Фенрир верил, что он уникальный. Он был сильнее остальных оборотней. Он был ближе к зверю, коим был его волк. Он был волком. Но теперь… теперь перед ним стояло доказательство его слабости, его ничтожности перед настоящей силой. Перед ним стоял, готовый разорвать его на куски, настоящий волк. Настоящий зверь. Римус уже убил десяток оборотней из стаи Фенрира, разорвав их своими острыми клыками. Настала его очередь. Его спас крик. Римус узнал этот голос. Он узнал бы его среди тысяч других. Волк тут же рванул с места, бросаясь на противоположную сторону. Подняв голову, он увидел, что три гарпии напали на Нимфадору — ее фестрал умер и девушка упала. Римус завыл, давая знак и прыгнул — Нимфадора услышала знакомый вой, перевернулась в воздухе лицом вниз, увидела волка, прыгнувшего к ней и притянувшись к нему, обняла за шею большого волка. Гарпии с криком полетели за ними вслед. Римус зарычал, дернул головой и побежал. Нимфадора поняла, что он сказал ей держаться крепче и вцепившись в мех любимого, прижалась к его спине. Гарпии гнались за ними. Но Римус был быстрее и проворнее. Нимфадора кидала в них заклинаниями. У берега озера никого не было. *** Адриан бежал по коридору, когда на повороте увидел Сириуса. Блэк стоял, опираясь о стену и тяжело дышал. Волосы в пыли, засохшей крови, вся одежда в пятнах крови. На руке страшный ожог. Но взгляд его оставался диким, сильным, а руки крепко держали палочку. Сириус вдруг подался вперед и раскрыв руки, поймал Гарри в свои объятия. — Гарри! — Сириус! Они оба крепко обнялись и начали с волнением осматривать друг друга. А затем ярко улыбнулись. Вид Блэка, шум битвы, коридор Хогвартса и улыбающийся Гарри — что-то всколыхнули в памяти Адриана. Где-то в глубине его памяти, его уставшего сердца и одинокой души… одинокой души Мальчика-Который-Выжил, который потерял своего крестного отца. Адриан отшатнулся, широко раскрыв глаза. Сердце его бешено стучало, готовое выпрыгнуть из груди. Он ощутил боль в сердце и схватился за грудь, пытаясь дышать, пытаясь прийти в себя от нахлынувших воспоминаний прошлой жизни. Он еще не пришел в себя, когда позади себя он услышал чей-то отклик. Он повернулся и увидел Седрика Диггори с бессознательной, покрасневшей Чжоу Чанг на руке. — Седрик? — прошептал он, вспоминая как зеленый луч смерти пронзил молодого Седрика давно, давным давно, как будто в прошлой жизни. Нет. И правда в прошлой жизни. Седрик выглядел запыхавшимся, нервным, испуганным и… живым. Он был живой. И он стоял прямо перед ним, о чем-то прося. Он был так дезориентирован, что ничего не слышал. Это было слишком странно — он умер, он отчетливо помнит, как умер от руки Волан-де-Морта. И кажется, это было сегодня. А потом он начал другую жизнь, как Гарри Эванс, как Гарри Певерелл и оказался в этом мире. В этом мире, где живет другой Гарри Поттер, другой Мальчик-Который-Выжил. — Адриан, очнись! — Сириус растормошил его, приведя в чувство и указал на бессознательную Чжоу Чанг с ужасной раной на животе. — Гарпия ранила девушку. Надо помочь. Можешь что-то сделать? — Я…? — растерянно спросил Адриан, жадно всматриваясь в лицо живого Сириуса Блэка. От такого пристального взгляда Сириусу стало не по себе и он всерьез обеспокоился состоянием Адриана. — Кажется, его ударили по голове или еще что-то. Он не в себе. У него рассудок помутился, — сказал Сириус. Седрик был на грани. Слезы беззвучно лились у него из глаз. Но тут Гарри опустился на колени перед Чжоу, достал книгу белого цвета из пространственного кольца, нашел страницу, прочитал, закрыл книгу и поднял палочку над раной Чжоу. Адриан, Сириус и Седрик уставились на него. Из палочки Гарри полился теплый белый свет, он словно вода, потек на рану Чжоу. Все застыли, стараясь не мешать Гарри. Магия закончилась. Свет разлился по телу Чжоу. Гарри выдохнул и улыбнулся. — Белая магия… — прошептал Блэк, широко раскрыв рот от удивления. Седрик посмотрел на гладкую кожу Чжоу, там, где должна была быть рана и крепко обнял девушку. Чжоу зажмурилась, словно видела неприятный сон, но почувствовав знакомые объятия, успокоилась и уснула. — Она спит, — сказал Адриан, приходя в себя полностью и успокоил Седрика. Адриан повернулся и посмотрел на Сириуса и Гарри. — Когда ты научился белой магии? — спросил Сириус у крестника. — Магнус книгу подарил, — ответил Гарри, используя второе имя Тома Певерелла. — Ты читаешь книги?! — Сириус притворно заохал, словно услышал что-то невообразимое, вызывая у Гарри смешинку. — А мою читал? — с ухмылкой спросил Сириус. Гарри кашлянул от смущения, его уши порозовели и он взмолился: — Сириус! Умоляю! Не надо сейчас про эту книгу. — Она тоже полезная вообще-то, — притворно возмутился Сириус, громко смеясь над пунцовым лицом Гарри. Адриан смотрел на них и улыбался. Обернувшись, он увидел, что Седрик до сих пор здесь и боясь, что Сириус снова скажет что-то смущающее, мягко сказал ему: — Отведи ее в лазарет. — Да… — прошептал Седрик и скрылся с Чжоу на лестничном пролете. По дороге он встретил профессора Бёрк, которая дралась с несколькими черными магами. Увидев его, она быстро-быстро замахала ему рукой, намекая, чтобы он двигался быстрее. Седрик не стал медлить и убежал. Профессор Бёрк быстро разобралась с черными магами, используя темную магию и пошла за Седриком, когда увидела в другой части коридора мужчину со студентами. Он стоял напротив двух гарпий, у которых были тела как у птиц и защищал студентов. Ему было очень трудно. Вайолет Бёрк тут же побежала к ним, чтобы помочь и вместе с мужчиной, убила двух гарпий. — Благодарю, — через силу, как-будто он не привык благодарить, сказал мужчина. Это был Клаудиус Мальсибер. За его спиной стояло несколько студентов, и они также горячо поблагодарили своего профессора. — Я спасала не вас, такой взрослый мужчина может и сам справиться. Я их учитель, — фыркнула Вайолет и подозвав за собой студентов, ушла, ни разу не обернувшись. Клаудиус остался на месте с двумя