Часть 1

⁃ Ты слушаешь меня вообще, или нет? — возмутился Андрей, резко развернул ноутбук экраном к себе и нервно защелкал мышкой, выключая музыку и вынимая из ноута очередной компакт диск ⁃ Какого черта я здесь с тобой вообще сижу в два часа ночи, если тебе это нахрен не нужно? ⁃ Нужно. — лаконично ответил Егор, не отрываясь от телефона — Но Пугачеву я не хочу. И этого, как его там — Егор щелкнул пальцами. ⁃ Леонтьева. — подсказал Андрюха. ⁃ Леонтьева. Тоже не хочу. ⁃ А кого ты хочешь? ⁃ Ну давай слушать дальше, что у тебя еще есть? ⁃ Агузарову! — возбудился Андрей. — давай Агузарову! ⁃ Агузарова — это советская эстрада? — Егор все же оторвался от телефона, опустил голову и посмотрел на друга по верх очков ⁃ Ну, я не знаю. — Андрей в очередной раз перебрал, лежавшие перед ним диски в пластиковых коробочках. ⁃ Вот Толкунова, или Юрий Антонов. ⁃ Пиздец! — Егор умудрился одним словом передать все свое отношение и к Толкуновой и к Юрию Антонову. ⁃ Ну а чего ты хочешь-то? Что тебе нужно? ⁃ Мне нужна музыка под которую мы с Катенькой будем кататься в следующем номере. — Егор был удивительно спокоен и невозмутим несмотря на позднее время суток и хроническую усталость. Похоже в данный конкретный момент в этом мире его ничего не беспокоило и не бесило, как обычно, а совсем наоборот, даже очень все устраивало. Он ловко строчил сообщение своими огромными пальцами на маленьком сенсорном экранчике айфона. ⁃ Вы с Катенькой! — передразнил его Андрей. — Я смотрю тебе развод только на пользу пошел. Недолго ты горевал, так-то. ⁃ А чего горевать-то? — уточнил Егор. Потухший было экран резко вспыхнул ответным текстом, лежащий на столике телефон завибрировал, прочитав сообщение, Егор сразу засуетился. ⁃ Так, все. Поехали — он быстро прожевал последний кусок венского шницеля и допил кофе. ⁃ Куда? — Андрюха. поддавшись Егоркиному суетливому энтузиазму, и сам стал торопливо собирать ноутбук и прятать диски. ⁃ К Кате. — Егор поднялся, достал портмоне, отчитал нужную сумму и кинул ее на столик. ⁃ Ты сдурел? Ты время видел? — Андрей все же встал из-за стола и надел куртку, но уже намного менее уверенно. ⁃ Мы что прям домой к ней щас завалимся с этими песнями, как два придурочных меломана посреди ночи? ⁃ Не домой. Под подъезд. — Егор в свою очередь потянулся за своей курткой, спрятал телефон и достал ключи от машины. ⁃ А смысл? Будем втроем в машине музыку слушать? — не унимался Андрей, распихивая диски по карманам сумки для ноутбука. ⁃ Чего тебе посреди ночи приспичило-то? Куда тебя несет? Давно не виделись? Завтра бы на свежую голову переслушали, может что и зашло б. Егор уже широко шагал к машине и на въедливые комментарии своего старого и верного друга не реагировал. ⁃ Слушай! — завопил Андрей, пытаясь его догнать. — Я придумал! Как раз тебе под настрой. Берем Шуфутинского. И он продолжил завывать дурным голосом Сингарелла! Сингарелла! Под гитару в брызгах винных, Я твое целую тело, стресс ползет дорогой длинной… ⁃ Заткнись. — прервал его Егор, открывая машину и садясь на водительское сидение. ⁃ А куда ехать-то? — довольный тем, что понял, наконец, истинные мотивы и намерения своего приятеля, Андрей плюхнулся в пассажирское кресло и начал доставать обратно диски из сумки и запихивать их в бардачок. ⁃ Обеспечиваю прикрытие. — пояснил он Егору. — так куда едем? ⁃ На Новый Арбат. Ближе к Смоленской. Там где дом правительства. ⁃ Ох, ни хрена себе. — присвистнул Андрей. — Любишь ты статусных женщин. По пустым магистральным дорогам без пробок и светофоров к катиному дому они добрались за считанные минуты. Двенадцатиэтажный, пеобразный шедевр сталинской архитектуры встретил их светящимися витринами магазинов, банков и даже свадебного салона, а также девятью подъездами и четырьмя огромными арками. Егор уверенно зарулил в нужную арку, сбросил скорость, протянул вдоль внутреннего дворика, притормозил возле нужного подъезда и задом аккуратно припарковался в очень узком проеме между двумя машинами. Такой маневр явно требовал мастерства и сноровки, из чего Андрей сделал вывод, что Егор паркуется здесь далеко не впервые. ⁃ Я смотрю, ты уже здесь, как дома. ⁃ Давай, дуй назад. — Егор заглушил мотор, достал телефон и быстро отправил Кате очередное сообщение, сигнализируя о своём прибытии. ⁃ Чего это! — возмутился Андрюха. ⁃ Того это. — Егор включил в салоне свет, откинул козырек, посмотрел в зеркальце на свое отражение, достал из бардачка расческу и поправил прическу. ⁃ Ой, я не могу! Я с тебя угараю! — не унимался Андрей, вставляя в магнитолу нужный компакт-диск. ⁃ Герой-любовник прямо! Запал на нее, да? ⁃ Лезь назад. — настойчиво повторил Егор, придирчиво осматривая себя со всех сторон. — послушаешь с нами пару песен и вали отсюда. ⁃ Куда? ⁃ Я не знаю куда. Вон за углом Пятерочка круглосуточная. И чтоб я тебя не видел, пока она из машины не выйдет. Кряхтя и чертыхаясь Андрей перелез на заднее сиденье. Егор поправил и пододвинул переднее сидение, сделал ей больше пространства, и как раз во время. Дверь подъезда приоткрылась, и маленькая женская фигурка в черном плаще остановилась на пороге, опасливо всматриваясь в кромешную темноту сентябрьской ночи. Егор блымнул фарами. Катя заметила его и спасаясь от холодного, ночного ветра, заторопилась к машине. Он вышел ей навстречу и открыл дверцу. Катя аккуратно села и только тогда заметила присутствие постороннего мужчины на заднем сидении. ⁃ Это Андрей, помнишь, я тебе говорил. Он нам с музыкой помогает. — Егор уже сел рядом, так что она даже не успела испугаться присутствия чужого человека так близко. ⁃ Андрюха, это моя Катя! «МОЯ Катя!» ничего себе» подумал Андрей и даже тихонько присвистнул от неожиданности и Егоркиной наглости «Круто!» ⁃ Вы извините, что мы вот так в наглую к вам заявились посреди ночи. Но разве ж его остановишь. — Андрей, будто оправдываясь, развел руками, мол, что ж тут поделать-то, если его другу под ее подъездом будто медом намазано. Украдкой он рассматривал маленькую, хрупкую женщину с тонкими, правильными чертами лица, уставшей, вымученной, но неземной улыбкой. ⁃ Ничего страшного. У нас и правда мало времени. — Катя примирительно махнула рукой. — Егору ведь трудно найти для всего время. Плотный график. ⁃ Ну, смотря для чего. — протянул Андрей и сразу запнулся. Егор недобро глянул на него и включил магнитолу. Они прослушали две первые песни Льва Лещенко в полном молчании. Затем Андрей слегка кашлянул на заднем сидении. ⁃ Ребят, никто пить не хочет? Катя и Егор синхронно покачали головами. ⁃ Ну, я тогда схожу в магазин, водички куплю. Вам что-то купить? Может быть кофе? Егор только махнул рукой, мол иди уже. Он выждал, пока Андрюха исчезнет в арке и только тогда легонько коснулся рукой Катиного плеча. ⁃ Замерзла? Катя отрицательно покачала головой, но он все равно проверил включен ли подогрев под ее сидением. ⁃ Устала? Она кивнула. И вот уже его пальцы ласково гладят ее щеку, и она прикрывает глаза. — Какую песню ты хочешь? — Егору захотелось услышать ее голос и он намеренно задал вопрос, не предусматривающий молчаливых ответов. — Веселую. Ритмичную. — ответила Катя — Где можно скорость, разгон показать, а не шаги. С шагами ведь беда у нас. Он знал, что это камень в его огород. Учить шаги он не любил. Он любил играть лицом, носить ее на руках и смотреть, как она катается. ⁃ Я постараюсь. — прошептал Егор и наклонился над ней. Его губы неотвратимо приближались, как испытание любовью, как неизбежность, как превратность судьбы, как-то, что было давно предрешено, но случилось совершенно негаданно. Женщина чуть слышно выдохнула и покорно приоткрыла свои губы ему навстречу. Егор еще не успел насладиться моментом по полной, когда Катя отстранилась, отвела глаза и прикусила губу от неловкости. ⁃ Чего ты? — он не понимал, он явственно видел, что целоваться с ним ей нравится. ⁃ Андрей сейчас вернется. — его напор, его жестокий натиск, явные, неприкрытые намерения смущали ее. ⁃ Не вернется. — уверенно сказал Егор и легонько притянул ее к себе. — Иди ко мне. Ее очень давно никто не хотел, очень давно никто не говорил, как она красива, никто не приезжал к ней ночью, не целовал в машине. А музыка все играла и играла, разного уровня и способностей исполнители старательно выводили куплеты и припевы. Советская эстрада. Это была не