Часть 163

Глава 163

Дамблдор и профессор МакГонагалл одновременно подняли головы к небу. Там, в вышине, стремительно падала маленькая черная точка, за которой уже начинал тянуться дымный шлейф. — Неужели это Суна?! — Носки Мерлина... К счастью, Дамблдор вовремя вмешался, замедлив скорость её падения, так что она мягко приземлилась на землю, избежав участи воткнуться в неё головой, словно морковка. — Суна? Взгляд Суны остекленел, волосы торчали во все стороны, напоминая растрепанную метлу, лицо было черным от копоти, а одежда превратилась в лохмотья. Услышав голос профессора МакГонагалл, она лишь тупо уставилась в её сторону. В головах Дамблдора и МакГонагалл промелькнула одна и та же пугающая мысль: «Неужели девочка лишилась рассудка?» Сердце профессора МакГонагалл сжалось от жалости, она хотела погладить её по голове, но вздыбленная «метла» на макушке Суны не оставляла для этого никакой возможности. Она попыталась пригладить волосы рукой, но те проявили удивительное упрямство, всем своим видом показывая, что у них есть собственное мнение на этот счет. — ... — МакГонагалл сдалась. Суна медленно приходила в себя. Внезапно её захлестнула волна обиды. Она вцепилась в мантию профессора МакГонагалл, оставив на ткани отчетливый черный отпечаток ладони, и разразилась потоком нечленораздельных жалобных звуков, активно жестикулируя и пытаясь объяснить причинно-следственные связи произошедшего. От её непрерывного «га-га-га» у Дамблдора и МакГонагалл зазвенело в ушах, но, как ни странно, они всё поняли. Оба профессора перевели взгляды на близнецов, которые уже пытались незаметно улизнуть. — Мистеры Уизли!! — голос МакГонагалл взлетел на октаву, а очки хищно сверкнули. — Полюбуйтесь на дело своих рук! Я полагала, что прошлогодние события послужили вам уроком, но, как выяснилось, в этом году вы просто решили сменить тактику — и запустить своего профессора в космос! Суна, чей мозг наконец-то заработал, подумала: «Вообще-то, можно было и не акцентировать на этом внимание». — Нам очень жаль, профессор... — близнецы, что было редкостью, виновато опустили головы. Если бы профессор Суна не оттолкнула их в последний момент, они, вероятно, тоже отправились бы в небесную прогулку. — Мистеры Уизли, ваши извинения так же бесполезны, как Заклинание исчезновения, примененное к троллю! — МакГонагалл сделала паузу, и её тон стал еще более резким. — Или, точнее говоря, как попытка предложить дракону зубную пасту — это не имеет смысла и лишь усугубляет ситуацию! Гриффиндор теряет пятьдесят очков! С каждого! Плюс месяц отработок. И я полагаю, вашей матушке будет крайне интересно узнать, какие «подвиги» совершают её сыновья в школе! Услышав, что об этом узнает Молли, близнецы мгновенно взвились. — Нет, профессор МакГонагалл, вы не можете так поступить! Это... это бесчеловечно! Джордж даже представить боялся, что случится, если Молли узнает, что они подорвали её любимого автора — она же просто разнесет школу. Фред тоже подумал об этом и невольно содрогнулся. — Возможно, мы сможем всё объяснить! — Объяснить? И как же вы собираетесь это объяснять? Близнецы переглянулись и одновременно спросили друг друга: — Это ты поджег? — Не я! — хором ответили они. — А кто тогда? Близнецы посмотрели на неиспользованные запалы в своих руках и ухватились за этот факт как за спасательный круг. — Профессор, это не мы подожгли фитиль. — Посмотрите, мы даже не успели воспользоваться зажигалкой! МакГонагалл нахмурилась, так как это действительно было похоже на правду. — Если не вы, то кто? Близнецы обернулись к толпе