трупами гарпий и не зная, возмущаться ему или смеяться, он от злости выкинул два трупа через окно. И замер, увидев огромного великана. *** Теодор отвернулся от зрелища за окном и побежал, доставая из кармана карту. Он быстро нашел тех, кого искал и вырубая на ходу нападающих, добрался до цели — Джастин Финч-Флетчли дрался с черным магом. Теодор одним ударом превратил того в курицу, схватил Джастина за шиворот и побежал дальше. Этажом ниже он нашел Сьюзен, бледную и уставшую. Он и ее, без слов схватил за шкирку, и с двумя ношами, побежал к окну. — Что ты делаешь?! — пытался выбраться Джастин, но безуспешно. — Что… что случилось? — растерялась Сьюзен. — НО-О-О-О-ОТТ! — заорал Джастин, когда Теодор, держа их двоих за мантии, прыгнул из окна. Джастин ожидал, что они начнут падать. Но падения не было. Он встал на твердую поверхность и машинально схватился за что-то и с удивлением понял, что он стоит на площадке колесницы. И эта колесница — летела. Сьюзен побледнела, хватаясь за бортики колесницы и с ужасом смотрела на то, как высоко поднимается колесница. Теодор уже стоял на платформе, держа в руках поводья двух черных, как ночь, лошадей и направлял их. — Что это за…? — начал было Джастин, но Теодор перебил его, властным тоном давая им обоим указания: — Джастин, ты будешь управлять каменными воинами и направишь их на великанов. Я увеличу их, чтобы они были достаточно сильными, чтобы справиться со всеми великанами. — С ума сошел? Ты знаешь сколько сил у меня на это уйдет? Я же умру. — Не умрешь, — посмотрел на него с улыбкой Теодор, Джастину хотелось ударить его, но он держался за бортики колесницы, боясь выпасть. — По крайней мере не сразу. Сьюзен будет поддерживать тебя своей магией. Конечно, она не сможет поддерживать тебя до конца. И ты умрешь. Но не волнуйся, Джастин. Я похороню тебя с честью. Могу еще статую имени тебя сделать, высотой в 10 метров. Она будет выше всех великанов, которых ты убьешь. — Ненавижу тебя! *** Гарри бежал, добравшись до вестибюля, но дорогу ему преградила колоссальная нога, вдруг опустившаяся из темноты, так что земля качнулась у Гарри под ногами. Гарри поднял глаза: над ним стоял великан ростом шесть метров. Его голова скрывалась во мраке, видны были только похожие на деревья волосатые голени, на которые падал свет из дверей замка. Внезапно он с силой ткнул огромным кулаком в окно верхнего этажа. На Гарри градом посыпались осколки, так что ему пришлось отскочить обратно на крыльцо. Послышались крики и визги. Сириус метнулся к Гарри и посмотрел вверх, на окно, через которое великан пытался достать находящихся внутри людей. — СТОЙТЕ! — закричала Урса, перехватив руку Гарри, поднявшей волшебную палочку. — Если ты его оглушишь, он завалит ползамка… Урса качнула головой, когда в голове вспыхнуло еще одно воспоминание. Сириус и Гарри что-то у нее спрашивали, когда ее уши наполнились другими голосами и звуками. Она замерла, когда встретилась взглядом с Адрианом. На глаза вдруг навернулись слезы. Адриан улыбнулся ей. Такой знакомой, такой любимой улыбкой. Такой же, как всегда. Но теперь, в его улыбке будто крылось что-то еще, что-то, что понимали только они. И она поняла — он тоже вспомнил. От одной мысли, что Гарри пришлось вновь вспоминать свою прошлую жизнь, в которой было столько несправедливостей, горестей и утрат — у нее кольнуло в сердце и она чуть не разрыдалась. Ей хотелось крепко обнять его, сказать, что все закончилось, все прошло. Но его улыбка остановила ее. Потому-что Гарри это знал. Потому-что ее Гарри уже прошел через все, что должен был пройти. Они больше не дети. — Что нам делать? — спросил Гарри Поттер, глядя прямо на нее. Этот взгляд зеленых глаз на молодом лице Гарри, этого Гарри, наполнил ее сердце безграничной любовью и она ощутила уверенность и силы. Она должна защитить его. Она должна их всех защитить. Теперь они могли все изменить. Они изменили свой мир. Теперь пришло время для этого. Для этого мира, так похожего на прошлый. — Все будет хорошо, пока мы здесь, — уверенно ответила Урса, вместе с Адрианом, они взлетели и напали на колоссальное чудище. Здесь не было Грохха, который помог им в прошлый раз. Здесь были только она, Гарри и… Рон. Ронвальд прыгнул из окна прямо на голову великана, вызывая одним движением руки пылающий меч Экскалибур. Тот вырвался из руки Джинни, находившейся рядом с Роном и девушка даже сперва не поняла, что случилось. А меч в руке Ронвальда ярко вспыхнул. Адриан и Урса заставили великана замереть — с таким огромным великаном было трудно разобраться, но они справятся. Потому-что они вместе. Адриан и Урса использовали тысячи огненных пут, сковывая движения великана. Ронвальд взревел и вонзил Экскалибур в голову великана, но он не остановился на этом. Ронвальд схватился за рукоять меча, взлетел и продолжил наносить великану раны. Адриан и Урса парили вокруг великана, сжимая огненные путы. Запахло чем-то жареным. Великан кричал. Его крик разносился по всей территории школе, дойдя до Агнессы Бабенберг. Великан с грохотом упал, раздавив нескольких Големов. Над ним парили три человека. Ронвальд отправил меч обратно Джинни и сказал: — Не лучшее время для разговоров, но хочу сказать, что нашей дружбе скоро исполнится сто лет. Гарри и Гермиона тихо рассмеялись. Раздался грохот, земля сотряслась: со стороны леса шел, размахивая дубиной, еще один великан, выше всех прежних. — Черт возьми! — возмутился Ронвальд. — Да вы издеваетесь! Что не так с популяцией великанов? Кто нибудь это контролирует? — Мы разберемся с великанами! — закричал кто-то над их головами, пролетая на…колеснице. Трио уставилось на колесницу с тремя людьми. Раздался еще один, нет, три грохота. Из школы, увеличиваясь в размерах до семи метров в высоту, огромные каменные рыцари с массивными кулаками, ногами и бесстрастным выражением на каменном лице. Каменные великаны, повинуясь чьей-то воле, направились на великанов. Вскоре раздались звуки битвы между