Часть 2

Ровно в семь утра Катя и Лиза вышли из подъезда. Катя катила сумку з лизиными коньками и формой. У Лизы на плечах болтался рюкзак с учебниками и тетрадями. Машина стояла на том же месте, и можно было бы сделать вывод, что он никуда и не уезжал, но когда Егор вышел к ним навстречу, на нем была другая одежда, и он был гладко выбрит. Лиза со всей своей детской непосредственностью и радостью самого своего существования на Земле и жизни вокруг, которое может переполнять маленького человека только в его семь лет, подбежала и обняла его. Егор наклонился и поцеловал ее. Положа руку на сердце, в последнее время он никого столько не целовал, сколько Лизу. Он с удовольствием целовал бы Катю, но в силу возраста и жизненного опыта, она оказалась менее податливой. Ну и если уже до конца смотреть правде в глаза, Лиза целовала не только его, но и всех остальных, кто встречался на ее пути, и кого она более-менее знала. Вот такая вот невинная любвеобильность. ⁃ Ты сегодня с нами поедешь, да? ⁃ Да, мадмуазель. Сегодня я отвезу вас на тренировку. — Егор открыл багажник и положил в него лизину сумку и рюкзак. Катя открыла дверцу, и девочка залезла на заднее сидение. ⁃ Мама, смотри какой красивый стаканчик, и трубочка и крышечка! — Лиза пришла в восторг от разноцветного стаканчика с какао, стоящего в подстаканнике на заднем сидении. Сверху плавали маленькие дольки зефира. ⁃ Это для меня, да?! Это для меня! — она уже вовсю пыталась извлечь чудо-стаканчик и цепких лап подстаканника. ⁃ Лиза, осторожно, пожалуйста. Я тебя прошу, не облейся и не облей тут все. — Катя иногда уставала от такого бурного темперамента ее младшего ребенка. — Не доставай его. Просто наклоняйся и пей из трубочки. ⁃ Ну, мама, он такой красивый! Я хочу его рассмотреть. ⁃ Лиза, что надо сказать? ⁃ Спасибо! — лизина мордашка просунулась между передними сидениями, маленькие ручки обняли Егора за шею, и она опять поцеловала его. ⁃ Пожалуйста. — улыбнулся Егор, завел машину, и они плавно выкатились из арки на Новый Арбат. Украдкой он наблюдал за Лизой в зеркало заднего вида. Счастливый ребенок, окруженный любовью и заботой близких людей, готовый генерировать счастье, радость, благодарность, нон-стоп, 24/7. Наблюдая, он вспомнил и о своей такой девочке, его старшей дочери, ребенке, мать которого он бросил чтобы жениться на Ксюше. В жизни которой он участвовал ежемесячными конвертами и дорогостоящими подарками в день рождения, а еще редкими встречами, раз в полгода где-то в кафе. Встречами, которые вызывали чувство обоюдной неловкости, и неприкрытого детского страха перед чужим, большим дядей, который очень строго говорил с ее мамой о непонятных вещах и украдкой смотрел на часы. Он никогда не целовал свою старшую дочь. Не мог преодолеть что-то внутри себя и внутри нее. Маленький, испуганный зверек, готовый сжаться от любого взгляда, вопроса, прикосновения. Полная противоположность Лизе. Егор думал сколько в Кате любви, доброты, внутренней уверенности, чтобы воспитывать ребенка вот так. Лиза была открытой, но не избалованной, способной видеть и впитывать хорошее и не замечать плохое, трудиться, а не капризничать, не жаловаться, быть милой, испытывать сострадание ко всему живому. Какая же это тяжелая, каждодневная работа — растить человека. Но Катя и с этой задачей прекрасно справляется. По поводу напитков они переписывались последние полчаса до выхода из дома. На каждую свою инициативу он получал согласие. Никакой самодеятельности. В итоге у Кати стояло капучино с тростниковым сахаром, у Лизы — какао. Он мог быть очень милым, когда хотел. ⁃ Киндер! Мама, киндер! — Лиза, наконец, отвлеклась от какао, зефирок и стаканчика и обратила внимание на лежащее за подстаканниками шоколадное яйцо Ребенок опять втиснулся между передними сидениями. ⁃ А киндер тоже мне? Егор кивнул, на Катю он старался не смотреть. Здесь самодеятельность была на лицо. ⁃ У них сдачи не было. — первая попавшаяся, выдуманная на скорую руку, версия показалась ему удачной. ⁃ Ну да. Тем временем Лиза притихла, она была занята, она пыталась засунуть киндер в карман куртки. ⁃ Лиза! — Катя повернулась к дочери и протянула руку. — Давай сюда. Ни один мускул не дрогнул на лице девочки. Она притворялась глухонемой. ⁃ Лиза! — Катя чуть надавила на голос и нетерпеливо щелкнула пальцами. Малышка выдохнула и покорно вложила яйцо в руку матери. В отличии от мамы, Лиза была только на пути к постижение такого прекрасного качества, как самодисциплина. И Катя ни капли не сомневалась, что дочка стрескает шоколад еще по пути в раздевалку. ⁃ Я в обед его отдам. — Катя примирительно улыбнулась, подалась назад и погладила девочку по волосам. ⁃ А игрушка, мам! Там же игрушка! Катя посмотрела на Егора, тот помалкивал, усиленно делая вид, что сосредоточился на дороге. Она сняла фольгу, аккуратно расколола шоколад пополам и достала из него уже пластиковое яйцо, размером чуть меньше. ⁃ * Ясемин! Мама, здесь Ясемин. — Лиза уже вертела в руках маленькую фигурку диснеевской возлюбленной Синдбада. ⁃ Мама, я хочу еще Синдбада. — не видя в матери никакой заинтересованности, Лиза обратила свой взгляд к Егору, понимая, что с ним намного больше шансов решить вопрос в свою пользу. Тот молчал. ⁃ Мама тоже была Ясемин. — Лиза не сдавалась и решила заинтересовать Егора приятной беседой. ⁃ Была такая программа для Дисней. — пояснила Катя, пока Лиза внимательно изучала вкладыш со всеми предложениями этой линейки киндер. Возле детской спортивной школы ЦСКА было уже много припаркованных машин. Пока Катя возилась с заедающей ручкой на лизиной сумке с русалочкой, девочка на прощание обняла Егора и, убедившись, что мама занята, тихо спросила. ⁃ Купишь Синдбада? Егор кивнул. Вот и ладненько. И ребенок радостно поскакал к входной двери, размахивая рюкзаком. На полпути она остановилась и обернулась. ⁃ Заберешь меня в обед. Затем повернулась обратно и побежала дальше. Кому были адресованы ее слова никто так и не понял. ⁃ Я недолго. — сказала Катя и покатила сумку вслед за Лизой. С восьми до десяти была утренняя тренировка, затем завтрак. В одиннадцать начиналась учеба. В три обед. С четырех до половины шестого дополнительная тренировка, для тех, чии родители были особенно настойчивы и для тех, кто по мнению тренеров, подавал особые надежды. Катя планировала остаться на лизину тренировку и на завтрак. Их с Егором тренировка должна была начинаться в одиннадцать, здесь неподалеку. Но учитывая обстоятельства, она передумала. Тренер Лизы, Инна Германовна перед Катей просто благоволела, заикалась, запиналась, словом испытывала священный трепет. И так все тренера. Только здесь, в стенах этой школы, Катя в полной мере осознавала, кто она для России. Что она значит для этих людей. Лиза тоже не без удовольствия пожинала плоды маминого авторитета. Сегодня Катя побыла с ними час, пообещала дочке забрать ее после обеда, извинилась и, сославшись на неотложные дела, распрощалась. Идя к выводу, она по привычке задержалась возле большого сережиного портрета, висящего в холле школы, которую он закончил. Всмотрелась в лицо своего первого мужчины. Как же он был юн и прекрасен ⁃ Прости. — прошептала она и быстро пошла к выходу, прекрасно понимая, что сегодня она изменит не Кулику.