1

“Мама?” Я здесь… “Где ты?” Я не знаю… Он подходит слишком близко – Джейн чувствует его ментальное поле, и оно слишком сильно. Нельзя позволить ему проникнуть в свой мозг, иначе… Что “иначе”? Так ее учили. Кажется... “Я в ТТ-капсуле, сложном пространственно-временном измерении”, — осознает Джейн. Реальность похожа на жидкое стекло: просачивается сквозь пальцы, не давая ухватить суть, затем застывает в причудливых, уродливых, хрупких формах. Под закрытыми веками печет. Каждую клетку тела выжигает. Даже волосы горят, хотя физически не ощутимы. Волосы всего лишь роговые нитевидные производные кожи, в которых нет нервных окончаний. Бесконечный миг Джейн не может вдохнуть, как новорожденный ребенок, чьи легкие не раскрылись в нужный момент. Ее память похожа на калейдоскоп, в котором перемешались вместе с ее собственной чужие жизни: слишком много лиц – каждое принадлежит ей. Два сердца расходятся рассинхроном, и кровь не успевает правильно толкнуться по венам. Если Джейн не вдохнет прямо сейчас, то умрет. Ментальное поле накрывает ее, словно камнепад. Чужое лицо прямо над ней. Джейн хлещет его наотмашь и с чудовищным хрустом ребер вдыхает отравленный гарью и окисью железа воздух.

***

Марта нервно дергала повязанный на лице сырой платок и делала вид, что внимательно изучает экран, на котором мерцали жизненные показатели Джейн. На самом деле она пряталась от Доктора, который бессильно развалился на кресле у консоли и слепо пялился на мигающие кнопки. Пожар в ТАРДИС быстро потушили, и система уже начала энергозатратное самостоятельное восстановление. По невнятным словам Доктора, в ближайшее время им бы не помешало слетать в пространственно-временной разлом в Кардиффе, так что Марта заодно смогла бы повидаться с семьей, для которой ее отсутствие заняло не больше двадцати четырех часов. — Время – чудесная штука! Обожаю время! — восклицал Доктор, стуча разводным ключом по совершенно ни на что не влияющей пластине на стене. — Гигантский колеблющийся шар времени-хремени размером со всю Вселенную! Марта попыталась тогда безуспешно его остановить, затем просто позволила ему бить стену, пока он не выдохся и не распластался на креслах, где с тех пор почти не шевелился. Она собралась с духом, чувствуя за собой ответственность нарушить тишину, пока Доктор не съел себя изнутри по одному ему ведомой причине. — Значит, ты нашел, что искал? Представителя… твоего народа? Он посмотрел на нее так, что ей захотелось замолчать до конца дней. — Извини. — Тебе не за что извиняться, Марта Джонс! — прозвучало, словно она смачно плюнула в двигатель ТАРДИС, и тот бесповоротно заглох. Марта отвернулась к экрану, в сотый раз перечитывая огромную красную надпись: “Повелитель Времени”. Данные принадлежали девочке, которую они всего пару дней – а казалось, целую жизнь – назад вызволили из лаборатории на астероиде. Результаты сканирования тогда оказались неопределенным, и Марта смело предположила, что девочка может быть регенерацией Доктора. Правда оказалась намного хуже. От давящего молчания Марту стремительно накрывала мигрень. — Объясни мне кое-что! — выпалила она, отталкивая от себя экран на гибкой ножке. — Ты, наконец, нашел еще одного галлифрейца и больше не одинок! Когда мы оказались в Нью-Йорке будущего в подземной пробке с теми жуткими крабами, ты сказал, что боишься остаться последним. — Доктор опасно сверкнул глазами, и Марта едва не прикусила язык, но храбро продолжила. — Да! Ты говорил об алых небесах Галлифрея… — Я помню, что говорил. — Тогда почему ты не рад? Или она была кем-то, кого не стоило… находить? Доктор вскочил, как ужаленный. — Мне известен лишь один Повелитель Времени с именем Инженер. Упомянутый перед самым концом моим заклятым другом. Каждый из нас знал сказки о создателях – галлифрейцах периода правления Пифий: те разработали прототипы машин времени, ТТ-капсулы, на основе которых позже легендарный Омега сконструировал первые ТАРДИС. — О чем ты вообще? — перебила Марта. — Омега? Пифии? Разве они не римские предсказательницы? — Греческие, — поправил Доктор и с силой сжал