великанами. Теодор взмахнул палочкой и кинул несколько заклинаний в гарпий, что летели на них и быстро направил колесницу дальше, не давая гарпиям окружить их. Теодор мастерски управлялся с колесницей, два черных коня беспрекословно слушались его, словно читали его мысли. Колесница летала над школой. Джастин держал палочку обеими руками, у него кружилась голова от полета и от контроля за тремя каменными воинами. Один из каменных воинов запнулся и чуть не разрушил стену Хогвартса. Джастин сразу же взял его под контроль, выпучив глаза, чтобы лучше видеть всех троих. — Контролируй их! — закричал на него Теодор. Джастин обиженно возмутился: — Может сам попробуешь?! Не кричи на меня! Сьюзен застонала: — Не кричите… Умоляю вас… Теодор и Джастин посмотрели на нее — девушка была бледная и зеленая, держалась за рот, явно сдерживая рвотные позывы. — Сьюзен? — тихо позвал ее Теодор. Джастин впервые видел ее такой и тоже сильно удивился. — Да… Да! — подняла она на них глаза. — Я боюсь высоты! — ...а ты не из-за этого ли выбрала Пуффендуй? — спросил Джастин. — Отчасти… да? — Держитесь! — Теодор резко дернул поводьями и колесница сделала кульбит прямо на воздухе, уворачиваясь от заклинаний гарпий и прилетевших словно из ниоткуда дементоров. Сьюзен схватилась за борта колесницы, повиснув на ней и ее вырвало…прямо на голову пролетавшей над ними гарпии. Та закричала, когда что-то закрыло ей обзор. Сьюзен инстинктивно замахала рукой, шепча: — Ох, мне так неловко, я не хотела на вас вырвать… *** Гермиона добежала до двери Выручай-Комнаты, где все еще сидел Рон с Драко, Луной и Джинни. Джинни держала в руке меч, осматривая его, когда к ним прибежала Гермиона. — Мы уничтожили второй тотем, — сказала Гермиона. — Где последний? — Я не могу его найти… — Рон крепко сжимал кулаки, сидя на полу, с закрытыми глазами. На земле, перед ним лежала карта Мародеров. — Рон, прости. Но тебе лучше поторопиться, — с волнением попросила Джинни, сжимая меч. — Я вижу небо, — сказал Рон, поднимая глаза на Гермиону, безмолвно прося о помощи. — Я не вижу больше ничего, кроме неба. И я не могу найти его. — Сосредоточься на карте, — сказала Луна. — Укажи место. — Но я не вижу ничего, кроме неба, — повторил Рон, начиная закипать. — Просто послушай ее, — сказала Гермиона спокойным тоном. — Укажи мне место. Я найду его. Гермиона стояла над ним, держа в руке свое копье и выглядела настоящим воином. Рон кивнул и через несколько минут указал на гостиную Гриффиндора. — Я не понимаю… — устало прошептал Рон, глядя на точку. — Наша гостиная? — Я найду его, — уверенно сказала Гермиона и убежала. — А вы, оставайтесь рядом с Роном и защищайте его. Он потратил слишком много сил, — Гермиона отвернулась, но напоследок сказала: — Берегите себя. Девушка не стала слушать ответа и побежала, быстро добравшись до картины Полной Дамы. Но ее не оказалось на месте. — Полная Дама! — закричала Гермиона, пытаясь открыть дверь в гостиную Гриффиндора другими способами, но защита школы работала слишком хорошо. Полная Дама, как и другие портреты рядом уже ушли на другие картины, чтобы помочь в битве (как могли). И Гермиона не могла ни у кого попросить помощи. Она почти отчаялась, когда картина сдвинулась и она услышала мяуканье. — Живоглотик! — радостно закричала Гермиона, поднимая кота на руки и целуя в лоб любимца. — Ты мой спаситель! Из картины вылетел Сычик, маленькая сова резво летала вокруг нее, активно ухая, словно пытаясь сказать ей что-то похожее на ворчание. — Не время, Сычик! — Гермиона схватила Сычика за лапку и потянула в гостиную, дверь закрылась за ней. Гермиона вошла в пустую гостиную, ничуть не изменившуюся на фоне нагрянувшей бойни (что вызывало странные ощущения), с Живоглотом на руке и Сычиком. Она отпустила кота на диван и начала искать тотем, используя заклинание Лорда Певерелла у окон. Живоглот громко мяукал, хватая и кусая за голень, пытаясь обратить на себя внимание. Сычик летал вокруг нее, громко вереща. Но девушка отмахивалась от них, продолжая поиски. — Что? — запыхавшись, спросила она у питомцев. Живоглот прыгнул на подоконник и мяукнул, положив лапку на окно. Сычик согласно закивал. Гермиона сперва не поняла, но когда Живоглот посмотрел на нее таким взглядом, словно он был человеком, она ахнула. — Башня Гриффиндора! Живоглот, Сычик — вы гении! Да! Тотем на башне. Снаружи. Гермиона открыла окно, высунула голову и посмотрела вверх. Ветер жутко бушевал — были слышны звуки битвы, она увидела, как недалеко от нее пролетела колесница с двумя черными конями. Три огромных каменных воина сражались с великанами и големами. На дементоров нападали четыре больших патронуса — ворон, змея, птица и лев. Гермиона качнула головой, возвращаясь к своей задаче и посмотрела на копье в руке. Девушка отошла от окна, вздохнула, готовясь к чему-то, сказала питомцам не шалить и встав на подоконник, бросила копье вверх — копье взлетело по ее повиновению, вместе с ней. Она вцепилась в копье, то вонзилось в черепицу крыши, на нее полетели крошки. Но она лишь затрясла головой, повиснув на крыше и держась за копье. Гермиона подтянулась повыше, вставая на покатую крышу, вытащила копье и быстро направила его выше. Копье снова вонзилось в крышу, но намного выше, чем ранее. И она быстро оказалась на вершине башни. Острие башни уже виднелось. Гермиона крепко держалась за копье правой рукой, присев рядом с копьем и достала палочку, чтобы найти спрятанный тотем. Она вспомнила, как Урса помогла им найти второй тотем — заклинание Лорда Певерелла не помогало. И она просто использовала огонь. Из палочки Гермионы вырвалось золотистое пламя, она направила его на крышу. Огонь не повредил крыше. Но мог помочь ей найти скрытое. И когда она направила его прямо на острие башни, девушка увидела, как золотой огонь расплавляет магию сокрытия вокруг тотема. Последний тотем был прямо на острие башни. — Осквернители… — не смогла не ругнуться девушка, злясь на то, как гарпии