их музыка, она им совершенно не подходила. Слишком сложные они были для советской эстрады. А поцелуи становились все неосторожнее, все горячее. Егор потянул пояс ее плаща. Простой, черный пояс. Под плащом обычная флисовая кофта на молнии. Когда он потянул вниз молнию, Катя испуганно сжала его руку. ⁃ Не бойся. Не бойся меня, маленькая. Я тебя не обижу. — он нежно целовал ушко, и его вкрадчивый шепот преодолевал остатки ее сопротивления и страха, тогда как его пальцы вернулись к молнии. Под кофтой ничего не было, и когда он положил руку ей на грудь, она уже не сопротивлялась. Она ведь все прекрасно знала. Знала куда и зачем она идет, знала, что ему от нее нужно на самом деле. Знала и оделась соответственно. Чего уж теперь. Егор понимал, что пора остановиться, контролировать себя ему становилось все труднее. Он сжимал ее грудь в своих теплых пальцах и жажда обладания гнала кровь по венам, со скоростью электрической энергии до звона в ушах. Напоследок он не смог удержаться, опустил голову и обхватил губами ее сосок, маленький, сморщенный комочек плоти, такой нежный и сладкий, что он, большой, взрослый мужик, задрожал, как мальчишка впервые прикоснувшийся к женщине. А она, немного поколебавшись, запустила пальцы в его волосы, свои тонкие, маленькие пальчики в его жесткие, непослушные кудри, как когда-то давно мама, много лет назад. Такое волшебное ощущение грядущего счастья и принятия. Он выпрямился, сам застегнул на ней кофту, поправил плащ и прижал ее к себе уже не осторожно, а сильно-сильно, зарываясь носом в ее волосы. Кате на мгновение показалось, что у него на глазах блестят слезы. ⁃ Мне пора. Поздно уже. Лиза там одна. — она не вырывалась и не отстранялась от него. Ждала пока он сам отпустит ее. Но он не отпускал. ⁃ Мы так и не выбрали с тобой песню. ⁃ Завтра выберем все вместе. — Катя умолкла, а затем почему-то добавила. — Хорошо, что ты приехал. ⁃ Можно я завтра за тобой заеду с утра? — он перебирал пальцами ее волосы, легкие, светлые прядки. ⁃ Не стоит. Отдохни лучше. Мы завтра рано уедем, у Лизы в восемь тренировка. Я уже и водителя вызвала. ⁃ Напиши ему, чтоб не приезжал. Я сам вас отвезу. — Катя, наконец, отстранилась и прямо посмотрела ему в глаза. Егор взял ее руку и прижался губами к тыльной стороне ладони. ⁃ Пожалуйста. ⁃ Мне там нужно будет задержаться — неуверенно произнесла Катя, до конца не понимая такого его навязчивого вмешательства в ее планы. — Поговорить с тренером. ⁃ Я подожду. Его уже было не остановить, и она сдалась. ⁃ Ну, хорошо. Тогда в семь мы выйдем. Она уже открыла дверцу машины, собираясь выходить ⁃ С Андреем попрощайся за меня, хорошо. Он кивнул. Егор смотрел, как за ней закрывается дверь подъезда и ему казалось, что ее волосы до сих пор щекочут его лицо. Катя тихо вошла в квартиру и аккуратно прикрыла за собой дверь. Еще не хватало, чтобы соседи обсуждали ее ночные вылазки. Заглянула в детскую, посмотрела на спящую дочку, поправила одеяло и погасила ночничок над ее кроваткой. Не включая свет, зашла в спальню, переоделась и легла на кровать. Ей было о чем подумать. У нее почти два года никого не было. Не было близости, обжигающих взглядов, нежности, не было постоянного мужского присутствия в ее жизни. Зачем она ему? Он молодой, красивый, успешный, уверенный, даже немного хамовитый. Зачем она ему? Она старше. В прошлом у нее большая трагедия, история наполненная грустью и печалью. Шлейф недоступности, недосягаемости, святости, внутренней силы и обособленности. Хотя она любила общение. И сюда она приехала именно за этим. Друзья, коллеги любили ее, а она любила их. Он быстро всех оттер, быстро занял все ее пространство. Он был всегда рядом. Оберегал от всего. Куда бы она не пошла, с кем бы не говорила, какую бы проблему не пыталась решить, он обязательно появлялся рядом. Он был занят для всех, но только не для нее. То, что случилось сегодня не было их первым поцелуем. Впервые Егор поцеловал ее пару дней назад. Они шли после тренировки по длинным коридорам спорткомплекса, за одним из поворотов он прижал ее к стене и поцеловал. От неожиданности Катя… в общем она даже не возмутилась. Егор раскрывал ее