Часть 136

Глава 136.

Суна снова и снова смотрелась в зеркало. Как ни посмотри, кожа всё равно казалась очень жёлтой, даже несмотря на то, что она напудрилась. — Том, скажи, я сейчас очень страшная? Том подошёл, обхватил ладонями лицо Суны, осмотрел его со всех сторон, а затем крепко поцеловал, вдохнув полную пасть пудры. — Мой макияж! Том, опешив, выплюнул облачко пудры. … Первым уроком был совмещённый класс третьекурсников Гриффиндора и Слизерина — вот такое совпадение. Суна стояла перед дверью в класс и подбадривала себя: «Всё в порядке, всё в порядке, ты самая красивая». Морально подготовившись, Суна открыла дверь и вошла. Глядя на знакомые лица, она на мгновение почувствовала себя так, словно всё это было сном. Юные волшебники тоже были взволнованы, снова увидев Суну, и спонтанно зааплодировали. Даже слизеринцы. Для них, хоть профессор Грин и был хорош, профессор Суна занимала в их сердцах особое место. В конце концов, она одинаково трепала нервы каждому. Эта проклятая справедливость! Гермиона хлопала громче всех, её восторг был написан на лице. Она даже бросила взгляд на Рона и вызывающе приподняла брови — она прекрасно помнила, что Рон говорил в начале учебного года. Рон, закатив глаза, хотел было пожаловаться Гарри, но и тот радовался возвращению Суны, что заставило Рона немного ревновать. То же самое было и с Теодором — его голубые глаза засияли. Драко презрительно хмыкнул, а сидевшая рядом с ним Пэнси сохраняла вид, будто ей всё равно, что происходит, лишь изредка бросая на Драко тоскливый взгляд. Чувствуя искренние эмоции юных волшебников, Суна расслабилась, и её напряжение улетучилось. Слава богу, она по-прежнему их любимый профессор! Суна подошла к преподавательскому столу и поздоровалась с ними: — Давно не виделись! — Давно не виделись! — весело отозвались юные волшебники. Атмосфера была очень гармоничной. — Ну что, вы скучали по профессору Суне? — Да! — Скучали! Очень скучали! — Ха-ха! — Суна не могла сдержать улыбки. Какие же они сладкоречивые. — Профессор тоже по вам скучала, поэтому так спешила вернуться, чтобы провести для вас урок. Услышав это, Симус поднял руку, желая что-то сказать. Суна жестом разрешила ему говорить. — Профессор Суна, вы тоже участвовали в исследовании гробницы Гильгамеша? — А? — Суна замерла. Как так? Неужели слухи так быстро распространились? По идее, такая информация должна была циркулировать только в высших кругах. Невозможно, чтобы об этом знали юные волшебники, ещё учащиеся в школе, особенно те, кто живёт в мире маглов. Откуда произошла утечка? Выражение лица Суны не изменилось, она с недоумением спросила: — Гробница Гильгамеша? Кажется, я что-то слышала, но это были лишь слухи. Откуда вы… — Суна развела руками, явно давая понять, что не считает эти слухи правдой. Юные волшебники переглянулись. Один из львят сказал: — Из-за книги, «Прогулка с богами». Она очень популярна, почти все её читали. Остальные согласно закивали. Уголок рта Суны дёрнулся. Она взяла книгу у одного из учеников и посмотрела на имя автора — Гилдерой Локхарт! Она даже не удивилась. У Суны в голове сложилась картина. Похоже, Локхарт превратил историю о гробнице в рассказ и опубликовал его. И как ему только в голову пришло? Разве о таком можно писать? Она вернула книгу и сказала: — Наверное, я была слишком занята, помогая другу, но, когда будет время, обязательно ознакомлюсь. Ей не терпелось узнать, сколько воды Локхарт налил в свою книгу! Услышав, что Суна на каникулах всего лишь помогала другу, а не участвовала в подобных приключениях, юные волшебники были немного разочарованы. Что ни говори, а писательский талант у Локхарта был на высоте. Его истории были захватывающими, и после прочтения казалось, будто ты сам всё это