Глава 4. Выписка и полицейские.

Нет, ночевать здесь, в госпитале, среди незнакомцев, я не хотела абсолютно точно. Сомневаюсь, что даже смогла бы уснуть здесь без снотворного! - Я бы хотела вернуться домой, папа, - эти слова прозвучали негромко, но очень искренне - и при этом как-то... решительно? - Здесь... все чужие. - Тейлор, малышка, в первую очередь нам нужно позаботиться о твоём здоровье, - покачал головой мой отец. - Что, если ты снова потеряешь сознание уже дома? - Мне тогда... просто стало страшно, - опустила глаза я, скрывая вновь накатившее от воспоминаний о изменении моей души волнение. - Дома я буду чувствовать себя спокойнее. Защищённее. Если доктор Брайт говорит, что дело в стрессе, то в моей комнате мне будет намного лучше. Никогда раньше мой собственный слабый голос не казался мне настолько убедительным. Смесь демонстрируемых эмоций, аргументов, которые в кои-то веки не приходится мучительно подбирать, потому что они прыгают на язык словно сами собой, и внутренней уверенности в своей правоте... Это именно так ощущалось для Эммы, когда она, мило хлопая глазками, объясняла, что это я всё придумываю и не иначе как самолично вылила в свой рюкзак пинту томатного сока? Но я, в отличие от неё, не лгала сейчас отцу! Почти не лгала. Умалчивала. {Дипломатия, УС 15: "Взять 10", 8 + 9 -2 (болезненная)= 15. Успех.} Папа с некоторым сомнением осмотрел меня, заставив тем самым вспомнить о том, насколько ужасно я сейчас должна выглядеть с растрёпанными непричёсанными волосами и в тонком больничном халатике, и приложил тыльную сторону ладони мне ко лбу, словно меряя температуру. Я на секунду даже затаила дыхание и подалась вперёд, ожидая его вердикта... а потом, сообразив вдруг, что никакой лихорадки у меня нет и быть не может, и вообще мне уже давно не пять лет, с возмущением вскинулась, отпихивая его руку. - Пациент скорее жив, реакции в норме, - тихо хмыкнул папа, полностью довольный собой. - Хорошо, малышка, будь по-твоему. Сейчас доктор Брайт освободится, и мы займёмся оформлением выписки. Я как знал, даже привёз тебе кое-что из одежды - правда, оно всё осталось в машине, потому что я немного спешил тебя увидеть, но спуститься за ней недолго. Я смерила его недовольным взглядом - сейчас было не время для подобных шуточек! - но не могла не признать, что разрядить обстановку у отца получилось, и мне действительно стало немного спокойнее. Вот ещё был бы он таким внимательным и заботливым всегда, а не только сегодня, после случившегося! - О, я, кажется, услышал что-то о выписке? - Сверкнул голливудской улыбкой незаметно подошедший доктор Брайт - он тоже успел закончить разговор с полицейскими, которые сейчас негромко переговаривались между собой, пока офицер МакКорнбери продолжал что-то писать у себя в блокноте. - Всё-таки решили покинуть нас? Мы с отцом почти одновременно кивнули, начав что-то говорить, тут же замолкли, чтобы не перебивать друг друга - и этой паузой немедленно вновь воспользовался чрезмерно весёлый и оптимистичный доктор, завтракающий, обедающий и ужинающий не иначе как исключительно кофе... с пятью ложечками сахара... в каждой из двух десятков чашек. - Как сотрудник Броктон Бей Дженерал Хоспитал я обязан предупредить вас о том, что клиника не несёт ответственности за последствия данного решения, и порекомендовать доверить своё здоровье квалифицированному медицинскому персоналу, - начал он преувеличенно-серьёзным и официальным тоном, прежде чем вновь перейти на прежний лёгкий и эмоциональный говор. - Однако в подобных вашему случаях домашняя обстановка действительно может оказаться самым лучшим лекарством! Впрочем, разумеется, её стоит дополнить некоторыми препаратами, которые помогут вашей нервной системе восстановиться после столь тяжелого испытания, мисс Эбер, но это мы уже обсудим с вашим отцом. Хм-м-м... Поступим так. Мисс Эбер, сейчас мы освободим вас от аппарата респираторной поддержки, пока мистер Эбер принесёт вашу одежду. Затем медсестра поможет вам переодеться, и пожалуйста, если вы вдруг почувствуете себя хуже - появится головокружение, станет тяжело дышать, появится слабость, что угодно - немедленно скажите ей об этом. Ну а мы с вашим отцом займёмся унылой бюрократией - оформление страхового случая, план выписки... Думаю, это займёт не больше часа! Подошедшая ближе мисс Хастингс, явно собиравшаяся что-то сказать, несколько удивлённо вскинула бровь и заметно о чём-то задумалась, тогда как папа согласно закивал. - Я вернусь очень быстро, совёнок, - пообещал он. - Мне сказали, что твоя одежда пострадала, и я взял кое-что из твоей комнаты... То, что лежало сверху, я не рылся в шкафу, так что извини, если не угадал со стилем. - Ничего страшного, - только и пробормотала я в его удаляющуюся спину, вновь отчаянно краснея и вспоминая, в каком состоянии оставляла свою комнату. Я же собиралась обязательно в ней прибраться в ближайшие дни! Но