6

— Чудесно, — Доктор почесал затылок звуковой отверткой. Только что шедший перед ним мимик в образе Марты отрастил вторую пару рук и ловко выполз наружу через дыру в бетоне. Доктор высунулся следом и посветил себе фонариком, однако не разглядел ровным счетом ничего. — Нам наверх, — позвал мимик. Повелитель Времени задрал голову и увидел уже арахнида с лицом его спутницы. — Знаешь, я ко многому привык, но все же выбери себе другой облик. Делая монстра из моего друга, ты не добавляешь себе очков в моих глазах. Поколебавшись, мимик изменился. — О, нет, так еще хуже. Теперь я буду опасаться, что мне снова прилетит по лицу, — пробурчал Доктор. — И скажи, наконец, свое имя! Вместо презирающей все и вся матери Марты на него теперь взирал совершенно непримечательного мужчина, украденный из его старых воспоминаний. — В вашем языке нет звуков, способных воспроизвести наши имена. — Все же, попробуй. Мне говорят, я способный! Рядом с ним всколыхнулась паутина. Хватать ее голыми руками, памятуя о потерянном плаще, не особенно хотелось, однако у Доктора не оставалось выбора. Его ладони намертво приклеились, и не успел он подумать, как собирается карабкаться в таких условиях, мимик без видимых усилий пополз по отвесной стене, подтягивая ношу за собой. У Доктора успели занеметь руки, когда они достигли узкого проржавевшего моста, на который он с трудом забрался и немедленно схватился липкими руками за перила. — Сюда, — велел мимик и первым двинулся по мосту в непроглядную тьму. Железо натужно заскрипело под большим весом. Доктор не стал пока очищать ладони от приставшей ржавчины, вместо этого крепко стиснул фонарик, и тот прилип почти намертво. Его световой силы не хватало, чтобы как следует разогнать мрак, но постепенно Доктор собрал цельную картину: поразительных размеров природный грот. Подземная градирня обрела смысл. — Верхний слой почвы должны были снять при терраформировании, верно? — спросил он и породил громкое эхо. — В толще больше полезных микро и макроэлементов, чем на поверхности. Что там снаружи? Ультрафиолет? Солнечная радиация? — Селеноводород. Доктор едва не оступился. — В воздухе? — И в верхних слоях почвы. — Конечно! — воскликнул он, разбудив новое эхо. — Ваш вид подстраивается под окружающую среду, поэтому в основе вашей молекулы белка не водород, а селен! Иначе вы бы просто вымерли! Подобные токсичные соединения вызывают системные нарушения функций печени и почек, а еще можно заработать эпилепсию, склероз, паркинсонизм… А куда мы идем? — На поверхность. Доктор осекся. Хотя его организм мог выдержать гораздо большие дозы химикатов, чем человеческий, он все же оставался далек от неуязвимости. Они уже достигли противоположной стороны и уперлись в дверь, за которой оказался просторный, тронутый временем коридор с круто уходящими вверх ступенями. Здесь отчетливо ощущался гадкий душок, холодными волнами стекающий по стенам. Преодолев по ощущению около двух этажей, пришельцы уперлись в промышленный шлюз диаметром в человеческий рост. Мимик провернул круглый затвор и налег на него. Металл тоскливо застонал, нехотя поддаваясь. В растущую щель со свистом влетел смердящий тухлятиной ледяной воздух, а в следующий миг в лицо Доктору вонзились колючие до остроты снежинки.