зевак. Окружающие их юные волшебники дружно сделали шаг назад, открывая вид на Таффи, который неизвестно откуда раздобыл печенье и сейчас с аппетитом его уплетал. Запихнув в рот последний кусочек, Таффи помахал рукой МакГонагалл и Дамблдору. — Всем привет! МакГонагалл понизила голос, в котором клокотала сдерживаемая ярость: — Мистеры Уизли, вы хотите сказать, что поджигателем был Таффи? Близнецы мысленно восстановили картину событий: возле фейерверка были только они и Таффи. Когда профессор Суна их окликнула, единственным, кто мог совершить диверсию, оставался мышонок. Они уверенно закивали. — Вы!.. — Минерва, погоди! — Дамблдор остановил готовую взорваться профессора-кошку. Он и Суна тоже прокрутили в голове недавние события, и, возможно, близнецы не врали. Он подошел и поднял мышонка на руки. — Малыш Таффи, это ты поджег ту штуку в яме? Маленький Таффи почесал подбородок и, серьезно задумавшись, ответил: — Кажется, я. Я видел, что они не поджигают, и решил им помочь. — Затем он посмотрел на близнецов: — Не благодарите. Близнецы мысленно взвыли: «Уж спасибо тебе огромное!» Они уставились на профессора МакГонагалл невинными глазами, всем своим видом говоря: «Видите? Это не мы». Лицо МакГонагалл быстро меняло выражения, но хмурость не исчезала. — Несмотря на это, приносить опасные предметы в школу недопустимо. Нельзя ожидать, что другие будут вечно разгребать ваши проблемы. Наказание остается в силе, но я не буду сообщать вашей матери. Однако, если это повторится, я лично напишу миссис Уизли! — Ес! — Близнецы дали друг другу «пять». Отработки — дело привычное, главное, чтобы Молли не узнала, а остальное — пустяки! Видя, что виновные наказаны, Дамблдор велел толпе разойтись. Суна, наконец придя в норму, играла в гляделки с Таффи. — Ты хоть понимаешь, что натворил? — Суна погрозила Таффи черным от копоти пальцем. Таффи широко распахнул свои круглые глазки, изобразив полнейшую невинность, и, заложив лапки за спину, начал смущенно переминаться с ноги на ногу, выглядя при этом невероятно трогательно. — Мне очень жаль... Этот вид был запрещенным приемом — гнев Суны мгновенно испарился. Он же просто маленький мышонок, в чем он может быть виноват? — Ладно, прощаю тебя. Но в следующий раз — ни-ни! Слышишь? Обязательно, обязательно, обязательно нельзя! Таффи кивнул и потерся щекой о палец Суны, мгновенно перепачкавшись сажей и став похожим на маленького чумазого котенка. — Ты такая добрая! Таффи тебя любит! Суна мысленно простонала: «У-у-у, это всё вина близнецов!» Дамблдор и МакГонагалл еще раз убедились, что с Суной всё в порядке, и удалились вместе. Суна же взяла Таффи и нашла Тома и Джерри, которые где-то гуляли. Она рассказала Джерри о «добром деле», которое совершил Таффи. В итоге маленькому мышонку не удалось избежать двойной порки от кота и мыши — его попка стала пунцовой. Суна пыталась вмешаться, но безуспешно — Том и Джерри были слишком злы. Ей оставалось лишь утешать Таффи сладостями. Таффи по секрету шепнул Суне, что они с ней — лучшие друзья на свете! Поскольку Таффи постоянно попадал в неприятности по наивности, Джерри теперь брал его с собой повсюду, опасаясь, что не справится в одиночку, а Том ходил с ними за компанию. Так что Суна предоставила троицу самим себе. Наконец, обретя покой, Суна свернулась калачиком на диване, наслаждаясь романом, который ей подарила мадам Пинс. Но, видимо, её слишком расслабленный вид кого-то смущал — прилетел Фоукс и сообщил, что её вызывает Дамблдор. Суна горестно вздохнула: все начальники в мире одинаковы! Приведя себя в порядок, она