на это постоянно не хватало то желания, то сил... Тем временем, доктор, не обращая на моё смущение ни малейшего внимания, сноровисто открепил пластырь, удерживавший подведённую к моему носу пластиковую трубку, вытащил из нагрудного кармана небольшой белый пластиковый квадратик, который оказался упаковкой для остро пахнущей спиртом одноразовой салфетки, стёр с моей щеки остатки клея и уверенно отключил мерно шипящий рядом аппарат. - Вот так, - проговорил он, осматривая меня с головы до ног - то ли проверяя, не забыл ли о чём-то, то ли убеждаясь, что я не начну немедленно биться в конвульсиях или падать в обморок без дополнительного кислорода. - Теперь, мисс Эбер, пожалуйста, дождитесь своего отца и вызовите медсестру, чтобы она помогла вам переодеться. И пожалуйста, не надо геройствовать, пытаясь сделать это самостоятельно - иначе выписка может внезапно сорваться из-за осложнений, которые могло вызвать столь значительное несанкционированное перенапряжение вашего организма, понимаете? Я кивнула, старательно подавляя порыв закатить глаза; опустившийся до столь низменных угроз доктор Брайт, похоже, этим удовлетворился, потому что развернулся к полицейским. - Офицеры, мне пора идти к следующему пациенту... - Да-да, мистер Брайт, мы здесь пока что закончили, - перебила его детектив Хастингс. - Мисс Эбер, мы дождёмся вас на стоянке и сопроводим до дома, чтобы взглянуть на упомянутый вами журнал. А ещё тут на первом этаже был неплохой кафетерий... Дож, тебе кофе? - Э-э, да, двойной без сахара, пожалуйста, - кивнул женщине её напарник. - И... - Я помню, - отмахнулась от него детектив, целенаправленно зашагав к двери. - Мисс Эбер, не прощаюсь, доктор Брайт, благодарим за содействие. Следом за полицейскими палату покинул и доктор, оставив меня в тишине и одиночестве - смущённую, немного раздраженную, сильно утомлённую и абсолютно сбитую с толку.

***

Выписка, разумеется, заняла больше обещанного часа - я даже успела заскучать, сидя в палате. Отец, как и обещал, вернулся с одеждой быстро, и я, несмотря на то, что носимый мною на каникулах джемпер явно стоило бы не везти сюда, а бросить в стирку (что я и собиралась сделать сегодня, вот сразу после возвращения из школы!), торопливо натянула всё под присмотром - и с совершенно излишней помощью - медсестры Смит, средних лет темнокожей женщины со слегка избыточным весом. Она была весьма мила и приветлива, и мне было неловко отвлекать её от более важных пациентов, но указания доктора не оставляли выбора. Когда я оделась, она даже предложила составить мне компанию в палате до выписки, но я вежливо отказалась и сейчас уже немного жалела об этом. Здесь попросту нечего было делать! Конечно, в палате был телевизор, но он предназначался для пациентов, тогда как я уже выписывалась... И за неимением возможности отвлечься хоть на что-то, я раз за разом возвращалась мыслями к тому, что меняло всю мою жизнь, делило её на "до" и "после" - обретению парасил. Каких трудов мне стоило удержаться и не произнести вслух странные мелодичные слова, что должны были усыпить всех в небольшой области! Я словно бы ощущала мерную пульсацию, похожую на биение невидимого сердца, в окружающей меня тишине; кончики пальцев слегка покалывало, и я несколько раз подхватывалась на ноги, начиная ходить по палате, но быстро уставала и возвращалась на кровать... Когда же, наконец, вернулись нагруженный стопкой бумаг и каким-то бумажным же пакетом отец и сопровождающие его доктор Брайт с медсестрой Смит, меня ожидало финальное унижение - кресло-каталка, на котором мою персону предполагалось вывезти из госпиталя. Да, правила, да, ответственность за пациента, но я-то вполне могла ходить самостоятельно! Впрочем, когда доктор Брайт с какой-то ну очень широкой улыбкой поинтересовался, не проверяла ли я, случаем, это на практике, мне пришлось прекратить протесты и позволить выкатить себя из палаты. К счастью, коридор третьего этажа был почти пустынным, если не считать пары медсестёр, и в лифте тоже спускались только мы впятером; я уже почти убедила себя, что всё нормально и никто не будет обращать внимания на всего лишь ещё одну пациентку, но судьба, разумеется, никак не могла быть ко мне такой милосердной. Стоило нам выйти из лифта, как уже знакомые мне полицейские поднялись с диванчика, на котором ожидали в умеренном комфорте, и направились прямиком к нам. Они ничего не говорили, просто обменялись кивками с моим отцом и зашагали рядом, но даже это, кажется, привлекло внимание всех без исключения находящихся в холле. Я даже могла понять, почему: пожалуй, даже я сама в подобной ситуации проводила бы взглядом несовершеннолетнюю опасную преступницу-рецидивистку, которую встретили и взяли под конвой от самых дверей кабинки двое полицейских в форме... О, проклятье, сразу двое человек достали телефоны и принялись нас снимать! Я поскорей опустила голову, пряча пылающее лицо, но