***

В рубке управления Марта с тоской смотрела на один из мониторов, который передавал изображение с единственной рабочей камеры мед блока. Там – в кислородной маске, с баллоном в руках – сидела выжившая. Элис. Настоящая. Около нее лежало бездыханное тело мужчины, которого она безуспешно пыталась спасти несколько минут назад. Мимик в ее обличьи глубоко вздохнула. — Мне жаль. Марта мотнула головой. “Ничерта тебе не жаль!” — читалось в ее упрямом взгляде. — Для нас это была единственная возможность, — продолжила женщина. — Не оправдывайся перед ней! — прикрикнул мимик, укравший личность врача. Он только что переговорил с учеными, занятыми реактором. Другой, скопировавший пациента, отправился по секретным тоннелям за собратьями. Марту в дрожь бросало от мысли, какая бойня начнется, если в бункер попадут другие мимики. — Я лишь пытаюсь объясниться… — Она все равно не поймет! Для нее мы безмозглые монстры, на которых можно охотиться ради забавы. Марта сердито замычала в кляп. После стольких ужасных смертей из-за прорыва и мутаций она бы с удовольствием разъяснила мимику положение вещей. — Мы просто хотим жить в безопасности, — тихо сказала “Элис”. Задумчивый “Райс” ее не остановил, поэтому она продолжила: — Наш план состоял в том, чтобы улететь на шаттле на другую сторону планеты, где мягче климат и нет другой разумной жизни. А люди продолжили бы обитать в своем бункере. Когда мы запустим ядерный реактор, толстые бетонные стены защитят западные жилые блоки. Там можно вполне комфортно существовать. Марта отчаянно замычала и заерзала на стуле, всем видом демонстрируя немедленное желание выссказаться. “Элис” покосилась на командира. Марта заметила только смазанное движение: настолько мимик оказался быстрым. Затем ее рот, наконец, стал свободен. Она со стоном пожевала саднящие губы и выпалила: — С чего вы взяли, что где-то есть безопасное место?! “Элис” выглядела озадаченной. — Джейн так сказала. Люди давно готовились отправиться туда. — Джейн сказала?! — Марта не верила своим ушам. — Она сама не знает наверняка. Не представляю, в каком сне ей привиделся Эдемский сад, но точно не в самом здоровом! Щелкнула рация – “Райс” периодически безуспешно вызывал главу Кастры. Та молчала, словно сквозь землю провалилась. — Мы наблюдаем за Инженером. Так она называет себя, — неспешно пояснил он. — С самого момента ее появления. Старейшены были в ангаре в ту ночь и видели, как ее тело излучало золотое свечение, однажды даровавшее нам разум. “Золотое свечение?” — Марте вспомнилась белокурая девочка, которую они с Доктором недавно спасли из лаборатории в глубоком космосе. ТАРДИС тогда не определила ее расу, а она сама же и предположила, что девочка могла оказаться Повелителем Времени. Осознав, к чему пришла, Марта уставилась на собственные колени в узких затертых джинсах. Она столько раз протирала ими полы по всей Вселенной, уползая от опасности, ловя инопланетных сверчков, доставая укатившиеся инструменты и выполняя еще сотню самых неожиданных задач, что плотная джинсовая ткань постепенно протиралась и линяла. “Вернусь домой, куплю новые”, — позволила она себе отстраненную мысль, затем сосредоточилась. “Элис” присела рядом с ней на корточки, заглядывая в глаза. Тень позади нее при этом угрожающе нависла над Мартой. — Мы верим, что Инженер может быть связана с орудием, которое позволило нам обрести самосознание, — настойчиво объяснила она. — Инженер точна, ее поступки взвешанны и рациональны, а знания немыслимо обширны. Она пережила двоих старейшин. Она видит нас: часть, которая прячется в слепых зонах. Марта горько усмехнулась: — Вы слепили миссию из первого попавшегося необычного человека. Она испуганно дернулась от того, что “Райс” саданул ладонью по столу, однако его досада была направлена не на нее, а на ученых, которые подтвердили окончательную неработоспособность реактора. Мимик