посмели использовать их башню для сокрытия такой отвратительной вещи. Гермиона уже собиралась достать кинжал, когда на нее налетел жуткий порыв ветра и ее чуть не сдуло. Она успела схватиться за копье. Мимо нее пролетела гарпия, развернулась и ее огромные крылья ударили по Гермионе. Девушка крикнула от боли, вызывая золотое пламя и направляя на гарпию. Золотое пламя, выученное от Урсы, ранило гарпию, но ее крики и огонь предупредили остальных. Гермиона в ужасе смотрела, как к ней летят десятки гарпий. Их крики настигли нее раньше, чем сами гарпии. Девушка с криком схватилась за уши левой рукой, держась правой за копье. Из ушей потекла кровь. Голова закружилась. Она засунула левую руку в карман. Она увидела, что гарпии уже достигли ее и резко выдернув копье, ударила им по острию башни. Острие башни сломалось и вместе с тотемом скатилось по крыше и полетело вниз. Монета в кармане горела. Гарпии пролетели мимо нее. Гермиона направила палочку в небо и выстрелила ярким столпом синих искр, видных даже издалека. Гарпии с криками летели за тотемом. Но тут на их пути возникли десятки людей на метлах. Это были квиддичные игроки из разных факультетов. Они бесстрашно вступили в бой с гарпиями, не давая им забрать тотем. Тотем падал вниз. Невилл вырвался из окружения гарпий. Его доспехи были разбиты. Лицо в синяках. Но руки крепко держат меч Годрика Гриффиндора. Он отрубил мечом голову гарпии. Побежал. И взмахнув мечом — уничтожил последний жертвенный тотем. Агнесса резко повернулась. Молодая гарпия вскрикнула и упала замертво. Вокруг гарпии лежали трупы тридцати старых гарпий, гарпия с око лежала с широко раскрытыми глазами и неестественно вывернутой шеей, а также три молодые гарпии. Они все были мертвы. Все тридцать три жертвенных тотема были уничтожены. Агнесса тяжело дышала. Ярость клокотала в ее сердце, тело тряслось, глаза выпучились и покраснели. Малочисленное войско из воинов в золотых доспехах и гарпий, стояли на расстоянии от Королевы и трясясь от страха, ожидали ее приказа. — Это все они… Они… Шепот Агнессы был наполнен таким ядом, что мог убить одним голосом. Ее сила гарпии вырвалась наружу. Голос зазвенел от бешенства. Ее покрасневшие глаза смотрели прямо на школу. — Пендрагоны. Нет. Нет. Уизли. И Лестрейнджи. Это все они… Они! Агнесса клокотала от злости. — УБИТЬ ИХ! УБИТЬ УИЗЛИ И ЛЕСТРЕЙНДЖЕЙ! УБИТЬ!!! В воздух взлетели двадцать гарпий, парами удерживая сундуки с Големами и полетели в школу. Оставшееся войско в золотых доспехах ровным строем направились к школе. Вокруг Агнессы осталось лишь меньше сотни гарпий, самых приближенных к ней Бабенбергов. — Убейте главную силу Певереллов. Убейте Уизли и Лестрейнджей, — повторила она, с ненавистью глядя на школу. *** Огромное количество големов появились из-за границ школы. Они наступали как лавина, сметая все на своем пути. Волан-де-Морт даже не мог сосчитать их количество. Кажется, Агнесса направила всех оставшихся Големов. Это на секунду обрадовало его и он расплылся в улыбке. Рядом с ним появились Лестрейнджи. На их лицах играла такая же улыбка. — О, она не выдержала, — усмехнулся Рафаэль. — Отправила всех. Смотрите, последняя партия золотых воинов? — рассмеялся Рабастан. И правда, к школе также направлялись сотни воинов в золотых доспехах. — Каковы будут приказы, Милорд? — с возбужденной улыбкой спросила Беллатриса, рядом с женой стоял Родольфус, готовясь к последней волне врагов, если верить предположениям Темного Лорда. А ему он верил. — Постарайтесь убить побольше, — сказал Том Певерелл с улыбкой. — Оставьте их на нас, Милорд, — подал голос Родольфус. — И правда, тебе нужны будут силы к последней битве с чокнутой, — сказал Рафаэль, похлопав Тома по спине и прошел вперед. — Оставь это на нас. Можешь нам верить. — Конечно я верю в вас, — сказал Том с полной уверенностью, что наполнила Лестрейнджей силой. Они рванули с места, бросаясь прямо на големов и разбивая их взрывными заклинаниями. Волан-де-Морт заметил, что поднявшееся настроение от появления трех огромных каменных великанов начало снижаться, когда они увидели големов и воинов в золотых доспехах. Многие были ранены, он не знал всех, но мог узнать магов из многих именитых семей. Он понимал, что они не смогут противостоять этой последней волне и закричал: — Отступаем! Услышав его крик, люди без вопросов побежали к школе, помогая раненым и забирая тела родных. Волан-де-Морт увидел Хагрида — полувеликан с ревом бросился на голема, прорвавшегося через оборону Лестрейнджей и направил на голема посох-палочку. — Рубеус! — закричал он ему, Хагрид повернулся и растерянно посмотрел на Тома Певерелла. — Здесь слишком опасно! Отправляйся в школу и прихвати с собой кого сможешь. Хагрид смотрел на него несколько секунд. Том уже отвернулся от него, когда кто-то вдруг схватил его. Том поднял голову и увидел мохнатую голову Рубеуса Хагрида. И он нес его к школе, вместе с еще двумя людьми, которых он прихватил на пути. — Не меня, идиот! Двое спасенных Хагридом магов молчали, слишком пораженные случившимся (а именно тем, что их схватил огромный человек и несет в школу, не считая того, что вместе с ними, огромный человек решил унести Певерелла). И когда Том вырвался из хватки Хагрида, они в шоке смотрели, как он улетает. — Вы знакомы? — спросил мужчина у Хагрида. — Учились примерно в одно время, — ответил Хагрид. Оба мага восторженно ахнули. Том не успел улететь слишком далеко, когда увидел Гарри, бегущего по коридору второго этажа. — Гарри…? Гарри выглядел сильно обеспокоенным и использовал технику для быстрого бега. Том обернулся и увидел, что гарпии с телами птиц летят в одном направлении. В ту же секунду он полетел за ними, следя за Гарри через окна. Гарри бежал как можно быстрее, чтобы добраться до Уизли, собравшихся вместе на втором этаже. Монета горела в его кармане, получая сигналы от всех членов Ордена Солнца. Каждый заметил, что гарпии перестали нападать на всех подряд и многие