вряд ли от этого было много толку. Если эти видео окажутся выложенными в интернете и их увидит кто-то из Винслоу - мне не жить... Не обращая внимания на мои страдания и отчаянье, миссис Смит довезла меня до раздвижных стеклянных дверей, спустила по пандусу до отцовского пикапа и помогла пересесть на сидение. Папа закрыл за мной дверь, подписал что-то на планшете доктора Брайта, пожал ему руку, что-то сказал полицейским и, обойдя машину, сел за руль; те, ответив, тоже загрузились в стоявший чуть дальше привычного вида чёрно-белый патрульный автомобиль с эмблемой Полицейского Департамента Броктон Бей на дверцах, и наш кортеж плавно тронулся с места, выруливая с территории госпиталя на городские улицы. По дороге мы с папой молчали; я не знала, о чём говорить, и чувствовала себя слишком усталой и разбитой, чтобы обсуждать погоду, тогда как он сосредоточился на дороге и лишь периодически поглядывал в мою сторону. К счастью, пробок сегодня не было, и потому спустя всего четверть часа дороги мы добрались до дома. - Твои ключи, Тейлор, - наконец, прервал тишину отец, доставая их из того самого бумажного пакета. - Мне сказали, что у тебя в карманах были только они и шариковая ручка? - Да, я... всё остальное было в рюкзаке, - подтвердила я, принимая ключи с простым карабином в качестве брелока. - Спасибо. А рюкзак... получается, остался в школе? Утренние события вспоминались словно в тумане, но то, что снять рюкзак я не успела и он больно упирался мне в спину, прижатый дверцей, забыть было невозможно. А вот потом... Кажется, его сняла медсестра? - Нужно будет потом забрать его, - с какой-то нехарактерной мрачностью кивнул мне папа. - Давай проведу тебя до двери, а потом уже загоню машину в гараж. Не будем заставлять офицеров ждать... и лучше пусть припаркуются во дворе, а не на улице. - Пап, я вполне способна пройти десять шагов и подняться на четыре ступеньки самостоятельно... - начала было я, но папа, не иначе как заинструктированный коварным улыбчивым доктором по самое не могу, мои возражения пропустил мимо ушей, и мне, чтобы не задерживать и так ожидавших моей выписки полицейских, пришлось уступить. Вскоре я уже поворачивала ручку входной двери, входя в гостиную. Дом встретил меня привычной тишиной, и на миг мне почудилось, будто всё хорошо, будто Шкафчик мне лишь приснился... Но слабость и головокружение от лекарств, и, самое главное, ощущение сжатой в тугую пружину силы внутри немедленно напомнили о реальности. - Мисс Эбер? - Раздавшийся сзади строгий и слегка нетерпеливый женский голос заставил меня слегка подавиться воздухом - я в какой-то момент незаметно для самой себя начал дышать очень часто и неглубоко - и заодно напомнил, что застревать в дверях в присутствии визитёров не стоит. - Э-э, простите, ми... мэм, я слегка заблудилась в своих мыслях, - кое-как выдавила я неловкую улыбку. - Прошу, заходите. Папа сейчас подойдёт. Посторонившись, я пропустила полицейских в дом и включила свет - на улице было ещё светло, но солнце уже клонилось к закату; детектив немедленно начала вертеть головой по сторонам, осматриваясь, и я вновь почувствовала стыд - мы с отцом не ждали гостей, и последнюю уборку делали перед самым рождеством... никаких пятен или чего-то подобного, но по сравнению с чуть ли не стерильной палатой в госпитале успевшие словно сами собой сконденсироваться из воздуха сор и пыль выделялись особо вызывающим образом. К счастью, даже резкая и всегда словно торопящаяся куда-то детектив не спешила требовать, чтобы я провела её в свою комнату... - Чаю? - когда мисс Хастингс в который раз бросила взгляд то на меня, то в сторону кухни, я вдруг вспомнила об обязанностях хозяйки. - Или, возможно, воды или кофе? Правда, у нас только растворимый... - Спасибо, не стоит, мы только что из кафетерия, - с вежливой улыбкой басовито отказался МакКорнбери, поддержанный отвлечённым угуканьем напарницы, и в остальном те несколько минут, что потребовались отцу для возвращения машины в гараж, прошли в неловком молчании. Наконец, скрипнула, открываясь, дверь чёрного хода, и в дом вошел папа. - Прошу прощения за задержку, - кивнул он полицейским, выходя из кухни. - Чай, кофе? - Благодарю, не нужно - нам ещё желательно успеть сдать отчёты до конца смены, - покачала головой детектив. - Мисс Эбер, вы говорили о своём, м-м, журнале? - Д-да, - тысячи вариантов того, как всё могло пройти по самому ужасному сценарию, немедленно попытались набиться мне в голову, словно сельди в бочку. - Моя комната наверху, я сейчас принесу его... Что, если полицейские сейчас заберут моё единственное доказательство происходившего, а затем "потеряют" в архиве или по дороге в ближайшей канализации только ради того, чтобы не возиться с этим делом? Что, если они решат, что я всё выдумала, или просто отмахнутся? - С вашего разрешения, мы предпочли бы взглянуть на неё, - не согласилась женщина-полицейская, и, не