жестом отослал к ним своего солдата, а сам развернулся к Марте: — Даю вам последний шанс, мисс Джонс: вы либо впускаете нас в ваш корабль добровольно, либо я переломаю вам кости одну за другой. У Марты на несколько секунд от шока отнялся язык: она не ожидала столь резкой смены риторики. — Единственного ключа нет, — произнесла она четко. — Теперь ничто не попадет в ТАРДИС без воли Доктора. Мимик сжал кулаки, тень над ним явственно зарябила. — Тогда я вскрою его сам. — Нет! — закричала она, но тот уже скрылся за дверью. — Элис! Или… я не знаю твоего настоящего имени, прости! Ты должна меня освободить! Корабль Доктора – очень опасная машина, она может взорваться и уничтожить всю планету. Та стояла у пульта напротив экрана с изображением мед блока. — Я не хотела никому вредить, — произнесла она. — Много лет назад старейшины решили провести переговоры с Джейн, но она убила их, не дав сказать ни слова. Одним из них было мой дед. Он больше всех верил, что Инженер выведет нас из мрака, как уже сделала однажды. — Постой! — перебила Марта. — Разве вы не обрели разум на заре войны с колонистами? “Элис” кивнула. — Мы считали, что Инженер явилась спасти нас после стольких лет жалкого существования под землей. А она… — Джейн защищала своих людей, которых вы истребляли! — вспылила Марта и тут же осадила себя. — Ладно, прошло много лет, обе стороны постарались, но это не повод для геноцида! Еще не поздно остановить Райса. Доктор поможет вам, он всегда дает шанс даже самым безумным и жестоким существам: Далекам и Кибер-людям! Краем глаза она заметила тревожно мигающий красный огонек, а, присмотревшись, узнала в нем тот самый предохранитель, за которым Джейн просила ее следить, кажется, жизнь назад. Цифры на нем уже зашкаливали за девятьсот. — Не мы нападали на поселение, — продолжала “Элис”. — Есть другие, животные. Их не коснулось золотое свечение, и они движимы инстинктами. Марта с замиранием сердца смотрела, как цифры сменяют друг друга все быстрее. — Что-то не так с предохранителем! — воскликнула она. — Освободи меня, или мы погибнем здесь! Мимик недоуменно обернулась к ней, и вдруг свет в рубке погас. А за ним стихла вентиляция. Один за другим потухали индикаторы жизнеобеспечения, пока, наоборот, загорались слепяще-красным лампочки: “Пожар в жилом отсеке три… четыре… пять… семь… Отказ систем в гидропонике… в продовольственном блоке… в медицинском… в лаборатории…” Последней по экрану пробежала строка “Инициирован сброс ядерного топлива в эвакуационном шаттле”, затем он погас. Собственное дыхание показалось Марте оглушительным. На миг повисла тишина, потом из глубины бункера донеслись крики: началась паника.

***

Джейн сжимала левой рукой рукоять пистолета, предусмотрительно убрав палец с курка: слишком он дрожал, – а в правой – железной – держала фонарик, чтобы световое пятно двигалось более плавно. Лучше она потратит лишнюю пулю для пристрела, чем испугается случайной тени. Команда слаженно двигалась позади нее. Райс порывался вырваться вперед, но она без лишних слов задвинула его себе за спину. Нечего ему геройствовать с серьезной раной. Настроенная на единственный канал рация снова ожила, и Джейн с шипением отключила ее. — Почему ты не отвечаешь? — Райс не подозревал ее, лишь интересовался, но она кишками чуяла, как разгораются недоверием направленные ей в затылок взгляды. Особенно одного молодого мужчины. — Слишком шумно, — бросила она, тоном напоминая, что не обязана объясняться. После недавней шпильки от Доктора хамить подчиненным не хотелось. Только кроме как туманным предчувствием Джейн не могла объяснить нежелание оставаться на связи с городом. Если она прямо сейчас вывалит на них неподкрепленные фактами объяснения, они ринутся в бой и погибнут. Прежде Джейн поступила бы так же, а теперь странный мимик не шел у нее из головы. Когда-то она точно видела его лицо! — Где