пальцами переносицу. — Не о них речь. Омега – один из трех первых Повелителей, вместе с Рассилоном и Другим. Омега создал ТАРДИС, Рассилон открыл регенерацию и способ безопасного путешествия во времени. Он замолк, и Марта рискнула его поторопить: — А Другой? — Он древний исследователь и путешественник, чье рождение и происхождение всегда оставались загадкой. “Три, два, один; три, два, один: венок из роз среди руин. Мертв Рассилон, Омега пал, и среди звезд Другой пропал. Звучит вопрос, и трое ждут, когда их снова призовут”. — Процитировал Доктор. — Так написано на стене в Пещерах Сказочного дворца на Страве иероглифами старше самих звезд. — При чем тут Джейн? — Было пророчество, — едва слышно прошептал Доктор и вдруг замолчал. “Только не пророчество!” — мысленно застонала Марта и стащила с себя платок. После встречи с ведьмами в шекспировском Лондоне ей становилось тошно от любого упоминания магии. Из недр ТАРДИС донесся мерный стук подошв тяжелых ботинок о железную решетку. Он приближался, как бой военных барабанов, и у Марты мгновенно побежали по телу мурашки. Если задуматься, кого они на самом деле спасли? На Земле тоже полно совершенно разных людей, так откуда им знать, что на уме у едва обретшего себя многосотлетнего существа? Из коридора вышла женщина, которую с прежней не роднило ничего, кроме стали в изменившихся глазах. Русые вьющиеся волосы до плеч, более мягкий овал лица, который портили жестко сжатые губы, высокие впалые скулы, будто женщина долгое время голодала. На взгляд Марты, Джейн стала немного ниже и тоньше, явно лишилась мышц. Живую руку на месте протеза она держала неестественно выпрямленной, словно нечто инородное. Как только она пришла в себя и под уговорами Доктора более-менее успокоилась, то отправилась сменить зараженную радиацией одежду на чистую. Как предполагала Марта, Джейн себе не изменила, выбрав удобные походные брюки с множеством карманов, свободную футболку и замшевую куртку, которую Марта присматривала для себя, но никак не решалась присвоить. — Все еще стоим? — голос тоже изменился: стал ниже и глубже. Более угрожающим. Доктор отлепился от консоли и сделал шаг ей навстречу. — ТАРДИС приземлилась сюда не просто так. Мы в правильной точке пространства, но временные координаты сбиты, и их никак не удается переустановить. Я сброшу настройки, однако на это уйдет время. Полагаю, — он обернулся к Марте в поисках поддержки, — мы можем осмотреться! — Дай взглянуть, — внезапно потребовала Джейн. — Зачем? — ответил Доктор поспешнее, чем нужно, и попытался замаскировать нервозность беспечной улыбкой: — Я в полете уже очень много веков, и такое случается время от времени. Совершенно не о чем волноваться! Итак… — он хлопнул в ладоши и широким жестом указал всем на дверь. — Предлагаю проветриться! Атмосфера в отличном состоянии, кислорода даже на пол процента больше, готовьтесь к легкому головокружению. Снаружи лес, флора и фауна в пределах разумного. Так что не суйте пальцы в яркие цветы, и аптечка Марты нам не пригодится! Джейн вскинула бровь, но без дальнейших вопросов направилась вон. Выйдя вслед за ней, Марта выждала немного и поймала Доктора за рукав. — Что..? Она приложила палец к губам, затем покосилась на удаляющуюся спину Джейн. — Ты не ответил на вопрос про Инженера! О ком шла речь? Об одном из первых? Доктор поспешно повернул в скважине ключ. — Обсудим это позже, Марта Джонс. Пока неясно, остались ли у Ин… Джейн воспоминания. Либо она потеряла память вследствие какого-то инцидента… — Либо у нее были часы! — догадалась Марта. Она до конца дней не забудет, как несколько месяцев изображала из себя служанку “Мистера Смита”, пока за ними гнались вампиры Семьи крови. — В бункере я не смог обнаружить ее галлифрейское ДНК, — шепнул Доктор прежде, чем устремиться вперед. — Значит, ее клетки были изменены устройством, подобным твоему? Доктор махнул ей, широким шагом догоняя последнюю женщину из своего вида. Марте ничего не осталось, кроме как последовать за ними в подсвеченную солнцем чащу. У нее живот сводило от плохого предчувствия.