летят в одном направлении. Гермиона, что еще не успела спуститься с крыши башни Гриффиндора отправила ему патронус — гарпии летели за Уизли. И именно в этот момент, разрозненные ранее Уизли собрались вместе на втором этаже, недалеко от лестницы. Их окружили гарпии, ворвавшиеся через окна и разбитые стены. Гарри увидел гарпий раньше, чем Уизли — но почти сразу понял, что они там. Окруженные десятками гарпий. В полной опасности. — Экспеллиармус! — закричал Гарри, даже не успев обдумать следующие свои действия. Магия, вылетевшая из его палочки была неудержимой — гарпии с криками ударились о стены со сломанными костями, некоторые вылетели из окон. — Гарри! — закричал Том, влетев прямо в окно. Как раз вовремя, чтобы спасти его от черного мага, притаившегося за колонной. Одним ударом Том отрубил черному магу голову, но заклинание мага успело настигнуть Гарри и ударило его в спину. С криком, Гарри упал на колени. Том подбежал к нему. Послышались крики гарпий, голоса Уизли, которым Гарри сильно помог и теперь они с успехом дрались с оставшимися гарпиями. Где-то там огонь меча вспыхивал в руках Уизли. Гарри поднял голову, пытаясь увидеть, все ли в порядке с Уизли. — Гарри! — закричал Рон, друг выглядел очень бледным, но не мог прорваться к нему, окруженный уцелевшими гарпиями. Он схлестнулся в ближнем бою сразу с двумя гарпиями. Билл, Перси, Джордж, Чарли, Артур, Молли, Джинни, затесавшиеся между ними Луна и Анджелина, Флер и Фред — все они были окружены гарпиями у лестницы между вторым и первым этажами и яростно сражались против летающих тварей. — Помоги… помоги им, — хриплым голосом попросил Гарри, схватив Тома за руку, когда тот хотел помочь ему сесть. — Я вылечу тебя, а потом… — Помоги! — стиснув зубы от боли закричал ему Гарри. Том разозлился, его красные глаза уставились на окровавленного, раненого и уставшего от долгого боя Гарри. Но увидев стальной взгляд Поттера, Том раздраженно встал и побежал на помощь Уизли. Гарри с облегчением вздохнул, не в силах сесть или встать, поэтому лежал на четвереньках, ощущая жгучую боль на спине. *** Мальсиберы, Нотты, Крэбб и Гойл не могли вырваться из школы, самолично хватая всех летающих тварей и черных магов, заполонивших школу. Клаудиус Мальсибер расправился с несколькими черными магами и заметил среди спасенных студентов одну знакомую женщину. — Спасибо, — чопорным тоном сказала Вайолет Бёрк. — Не стоит благодарностей, — улыбнулся Клаудиус женщине. — Я спасал не вас, а детей. Они — будущее нашего общества. — Вы очень галантный мужчина, — саркастично ответила Вайолет. *** Дафна проснулась от шума. В лазарете было много людей, пахло горькими зельями и кровью. Астория, увидев, что сестра проснулась, чуть не расплакалась от облегчения, но сумела себя сдержать. После пробуждения, Дафна вскочила с места. Ее голова немного кружилась, тело было таким бесчувственным, будто вся ее кровь была пропитана обезболивающим. — Ложись! Что ты делаешь? — возмутилась Астория. — Сколько прошло времени? — испуганно спросила Дафна у сестры, доставая из кармана карту. — Где моя палочка? Астория закрыла рукой карман своей мантии. — Не очень много времени. Поэтому, тебе лучше сидеть здесь и не бегать вокруг. В лазарете усиленная защита… — Астория, это важно! — Почти три часа… — ответила Астория, протягивая ей ее палочку. — Что?! — Дафна открыла карту и увидела, что на ней не осталось меток. — Все тотемы уничтожены или…? — от одной мысли, что метки исчезли по другой причине и ей стало дурно. — Не знаю, — буркнула Астория и обернулась, когда в лазарет вошли Клаудиус Мальсибер и профессор Бёрк, вместе с несколькими ранеными студентами и магами. — Я должна идти, — Дафна встала. — Куда? — остановила ее Астория. — К дяде, он как раз в школе, — Дафна указала на первый этаж. *** — А ну, идите ко мне! Кис-кис-кис! — громко звала големов Беллатриса и рассмеялась. Ее смех на поле битвы стал ассоциироваться со скорой смертью. И будь у големов разум, они бы со страхом сбежали от нее. Но у них не было ни разума, ни души, ни сердца. А значит и страха. У них был голод и неуемное желание — разорвать на части, растоптать и уничтожить. Родольфус схватил одного из големов огненными путами, спасая нерадивого братца, что врывался в самую толпу големов. Рабастан не думал ни о чем, когда дрался и его нельзя было оставлять одного. Слишком вспыльчивый, слишком неосторожный. Он был полон азарта, вкуса битвы и желания крови. Рафаэль, в отличие от невестки и сыновей, сохранял относительное хладнокровие и спокойствие. Но улыбка, что горела на его губах выдавала ту самую жестокость древних воинов рода Лестрейндж, которая текла в его жилах. Скримджер, его авроры, вместе с Кингсли и ворвавшимся в битву Сириусом, не раздумывая ни секунды, помогали Лестрейнджам. — Что-то не так… — сказал Кингсли, когда Голем, на которого он напал, снова отвернулся от него и пошел в другую сторону. Кингсли посмотрел туда и увидел Беллу. Его брови нахмурились. Сердце забеспокоилось. — Почему они не нападают на меня? Скримджер тоже заметил эту странность, когда вместо того, чтобы добить его, Голем отвернулся от него, словно он был невидим и пошел к Рафаэлю. Сириус держал в руке меч с ядом василиска, разбивая доспехи ближайшего воина. Пот лился с его лба, попадая в глаза. Он слышал звуки битвы над головой — оставшиеся войска на метлах и фестралах, вместе с Мастерами, расправлялись со всеми гарпиями и дементорами. Гарпии как сумасшедшие пытались спикировать вниз и напасть на тех, кто на земле. Но они ловили их и останавливали. С каждой минутой битва становилась все тяжелее и тяжелее. Гарпии вели себя как сумасшедшие — они боролись против воздушной армии, ранив Адриана и Ронвальда до крови, сбивая с метол студентов и убивая фестралов. Големов как-будто становилось больше, а воины в золотых доспехах оттеснили авроров и Сириуса от Лестрейнджей. И никто этого еще не заметил. Потому-что воздушное войско было занято обезумевшими