притащившие нас твари? — процедил скозь зубы Райс. — Почему так тихо? Они успели пройти три пустынных коридора со следами недавней жизни: царапинами на полу и стенах, абстрактными рисунками, раскиданными повсюду пустыми консервными банками. “Отсек для пленных людей?” — гадала Джейн. — “У нас точно не было столько потерь”. — Выглядит так, будто мимики специально расчистили нам путь, — свистящим шепотом выпалил Марк, один из тех, кого Джейн посылала Райсу на помощь. — Зачем? — Хотят заманить нас? — предположил другой солдат. “Или направить в определенное место”, — задумалась Джейн. Они достигли перекрестка с одним освещенным и расчищенным, а другим темным и наскоро заваленным хламом коридорами. Мысль отдавала гнилью предательства. Сотни лет колонисты отражали атаки мимиков, а теперь Джейн сама ведет верных ей людей на убой. — Не атаковать без моей команды, — нехотя велела она. Еще в каморке она снабдила парней ножами, а Райсу отдала второй пистолет, порадовавшись, что не рассталась с ним раньше. Мужчина, несмотря на браваду, дышал все тяжелее, опираясь на товарища. Его нога с трудом двигалась, и Джейн опасалась, что в случае возможного бегства его придется бросить. Того предписывал протокол, который она сама же создала и под угрозой расстрела заставила весь город неукоснительно следовать ему. “Мы на войне”, — напоминала она себе каждый раз, когда к голове очередного горячего юнца приставляли дуло. Так ее научил отец. Оба сердца пропустили удары, и Джейн с размаху привалилась плечом к облупившейся стене. Группа немедленно остановилась. Райс позвал ее по имени – Джейн разобрала это по движению его губ. У нее в голове стоял гул, пробирающий до костей. Не от ядерного реактора, а тот, что издают звезды и планеты, когда летят по орбитам сквозь космическую материю. Струны дрожат, кварки скручиваются спиралями, время идет вспять… Ей на плечо рухнула тяжелая ладонь Райса. — Джейн? Она сфокусировалась на нем и прижалась ноющим виском к ледяной стене. Ей хотелось поделиться с верным Райсом страхами, но не здесь и не сейчас. Она не добьется ничего, кроме скепсиса и сомнений. А за сомнениями последует измена. Джейн оттолкнулась от стены и заверила всех, что готова продолжать путь. Случайно она зацепила взглядом кусок коридора за их спинами и отчетливо разглядела рябь в воздухе. Стаккато. Мимик. — Не атаковать без моего приказа, — повторила она четко, чтобы услышал наблюдатель. — Движемся быстро, слаженно. Когда доберемся до Кастры, немедленно эвакуируемся и улетаем. Мужчины недоуменно переглянулись, и лишь Райс смотрел прямо на командующую. Он всегда понимал ее с полуслова. Обычно Джейн радовало их взаимопонимание, теперь же… Она боялась. Через некоторое время коридор окончился лестничным пролетом. — Мы идем на поверхность, — заметил Райс, на получил кивок. — Предлагаю вернуться и пробраться через завалы. — Они правы, так быстрее, — пробормотала Джейн, косясь на зыбкую фигуру вдалеке, и спохватилась: — То есть, согласно планам бункера времен первых колонистов, нам не одни сутки обходить старую ядерную станцию по тоннелям, которые неизвестно, в каком состоянии. — Когда вы нашли карты? — с подозрением спросил Марк, украдкой переглядываясь с остальными. — Давно, — ответила она после паузы и начала подъем. — До ворот бункера по прямой будет не больше четырех тысяч футов. Райс неловко оперся о поврежденную ногу и глухо застонал. Марк немедленно подставил ему плечо. Они не успели пройти и половины пролета, как Марк заявил: — Джейн, со всем уважением, я не считаю твое решение разумным. — Еще пятеро солдат согласно зароптали. — На поверхности без теплой одежды, очков и респираторов нас ждет мучительная смерть. Я прошу еще раз рассмотреть вариант с тоннелями. — Нет. Марк вскинул подбородок, безмолвно требуя пояснений. — Пока я глава Кастры, ты безоговорочно подчиняешься мне, — отчеканила Джейн. Солдаты