дожидаясь этого самого разрешения, двинулась к лестнице, заставив меня поспешно начать подниматься, чтобы не загораживать ей дорогу; хорошо ещё, что на лестнице её заинтересовали более светлые квадраты на обоях, где когда-то висели фото с мамой, и она задержалась достаточно, чтобы мне не пришлось бежать по ощущающимся непривычно крутыми ступенькам и появилась пара секунд отдышаться наверху. - Фотографии моей жены. Она погибла в автокатастрофе без малого три года назад, - услышала я сперва мрачный голос поднимающегося последним отца, и затем стандартный бессмысленный обмен пустых соболезнований на столь же пустую благодарность. После этого взрослые быстро нагнали меня, и мы, пройдя по коридору, оказались у моей комнаты - уютной, но слишком маленькой для гостей и самую малость неприбранной: брошенная на кровати пижама, книги и учебники на столе, кубический ЭЛТ-монитор с грязноватым пластиковым защитным экраном поверх, немытая чашка, оставшиеся от рождественской выпечки крошки... Впрочем, не думаю, что после палаты и несвежего джемпера мнению полицейских обо мне было куда падать ещё ниже, и, к счастью, оба они оказались достаточно профессиональны, чтобы не демонстрировать своего отношения к разведённому свинарнику явно. Все мы, разумеется, внутри не поместились, и папе пришлось остаться в дверях, заглядывая внутрь, пока я, чувствуя себя с каждой секундой всё более и более неловко и странно, под пристальными взглядами полиции рылась в гардеробе и доставала из ящика внизу задвинутый под одежду журнал. Старый крупноформатный блокнот, подобранный мною на гаражной распродаже, плотная картонная обложка которого скрывала сотню разлинованных листов формата B5 был не подписан, но при этом заполнен уже примерно на две трети и даже несколько распух из-за вклеенных в него распечаток; при виде его на меня снова накатили сомнения в правильности своего поступка и стыд. Почти полгода собственной слабости и бессилия, записанные здесь во всех мерзких подробностях... Я точно хотела показать их всему миру вообще и отцу в частности? Может, лучше соврать, скрыть... Я покрепче сжала зубы и выпрямилась. Нет, решение уже было принято, и Трио на этот раз перешло черту. Я не собиралась отступать! - Вот, - развернувшись, я вручила журнал детективу Хастингс. - Здесь записано всё, что происходило со мной, начиная со второй недели сентября прошлого года. Оскорбления, издевательства, распечатки писем ненависти. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы хоть кто-то наконец вмешался в их "развлечения" и прекратил их! Детектив приняла журнал, раскрыла и начала просматривать - сначала первые страницы, затем несколько случайных из середины, потом последние записи, потом вновь вернулась к началу... - Хм, мисс Эбер, - вдруг заговорил офицер МакКорнбери, которого я, признаться, уже понемногу начала считать безмолвным приложением к напарнице. - Вы упоминали письма ненависти на ваш школьный электронный адрес; я вижу у вас здесь компьютер - если он подключен к интернету, то можем ли мы на них взглянуть? - Подключен... - мы с отцом заговорили одновременно, и он, замолкнув, сделал мне жест продолжать, но, к сожалению, с демонстрацией имелась одна сложность. - Подключен, но как я уже говорила, в конце ноября травля заглохла и в декабре почти прекратилась. Я думала, что им наконец-то надоело, что могу оставить это всё позади, и потому незадолго до Рождества вычистила свою почту: удалила всё, кроме школьных оповещений, и даже очистила корзину. Но отдельные распечатки остались в журнале, они там даже с техническими заголовками... И, если они вновь взялись за... травлю, то могли прислать что-то снова? Наверное, последняя фраза прозвучала довольно жалко, потому что полицейские взглянули на меня с сомнением. Никогда в жизни не думала, что буду надеяться, что меня снова завалят оскорблениями - но ведь никак не докажешь, что они были, что я почти два часа сидела, сражаясь с неудобным интерфейсом и тормозящим интернетом, удаляя все девяносто восемь писем из сотни лимита на ящик по одному... Все те долгие минуты, пока компьютер включался и подгружал почту, я сидела на стуле перед монитором и чувствовала себя полной дурой, и периодические взгляды полицейских никак не помогали избавиться от ощущения, будто я сама и своими руками сделала фатальную глупость. Ну и, разумеется, почтовый ящик оказался девственно пуст, не считая двух писем от администрации: автоматического приветствия при создании ящика и непонятно как пробившегося уведомления от миссис Нотт о том, что двадцатого октября будет важный тест... {Хастингс, интеллект, УС ??: ?? + ?? = ??. Провал. МакКорнбери, интеллект, УС ??: ?? + ?? = ??. Успех.