Часть 128

Глава 128.

Выйдя из кабинета, Суна начала размышлять, с чего бы начать. Один крестраж был в Выручай-комнате, другой — в старом доме Блэков, а третий — в хранилище Беллатрисы в Гринготтсе. Следуя принципу «ближайшее в первую очередь», она решила начать с Выручай-комнаты. Суна запланировала пойти туда вечером вместе с Томом и Джерри. Однако вечером, ещё до того, как они успели отправиться, их планы были нарушены непредвиденным обстоятельством. Грин-де-Вальд разозлился и вернулся в отчий дом... то есть, в Нурменгард! Из-за этого внезапного демарша Дамблдор не смог найти замену на урок и был вынужден позвать Суну, чтобы обсудить дальнейшие действия. А почему Грин-де-Вальд вдруг психанул? Для этого нужно вернуться к моменту, когда Суна покинула кабинет директора. Чтобы найти Барти Крауча-младшего, Дамблдор задействовал почти всех своих информаторов и остатки влияния Грин-де-Вальда. Поскольку Барти-младший наверняка попытается встретиться с Волдемортом, найти его означало найти и самого Волдеморта. Во-вторых, была проблема со стариной Барти. Барти Крауч-старший когда-то был главным кандидатом на пост Министра магии, и тогдашний Фадж ему и в подмётки не годился. Если бы Каркаров не указал на Барти-младшего, возможно, сейчас в кресле Министра магии сидел бы именно он. Хотя пост министра прошёл мимо него, Барти-старший, пожертвовав сыном ради высшего блага и будучи ключевой фигурой в борьбе с Пожирателями смерти, всё ещё обладал значительным влиянием в Министерстве. К тому же, политические позиции Барти-старшего и Фаджа расходились: один был сторонником жёсткой линии, другой — консерватором. Эти две фракции противостояли друг другу, поддерживая хрупкое равновесие. Но теперь это равновесие было нарушено. Барти-старшего «выжили» из Министерства, он потерял большую часть своих людей. Не выдержав удара, он покончил с собой. Сторонники жёсткой линии в Министерстве затаились, что для Дамблдора было дурным знаком. Это означало, что у Фаджа появится больше времени и возможностей, чтобы вставлять Дамблдору палки в колёса, и в некоторых делах придётся действовать с большой осторожностью. Дамблдор начал налаживать контакты с другими членами «жёсткой» фракции, надеясь воспользоваться ситуацией и перетянуть их на свою сторону. Это дало бы ему дополнительных союзников в борьбе с Волдемортом. Дамблдору было жаль старину Барти. Хотя в вопросах «справедливости» их мнения расходились, в отношении к Волдеморту они были едины. Он знал, что на Фаджа как на министра положиться нельзя. — Эх... Дамблдор вздохнул. Хотя на первый взгляд всё шло к лучшему, за кулисами всё уже прогнило насквозь. Именно поэтому он так настаивал на том, чтобы втянуть в это дело Грин-де-Вальда и Суну. Дамблдор разбирал письма, сводя воедино разрозненную информацию. Помимо поисков Барти-младшего, он также следил за Министерством и семьями, ранее поддерживавшими Волдеморта, такими как Малфои. В перерывах ему нужно было ещё и душевно побеседовать со Слагхорном, чтобы выяснить точное количество крестражей, а затем найти их. Это в точности соответствовало словам Суны: сто с лишним лет — самый возраст для упорного труда. Дамблдор заплёл свою бороду в косичку — маленькая радость посреди всех этих трудностей. Конечно, не обошлось и без сладких конфет, которые немного поднимали ему настроение. Грин-де-Вальд закончил дневные уроки, наказал Джерри держаться подальше от Ньюта и отправился к Дамблдору. Дамблдор лишь мельком взглянул на него и продолжил разбирать информацию. Это