Часть 127

Глава 127.

Одна эта фраза отбросила всю тщательно созданную Дамблдором атмосферу на десять миль прочь. И что ему было отвечать? Сказать: «Да, я втянул тебя в этот водоворот»? Какой будет реакция Суны? Наверное, она сядет и начнёт рыдать. Дамблдор беспомощно улыбнулся. Суна действительно так бы и поступила, а потом потребовала бы львиную долю компенсации. — Считай, что помогаешь мне, старику. Выражение лица Суны тут же изменилось. — Позволь спросить, Снейп и Грин-де-Вальд получают вознаграждение за свою работу? — ... Этот вопрос попал в самую точку. Снейпа он держал на крючке чувства вины и любви к Лили, а что до Грин-де-Вальда... Старое лицо Дамблдора покраснело. Об этом лучше умолчать. Суне больше не нужно было ничего объяснять, она тут же сменила выражение лица. — Я и так работаю профессором бесплатно, а ты хочешь, чтобы я ещё и сверхурочно вкалывала задаром? У тебя совесть не болит? Дамблдор достал из ящика стопку счетов. Это были расходы на ремонт замка после появления Тома, плюс стоимость одного газона. Он подвинул счета к Суне. — Я думаю, они станут ещё толще. Суна пролистала пару листов и, подражая Добби, воскликнула: — Суна — свободный эльф! Очевидно, она не собиралась признавать эти старые долги. Всё это она уже отработала своей зарплатой, какие ещё с неё деньги? Дамблдор с сожалением убрал счета обратно. Он уже открыл рот, чтобы начать воспитательную беседу о любви и долге, но Суна заткнула его арбузом. Лучший способ борьбы с пустыми обещаниями начальника — это не дать ему возможности их нарисовать! Видя, что Суну ничем не проймёшь, Дамблдору пришлось упомянуть о том одолжении, которым Суна была обязана Грин-де-Вальду. Он на самом деле не хотел этого делать, но... с Суной было слишком трудно договориться. Суна вздохнула. Вот она и говорила, что долги чести — самые трудные. — Он знает? — Я уверен, он меня поддержит. — ... Неожиданно её накормили чужими романтическими разборками. — Ты не думал, какой будет его реакция, когда он узнает о твоих планах? — А с чего ты взяла, что он не знает? И правда, как мог великий Тёмный волшебник, едва не перевернувший всю Европу, не разгадать его замысел? Скорее всего, он просто подыгрывал. Действительно, кого любят, тот ни в чём не сомневается. Суна мысленно выругалась, обозвав их обоих помешанными на любви. — Мы просто хотим провести оставшееся время вместе, вот и всё. Суна скривила губы. Ей очень хотелось съязвить, но Дамблдор — это не Снейп. Суна сдержалась. Если она доведёт его до белого каления, кое-кто придёт и включит для неё газовую плиту. — Ладно, ладно, что ты хочешь, чтобы я сделала? Суна смирилась и легла на стол. Если не можешь сопротивляться, прими это. Зачем создавать себе лишние проблемы? — Действительно, есть одно дело, которым я хотел бы тебя обременить. Суна перевернула голову на другой бок. — Раз уж дошло до этого, давай без формальностей. Дамблдор достал потрёпанный дневник. — Мне нужно, чтобы ты помогла мне найти другие такие же вещи. — ? — Это крестражи. Вещи, которые Волдеморт создал, чтобы обрести бессмертие. Он расщепил свою душу и запечатал её фрагменты. Пока хоть один фрагмент души существует, он не умрёт. Это очень сложно, и я не знаю, сколько крестражей он создал. Дамблдор нахмурился. — Из-за некоторых... неожиданностей с одним человеком, мне придётся ещё потрудиться, но я знаю, что это, скорее всего, связано с реликвиями Четырёх Основателей. Суна резко села. Нет, ну ты что, читы включил? Откуда ты так рано об этом узнал? Дамблдор, подумав, что Суна сомневается в правдивости этой информации, объяснил: — После того как Сириуса выпустили, Министерство магии провело проверку в Азкабане. Среди прочих там был Домовой эльф по имени Похлёба, которая «случайно убила» свою хозяйку. Её хозяйка, Гепзиба Смит, была потомком Пенелопы Пуффендуй и владела её золотой чашей, а также медальоном Салазара Слизерина. Похлёба сказала, что Волдеморт очень жаждал заполучить их и несколько раз тайно расспрашивал о них. Позже мисс Смит умерла при загадочных обстоятельствах, а медальон и чаша исчезли. Поэтому у меня есть все основания полагать, что Волдеморт украл их и превратил в крестражи. Суна, единственная, кто действительно знал всё наперёд: — ...Нет, ну это вообще законно? — Если медальон и чаша стали крестражами, я предполагаю, что диадема Ровены Равенкло тоже не избежала этой участи. Это три реликвии, о которых я догадываюсь на данный момент. — Так... ты хочешь, чтобы я нашла эти три реликвии? Дамблдор кивнул. — У тебя обширные связи, возможно, тебе будет легче найти информацию. Легче? Нет-нет-нет, никто не знал об этом лучше неё. Ей даже показалось, что старина Дамблдор тоже читал сценарий. — Хм... я постараюсь, — с деланым сомнением произнесла Суна. Когда берёшься за работу, нельзя сразу давать твёрдых обещаний, иначе тебя завалят бесконечной работой, как, например, Снейпа. — Я знаю, что говорить так нехорошо, но всё же скажу: чем быстрее, тем лучше. — Отлично сказано. В следующий раз можешь не говорить. Дамблдор, видя апатичный вид Суны, улыбнулся и сказал: — Считай, что я твой должник. И прости, что втянул тебя в это. Суна не слишком удивилась. С Томом на её стороне было бы странно, если бы Дамблдор её отпустил. Но одно дело знать, а другое — столкнуться с этим в реальности. Ощущения были не из приятных. Что до долга Дамблдора, то он был и не большим, и не маленьким. Суна не хотела держать его в руках вечно. А что если она однажды забудет? Или Дамблдор просто исчезнет, и кому тогда предъявлять претензии? — Долг чести — это слишком. Давай заменим его на что-нибудь другое. — На что угодно, только не на галлеоны. Суна закатила глаза. Неужели она похожа на человека, помешанного на деньгах? Дамблдор склонил голову набок. А разве нет? — Хм... тогда давай заменим на... не дай Снейпу умереть. Суна на мгновение растерялась, не зная, чего попросить, и пошла по пути наименьшего сопротивления, вспомнив о Снейпе. — О? Дамблдор ожидал многого, но никак не этого. В его глазах промелькнуло лукавство. — Могу я спросить, почему? — Потому что мы друзья. — И это всё? — И это всё! Дамблдор был немного разочарован. А он-то надеялся на сплетни. — О чём это ты подумал, а? — Вы близки по возрасту, у вас неплохие отношения, вот я и... хм. Дамблдор соединил ладони, изображая парочку, отчего лицо Суны потемнело, и она едва не запустила ему в голову арбузом. — Я объявляю забастовку! — Нет-нет-нет, я больше не буду, просто... я очень удивлён. — Чему удивлён? Что он не заслуживает друзей? Дамблдор покачал головой. — Вовсе нет. Я просто думал, что ваша дружба довольно поверхностна. Поверхностна? Если бы это было так, Суна бы не подумала в первую очередь бежать к Снейпу за противоядием. Как и говорил Дамблдор, он был довольно надёжным человеком. А раз он надёжен, то почему бы не поддерживать с ним хорошие отношения? Где ещё найдёшь такого талантливого Мастера зелий.