} - Мисс Эбер, вы не могли бы открыть первое письмо? - почему-то вдруг попросил усатый офицер, пока я боролась с желанием начать горячо и истово уверять полицейских, что я не вру - то, что это никогда не срабатывает с представителями властей, я уже выучила. - Ага, спасибо... И ещё в самый низ прокрутите. Благодарю. Здесь пишет, что ящик создан в первой декаде октября, но вы же уже на втором курсе? - Да, я тогда писала заявку на смену почтового адреса, - отозвалась я. - Школьная почта имеет лимит всего в сто писем, и из-за того, что мне её постоянно забивали спамом и оскорблениями, я не могла получать письма от преподавателей или администрации... Это уже четвёртый адрес, я никому его не называла, но они каким-то образом всегда узнавали его не позже, чем через несколько дней, и письма начинали приходить снова. Офицер кивнул, и застрочил что-то в своём блокноте. - Что же, думаю, мы здесь закончили, - подала, наконец, голос детектив Хастингс; я обратила внимание, что она слегка поджала губы и выглядела чем-то недовольной - не иначе как моей глупостью. - Мисс Эбер, сейчас вам стоит отдохнуть, полиция обязательно разберётся в этой... неприятной ситуации. Мистер Эбер, проводите нас? {Проницательность, перехват скрытого сообщения, УС 15/20: 20 +3 -2 (болезненная) = 21. Значительный успех. Проницательность, догадка, УС 20: 17 +3 -2 (болезненная) = 18. Провал.} Судя по её интонации и выражению лица, женщина явно желала поговорить с папой без моих ушей, но о чём именно, я не догадывалась. Не собиралась же она сообщить ему, что никаких доказательств нет, что это моё слово против чужого и что дело будет закрыто? Или собиралась? Но как же журнал? Я должна была знать! И потому, когда они под папино "да-да, разумеется, офицеры" вышли за дверь, не рухнула в изнеможении на кровать, а заставила себя подняться со стула и прокралась к лестнице. Несмотря на усталость, навык никуда не делся - я знала, куда наступать, чтобы ни одна коварная досочка пола не скрипнула у меня под ногами, пока я приближалась к лестнице... Но стоило мне выглянуть вниз, как я встретила сразу два внимательных взгляда полицейских. {Скрытность: 14 +2 -2 (болезненная) -1 (усталость) +2 (родной дом) = 15. Восприятие, Хастингс, УС 15: ?? + ?? -2 (расстояние) = ??, успех. Восприятие, МакКорнбери, УС 15: ?? + ?? -2 (расстояние) = ??, успех. Восприятие, Денни, УС 15: ?? + ?? -2 (расстояние) = ??, провал.} - Вы хотели что-то добавить или спросить, мисс Эбер? - строго поинтересовалась у меня детектив. - Да! Эм, - ну же, мозг, мне нужно всего одно простое оправдание... - Я... Я хотела спросить про мой журнал. Вы его забираете, как улику? {Блеф: 6 +4 -2 (болезненная) +5 (убедительная ложь) = 13. Проницательность, Хастингс, УС 13: ?? + ?? = ??, ??. Проницательность, МакКорнбери, УС 13: ?? + ?? = ??, ??. Проницательность, Денни, УС 13: ?? + ?? = ??, провал.} - Нет, - смягчившись, покачала головой детектив. - По крайней мере, не сейчас. Я оставляю его вашему отцу, чтобы он тоже мог с ним ознакомиться и его содержимое не застало его врасплох. Это всё? - Да, благодарю... - Теперь оставалось только развернуться и признать поражение, но мне пришла в голову другая мысль, и вместо этого я начала просто спускаться по лестнице. - Я на кухню, хочется пить. Вопросительно приподнятая бровь женщины опустилась, и кивнув мне, она действительно вручила журнал папе, после чего вместе с ним направилась к выходу. Я же спокойно прошла на кухню, достала из шкафчика с посудой стакан... А как только за полицейскими и отцом закрылась дверь, поспешила обратно, чтобы приложить посудину к деревянному полотну. Летний лагерь скаутов, несмотря на последующее, всё же научил меня некоторым трюкам! {Восприятие, УС 12 (10, +2 расстояние, +5 сквозь дверь, -5 снижение штрафа из-за стакана): 15 -1 (мудрость) -2 (болезненная) = 12. Успех.} - ...не может быть доказательством в суде, - разобрала я приглушенный голос детектива - она явно старалась говорить негромко, и только благодаря стакану и тому, что она стояла лицом к двери мне удавалось разобрать хоть что-то. - Он может и должен быть причиной для начала расследования, но так как он написан вашей дочерью собственноручно, любой адвокат просто отметёт его содержимое как "неподтверждённые фантазии" или даже клевету. - С "письмами ненависти" то же самое - дата создания почтового ящика подтверждает слова вашей дочери, но это косвенное доказательство, а прямые она удалила, - добавил МакКорнбери. - Мы, разумеется, сделаем со своей стороны всё возможное, но без показаний свидетелей толку будет немного. - Но разве... Тейлор... госпиталь? - Отца я слышала заметно хуже, даже несмотря на то, что он говорил громче. {Профессия (психолог), Хастингс, УС 15/20: ?? + ?? = ??. Значительный успех.