Глава 43

      Брайары заснули в обнимку на диване. Юрий иногда что-то ворчал за Лойдушку и метеориты, а Йор во сне пробормотала: «Юрий, обидишь Лойда — я тебя ударю». С учетом того, как умеет драться мама, Ане на секунду ее брата даже стало как-то жаль. Девочка помогла отцу собрать грязную посуду и выкинуть объедки, а посуду он решил помыть завтра, чтобы не разрушать идиллию этих двоих.       — Папа, а можно поспать с тобой? — вдруг попросилась сонная малышка, что и сама уже клевала носом, а Лойд, прикинув, во сколько она обычно ложится спать, сколько времени прошло и когда его дочери вставать, чуть улыбнулся, положив руку на голову девочки.       — Тебе нужно выспаться. А для этого лучше лечь в свою кровать, разве не так? — мягко спросил Лойд, ленивым движением чуть взъерошив ее волосы, на что кроха чуть пожала плечами.       — Да, наверное, — прошептала Аня, опустив взгляд. — Ты прав, — девочка уже побрела в свою комнату, как отец ее окликнул:       — Аня, — тихо позвал ее мужчина, и девочка чуть обернулась к нему у двери. — Это было убедительно, — он похвалил ее всего в трех словах, своим обманчиво-ласковым, но при этом чертовски настоящим и добрым тоном. — Спасибо тебе.       — Я не врала, — кроха отрицательно качнула головой и чуть улыбнулась, уже открыв дверь в свое маленькое логово. — Любой, кто будет нам мешать, станет врагом, — тише повторила свои слова малышка, что отчаянно хотела защитить их маленьким мирок нормальности, даже если он целиком и полностью построен на взаимной выгоде и лжи. — Спокойной ночи, папа.       Дверь за ребенком закрывается, а Сумрак еще некоторое время стоит на месте, повторно воспроизводя ее действия в своей голове. Аня вела себя более чем идеально: она отлично училась, дружила с нужными людьми и захватывала внимание Десмонда, в то время как Лойд только старался быть хорошим отцом, поддерживать связь с Йор, свою легенду на работе и выполнять иного рода поручения, что приходили ему раз за разом из-за нехватки рук. Из-за такого обилия работы он был даже рад иметь адекватного, пусть и столь маленького, сообщника в своем задании, но…       «Кто же на самом деле ты такая, Аня?» — подумал он в последний момент, чувствуя, что девочка скрывает от него что-то действительно важное. Солгала с возрастом? Не столь важно. Как она сразу узнала, что ему нужен ребенок шести лет? Логическую цепочку провести не сложно, но стала бы об этом заморачиваться маленькая девочка? Она привыкла подстраиваться под чужие ожидания. Строит из себя идеальную дочь, полностью следует чужим предпочтениям и меняет маски с завидной периодичностью, уже в столь юном возрасте выстраивая себе настоящий фундамент, с помощью которого она сможет удержаться в этом мире.       И чем дольше они жили под одной крышей, тем сильнее Сумрак понимал, что не знает свою дочь. Он видит в ней только характерные черты. Знает, что она боится одиночества. В курсе, что эта малышка не хочет опять начинать сначала, а потому старается изо всех сил, чтобы соответствовать, и… на удивление, выходит у нее чертовски хорошо. Но чем больше он сводит факты с ее откровениями, тем больше задается вопросами о том, что с ней произошло. Откуда эта девочка взялась? Почему о ее прошлом нет ни одной зацепки? Где она была до того, как ее подобрали на обочине?       Лойд уже навел справки ровно настолько, насколько то было возможно, не привлекая при этом внимания со стороны организации. Жаловаться или же высказывать опасения им по поводу ребенка было бы излишним. Наверняка в итоге те бы подослали человека, чтобы тот подружился с Аней и вытащил из нее всю информацию лично. Новые шпионы рядом — это всегда риск и дополнительная головная боль для Сумрака. Ему не хотелось, чтобы кто-то еще лез в его дело или… к его настоящей дочери. К девочке из неоткуда, что меняла семьи, как перчатки, и вцепилась теперь в ужасно нестабильный шанс построить свое «настоящее».