отправилась в кабинета директора. Постоянного гостя кабинета, Грин-де-Вальда, на месте не оказалось. Дамблдор в задумчивости рассматривал какое-то письмо, но, услышав звук открываемой двери, поднял голову: — Прошу прощения, что прерываю твой отдых. — Есть ли какое-то задание для вашего многострадального профессора Защиты от Тёмных искусств, мой старый директор? Дамблдор, глядя на её вид, улыбнулся уголками губ и ответил тоном, полным торжественности и тонкого юмора: — Мой дорогой профессор Защиты от Тёмных искусств, слово «многострадальный» не совсем уместно в благородном деле борьбы с Тёмной магией. Я лишь хотел узнать, как обстоят дела с оставшимися двумя крестражами? Есть ли новости? — Эм... — улыбка сползла с лица Суны. Она не ожидала проверки прогресса работы. Вспомнив о местонахождении Чаши и Медальона, выражение лица Суны стало сложным. — Есть подвижки, но возникли трудности. — О? — Ну, это... хм... — Суна с видом заговорщика приблизилась к Дамблдору и прошептала: — Вы знаете, как украсть что-нибудь из сейфа в Гринготтсе? Без ключа. Дамблдор посмотрел на неё так, словно она шутит: — Который из них в Гринготтсе? — Либо Чаша, либо Медальон. — ... — Дамблдор закатил глаза. Спасибо за «ценную» информацию. — Чей это сейф? — Беллатрисы Лестрейндж. — Ты так уверена? — Белла и Малфой — самые преданные слуги Волдеморта. Если у Малфоя был один, нет причин полагать, что у неё нет другого. Такую вещь нельзя носить с собой, а самое безопасное место для неё — Гринготтс. Если же его там нет, запасной вариант — старый дом Блэков. Выдать местоположение сразу двух крестражей — это в её стиле! Дамблдор задумался. Чем больше он размышлял, тем логичнее это казалось. — Белла — его верная цепная собака. Вполне возможно, что Волдеморт доверил ей хранение. Тогда поместье Лестрейнджей тоже может быть тайником. После замужества Белла быстро прибрала к рукам весь род Лестрейнджей. Суна покачала головой: — Белла вышла замуж не по любви, а лишь ради союза, чтобы привлечь Лестрейнджей на сторону Волдеморта. Для неё вся семья Лестрейнджей — это лишь имущество, которым она управляет от имени Тёмного Лорда. В глубине души она не признает этот так называемый «дом» и не доверяет ему. К тому же братья Лестрейнджи — один холодный и расчетливый, другой агрессивный и воинственный. Хоть они и верны Волдеморту, в них есть типичная для Слизерина черта — умение оценивать ситуацию. Белла не доверилась бы им полностью. Поэтому вероятность того, что это дом Блэков, выше. Дамблдор задумчиво кивнул: — Похоже, ты знаешь очень много. Суна ответила уклончиво: — Любопытство — в природе человека, да и это не такая уж тайна. Дамблдор лишь упомянул об этом и не стал углубляться. Он постучал пальцами по столу, размышляя: — Дом Блэков... Можно попросить Гарри и Сириуса поискать там. Нет, сегодня вечером я отправлюсь туда сам. А вот Гринготтс... это действительно проблема. Этих гоблинов не так-то просто обмануть. Безопасность Гринготтса была на высшем уровне, охрану гоблинов можно было назвать непробиваемой. В оригинальной истории Золотое Трио смогло добыть Чашу только при помощи инсайдера — Крюкохвата. А сейчас... Белла всё еще сидит в Азкабане в обнимку с дементорами, так что даже Оборотное зелье не поможет. Штурм? Сейф просто завалит, а на выходе их встретят мракоборцы Министерства. Сбежать будет невозможно. Дамблдор пока не видел подходящего решения, поэтому решил отложить этот вопрос и действовать по ситуации, если в доме Блэков ничего не найдут. — А как у тебя дела? Подтвердилось количество крестражей? При