} - Увы, мистер Эбер, - по-моему, здесь полицейская вздохнула. - Её слова должны подтвердить свидетели, хотя бы кто-то ещё, а студенты Винслоу не особенно любят разговаривать с полицией. Но я хотела поговорить с вами о другом. Нашу двойку вызвали к школе из-за того, что я обладаю психологическим образованием и специализируюсь на работе с трудными подростками, и характеристика вашей дочери от школьной администрации была довольно негативной. Вот только то, что я вижу... Мистер Эбер, этот журнал написан не для того, чтобы призвать обидчиков к ответу. Это переходный этап от детского "вот умру, и будете плакать" к полноценной готовности совершить самоубийство - думаю, что если бы не стресс от случившегося, ваша дочь так никогда и не показала бы этот журнал вам. - Ч-что?! Вы уверены? Это... - кажется, папа говорил что-то ещё, но никакое "психологическое образование" привычку детектива перебивать других не исправило. - Прямо сейчас явных признаков самодеструктивного поведения я не наблюдала - депрессия, обычная подростковая неуверенность в себе, недоверие к полиции или официальным лицам вообще, но не более. Однако это очень поверхностные наблюдения, причём в необычных обстоятельствах и вне привычной обстановки, и потому я бы советовала вам обратиться к специалисту, потому что вот это вот, - здесь, видимо, она указала на журнал, - симптом крайне тревожный. И независимо от всего прочего, мистер Эбер, я настоятельно рекомендую вам сейчас проводить больше времени с дочерью: случившееся могло как выдернуть её из депрессивной спирали и побудить что-то делать, так и напротив, заставить замкнуться ещё больше. А "что-то делать" в исполнении подростка почти всегда означает проблемы... Вот ведь... нехорошая женщина! Я не могла оценить, какой из неё психолог, но я совершенно точно не думала о самоубийстве - по крайней мере, всерьёз, не в виде случайной и тут же отбрасываемой мысли. Но теперь, когда она запугала папу, он точно начнёт за мной очень внимательно следить... а у меня парасилы, которые не парасилы, а магия, и которые мне так и зудит попытаться использовать! Но про свидетелей она явно говорила всерьёз - и если я хочу добиться чего-то по поводу Винслоу официально, то мне придётся найти хоть кого-то, кто рискнёт высказаться в мою пользу. {За получение достаточно важной информации о полиции и результатах их сегодняшнего общения Тейлор получает 200 ХР. Текущее значение - 700/2000.} Разговор на улице, тем временем, сменился прощаниями, а затем звуками захлопывающихся дверей автомобиля и шумом заводящегося мотора, и я поскорей вернулась обратно на кухню, чтобы включить чайник, чуть не упав по пути - надеясь, что папа не обратит внимания, что к его возвращению он уже должен был бы давно вскипеть. Как оказалось, не обратил - стоило папе зайти на кухню, как всё его внимание оказалось сосредоточено на мне, словно он ожидал, будто я немедленно и прямо на его глазах попытаюсь зарезаться ножом для масла, и готовился помешать. Вот только выдавать то, что я подслушала его разговор с этой мисс Хастингс, я не могла, и потому оставалось только вздохнуть и постараться вести себя нормально... и если кто-то думает, что это просто, когда тебя слегка распирает изнутри, будто надутый воздушный шарик, то он глубоко ошибается! - Как ты, малышка? - Наконец, заговорил он, когда я принялась доставать из шкафчика заварку - так аккуратно и осторожно, словно я была хрупкой вазой, способной разбиться из-за случайного громкого звука. - Ты хорошо себя чувствуешь? - Терпимо, - я медленно вдохнула и выдохнула, попытавшись прислушаться к ощущениям и ответить всерьёз, а не отделаться полуправдой. - Не знаю, что мне давали в больнице, но голова до сих пор слегка кружится и будто звенит... Сложно сосредоточиться и мысли скачут. - Тогда понятно, - слегка улыбнулся папа, переводя взгляд с меня на стол... о, проклятье. Именно на столе я и оставила взятый стакан - сухой, то есть, даже не соврать, будто я из него пила. И так как я уже достала заварку, а чашку - ещё нет, то получалось, что я собралась заваривать чай в этом самом стакане... Умница, Тейлор, великолепная шпионская подготовка! - ...А ты чай будешь? - Кажется, моей "маске невозмутимости" недоставало убедительности, но не попытаться я не могла. - Да, спасибо, пожалуй, не откажусь, - кивнул отец. - Хотя... ты не голодна? Можно устроить ранний ужин. Я открыла было рот, чтобы отказаться, но вдруг поняла, что несмотря на головокружение и слабое подташнивание, действительно хочу есть. - М-м. Может быть, если что-то лёгкое? - неуверенно предположила я. - Не макароны с сыром. Я их люблю, но... - Тогда давай я закажу сейчас что нибудь, - предложил папа, когда я, вместо того, чтобы вразумительно закончить фразу, попыталась неопределённой жестикуляцией показать своё отношение. - Скажем, яичные роллы? Или греческий салат. Годится? - Спасибо, салат звучит замечательно, - благодарная улыбка на моём лице в кои-то веки была искренней; я знала, что у нас не всё хорошо с финансами, и что постоянно питаться доставкой мы себе позволить не можем, но после сегодняшнего кошмара я, по-моему, заслуживала немного позитивных эмоций, и салат из свежих овощей с мягким сыром казался мне сейчас очень привлекательной идеей.

