Часть 77

Глава 77.

14 февраля, День святого Валентина, солнечно. Хоть в замке и не было Локхарта, Хогвартс всё же скромно украсили. В некоторых уголках расставили живые цветы, а обуреваемые подростковыми гормонами юные волшебники начали тайком посылать шоколадки и любовные письма объектам своих симпатий. За завтраком Суна получила от кого-то 999 роз, что, разумеется, произвело фурор во всём Большом зале. — Вау! На лицах у всех было выражение предвкушения зрелища. Даже профессор МакГонагалл и остальные преподаватели с понимающей улыбкой смотрели на Суну, гадая, какой же молодой человек их прислал. Молодой человек? Суна сняла с букета маленькую карточку. На ней не было подписи, лишь дерзкий отпечаток губ. С каменным лицом Суна скомкала карточку в шарик, а затем попросила Тома отнести розы в угол зала и поставить рядом табличку: «Нуждающиеся, пожалуйста, возьмите одну розу и подарите её своему дорогому или дорогой». Профессор МакГонагалл подошла к Суне со своим завтраком и спросила: — Могу я полюбопытствовать, кто он? Сказав это, она подмигнула Суне. Остальные тоже навострили уши, им было не менее интересно. — Это всего лишь дружеская шутка. Суна с лёгким раздражением подпёрла голову рукой. Она так и знала, что её неправильно поймут. — Дружеская? Значит, он тебе не противен. Это не страшно, можно попробовать. Ты такая выдающаяся. Профессор МакГонагалл, словно заботливая старшая сестра, с энтузиазмом принялась рассказывать Суне о горечи и сладости любви. Ох, этот кто-то наверняка был бы счастлив, знай он, что у него появился такой помощник. — Профессор МакГонагалл... — начала Суна, прерывая её. — М-м? — На самом деле, это, скорее всего, не «он», а «она». — А? Профессор МакГонагалл разинула рот, её мозг на мгновение завис. Она? Суна кивнула, надеясь, что теперь профессор поймёт, что это действительно была всего лишь шутка. Но профессор МакГонагалл, очевидно, не сразу пришла в себя и, наконец, с натянутой улыбкой произнесла: — Что ж... эм... главное, чтобы тебе нравилось. Суна: «?????» Утреннее «она», сказанное Суной, произвело на профессора МакГонагалл слишком сильное впечатление. Даже на уроках её мысли были в беспорядке. Время от времени, видя идущих под руку юных волшебниц, она невольно думала о Суне и той самой «ней». Профессор МакГонагалл каялась. Она была грешна. Поэтому, воспользовавшись свободным окном между уроками, она превратилась в красивую британскую короткошёрстную кошку и, развалившись на учительском столе, грелась на солнышке, пытаясь изгнать из головы всякие глупости. Тем временем Том, которому разрешили погулять, вместе с Джерри, приколов по цветку на грудь, бродили по древнему замку. Джерри вообще-то хотел навестить Грин-де-Вальда, но в такой особенный день Суна посоветовала ему не мешать «закатной любви» двух стариков. Судя по последним сплетням, принесённым Джерри, Грин-де-Вальд повалил Дамблдора. Что произошло дальше, осталось неизвестным. Репортёр Джерри, передавая новости с места событий, особо отметил, что за достоверность информации не ручается. Так что двум малышам пришлось гулять вместе, проводя праздник за сбором сплетен. Впрочем, Том немного скучал по кошкам своей мечты. Когда они проходили мимо кабинета Трансфигурации, Том замер на месте. Его взгляд был прикован к профессору МакГонагалл на учительском столе. Этот прекрасный окрас, эта элегантная стать. — Ау-у-у! Том мгновенно преобразился в волка и издал полночный вой. Сначала Том раздобыл букет цветов, затем переоделся в волшебную мантию, поправил причёску и сбрызнул себя духами. Наконец, засунув Джерри в букет, он широкими шагами направился к профессору МакГонагалл. — Хау ю дуин?! Том опёрся лапой о стол и смахнул с плеча несуществующую пылинку. Профессор МакГонагалл очнулась от тёплой солнечной дрёмы и, склонив голову, с удивлением посмотрела на Тома. С этим ребёнком что-то не так? Видя, что профессор МакГонагалл не обращает