снова переглянулись. — Что ж, — Марк пожал плечами, — тогда прошу меня простить! Он оттолкнул Райса и направил на Джейн пистолет, который только что незаметно вытащил из кармана командира. — Не глупи, — попросила Джейн, даже не взглянув на направленное на нее дуло. — Ты либо идешь за мной, либо погибаешь. Другие четверо выхватили армейские ножи. Рядом с Джейн остался только опиравшийся на перила Райс и испуганный новобранец. — Ты больше не наша командующая! — заявил Марк. — Я знаю твою тайну. Элис мне все рассказала. Ты мутант! — Как ты смеешь, щенок! — взревел Райс. Тот с готовностью вскинул оружие. — Стойте! — приказала Джейн. — Райс, оставь их. Пусть идут. — Но… Марк с командой, не осознавая опасности, отступили в коридор. — Они сделали выбор, — Джейн смотрела поверх их голов на по-прежнему невидимого приближающегося мимика. — Надеюсь, судьба вас пощадит. Ты! — она повернулась к побелевшему новобранцу. — Твое имя? — Феликс, — ответил за парнишку Райс. — Будь поласковей, он меткий стрелок и отлично готовит баланду. Она взвалила на себя застонавшего мужчину и поволокла его по ступеням. — Полезный навык. Хватай Райса под другую руку, и потащили. Феликс немедленно подчинился. Первый пролет… второй… Воздух распороли крики и выстрелы, мгновенно сменившиеся обволакивающей тишиной. — Что… — выдавил Феликс, но Джейн приказала ему быстрее перебирать ногами. — Ты знала, — догадался Райс. — Как? — Я вижу больше, — выдохнула Джейн, сбивая дыхание. — Доктор дал мне подсказку. — Где он? — Хорошо бы узнать. На четвертом пролете Джейн не удержалась и глянула вниз. Воздух в двух этажах под ними явственно дрожал. Неровные, жирные кровавые полосы тянулись по ступеням, словно следы от невидимой кисти. — Кто такой тот Доктор? — продолжал Райс. — Очевидно, умалишенный. Быстрее, Феликс! Мальчишка весь взмок, но продолжал тянуть командира изо всех сил. По лбу Джейн тоже ручьями лился пот. Она кусала губы и рвано дышала, ощущая, как заполошно колотятся ее сердца. Слабое освещение коридоров постепенно сходило на нет. Они бежали почти вслепую. — Сколько еще?.. — задушенно простонал мальчишка. — Шагай, не думай! — рявкнула Джейн, на всякий случай стискивая оружие железной рукой. Семнадцатый… девятнадцатый… двадцать первый… Феликс споткнулся и рухнул на ступени. Его руки и ноги бесконтрольно дрожали: настолько сильным оказалось напряжение. Вслед за ним опустился и Райс. Джейн перегнулась через перила и посветила вниз. Нижние этажи окутывала рябь. За ними бесшумно двигалось не меньше десятка монстров. Джейн понимала: если сядет, уже не встанет. Однако, выбора не было. Она уперлась коленом в ступеньку и, вопреки протестам Райса, задрала его штанину. — Вывих? Давно ты стал мне врать? — вкрадчиво спросила она, и мужчина опустил голову. Сквозь искривленную посиневшую голень проглядывал кусок сломанной кости. Она обложила Райса бранью. — Ты права, — признался он. — Я замедляю вас. Мне стоило сразу пустить себе пулю промеж глаз… Она хлестнула его по щеке. Несильно – отрезвляюще. — Еще чего! Сейчас наложу тугую повязку. Шину сделать не из чего. — Я поищу! — вызвался Феликс и подорвался прежде, чем она успела его остановить: мальчишка уже увидел мимиков. По его отвисшей челюсти и расширенным в ужасе глазам Джейн поняла, что дело плохо. Она тоже посмотрела вниз и ощутила, как по хребту ползут мелкие ледяные мурашки. По меньшей мере дюжина человек молча взирала на них, и над каждым возвышался невидимый монстр. — Командующая, — Феликс перевел на нее абсолютно безумный взгляд. — Мы, кажется, сейчас умрем. Я хочу сказать, что давно влюблен в вас и готов идти за вами прямо в ад. Джейн от изумления поперхнулась воздухом. — Мне лестно, Феликс. Но так далеко я пока не собираюсь. — Я с детства наблюдал за вами, — продолжал бормотать он. — Каждый раз, когда вы проходили мимо, я мечтал, как стану солдатом и