***

После стакана чая (заваренного и выпитого с самым невозмутимым видом), большого контейнера с необычайно вкусным греческим салатом (который показался мне даже лучше недавней рождественской индейки - по-моему, я в жизни не получала столько удовольствия от помидоров и латука!) и недолгого неловкого разговора с папой ни о чём (он не расспрашивал меня о травле, видимо, не желая испортить моё поднявшееся настроение) я сослалась на усталость и ретировалась в свою комнату. Про усталость врать не пришлось, я действительно чувствовала себя изрядно разбитой, но уже приняв душ и переодевшись в пижаму я наконец позволила себе вернуться мыслями к фигуральному слону в комнате - магии и случившихся со мной изменениях. Я всё ещё не могла до конца поверить в то, что что-то изменяло и позволяло мне изменять самой свою собственную душу, но новые знания - пусть ещё не до конца уложившиеся в голове, пусть спутанные и неструктурированные - делали этот вывод однозначным. Вот только могла ли я им доверять? Не были ли эти "знания" лишь обманкой, предназначенной для того, чтобы сбить меня с толку и заставить видеть в своих парасилах то, чем они не являлись? В конце концов, никто не называл способности паралюдей магией... Кроме Мирддина, но он не считается. С другой стороны, паралюди также никогда не упоминали, что для использования их способностей им нужно что-то там сплетать или формировать, а моё заклинание Сна требовалось именно что плести из потоков силы, и назвать этот процесс как-то иначе было затруднительно. Но если я и правда изменила себя, свою душу и разум, вложила в себя новые навыки... То откуда эти самые навыки появились и что дало мне эту возможность? Я не помнила, чтобы герои в своих интервью упоминали высшие силы или души, и потому сомневалась, что то, что произошло со мной, было схоже с обретением парасил другими людьми. Но не божественным же провидением объяснять случившееся! И кроме того - что именно во мне изменилось? Я действительно стала менее умной и сообразительной, но более привлекательной и харизматичной? Я не чувствовала в себе каких-либо изменений, будто бы была такой, какая я есть сейчас, всегда, с самого рождения, но при этом и новые знания о магии тоже ощущались естественными... Я вновь попыталась вспомнить подробности своего пребывания в ограниченной бесконечности, но они ускользали, словно вода меж пальцев, оставляя лишь отдельные образы и ощущения. Зато то, что удалось восстановить в больничной палате, никуда теряться вроде бы не спешило, и я намеренно ещё раз повторила про себя подробности своего мистического путешествия: глифы, чародейка, единорог с провидцем, коррекция характеристик своего сознания, смешение всего в единое целое, и мои собственные дополнения - штрихи, которые я добавляла в сложившуюся картину, каким-то наитием понимая, как отразить на ней свои чаяния и желания... Но чего именно я желала тогда? Кажется... что-то о том, чтобы меня и мои слова перестали игнорировать? Чтобы я могла убеждать людей, договариваться с ними и доносить до них свою точку зрения? Да, мне действительно было довольно просто убедить папу забрать меня домой, и общение с полицией тоже прошло довольно гладко, но это было заслугой новых навыков общения с людьми... Или не только? Я принялась представлять себе различные ситуации, в которых мне понадобилось бы общаться с людьми, одну за другой. И в этих фантазиях мне действительно было несложно находить нужные слова, как будто бы у меня появились не только практические навыки общения, но и хороший такой талант к нему, и с каждым разом мне становилось всё проще формулировать аргументы и подбирать нужные интонации, жесты и даже выражения лица. Почему раньше мне это казалось таким сложным и непонятным?.. Это же как езда на велосипеде - стоит ухватить основной принцип, и дальше можно не бояться упасть на ровной дороге! Правда, социальное общение обычно схоже не с шоссе, а с дикими скалистыми горами, но всё равно сейчас я чувствовала себя заметно уверенней по поводу своих перспектив. Не выдержав, я от избытка чувств подскочила на ноги и начала расхаживать по комнате - три шага от кровати до шкафа, три обратно - но уже на третьем повороте вновь ощутила себя уставшей и вымотанной. Мне стоило выспаться, ведь завтра пощадивший меня сегодня папа наверняка заведёт разговор о травле, Эмме и наших действиях... но к счастью, у меня было то, что позволило бы мне не беспокоиться о бессоннице - заклинание Сна. Я сняла и привычно положила на уголок стола свои очки, вернулась на кровать, поудобнее устроилась под одеялом и вскинула руку вверх, чтобы выполнить нужный жест. - Арувашти тахак... Арувашти... Арувашти... - что-то было не так; несмотря на то, что я старалась прошептать вербальный компонент формулы как можно отчётливее, всколыхнувшиеся было потоки магии в моём теле больше никак не реагировали ни на него, ни на сложный жест рукой - напоминающий попытку подобрать двумя пальцами платок со стола и затем, встряхнув его, жестом фокусника превратить в голубя. - Арувашти тахак шахам кузарш... Ничего не получалось, и я начинала немного паниковать. Неужели я ошиблась, и вместо обретения магии - или парасил - попросту сошла с ума? Но я же чувствую силу внутри, и делаю всё правильно!.. Или нет. Вербальный компонент требовалось произносить не только чётко, но и в полный голос - новые знания о магии подсказывали, что разница между шепотом и проговариванием вслух с точки зрения формул довольно значительна. Я бросила взгляд на закрытую дверь своей комнаты и решила, что вряд ли папа сейчас стоит прямо за ней с прижатым к уху стаканом. - Арува́шти... - начала было я, но тут же осеклась. Мой голос прозвучал сейчас странно и даже немного страшно, так, как будто бы одновременно со мной говорили ещё два голоса, похожих на мой, но не совсем моих. Больше того, теперь сила внутри отреагировала на мою попытку начать создание заклинания, и начала формировать его плетение - но из-за того, что я прервала вербальный компонент, потоки немедленно вышли из-под контроля, и собранная сила попросту хлынула наружу, сорвавшись с кончиков моих сложенных щепотью пальцев вспышкой радужного сияния. {Заклинание сорвалось. Слотов первого круга - 3/4.