***

      На следующее утро и Йор, и Юрий проснулись с головной болью. Лойд предусмотрительно подготовил им таблетки и графин с водой на случай, если кого-то из них замучает жажда, и воротил что-то у плиты, пока Брайары пытались прийти в себя и вспомнить вчерашний вечер. Юрий прикрывает верхнюю часть лица рукой и еще сонно бормочет извинения, а его старшая сестра пытается с ходу убедить его в том, что все хорошо, и она совсем на него не злится.       Маленькая Аня плетется мимо них в ванную комнату, попутно бормоча что-то вроде «доброго утра всем выжившим», а Юрий просыпается окончательно оттого, что вспоминает слова этой малютки. И за язык цветов, и за то, что она не отдаст ему Йор, и что он сам — самовлюбленный эгоист, если думает, что имеет право на разрушение их семьи. Стыд нахлынул с головой в ту же самую секунду. Горят уши, он пытается взять себя в руки, а в итоге видит идеального Лойда, счастливую сестру и… не понимает сам того, отчего же его это бесит. Может, потому что он завидовал? Или дело по-прежнему касалось Форджера? А может… он почувствовал вину за свои подозрения и действия?       «Мелочь ведь была права в каком-то смысле», — проносится мысль в его голове, когда он вспоминает о том, как Аня выкрикнула настоящую причину, по которой сестренка не стала говорить ему о муже. Она знала, что он будет волноваться. А Юрий… даже спустя год, при знакомстве буквально подтвердил все ее опасения. И хотя Йор радуется и с мягкой улыбкой заверяет его в том, что все хорошо, сам он… понимал лучше других, что его сестренка просто очень добрая. И она не может злиться на него, даже если он повел себя как последний идиот.       Они собираются за одним столом. Лойд приготовил вкуснейший завтрак в его жизни, и Юрий, недавно убежденный в том, что у него нет даже аппетита, сейчас сметал все подчистую и был готов даже просить добавки. Йор улыбается, ее муж сам предлагает Юрию еще порцию, а их дочь лениво ковыряет свой омлет.       — Аня, все в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь? — взволнованно поинтересовалась женщина, и Юрий не выдержал.       — Эй! Имей уважение, и не заставляй сестру волноваться. Если не хочешь есть — просто не ешь! — воскликнул ее младший брат, и девочка тихо хмыкнула, чуть отвернувшись от него. — Вот ведь мелкая…       — И у кого из нас еще нет уважения? — бросила она, и он сам отвернулся от нее, отчего оба скорее напоминали обиженных детей, не поделивших внимание родителей. Только вот для Ани такое поведение было нормальным, учитывая ее возраст, а вот Юрий немного в общую картину и не вписывался.       — Снова остришь? Я, вообще-то, старше тебя, — напомнил он ей о том, что раз уж он взрослый, то она должна прислушиваться к его мнению.       — Не заметно, — буркнула в ответ Аня, и Юрий стукнул по столу, стиснув зубы от негодования и попытки не зачитать лекцию этой малолетке.       — Так… ну, будет вам, — Лойд все же решил попробовать потушить возникший пожар и напомнить о том, что они семья, и ссоры за столом до добра никак не доведут. Только вот вместо того, чтобы отчитывать их, он решил просто сменить тему. — Юрий, тебе уже стало лучше?       — А… да, все в порядке, — его щеки чуть покраснели, и сам парень неловко опускает взгляд в тарелку, чувствуя, как лицо предательски горит, и ему снова становится до жути стыдно за вчерашний вечер. — Правда… неудобно признавать, но я не совсем помню, что вчера наговорил… но, кажется, ничего хорошего, — он решил списать на то, что напился, и почти ничего не помнит, чтобы было не так совестно. И даже не подозревал о том, что как минимум два члена семьи прекрасно это поняли. Лойд просто сопоставил факты с его извинениями и причинами, а с Аней в целом было бесполезно врать, потому что она умела слышать мысли.       — Так и есть, — спокойненько ответила девочка, все же приступив к завтраку нормально.       — Ну, ты ведь волновался, и все закончилось хорошо… правда? Не переживай! — с улыбкой сказала Йор, действительно считая, что все прошло более чем замечательно, учитывая то, что ее младший брат не раскусил обман.       — Ну, раз ты так говоришь, сестренка… — Юрий сразу улыбнулся своей самой милой улыбкой и расцвел прямо на глазах. — Кстати. А мелкой разве не надо в школу? Я мог бы… ну, провести ее?       — С чего такая щедрость? — Аня видела, как ее отец хотел уже тяжело вздохнуть, но держался из последних сил, и… все равно не собиралась подыгрывать прямо сейчас.       — Что? Да как ты… — он хотел было снова возмутиться и огрызнуться, но быстро сел обратно, расправил плечи и чуть более строго ответил: — Да и я ведь твой дядя? И мне по пути.       — Вы не знаете, где я учусь. Так откуда такая уверенность, что нам по пути? — спросила маленькая девочка, наклонив голову в бок. Но заметив легкую панику мамы, что, видно, уже собиралась как-то ее успокоить или же как-то помочь Юрию, Аня так же дополнила: — За мной подруга заедет, так что в сопровождении нет смысла. Спасибо.       «А сразу так сказать было нельзя?! Что с ней вообще не так?» — раздраженно подумал Брайар, что уже было хотел наладить отношения ради сестры, а встретился с непробиваемой стеной из логики и упреков малолетки, что… судя по всему, все еще дулась за вчерашнее? Ну да, навряд ли ребенку будет дело до того, как алкоголь может влиять на человека. Она запомнила факты… то, что он хотел разрушить ее семью, и что грубо отзывался о ее отце. Тогда становится понятно, чего она так взъелась. Это и не удивительно…       — Папа, — кроха обратилась к своему отцу, подняв на него взгляд. — Я забыла вчера о кое-чем тебе рассказать…       — В чем дело? — мягко спросил Лойд, но внутренне уже напрягся. Какая-то дополнительная работа? Подделка, рисунок, сочинение о семье или что-то еще в том же самом роде?       — Через три дня мы будем играть в вышибалы с другим классом. И Бекки сказала, что победители могут получить стеллу, — рассказала Аня, и на мгновение мужчина замолчал, будто обдумывая правдивость таких слов, но… в глазах промелькнула тень сомнения. — Как за спортивное достижение.       «В вышибалах», — мысленно повторил Сумрак с долей скепсиса, пусть сам того и не показал. Что ж, слухи можно проверить, а можно просто подготовиться на всякий случай, чтобы не упускать такого шанса. Но звучало это крайне подозрительно, учитывая то, что Аня услышала об этом от своей лучшей подружки, а та, вероятнее всего, от другой девочки. Источник информации крайне ненадежный, но…       — Это ведь замечательно, Аня! Значит, нам нужно больше тренироваться, чтобы получить звездочку! — весело сказала Йор, уже приняв слова своей малышки за чистую монету.       — Стелла? О чем вы вообще? — а Юрий попытался уловить суть разговора, не совсем не понимая, о каких звездах идет вообще речь.       — Ах, Юрий… Аня просто обучается в Эдеме. У них там особая система образования. Со звездами за достижения и молниями за нарушения, — на этой ноте парень, что сделал глоток кофе, едва не прыснул им прямо на стол от шока.       «Эта гадина в Эдеме учится?!» — мысленно воскликнул он, попросту отказываясь верить в том, что его племянница, оказывается, не робкого десятка. А девчонка только усмехнулась, и, подперев щечку кулачком, посмотрела на парня своими самоуверенными зелеными глазами, в которых отчетливо читался один-единственный вопрос: «Что, съел?».