мгновенно испортило Грин-де-Вальду его и без того не самое лучшее настроение. Он сел напротив Дамблдора, снял очки, и его глаза постепенно снова стали разноцветными. — Тебе нечего мне сказать? Рука Дамблдора лишь на мгновение замерла, после чего он продолжил писать, словно ничего не слышал. Это разозлило Грин-де-Вальда ещё больше. Он выхватил у Дамблдора перо, опёрся руками о стол и посмотрел на него так, будто собирался устроить допрос. Дамблдор с устало стёр неверно написанное слово и сказал: — Геллерт, я думал, ты поймёшь. — Пойму? Что пойму? Ты так выражаешь своё недовольство мной? — Вовсе нет. Спокойствие Дамблдора вывело Грин-де-Вальда из себя ещё сильнее. Он забарабанил по столу, так что даже Фоукс не выдержал и покинул комнату. — Ты злишься, что я угрожал твоему драгоценному ученику?! Да, именно так. — ... И что мне на это ответить? Ты хоть понимаешь, что поступил неправильно? — Ты же мне обещал, Геллерт. Ты первый нарушил правила. Грин-де-Вальд холодно усмехнулся: — Да, тебе стало его жаль. Ты боишься, что я причиню ему вред. — Я просто не хочу лишних проблем. — Значит, по-твоему, я — лишний? — ... — Ты не отвечаешь, значит, согласен?! Дамблдор глубоко вздохнул, теряя всякую силу и аргументы. Что делать с тем, кто отвечает невпопад? Мозг Дамблдора заработал на полную мощность. Он мягко сказал: — Вовсе нет, Геллерт. Ты же сам понимаешь их вражду. Ньют... Скамандер приехал из-за Суны и Тома, и я просто попросил его заодно помочь Хагриду. В такое время у меня нет сил на лишние разбирательства. Так что прости. Это объяснение Дамблдора немного смягчило Грин-де-Вальда. Он и сам всё понимал, но просто терпеть не мог Скамандера. Грин-де-Вальд капризно спросил: — Когда он уезжает? — В середине месяца, я думаю. — Хорошо. Если он не будет меня трогать, я буду делать вид, что его не вижу. Ради Аля он, так и быть, простит его на этот раз. — Хорошо, я ему тоже скажу. Но надеюсь, ты пообещаешь мне, что если возникнут проблемы, ты не будешь слишком импульсивен. Это вывело Грин-де-Вальда из себя, потому что в его ушах эта фраза прозвучала как: «Уступи Ньюту». Нет, ну с какой стати? С какой стати он должен ему уступать? Он здесь законный партнёр, ясно?! Если Скамандер начнёт провоцировать первым, почему он должен терпеть? Глаза Грин-де-Вальда запылали гневом, но на словах он сказал обратное: — О, конечно, я обязательно так и сделаю. К сожалению, Дамблдор не уловил сарказма и удовлетворённо кивнул. Грин-де-Вальд взорвался. Не говоря ни слова, он бросил всё и ушёл, оставив Дамблдора в полном недоумении. Дамблдор: Кто я? Где я? Что произошло? Разве так бывает? Ошарашенный Дамблдор даже отправился в Нурменгард за Грин-де-Вальдом, но тот не пустил его за порог. Этот столетний старик впервые почувствовал себя совершенно беспомощным. Видя, что Грин-де-Вальд не открывает дверь, он удручённо ушёл, решив вернуться через несколько дней, когда тот остынет. Грин-де-Вальд, оставшись в комнате, думал, что откроет дверь после следующего стука, но Дамблдор ушёл?! Просто взял и ушёл!! Обида, которая была размером со стакан воды, разрослась до размеров реки. Сразу же за этим последовало бесконечное самокопание: «Почему он меня не уговаривал? Почему не настоял? Может, я ему безразличен?» Или... он спешил вернуться к этому Скамандеру? Грин-де-Вальд с каменным лицом превратил все вещи в комнате в пыль. Вернувшись в Хогвартс, Дамблдор нашёл Суну и объяснил ей причину. У Суны было такое выражение лица, как у старика в метро, смотрящего в телефон. ???