} - Кажется, скрыть применение магии окажется достаточно сложно, - произнесла я вслух только для того, чтобы убедиться, что сейчас мой голос звучит нормально, а не в полифонии. - Ха... Ладно. Попытка номер два. Арува́шти таха́к шаха́м куза́рш! Создание заклинания - каст, так назывался этот процесс - оказалось достаточно длинным, требуя добрых пять или шесть секунд на то, чтобы проговорить нужные слова с правильными паузами и интонацией. Кроме того, с "подбирающих платок" пальцев сейчас сыпалась и тут же таяла в воздухе радужная пыльца, и я вдруг вспомнила, что если бы я не была обладающей изрядной магической мощью даже без какого-либо обучения чародейкой, то сейчас мне пришлось бы рассыпать не эти искорки, а подходящий материальный медиум вроде мелкого песка или сушеных розовых лепестков... Но я не позволила этим мыслям, странному голосу и ощущению мягкого, идущего изнутри тепла отвлечь себя, и, выбрав целью свою собственную кровать, уронила на себя готовое плетение - чтобы немедленно отдаться накатившей сонливости... {Концентрация, УС 10: 17 + 5 = 22, успех. Тейлор добровольно проваливает спасбросок и засыпает.}

***

...чтобы, проснувшись некоторое время спустя, обвести мутным взглядом комнату, перевернуться на другой бок и уснуть снова. === === === {Тейлор в течение суток может успеть выполнить одно большое действие и два малых. Кроме того, она может лечь заполночь и тем самым найти время на третье малое действие, или пожертвовать сном полностью (или почти полностью) ради второго большого действия. Не все задачи могут быть выполнены ночными действиями, потому что другие люди ночью обычно спят, магазины закрыты и так далее, но некоторые, напротив, требуют только ночных действий. Кроме того, выполнявшая ночные действия Тейлор на следующий день будет уставшей и не выспавшейся: ей потребуется потратить, в зависимости от количества пропущенного сна, малое или большое действие на отдых, чтобы снять штраф, или же воспользоваться иными методами компенсации усталости. Количество раз в неделю, равное модификатору телосложения, малое ночное действие может быть взято без штрафа, но эта возможность не может применяться два дня подряд. Большое действие можно обменять на дополнительное малое действие. Два малых действия можно обменять на дополнительное большое действие. Если хоть одно из использующихся для обмена действий является ночным, итоговое действие тоже будет считаться ночным действием. Выбранные действия существуют не в вакууме. Они могут быть синергичными и повышать эффективность друг друга, а могут, напротив, взаимно снижать шансы на успех, потому составляйте планы на день внимательно.} {Какие у Тейлор планы на завтрашний день - 04.01.2011?} Большое действие: [Х] Нужно продолжить разбираться со своими способностями и изменениями. {Тейлор сможет выбрать фит за первый уровень и бонусный фит за преимущество Чародея.} - [X] Выбран фит Быстрое обучение (Fast Learner). - - [X] Выбран дополнительный скиллпоинт, вложен в Блеф. - - [X] Выбрано дополнительное известное заклинание нулевого круга, Престидиджитация (Prestidigitation). - [X] Выбран фит Путь к величию (Apotheosis) [ ] Мне доступна магия, и я должна понять, на что она способна! {Тейлор сможет выбрать три заклинания нулевого круга и в меру сил протестирует свои магические способности.} [ ] Нужно изучить, что пишут о получении способностей паралюдьми, чтобы понять, насколько необычен мой случай. [ ] Нужно разобраться с изменениями вкусовых предпочтений и, возможно, пройтись по магазинам, чтобы обновить запасы еды. [ ] Нужно начать работу над своим героическим костюмом. Конечно, материалы и отдельные его элементы придётся искать на рынке, среди уценённой одежды и в секонд-хендах, но мне нужно хоть что-то, специально предназначенное для сокрытия моей личности, если я хочу начать действовать. [ ] Мне нужно отдохнуть, восстановиться и прийти в себя после пережитого - начну действовать я уже завтра. {Тейлор получит +1 пункт Лени.} [ ] Ещё что-то? {Здесь могут быть добавлены варианты читателей, не более двух.} Малые действия (выбрать два): [X] Позвонить Джулии, чтобы договориться о встрече. Надеюсь, она не откажется свидетельствовать в мою пользу. [ ] Попытаться узнать в полиции, как продвигается расследование. [ ] Провести время с папой - это должно немного его успокоить, и, возможно, будет не слишком неловким и мучительным. [ ] Обсудить с отцом травлю, Эмму и наши дальнейшие действия. [ ] Рассказать папе о своих силах. {Вариант заблокирован либо до выбора всех оставшихся способностей - двух фитов, трёх заклинаний и силы крови - либо пока Тейлор не успокоится по поводу своих изменений.} [ ] Мне стоит продолжить разбираться со своими способностями, но не уверена, сколько времени это займёт. {Тейлор сможет выбрать фит за первый уровень.} [ ] Мне стоит продолжить разбираться со своими способностями, начиная со связанных с магией. {Тейлор сможет выбрать бонусный фит за преимущество Чародея.} [X] Я могу попробовать разобраться в последствиях приобретения сразу двух наследий крови. {Тейлор сможет выбрать силу крови 1 уровня.} - [Х] Выбран альтернативный вариант - фамильяр Крови. [Х] У чародеев редко пробуждается только одно заклинание. Возможно, я пока что просто не почувствовала остальные? {Тейлор сможет выбрать три заклинания 0 круга, но пока что воздержится от их практического применения.} - [X] Выбрано заклинание Брызги кислоты (Acid Splash) - [X] Выбрано заклинание Зарок Анонимности (Oath of Anonimity) - [X] Выбрано заклинание Наставление (Guidance, за счёт черты Магия двух миров) [ ] Ещё что-то? {Здесь могут быть добавлены варианты читателей, не более четырёх.} Использовать ли "ночное" действие? [ ] Нет, лечь спать вовремя. [X] Да, малое ночное. [ ] Да, большое ночное.