Часть 126

Глава 126.

— Ты что сказала? За несколько дней цвет кожи Суны поблек, сменившись с зелёного, как листва, на яблочно-зелёный. В сочетании с её иссиня-чёрными волосами она стала похожа на ожившее яблоко. — Ньют и Грин-де-Вальд встретились? Том кивнул и даже изобразил выражения лиц обоих в тот момент. Суна взяла лежавший рядом арбуз и с хрустом откусила пару раз. Вот это я понимаю, сочные новости. Однако Грин-де-Вальд даже не включил свою газовую плиту?! Суна покачала головой. Ах, любовь, любовь, до чего же ты доводишь людей... Кхм-кхм, она отвлеклась. — Так значит, Ньют подозревает, что Грин-де-Вальд проник сюда с тайными намерениями и похитил Джерри, и просит меня быть начеку? Том развёл лапами: мол, откуда мне знать, он мне так и сказал. Суна почесала голову. Это... дело троих, нехорошо ей в это вмешиваться. — Куда они пошли? Том указал лапами в двух противоположных направлениях, но Суна сразу всё поняла. Ньют пошёл к Дамблдору, а Грин-де-Вальд — на урок. Суна задумалась. Дамблдор определённо не хотел, чтобы Ньют знал правду, иначе не стал бы так усердно всё скрывать. Значит, ей нужно отреагировать правильно, показав, что она ничего не знает. С этой мыслью Суна, обняв арбуз, повела Тома в кабинет директора. Атмосфера в кабинете была не из лучших. Суна с арбузом в руках попятилась, но зоркий Дамблдор её заметил. — Суна, ты пришла! Суна прикрылась арбузом: — Это не я, меня здесь нет, тебе показалось. Том, подражая ей, стащил ближайший портрет и спрятался за ним. Старый директор на портрете едва успел ухватиться за стул, чтобы не упасть на пол. — Ох, Том, в следующий раз предупреждай, хорошо? Мне нужно подготовиться, мои старые кости такого не выдержат. Том, прячась за портретом, кивнул. Остальные портреты, увидев это, захихикали, оставив в недоумении кота-виновника и старого директора, который не видел, что натворил Том. Дамблдор и Ньют, благодаря выходке Тома, тоже немного развеселились, и напряжение в воздухе спало. Дамблдор, кашлянув, произнёс: — Говорят, кошки похожи на своих хозяев. Эта фраза как нельзя лучше подходит к тебе. В следующий раз я, пожалуй, попрошу Минерву заняться твоим воспитанием напрямую. Выражение лица Суны изменилось. Она опустила арбуз и гневно посмотрела на Дамблдора. Ах ты, старый плут! — Я считаю, это плохая идея! Дамблдор радостно покачал головой: — А я считаю, что очень даже хорошая. — ...Ты изменился, мой старый директор. — Я всегда был таким, Суна, — с улыбкой ответил Дамблдор. Суна закатила глаза, подхватила арбуз и села рядом с Ньютом. Она обменялась взглядом с Дамблдором. Окей, Bluetooth-соединение установлено. — Не ожидал, что ты придёшь. — Э-э... мне просто любопытно, эти новости — правда? Над головой Ньюта появился большой вопросительный знак. Новости? Он посмотрел на арбуз в руках Суны. Ты сама принесла этот арбуз и меня же о нём спрашиваешь. Суна мысленно вздохнула. Ньют всё ещё слишком мало времени провёл с ней. Вот Дамблдор, например, сразу её понял. Суна перефразировала: — То, что ты просил передать Тома, насколько это достоверно? Улыбка сошла с лица Ньюта, а между бровями залегла тень печали. — Процентов на пятьдесят-шестьдесят, я думаю. — О-о... Суна посмотрела на Дамблдора, но тот отвёл взгляд. Нет, ну что за дела? Я тебя прикрываю, а ты меня в канаву толкаешь? К счастью, Ньют привык говорить, опустив голову или отводя взгляд, иначе этот обмен красноречивыми взглядами сразу бы выдал неладное. — Другого я не знаю, но человек, который нравится Джерри... не может быть плохим. Суна могла дать лишь