***

Джейн стремительно скользила по ровной, покрытой мхом и дерном дороге, внимательно прислушиваясь к себе. Ее не покидало ощущение, что она втиснулась в чужую шкуру, как ящерица в сброшенную кожу не по размеру. Сознанию было тесно и некомфортно, правая рука двигалась неестественно. Точнее – Джейн несколько раз сжала кулак, – слишком естественно после протеза. Изнутри по органам еще прокатывался жар артронной энергии: последние клетки перестраивали полинуклеотидные цепочки в соответствии с новым стандартом. Зрение периодически размывалось, примерно раз в десять парных ударов сердца, от чего проглядывающие сквозь густые кроны круглые каменные кольца окрашивались перламутровым сиянием. Так всегда ощущается регенерация? Заметив препятствие, Джейн разбежалась и, оттолкнувшись от покатого валуна новой рукой, перемахнула на другую сторону. Плечо с хрустом вылетело из сустава. Джейн неловко припала на колено и схватилась за пострадавшую руку. К тому моменту, как рядом с ней оказался запыхавшийся Доктор, остатки регенерационной энергии сделали свое дело. — Обычно я поощряю безрассудство в разумных пределах, — проворчал он, склоняясь к ее плечу, — но не в этот раз! — Прости, мамочка, — криво усмехнулась Джейн, рассматривая его вихрастую макушку. — Я должна проверить свои возможности. Пока что, — она вызволила руку из его хватки, — вердикт неутешительный: до прежней формы еще далеко. Надо раздобыть оружие. — Никакого оружия! — Вот как? — она сделала шаг назад, заинтересованно изучая насупленного Доктора. — То есть, ты, действительно, являешься в новый, совершенно неизведанный мир беспомощным, как младенец? — Предпочитаю считать, что я являюсь в мир с любовью и любопытством младенца. — А если мир атакует тебя, такого нежного и безоружного? — Не заблуждайся, — усмехнулся он и достал из кармана нового плаща свою синюю игрушку, — я вовсе не безоружен. У меня есть отвертка! Джейн скептически щелкнула пальцем по светящемуся кончику. — Грозно, не поспоришь. Делаешь ставку на то, что глупые аборигены примут ее за волшебную палочку? Часто прокатывало? Доктор убрал отвертку обратно и игриво подмигнул: — Чаще, чем ты думаешь. Следующий вопрос заставил его помрачнеть. — Во время Войны Времени ты носил то же имя? — Вот вы где! — над валуном показалась голова землянки. — Я вас еле догнала! А… — уловив общее настроение, она моментально напряглась: — что происходит? Прежде, чем Джейн успела открыть рот, Доктор ткнул тонким пальцем в небо: — Обсуждаем странные структуры в кронах. Определенно, эти кольца имеют антропогенное происхождение. Марта вскарабкалась на валун и осталась там сидеть, глядя вверх. — Жутковато и завораживающе одновременно. Кто мог такое построить? — Очевидно, весьма продвинутые аборигены, — пожала плечами Джейн. — Для арт-обьекта инженерия слишком математически выверена. Доктор с ней согласился. Над ними простирался каскад из гигантских соединенных друг с другом каменных колец по шестьдесят с лишним футов¹ каждое, обвитых лианами и пронизанных пышными лиственными шапками. Как будто лес накрыли несколькими гигантскими ломтями дырявого сыра. (¹60 футов – около 18 метров) — Я бы предположил, что здесь столетия назад была обсерватория, — задумчиво произнес Доктор и направил на кольца зажужжавшую отвертку. — Pardon², эти штуки явно старше. С такого расстояния я могу провести только приблизительный термолюминесцентный