на него внимания, Том влюбился ещё сильнее. Он вытащил букет и поднёс его снизу. Джерри, перевязанный бантиком, высунулся из цветов с таким выражением мордочки, какое только можно себе представить. Привык уже, каждый раз одно и то же! Профессор МакГонагалл, увидев это, возмутилась: «Что ты творишь, негодный мальчишка, зачем связал Джерри?» Она протянула лапу, чтобы схватить Джерри и освободить его, но в глазах Тома это выглядело как принятие его ухаживаний. Он схватил лапку профессора МакГонагалл и принялся покрывать её поцелуями, продвигаясь всё выше. Когда он добрался до мордочки, профессор вовремя его остановила. Морду Тома оттолкнули в сторону, но его губы упрямо тянулись вперёд, пытаясь поцеловать профессора МакГонагалл. Наконец, поняв, что дело неладно, профессор МакГонагалл отпустила Джерри и отвесила Тому серию пощёчин, чтобы он пришёл в себя. Зрачки Тома превратились в сердечки, несколько раз прокрутились в глазницах, и он с блаженным видом рухнул на пол. Профессор МакГонагалл и Джерри одновременно хлопнули себя лапами по лицу. Чтобы Том не натворил ещё чего-нибудь странного, профессор МакГонагалл легко спрыгнула со стола и в момент приземления приняла человеческий облик. Том, всё ещё пребывавший в любовном дурмане, мгновенно очнулся. Он с недоверием посмотрел на профессора МакГонагалл, даже ткнул в неё пальцем, чтобы убедиться, что это не сон. Он оскалил свои большие зубы и принялся жестами изображать, как профессор МакГонагалл только что превратилась из кошки в человека, а он её... целовал. Разведя руки в стороны и закатив глаза, Том без чувств рухнул на пол. — Том! Профессор МакГонагалл подбежала и потрясла его, не ожидая, что удар будет таким сильным. Она лишь добавила: — Я всегда относилась к тебе как к ребёнку. Том перевернулся на другой бок, не желая принимать реальность. … Суна, сидевшая на уроке, и не подозревала, что Том натворил дел. Она с удовольствием собирала сплетни. Парочка Седрик и Чжоу, чья история в оригинале была такой печальной, благодаря Дуэльному клубу познакомились раньше и между ними уже наметилась искра. С одной стороны — красивый и выдающийся староста Хаффлпаффа, с другой — умная и прекрасная студентка из Равенкло. Они идеально подходили друг другу и по характеру, и по интересам. По словам сплетников-барсучат, они часто видели, как Седрик глупо улыбается в общей гостиной, читая ответное письмо от Чжоу. Эта пара романтиков затеяла игру в эпистолярный роман. Хотя они виделись каждый день, они всё равно продолжали обмениваться письмами. Тьфу-тьфу-тьфу, Суна смотрела на них, и у неё сводило зубы от сладости, но это было так мило. Другой парой были Пэнси и Драко. Пэнси, похоже, что-то заподозрила и в этот День святого Валентина смело предложила Драко встречаться. Драко от испуга чуть снова не выпалил «я силён как бык». После поражения в драке с Теодором Драко затаил обиду. Он хотел взять реванш и заставить Теодора признать своё поражение. Поэтому всё свободное время он проводил в тренировочном зале. Едва достигнув хоть какого-то прогресса, он вызывал Теодора на дуэль, проигрывал, втайне клялся стать сильнее, ещё усерднее тренировался... В этом замкнутом круге они с Теодором, как ни странно, сблизились и всё свободное время проводили вместе на тренировках. Хотя Пэнси каждый раз приходила с ними и сидела рядом, ей казалось, что, несмотря на физическую близость, они всё больше отдаляются друг от друга. Это чувство вызывало у неё сильное беспокойство. Она несколько раз пыталась поговорить с Драко, но он хмурился и прерывал её, и разговор так и не складывался. Поэтому она и решилась на признание в День святого Валентина, чтобы развеять свои страхи. Однако Драко в это время был явно не в себе. В его голове было только две мысли: досаждать Гарри Поттеру и победить Теодора. Так и получилось: он бежит, она догоняет, а ему, бедняге, не улететь. Суна, наблюдая за этим, покачала головой.