двусмысленный ответ. Джерри любил играть только с хорошими людьми, конечно, если не считать тех, кто умеет притворяться. — Правда? Ньют поднял голову, его глаза заблестели, словно он услышал добрую весть. Он верил, что сердца магических существ чисты, как у единорогов. Он также знал о различиях между Томом и Джерри, поэтому, когда Суна сказала это, он ей поверил. А может, он просто не хотел сомневаться в Дамблдоре и искал предлог, чтобы убедить самого себя. — Конечно. Но если говорить о Томе, то это уже другой разговор. Том, услышав это, упёр лапы в бока. Почему это о нём так говорят? Он не согласен! Суна лишь бросила на него выразительный взгляд, предлагая ему самому всё понять. Том обиженно отвернулся, надеясь, что Суна начнёт его утешать, но та уже принялась за арбуз. Надо сказать, арбуз был действительно сладким, с тонкой коркой и алой мякотью. Дейв — настоящий гений. Ньют погладил Тома по голове, словно успокаивая его, а может, просто вымещая собственное напряжение. И тут в разговор вернулся Дамблдор, который до этого был не с ними: — Хотя у них много общего, он действительно не Грин-де-Вальд. Иначе некоторые люди не стали бы сидеть сложа руки. — Я просто... слишком волновался. Смута, которую Грин-де-Вальд принёс в европейский магический мир, была очевидна для всех. Любой волшебник, переживший те времена, не хотел больше слышать о нём ни слова. В глазах Дамблдора промелькнули тень и извинение, но он быстро перевёл тему на Тома, после чего Ньют, взяв кота на руки, покинул кабинет директора. В комнате остались лишь погружённый в свои мысли Дамблдор и Суна, с хрустом уплетающая арбуз. Суна молчала, сосредоточенно поглощая арбуз. Чем могла, она уже помогла, остальное её не касалось. Но, возможно, из-за долгого общения с Томом, звук, с которым Суна ела арбуз, был каким-то гипнотическим, настолько, что мысли Дамблдора постоянно сбивались с курса. Глядя на беззаботный вид Суны, Дамблдор завистливо вздохнул: — Спасибо тебе за сегодняшнее. — Хрум-хрум, не за что. Хотя мистер Скамандер и поверил моим словам, что делать с Грин-де-Вальдом? — О нём не беспокойся, я справлюсь. Дамблдор потёр виски, чувствуя подступающую усталость. — Знаешь, я никогда не понимала. Ты ведь мог избежать подобных ситуаций, зачем же ты... Действительно, идею с письмом подкинули Том и Джерри, но решение о возвращении Грин-де-Вальда полностью зависело от Дамблдора. Если бы он не захотел, Грин-де-Вальд наверняка остался бы в своём добровольном заточении. Более того, Суна заранее предупредила, что приедет Ньют, но Дамблдор всё равно согласился на то, чтобы Грин-де-Вальд стал приглашённым профессором. Этот ход Суна долго обдумывала, но так и не смогла понять. Даже обладая знанием сюжета, она не могла разгадать мысли этого старого директора. Дамблдор, всё так же опустив голову и потирая виски, глухим голосом произнёс: — Мне нужна его сила. Хотя у меня есть помощники, этого недостаточно. С его помощью я смогу всё сделать идеально. — Как ты и сказала, самый страшный враг — это умный и сильный человек. Я каждый день мысленно проигрываю будущее развитие событий, словно иду по канату: один неверный шаг — и ты в пропасти. А в шахматной партии всегда есть жертвы. В противостоянии двух сторон важен лишь результат. Я был готов ко всему этому. Дамблдор поднял голову и очень серьёзно посмотрел на Суну. — Но потом появилась ты. Ты показала мне другой возможный исход. Раз так, почему бы мне не стремиться к нему? Суна молчала секунд десять, а потом выпалила: — Старина Дамблдор, ты что, хочешь меня подставить?