упоминании этого Дамблдор тоже почувствовал себя многострадальным. Слагхорн был упрям, как осел, просто смертельно упрям! Никакие уловки не помогали развязать ему язык. Это так раздражало Дамблдора, что ему хотелось попросить Грин-де-Вальда отвесить зельевару пару оплеух! Дамблдор потер переносицу: — Нужно еще немного времени. Тогда Суна спросила: — А Барти Крауч-младший и Волдеморт найдены? Услышав это, Дамблдор помрачнел еще больше. — Твои вопросы бьют не в бровь, а в глаз. Суна широко улыбнулась, обнажив зубы: — Хе-хе, мы квиты. О крестражах она знала, но не могла сказать прямо. А вот где прячутся Барти-младший и Волдеморт, она действительно не ведала, так как с её появлением многие события изменились. — Барти-младший... Вы проверяли лачугу Гонтов и дом Реддлов? Суна всё же не удержалась и дала подсказку. В одном месте спрятан крестраж, другое — место возрождения Волдеморта. Она поклялась лампой, что делает это исключительно из жалости к столетнему старику, чтобы тот меньше утруждался, а вовсе не из злопамятства. — Гонты и Реддлы... Дамблдор бросил на Суну многозначительный взгляд. Суна опустила глаза, избегая зрительного контакта — она не забыла, что перед ней мастер легилименции. Он мог бы многозначительно произнести: «Кажется, ты очень хорошо знакома с Волдемортом...» Суна не позволила этому случиться, уставившись на свечи на стене и наблюдая за пляской пламени. После долгого молчания Дамблдор снова заговорил: — Не волнуйся, я тебе доверяю. Или, скорее, мне стоит радоваться, что ты на моей стороне. Плечи Суны поникли: — Старый директор, это уже не смешно. Дамблдор искренне ответил: — Ты же знаешь, я не это имел в виду. Суна не унималась: — Тогда что вы имели в виду? Дамблдор схитрил: — Я просто имел в виду то, что имел в виду. Фоукс издал крик: «Если вы не будете говорить прямо, это совсем не интересно!» — и улетел проветриться. С тех пор как выпал снег, он перестал отдыхать на своем насесте. Суна и Дамблдор прекратили этот бессмысленный обмен смыслами. — Я попрошу Геллерта отправить людей проверить эти два места. Было бы отлично, если бы они там нашлись. А вечером ты пойдешь со мной в дом Блэков. Суна указала на себя пальцем: — Я? Дамблдор кивнул. А что такого? — Разве это не должен быть Грин-де-Вальд? — «Пусть сожжет там всё Адским пламенем!» — подумала она. Дамблдор поправил шапочку, уголки его губ невольно поползли вверх: — У него есть другие дела, он пока не может вернуться. Суна посмотрела на него взглядом дохлой рыбы: — О, так вы решили использовать меня как бесплатную рабочую силу. — На самом деле, я хотел взять только Тома, если ты, конечно, доверишь его мне? Конечно, Суна не доверяла. Поэтому сквозь зубы процедила: — Я иду! Дамблдор весело подмигнул. Маленькая Суна — попалась! — Не переживай, у Блэков есть немало хороших вещей! Суна посмотрела на Дамблдора с болью в сердце: — Директор, вы изменились. Ваша совесть не мучает вас? Директор ворчливо ответил: — Ты думаешь, ради кого я стараюсь? Тебе надо или нет?! — Надо, надо, надо! Дурак тот, кто упускает выгоду. Нельзя работать бесплатно! С наступлением темноты Суна вместе с Томом и остальной компанией из пяти существ встретилась с Дамблдором. Изначально она хотела взять только Тома, но Джерри заявил, что тоже хочет пойти, а если идет он, то нужно брать и Таффи. Раз уж взяли троих, нельзя было обделять остальных: Добби, услышав, что увидит Гарри, тоже вызвался, а Шоколадная лягушка заявила, что ей одной скучно, и тоже увязалась следом. Увидев эту большую семью, уголок рта Дамблдора невольно дернулся.