буду служить под вашим началом во благо… — Феликс ойкнул от звучного подзатыльника, дарованного щедрой рукой Райса. — Остынь, малец. Не время прощаться с жизнью. Джейн проверила магазин: восемь патронов из восемнадцати. В Кастре давно не осталось людей, знавших мир без ее правления. Возможно, она здесь задержалась. Возможно, ей стоило попросить совета у Доктора, который явно понимал ее слишком хорошо. Мимики не двигались, и это нагоняло больше жути, чем открытая агрессия. Казалось, отвернись – и они бесшумно кинутся к ней, протягивая скрюченные когтистые руки. Совсем как... — Феликс, перевяжи ногу Райса, — велела Джейн. — Затем надо двигаться. Я прикрою отход. — Почему они не нападают? — прошептал парень. Воздух едва заметно тяжелел, вбирал горчащую сладость прелых фруктов, оседавшую на корне языка. Он поднимался снизу удушливой гнилостной волной, комом падал в легкие. “Еще двенадцать этажей”, — подумала Джейн, прислоняя холодный пистолет к пульсирующему от боли лбу. — “Мимикам не нужна моя жизнь. Они просто загоняют меня, будто дикого зверя в капкан. Может, Доктор ошибается?” “С чего я вообще взяла, что он прав? Я буквально ничего о нем не знаю!”

***

Следуя за мимиком, Доктор полагался только на свое чутье, которое с равной вероятностью приводило его в безопасные места и смертельные ловушки. Если подумать, жизнь не баловала его спокойными деньками, а больше всего доставалось неподготовленным спутникам. Как в тот день, когда вместо отдыха на пляже, который Доктор клятвенно обещал Марте, им пришлось побегать от оживших ядовитых кустарников. Как только она не бросила его после такого? Мимик выполз из тоннеля навстречу сизому, нестерпимо воняющему небу, и мощный поток ветра швырнул Доктора обратно в темноту. В последний момент тот успел ухватиться за перила, к которым его ладонь немедленно приклеилась из-за остатков паутины. Не случись этого, его сто семьдесят с небольшим фунтов живого веса смело бы, как пушинку. С трудом преодолевая сопротивление, Доктор выполз наружу, крепко цепляясь за камни, и сощурился от пронзительного света. Напитанные селеноводородом тучи неравномерно отфильтровывали видимый спектр местного солнца, пропуская слишком много ультрафиолета. От бьющего в лицо снега перехватывало дыхание. Хотелось выкашлять весь зараженный кислород, и Доктор вдруг всерьез забеспокоился, что выдержит намного меньше, чем предполагал. Он высвободил одну руку, явственно понимая, как скользят по обледеневшему грунту колени, и пошарил по карманам брюк. Солнечные очки остались в пиджаке, который он отдал Джейн. Джейн. Ветер чуть стих: мимик в форме толстого мохнатого паука в два человеческих роста высотой заслонил его своей тушей. — Вставай, — на морде паука, будто впаянное, проступало человеческое лицо с деформированными костями черепа. По выпирающему горлу скакал крупный кадык. — Или умри. “Надеюсь, она в безопасности и скоро найдет Марту”, — подумал Доктор и заставил себя подняться. В своей спутнице он был уверен: не дождавшись его, Марта пойдет в ТАРДИС и нажмет большую зеленую кнопку, тогда сработает протокол, который вернет ее на Землю. На кнопке Повелитель Времени по-английски написал “Экстренный Поиск Доктора” – иначе Марта не согласилась бы с его планом. А когда она поймет, станет слишком поздно. Паук нетерпеливо перебрал лапами – ему тоже было не слишком комфортно стоять на морозе. Стуча зубами, Доктор все же поднялся на ноги, и его немедленно откинуло назад. Мимик раздосадованно щелкнул жвалами, затем стремительно посеменил прочь, вынуждая Доктора выжимать из себя все силы, лишь бы не отставать. Однако, шквальный ветер быстро успокоился, стоило им немного спуститься с плато в широкую долину меж высоких горных гряд. Доктор с любопытством оглядывался, насколько позволяли окоченевшие мышцы. В просвете меж двух пиков виднелась гладкая, как стекло, стартовая площадка, на