губы медленно, смаковал, ловил ее реакцию. Он никуда не спешил. Он в принципе делал то, что хотел, а она просто не могла сопротивляться, у нее закружилась голова и подкосились ноги. Он это понял и руками поддерживал ее. Своя собственная растерянность, податливость, нежелание, невозможность сопротивляться его натиску, не на шутку разозлили Катю. Она оттолкнула его, вырвалась и побежала к выходу. ⁃ Катя?! — Егор окликнул ее. ⁃ Нет! — женщина даже не обернулась. Она выбежала на улицу и побежала вдоль припаркованных машин, как будто он преследовал ее. Добежала почти до конца парковки, пока вибрирующий телефон в кармане плаща не привел ее в чувство ⁃ Катя, куда ты бежишь? Мне за тобой ехать? — удивленный голос ее водителя, вернул женщину в реальность, и она подумала, как нелепо выглядят со стороны ее забеги по парковке, ⁃ Нет, Витя, я сейчас вернусь. Стой там. — она взяла себя в руки и уже спокойно возвращалась обратно к выходу. Возле выхода стоял Егор и удовлетворенно улыбался. Наверняка он остался доволен ее хаотичными метаниями по пересеченной местности. «Господи!» Катя молча прошла мимо него, села в машину на заднее сидение. Сейчас лучше ни на кого не смотреть. Когда они отъехали, украдкой она потрогала губы кончиками пальцев, как девочка после первого поцелуя. Телефон в ее руке пискнул и засветился текстом. ⁃ Я всю жизнь мечтал о таких поцелуях! «Ага, так она и поверила. Сказочник.» ⁃ Твои губы — мой воздух! Я жить без тебя не могу.- не унимался Егор. Похоже он решил добить ее сегодня. Егор знал чего он хотел и что он искал. И то, что он искал, купить было невозможно, оно не продавалось. Это давали бесплатно, только если очень повезет. Несмотря на свой скромный возраст, тридцатка это ничто для мужчины, так молодой человек, он все прекрасно понимал. Он рано повзрослел, рано лишился юношеских иллюзий. «Старикашка!» так его называла жена. «Ты, кошмарно старый!» Красота, хозяйственность, секс ценились мало, и в мужском мире не стоили ничего. Это можно было легко купить. А вот женственность, ласковость, мягкость, женская энергия в мире мужчин не вырабатывались и ценились дороже золота. Даже самые успешные, самые уверенные в себе Мужчины нуждались в женственности, в женской ласке, как в живой воде. В жизни Егора этого было крайне мало, жалкие крохи. Властная, авторитарная бабушка, не терпевшая неповиновения. Вечно обиженная на жизнь и на весь род мужской мать, задыхающаяся в тени своих знаменитых родителей. Юные, прелестные девы, мечтающие подороже продать свои прелести и поудачнее выйти замуж. И, наконец, Ксения, его дорогая супруга, ходячий хаус, фейерверк и брызги шампанского. Депрессии, сменяющиеся вечным праздником. «Туда ходи, туда не ходи. Эту роль играй, эту — не играй.» Она долго не могла забеременеть, лечилась, впадала в истерики. Егор думал, что ребенок успокоит ее, разбудит женственность, мягкость, принятие, но не тут — то было, покой Ксении только снился. Все стало еще хуже и никакая женственность и нежность в ней не проснулись. Зато проснулась агрессия, дерзость, нетерпимость и злоба. И когда в его жизни появилась нежная, теплая Катя, из которой эта женская энергия била нескончаемой струей, которую хотелось обнимать, прижимать к себе, укутывать, беречь, защищать и облегчить ей жизнь всеми силами здорового мужика. К которой тянуло магнитом, и ее феноменальная женственность влекла просто с силой земного притяжения, И Егор почувствовал ее энергетику, как хищник, как охотник, как самец свою самку. И разум… разум промолчал. Внимать доводам разума в такой ситуации, это как пытаться поймать руками взлетающий самолёт. Катя, в свою очередь, не была склонна заниматься самообманом. Жизнь научила ее скрывать свои истинные чувства, желания, предпочтения, соответствовать чужим ожиданиям и общественному мнению, прятать под маской собственные переживания, но саму себя она никогда не обманывала. Не стала делать этого и сейчас, лежа без сна в предрассветной тишине московской ночи. Она хочет. Хочет его рук, его губ, его голоса, его взгляда, хочет его присутствия, хочет мужских объятий. Хочет его тепла. И хочет, чтобы он решал проблемы.