гарпиями. А земля была наполнена жутким смрадом, кровью, телами погибших и массивными фигурами големов. Один из каменных великанов Джастина был разбит и упал в озеро. Два оставшихся уже оттеснили великанов, и колесница Нотта была далеко от битвы. Невилл снял с себя доспехи, тяжело опираясь на стены школы, он, скрытый тенью от деревьев во дворе, смотрел на битву Беллатрисы, когда увидел Драко Малфоя. Малфой во все глаза уставился на свою тетю. Его глаза горели восторгом. Но увидев Невилла, он сморщился и фыркнул. Невилл не обратил на него внимания, доставая карту, чтобы найти родителей — те были в школе. В этот момент, он заметил что-то неладное. Вокруг Беллатрисы Лестрейндж собралось слишком много големов. Он нахмурился, сжимая в руке меч. *** Беллатриса не переставала орудовать палочкой, даже когда осознала, что происходит. Она была окружена. Големы давили со всех сторон. Воздух стал тяжелее. Их отвратительные тела извивались, массивные руки тянулись к ней, она еле-еле успевала отрубать их. Обзор был закрыт големами и она не могла увидеть других. Паника впервые охватила ее сердце. “Они хотят моей смерти”. “Они пришли за мной”. Против големов нет смысла использовать Аваду или Круцио — излюбленные ею проклятия. Да и другие проклятия ничего не могут сделать этим чудовищам. Полное уничтожение — единственное, что можно было сделать. Она уже истратила много сил на то, чтобы уничтожить больше пятидесяти големов за всю битву. Но вокруг нее было слишком много этих чудищ. Слишком много. Слишком. Много. Она уже не справлялась с ними. Один из големов смог ударить ее, чуть не впечатав в землю. Но только благодаря отточенному мастерству Белла осталась невредима и жива. Но так больше не могло продолжаться. Даже тусклый свет уже не мог коснуться ее. Вот насколько их было много. И тогда она решилась. На секунду Беллатриса замерла. В голове промелькнула мысль о Бенджамине — она мысленно прошептала ему слова прощения, зная, что они не дойдут до него. Она вдруг подумала, — направляя всю свою магию в палочку, взгляд ее был спокоен — а она ведь так и не попробовала вызвать патронус. Белла была уверена — счастье, которое ей подарил Бенджамин, ее маленький сын, могло наполнить ее темную душу тем светом, необходимым для создания патронуса. Может она успела бы отправить патронус сыну? Собрав последние крохи воли и магии, она подняла палочку высоко над головой. Воздух вокруг нее задрожал, наполняясь гулом нарастающей силы. — Адеско Файр! — выкрикнула она, и ее голос прозвучал как раскат грома. Из кончика палочки вырвались потоки синего пламени. Они окружили големов в кольцо, всех, кто был вокруг нее на расстоянии в несколько метров. Невилл и Драко замерли от страха, когда языки пламени погнались за всеми големами вокруг Беллатрисы, как одушевленные, мыслящие, стремящиеся убить их существа. Огонь стал принимать разнообразные формы, превратившись в гигантскую стаю огненных зверей: пылающие змеи, химеры и драконы взмывали ввысь, опускались и снова подымались, и отвратительные создания, коими были големы, падали в клыкастые пасти, взлетали вверх под ударами когтистых лап и исчезали в огненной преисподней. Огненный смерч охватил радиус в несколько сотен метров, превращая всё в пепел и расплавленную породу. Невилл и Драко, находившиеся чуть поодаль, замерли, пораженные масштабом катастрофы. Они видели, как земля трескается под натиском пламени, как воздух дрожит и искажается от жара, как все вокруг обращается в ничто. Когда огонь начал угасать, оставляя после себя лишь дымящееся пепелище, Драко застыл в восторге и ужасе. Он еще не до конца осознал, что он увидел — на лице расплылась улыбка, больше похожая на нечто между радостью и страданием. Глаза его затуманились от слез, вызванных, не то сухостью воздуха, не то спертым воздухом, не то запоздалым осознанием неминуемой гибели. Драко знал, что такое Адское пламя. Он знал, сколько сил и воли требует оно от мага. И эта мысль пугала его. Невилл отбросил меч и рванул к застывшей фигуре Беллатрисы Лестрейндж, все еще стоявшей посреди выжженной земли. Беллатриса держалась на ногах лишь чудом — палочка в ее руке дрожала, а сама она покачивалась, словно сломанная кукла. Когда Невилл подбежал к ней, она начала падать. Он успел подхватить ее, но палочка выскользнула из ослабевших пальцев и, ударившись о землю, разлетелась на мелкие осколки. Драко упал на колени. Невилл держал в руках холодное тело. Он опустил голову. Лицо женщины было спокойным, почти умиротворенным, словно ничего не случилось. Широко открытые серые глаза смотрели сквозь него. Словно женщина просто устала, легла и смотрела на небо. Но взгляд ее был до того неподвижен, что у Невилла затряслись руки. Беллатриса Лестрейндж была мертва. Невилл всхлипнул и слезы покатились из его глаз. Адское пламя выжгло из нее не только магию, но и саму жизнь. И это пламя было таким впечатляющим, что Родольфус, сражавшийся неподалеку, на минуту отвлекся и замер. Когда пламя исчезло, он увидел Беллатрису на руках у Невилла Лонгботтома. Из его горла вырвался хрип раненого зверя. Голем ударил его по спине и Родольфус упал на колени, харкнув кровью. Его уже окружили големы и несколько воинов в золотых доспехах, они начали бить по нему своими массивными кулаками, ломая кости и готовясь разорвать его на части. А воины стояли, держа в руках мечи и не отрывая от него взгляда. Но Родольфус не видел ничего вокруг себя, кроме нее. Ужас сковал сердце Родольфуса. Пепелище вокруг Беллатрисы и ее неподвижное тело — он видел только это. Он видел только ее. Все вокруг вмиг потеряло значение. Он закричал: — Белла!... — громко, отчаянно, с болью, что разрывала его душу на части. Его голос оборвался, когда меч воина в золотых доспехах опустился на его шею, отрубая его голову. Родольфус умер с именем любимой на устах. Его голова упала на окровавленную землю. Глаза на отрубленной голове были широко раскрыты. Руки его тянулись к супруге. Тело