которой остался проржавевший остов некогда белоснежной межзвездной ракеты. Та, что покоилась в ангаре, была – по прикидкам Доктора – в три раза меньше. В некоторых местах черные горы переливались минеральными отложениями, похожими на алмазы. Где-то камни оказались стесанными, с параллельными каналами – следом от полозьев роботов-строителей, а вдалеке явственно виднелась груда раскуроченного железа, столетия назад бывшего массивной строительной техникой. Там же когда-то протекала полноводная река, а теперь иссохшее дно покрывала неизвестная растительность. Наличие жизни в подобной среде удивило Доктора, и он украдкой просветил нечто мхообразное отверткой. Разгадка оказалась на поверхности: основу составляли те же цепи иРНК, что у мимиков – жизнь успешно адаптировалась и постепенно захватывала новые территории. Чем глубже они спускались в долину, тем тише стеновился ветер. Снег все еще хищно набрасывался на Доктора, но уже не с намерением сорвать с него рубашку, а изредка подпихивая под спину. — Что там? — он ткнул пальцем в тонкую, словно игла, башню с шаром на вершине. — То, что нам нужно от тебя, — туманно ответил мимик, ловко перебираясь через естественный рельеф. Доктор уже почти протиснулся между двумя валунами, как его ступня провалилась в глубокую трещину. Замерев, Доктор аккуратно подтянулся. Бесполезно: его нога упиралась во что-то острое. Мимик немедленно заметил его отсутствие. — Нам необходимо торопиться, — напомнила сюрреалистичная голова с черными склярами паучьих глаз. — Я вытащу тебя. — Не стоит… — начал было Доктор, но мимик уже отрастил две мощные руки, которыми обхватил его поперек туловища и выдернул, как репку из грядки. Раздался треск, и Доктор оказался на свободе. Мимик без особых церемоний обрушил его на землю. Доктор съехал вниз по покатому боку валуна и развел в стороны разорванные от икры до щиколотки остатки брючины, рассматривая глубокий порез. Кровь уже пропитала его носок и ткань кед. Вглубине раны зароились золотые искры, и кожа начала стягиваться сама собой. Дождавшись окончания заживления, Повелитель Времени чутко прислушался к себе. Артронная энергия не желала утихать, то разгораясь, то угасая в его клетках – значит, отравление очень скоро грозило стать критическим. По его прикидкам, они провели на поверхности планеты не больше получаса. Значит, примерно столько же оставалось в запасе. Доктору очень не хотелось лишаться этого тела: оно было объективно симпатичным, удобным, в меру гибким и выносливым, жаль только, не рыжим! И Розе оно, определенно, нравилось больше, чем предыдущее. Доктор хлопнул себя по лбу и вскочил. — Далеко еще? Время не ждет, топ-топ! Мимик пристально изучал его черными блестящими глазами. — Ты способен исторгать золотое свечение? Его вкрадчивый, осторожный тон очень не понравился Доктору. — Время для меня движется немного иначе, чем для других, — уклончиво ответил он. — Возможно, свет источал мой корабль. Ты уверен в том, что это именно то свечение? — Старейшены дадут ответ. Залезай. Мимик подставил ему спину. Доктор с готовностью забрался на гигантского паука и едва успел вцепиться в жесткую хитиновую шерсть, как мимик побежал вперед с невероятной скоростью. Две мысли крутились в голове Доктора: “надеюсь, старейшины не проткнут меня насквозь ради эксперимента” и “надеюсь, золотое свечение возникло не из-за моей регенерации”. Сквозь вой ветра ему померещился выстрел. Джейн. Доктор не мог точно сказать, кто она: не ощущал ментального отклика, как от галлифрейца, но, прикоснувшись, уловил нечто знакомое. Эхо из глубины веков. Может, их встреча – фиксированная точка во времени? Может, ей суждено путешествовать в ТАРДИС? Может, она изменит Вселенную? Доктор зажмурился от бьющего в глаза ультрафиолета и крепче стиснул пальцы на шерсти мимика. Давно ему не было так холодно! И так тревожно от собственного будущего.