пережил. Поэтому книга «Прогулка с богами» разожгла в юных волшебниках неутолимое любопытство. Особенно потому, что это место было овеяно мифами. Сначала они пытались расспросить Ньюта, но тот был социофобом и мастером уклонения. Даже если его удавалось загнать в угол, он находил предлог и ускользал. В конце концов, не каждый был таким безрассудным, как Локхарт. — Ладно, дорогие мои, похоже, профессор Грин был с вами слишком милосерден, раз у вас оставалось время думать о посторонних вещах. Суна достала из-под книг стопку свитков и криво усмехнулась. — Помните ваш тест в начале года? Половина учеников побледнела. Чёрт, они совсем про это забыли. Суна бросила свитки на стол. Глухой стук прозвучал так, словно сердца юных волшебников разом упали. — Я просмотрела ваши работы, и они… меня очень разочаровали! Ученики вжали головы в плечи, предчувствуя недоброе. — Всего за одни каникулы вы вернули мне всё, чему я вас учила. Боюсь представить, какими вы будете после выпуска. Что, все семь лет будете учиться для меня? Студенты, чувствуя свою вину, опустили головы. «Хватит ругаться, хватит, у-у-у», — проносилось у них в мыслях. Лишь отличники продолжали сидеть с поднятыми головами, ничего не боясь. — Я проанализировала ваши типичные ошибки и обнаружила, что большинство из них касаются того, чего вы никогда не видели и о чём узнавали только из книг. Поэтому я решила, что в этом семестре постараюсь познакомить вас с ними лицом к лицу. Кроме того, ваша способность импровизировать всё ещё оставляет желать лучшего, так что это также означает, что ваши практические занятия станут ещё утомительнее. Ну как, вы рады? Юные волшебники: «Не очень, спасибо!» — Раз никто не возражает, значит, все согласны. Отлично, тогда начнём урок. Книги можете не открывать, сегодня мы разбираем контрольную. Суна взмахнула волшебной палочкой, и свитки сами разлетелись по партам. Оценки на них были выставлены не по привычной для Хогвартса системе ПВУСОТ, а по стобалльной шкале, принятой во многих странах мира. Это было куда нагляднее и, к тому же, лучше стимулировало соревновательный дух учеников. — Итак, в этот раз я использовала стобалльную систему. Максимальный балл — 100. От 100 до 90 — это «П» (Превосходно), от 89 до 75 — «В» (Выше ожидаемого), от 74 до 60 — «У» (Удовлетворительно), от 59 до 50 — «П» (Слабо), от 49 до 40 — «О» (Отвратительно), а ниже 40 — «Т» (Тролль). Сами соотнесите свои баллы. Стобалльную систему я буду использовать лишь изредка для небольших тестов, так что просто имейте в виду. Услышав это, юные волшебники принялись на пальцах подсчитывать свой уровень. Отличники вроде Гермионы не беспокоились — её волновало лишь то, где она ошиблась и почему. Рон посмотрел на свои 88 баллов, что-то черкнул на пергаменте, и на его лице мелькнула улыбка, которую он тут же сдержал. Он потянул за рукав рассеянного Гарри, протянул ему свой свиток и спросил: — Гарри, какая это оценка? Я не запомнил, что сказала профессор Суна. Гарри бросил взгляд и ответил: — «В». Рон преувеличенно громко и радостно воскликнул: — А-а! У меня «В»! А у тебя, Гарри? Гарри протянул ему свой свиток. На нём красовалась ярко-красная цифра 90, ровно на границе «Превосходно». Улыбка тут же сползла с лица Рона. Он выхватил свиток Гарри, посмотрел на него ещё раз и недоверчиво спросил: — Ты что, на каникулах занимался за моей спиной? Гарри невинно покачал головой: — Нет, профессор Суна же всё это рассказывала на уроках. Этот ответ разозлил Рона ещё больше. Он схватил Гарри за воротник и принялся трясти. — Рон! Рон вздрогнул, вскочил и, запинаясь, ответил: — П-профессор Суна. — Да. Объясни-ка восьмой вопрос. Почему ты выбрал вариант C? Рон опустил глаза на свиток. Чёрт, именно этого он и не знал!