обмякло. Голем наступил на него. — РОДОЛЬФУС!!! — крик Рафаэля разнесся по всему полю битвы. Рафаэль сломя голову побежал к сыну, раскидывая големов и воинов. Воин в золотых доспехах увернулся от его удара и смог приблизиться. Рафаэль ударил его кулаком в лицо, сморщившись от меча, вонзившегося в его бок. Но не обращая на это внимания, Лестрейндж убил воина мечом. А после, упал на колени у тела своего старшего сына. — НЕТ! НЕТ! Рафаэль поднял голову Родольфуса и завопил. Сириус использовал взрывающее заклинание, освобождая путь и увидел Рафаэля. — Быстрее… — прошептал он, повернулся и заорал: — БЫСТРЕЕ! Защитите его! Быстрее! Кингсли и Сириус первыми рванули к Лестрейнджам. Авроры по приказу Скримджера побежали за ними. Големы взревели. Малочисленное войско в золотых доспехах накинулись на них. Рабастан застыл на месте. *** — Гарри, ты меня так напугал! — воскликнул Рон, садясь рядом с ним. Молли и Флер с волнением стояли рядом с ним, стараясь не шуметь и не мешать, пока Том лечил его. Том Певерелл сразу подбежал к Гарри, когда закончил с гарпиями. Рана на спине Гарри начала срастаться и боль медленно проходила. Том мягко помог Гарри сесть, поворачивая его боком к стене, чтобы Гарри оперся на стену плечом, а не спиной. Том не обращал внимания на Уизли, глядя прямо на Гарри. Когда Гарри открыл глаза, он увидел Тома и его встревоженный вид чутка позабавил его. — Что с тобой? — Не трать все свои силы на эту битву. Иначе я не позволю тебе идти против Агнессы Бабенберг, — пригрозил ему Том тихим голосом. Уизли отошли от них, когда Артур позвал всех, чтобы проветрить не ранен ли кто. Фред выглядел не лучшим образом и все еще держался за голову. Гарри вздохнул. — Без меня ты никуда не пойдешь. Особенно драться с этой старухой. Волан-де-Морт весело улыбнулся ему. И Гарри, видя его улыбку, ощутил странное спокойствие и уверенность. — Какой у тебя план? — спросил он. — Убить как можно големов, солдатов, черных магов и великанов. — Почему? То есть… для чего? — У меня есть план. Гарри не успел спросить, что это за план, когда они услышали крик Рафаэля. Волан-де-Морт обернулся. *** Гарпия с окровавленным левым глазом шла по коридорам Хогвартса на первом этаже. Голос в ее голове настойчиво приказывал ей убить Уизли, убить Лестрейнджей. Но она была слишком зла, слишком ранена, чтобы слушать этот голос. Глаз был потерян. Проклятый светлый маг. Проклятые маги. Она медленно шла по опустевшему коридору, ее крылья волочились за ней по полу, птичье тело кренилось влево и вправо, при каждом шаге. Ее когти сжимались и разжимались. Из горла вырывалось злобное рычание. Гарпия осматривалась по сторонам, желая впиться зубами в тело светлого или темного мага. Желая напиться их кровью, разорвать их кости, сожрать их сердце, чтобы наполнить тело магией. Ей нужно было чье-то сердце. *** Дафна и Астория шли по коридорам Хогвартса в шапках невидимках, держась за руки. Они уже добрались до Таддеуса Нотта, осталось лишь несколько метров. Прямо впереди, в конце коридора они увидели своего дядю. Не успели девушки окликнуть его и снять шапки, как один из студентов закричал и указал на что-то за спиной Нотта. Таддеус выставил щит вокруг студентов и… застыл. Дафна увидела, как появилась гарпия. Она молниеносно оказалась напротив дяди. Слишком быстро. Слишком. Быстро. Студенты застыли, когда услышали странный звук. На пол закапала кровь. Одна из девушек увидела кровь на руках гарпии и что-то...что-то странное и красное... Это было сердце. Таддеус стоял на месте. Его высокое тело скрывало их от взгляда крылатого чудовища. Они смотрели на него. Время казалось остановилось. Взгляд Нотта был спокойным, застывшим в тот момент, когда он был готов встретиться с врагом также, как и раньше. Со всей присущей ему терпимостью и анализом. Но его грудь была пуста и кровь текла по его телу к земле. Первым пал щит. Вторым упал Таддеус. Студенты протянули руки — его тело, с дырой в груди, с застывшей маской спокойствия на лице и кровью — упало в их руки. Дафна сняла шапку. Шапка упала на пол. Она смотрела вперед и мысли ее перемешались. Это произошло слишком быстро… она не поняла… почему… так не должно быть… никто не может победить Ноттов… почему его грудь… что в руке гарпии? Гарпия сжимала в руке окровавленное сердце Таддеуса Нотта. Дафна и Астория закричали с такой силой, что облизнувшее чудовище, с сердцем в руках, посмотрело на них. В следующую секунду — Дафна побежала, студенты с криками напали на гарпию голыми руками. Лучи заклинаний наполнили этот уголок. Молодые голоса кричали. Гарпия разрезала воздух и тела своими острыми когтями. Пол окропился кровью. Весь ужас молодых магов превратился в горе и ярость. Они нападали на гарпию голыми руками, пытаясь забрать сердце и не дать гарпии съесть его. Астория не знала, когда оказалась рядом с дядей. Но в какой-то момент она уже укрывала своим телом холодный труп дяди. И одна мысль билась в ее голове: "нельзя дать забрать его тело, нет, нельзя". Дафна упала на пол. Палочка лежала где-то далеко от нее. Рука была окровавлена от удара гарпии. На полу уже лежали мертвые тела нескольких студентов. Но у них получилось. Одна из девушек забрала сердце и упала на колени рядом с Асторией и Таддеусом. Она успела протянуть ей руку, когда гарпия с ревом наступила ей на спину, ломая позвоночник с ужасным звуком. Астория заорала. Ее лицо было в крови девушки. Кажется… это была ее однокурсница из пуффендуя? Она ее помнит. Может быть помнит. Совершеннолетняя волшебница, что смогла остаться в школе, чтобы защищать ее. Но сейчас она лежала, с разломленным телом и сердцем в руке. А ее кровь текла по всему полу вокруг нее. Астория подняла голову. Гарпия посмотрела прямо на нее. Один ее глаз был в крови и пуст. Астория закрыла собой тело Таддеуса, даже дрожа от страха, она не сдвинулась с места. — ЭЙ, ТЫ! ГРЯЗНОЕ ЧУДОВИЩЕ! — закричал Майкл, подбегая сзади. Он ловко кинул кинжал и попал прямо в