***

Джейн ударила кулаком застрявший шлюз. В щель уже просачивался смрад, и впервые почуявшего его Феликса вырвало на ступени. Более опытный Райс хлопал бледного мальчишку по спине и тихо объяснял особенности выживания на поверхности. Снова размахнувшись, Джейн – как кувалду – обрушила железный кулак на упрямую петлю, и та сорвалась с проржавевших скоб. Ветер мигом свалил ее с ног прямо в расставленные руки Райса, на что она благодарно кивнула и первая кинулась под жгучий солнечный свет. Рванувший следом Феликс заорал и принялся тереть глаза, на что получил крепкий подзатыльник от Райса. — Я же сказал: не пялься наверх и прикрой голову! — орал он, перекрикивая ветер. Джейн быстро огляделась и указала на видневшуюся среди скал увенчанную шаром башню. — Опорный пункт там! Дальше только пустошь и каньон. — Мы не дойдем без респираторов и очков! — крикнул Райс. Он был бесконечно прав, только выбора не оставалось. Мимики выкурили их на поверхность. “Зачем?” — не понимала Джейн. — “Чтобы понаблюдать за нашей мучительной смертью?” Иного объяснения она не видела, и от этого ее обуяла настоящая злость! Захотелось сорвать с себя пиджак идиота Доктора, который все равно при низких температурах оказался бесполезной тряпкой! И Доктор сам оказался..! Она гневно рыкнула и сунула живую руку в неожиданно-глубокий карман, из которого с удивлением выудила солнечные очки. Феликса снова скрючило, но Джейн немедленно вернула его в вертикальное положение и надела на него находку. — Головой за них отвечаешь! Вперед! Кратчайший путь пролегал через ущелье, которое считалось гиблым: слишком много там любило нежиться тварей. Серные пары из трещин в породе нагревали воздух почти до пятидесяти градусов, и протекавшие там химические процессы ломали любые законы природы. “Хотя, какие могут быть законы природы во Вселенной, где существуют Далеки и Уды…” — в ее висок словно вонзили раскаленную иглу. Джейн рухнула на лед и кубарем покатилась по склону. “Лишь бы Райс не сорвался!” — успела подумать она и врезалась в острый валун. Феликс испуганно извал ее по имени. “Слишком легко поддается панике, негоден”, — вяло размышляла Джейн, пока на нее сыпались мелкие камешки и снежинки. Головная боль нехотя утихала. Зато все сильнее горели правый бок и спина, на которые пришелся основной удар. “Ребра сломаны”, — определила она. — “Чертовы ребра. Как глупо”. Нержиданно ее накрыла тень: слишком большая, чтобы принадлежать Феликсу. “Чертов мимик”. Непомерно-раздутая уродливая помесь гиппопотама с крысиной мордой низко нависла над Джейн, со свистом втягивая смердящий воздух. Из ее раззявленной пасти высунулся извивающийся фиолетовый язык и потянулся к ее лицу. Тварь оказалась слепой. Пистолет по-прежнему лежал в железной руке, неудачно прижатой к телу. Один из пальцев оказался поврежден: скрипнул и со скрежетом соскользнул с рукояти. Мимик немедленно кинулся на звук, сомкнув пасть на протезе. Грохнул выстрел, и Джейн обдало горячей, тошнотворно-тухлой ядовитой кровью вперемешку с ошметками мозгов. “Чертов мутаген”. Она очистила рукавом рот и глаза. Сбоку как резаный орал Феликс. Мертвая туша мимика распласталась на камне, затем медленно соскользнула на землю. “Как просто”, — отстраненно хмыкнула Джейн. — “Вопрос преемственности власти решился сам собой: я больше не могу вернуться. Значит, теперь Райс возглавит Кастру. Мое дело – привести его в бункер любой ценой. А потом”, — она высвободила искореженный протез из пасти и бегло осмотрела не пострадавший пистолет, — “пустить пулю себе в лоб”.