затылок гарпии. Дафна попыталась встать. Появление Майкла дало ей сил. Но когда гарпия лишь отшатнулась, но не умерла, она застыла от ужаса. Из головы гарпии торчал кинжал. Но она все еще была жива. Гарпия с криком повернулась к Майклу. Она растопырила когти. Крылья расправились за ее спиной. Майкл остановился в двух метрах от гарпии, широко раскрыв глаза от шока — его удар пришелся прямо по голове гарпии. Но она была все еще жива? Когтевранец не рассчитывал на это и не успел отреагировать, когда гарпия бросилась на него. Ее зловонное дыхание уже коснулось его, когда мимо Майкла на гарпию бросилось какое-то существо. Это был волк. Тот самый волк. Кто-то похлопал его по плечу сзади и он испуганно обернулся. Это была Нимфадора, аврор. Майкл обернулся и ахнул — волк уже убил гарпию, разорвав ее на части. Крылья и голова гарпии лежали на полу. Перья и кровь были повсюду. Он сглотнул и сдержал рвотные позывы. Дафна заплакала от облегчения. А после, ее лицо скривилось от горечи и она зарыдала, глядя на сестру и умершего дядю. Нимфадора ужаснулась — гарпия была убита, но она успела убить пятерых — Нотта и четырех студентов. В живых остались только Дафна и Астория. Студенты, которых защитил Таддеус, были мертвы. Волк-Римус покачал головой. Нимфадора подбежала к Астории и потянула ее, но та разрыдалась и закричала, цепляясь за тело Таддеуса: — Нет! Не трогайте его! Не трогайте дядю! В одной руке Астория держала сердце. *** Теодор потянул поводья и лошади, повинуясь ему, двинулись влево. Колесница летала кругами вокруг одного великана. Джастин был бледен, его губы посинели, но рука оставалась удивительно твердой, когда он сжимал палочку и контролировал последнего каменного воина. Сьюзен держала руки на спине Джастина, вливая в него свою магию, поддерживая его силы. И лишь благодаря ней Джастин не упал замертво. Но сил у него уже было так мало, что он мог контролировать только одного каменного воина. Второй лежал на земле, раздавив собой двух небольших великанов. Последний великан ростом в шесть метров последний раз закричал, поверженный каменным воином и упал на землю. Джастин тут же обмяк, чуть не упав с колесницы. Но Теодор успел схватить его за шкирку и вместе со Сьюзен, помогли Джастину сесть в колесницу. Теодор довольно улыбнулся — все великаны были повержены. Его план сработал. Он взглянул на двух черных лошадей и колесницу — семья будет гордиться им. — РОДОЛЬФУС!!! Сьюзен и Теодор повернули головы. — Что там случилось…? — слабым голосом прошептала Сьюзен, широко раскрыв глаза. Теодор направил колесницу к школе. Но мысли его крутились с невероятной скоростью — это точно был крик Рафаэля Лестрейнджа. И его крик с именем старшего сына навевал на плохие мысли. Но Теодор не мог в это поверить. И он бы не поверил, пока не увидел… пепелище… кровь… Мастера и другие маги на метлах и фестралах рванули вниз, уничтожая големов и воинов в золотых доспехах. Гарпии тоже летели вниз. Это был хаос. Теодор не заметил, как покачал головой. Он сжал поводья, отвернулся от зрелища внизу и посмотрел в небо. Теодор дернул поводьями и лошади поскакали вверх, к небу. Сьюзен успела удержать Джастина и посмотрела на Теодора. Нотт резко направил колесницу вбок, они летели прямо над озером, когда колесница зазвенела. Сьюзен ощутила эту магию раньше, чем увидела. Колесница летела прямо над Хогвартсом. Она посмотрела вниз и увидела тьму. Она, как полотно, накрыло Хогвартс. И тьма эта была создана Теодором и его колесницей. Теодор накрыл Хогвартс темным небом. Черные маги и гарпии возликовали. Но потом в ужасе застыли. Нотт прошептал: — Это моя ночь, гниль. На земле, Сириус Блэк опустил голову, бросил меч на землю и проведя палочкой по ладони — окропил землю своей кровью. А после он начал что-то тихо шептать. Под его ногами появился туман — клубы черного тумана с невероятной скоростью накрыли все поле битвы. Воины, черные маги и гарпии посмотрели вниз — и в следующую секунду из тумана вырвались волки, созданные из клубов черного дыма. Они раскрыли свою пасть. Поле битвы наполнилось криками. Над головой темнота. Под ногами туман. А враги с криками падали, разрываемые на куски Псами с черными глазами. Послышался вой. Скримджер в ужасе смотрел, как из тумана появляются Псы и убивают врагов. Он повернулся и уставился на Блэка. Колокольчик зазвенел в кабинете директора. Дамблдор посмотрел на него. — Что это значит? — спросил Гриндевальд, но Дамблдор ему не ответил. Дамблдор взмахнул палочкой и указал на пол — из пола, словно фантом, поднялась небольшая круглая платформа. Гриндевальд уставился на платформу и вгляделся в знакомые руны — руны защиты. — Ты хочешь создать новый щит, — понял Гриндевальд. — Но на это потребуется много сил и магии. Альбус стоял спиной к нему, напротив платформы и уже поднялся на нее, когда Гриндевальд ударил его по голове и Альбус потерял сознание. Геллерт поймал его и опустил на землю. — Он его активировал… — раздраженно прошипел Геллерт, глядя на светящиеся руны. Платформа замерла на месте, не исчезая. В ожидании того, кто встанет на нее. Геллерт опустил глаза на Альбуса, лежащего у его ног. — И ты готов отдать половину своей жизни ради защиты этих людей. Как же ты глуп, Альбус. — Альбус! — дверь открылась и в кабинет ворвался мужчина. Это был Северус Снейп. Увидев Альбуса на полу, он испугался, что тот мертв и с яростным криком напал на Гриндевальда. Геллерт был слишком зол, чтобы разбираться с ним и одним движением отправил его в полет. Снейп ударился спиной в шкаф и без сознания упал на пол, книги и блестящие артефакты упали на него. Гриндевальд раздраженно вздохнул и поднялся на платформу. За пределами кабинета, вокруг школы начал появляться щит. Волан-де-Морт вылетел из окна, взмахнул рукой — вода из озера поднялась и смыла всю армию черных магов за пределы школы. Гриндевальд схватился за сердце, обернулся вороном и вылетел из кабинета Дамблдора. Щит вокруг школы мерцал с особой силой.