анализ, однако, можно с уверенностью сказать, что им около двух тысяч лет. (²Pardon – извините, фр.) — Это космопорт, — пробормотала Джейн. — Откуда ты знаешь? — подозрительно прищурилась Марта. В первую секунду Джейн не хотела удостаивать ее ответом, затем отвесила себе мысленную оплеуху. На месте Марты она бы постоянно держала себя на мушке. — Я уже видела подобное. — Сказала она и покосилась на Доктора. — И ты видел. Заметив пораженное понимание в его глазах, она почти пожалела о решении открыться. Пусть Доктор помог ей с мимиками, спас всех жителей Кастры – за что Джейн была обязана ему жизнью, – она не была уверена, может ли доверять ему. Воспоминания по-прежнему прятались за завесой тумана, проскальзывая наружу слепящими вспышками. Однако порождало сомнения не это, а то, что ментальное поле Доктора оказалось слишком знакомым. У них было совместное прошлое, которое он либо скрывал, либо тоже не помнил, либо еще не пережил. И все три варианта звучали одинаково опасно. — Око Гармонии? Невозможно, это забытая галлифрейская технология! — Доктор снова просканировал кольца, затем покрутился вокруг своей оси, направляя отвертву по сторонам света. — Немыслимый масштаб! За мной! Он рванул дальше по дороге, которая теперь уже не казалась просто дорогой сквозь лес. Отчетливо стали видны идеально-ровные поляны в просветах сквозь подлесок и густой кустарник. Стало очевидно, что все вокруг – заросший плац, похожий на стартовую площадку на планетоиде, с которого они только что спаслись. Вскоре до них донесся шум воды, и Доктор вывел спутниц к голому обрыву. Солнце ударило в глаза, проникая сквозь нагромождение исполинских колец, уходящих основанием далеко в пропасть. Рядом гремел водопад, за века сточивший часть площадки, от которой словно откусили кусок. — Око Гармонии в земной науке известно как каскад сфер Дайсона, — прокричал Доктор, которого было едва слышно за ревом воды. — Только как такое возможно в условиях планетарной гравитации? Повелители Времени использовали эту технологию как основу для двигателя ТАРДИС с помощью сжатия материи! Джейн подошла к самому краю, глядя вниз. Когда-то вся конструкция парила в воздухе, а теперь лежала в руинах на дне долины. Купол еще сохранился, сросшись с природой, а нижняя часть оказалась утеряла безвозвратно. Почувствовав приближение Доктора, Джейн перевела взгляд на горизонт. — Там что-то есть! — она указала на необычные постройки вдалеке, напоминавшие набитую иглами игольницу. — Не похоже на природные образования. Он кивнул. — Предлагаю вернуться в ТАРДИС! — прокричала Марта, ежась на ветру. Доктор махнул ей ладонью, безмолвно прося не приближаться к краю, затем нагнулся к Джейн: — Это планета, на которую я отвез твоих людей, только спустя много тысяч лет. И на ней точно есть наследие Галлифрея. Мы не можем уйти просто так! Джейн качнула головой, отворачиваясь. Вдруг в пропасти на переферии зрения мелькнуло что-то стремительное, на миг отразившее свет местной звезды. Джейн инстинктивно схватила Доктора за предплечье. — Ты что-то заметила? — он проследил за ее взглядом. — Не знаю, — она выпустила его руку. — Мой зрительный центр не до конца восстановился. Возможно, шалят нейроны. — Держись рядом, — внезапно попросил Доктор и как ни в чем не бывало зашагал обратно в лес, не забыв прихватить смутившуюся Марту под локоток. Стоило им углубиться в чащу, как притихшая было землянка встревоженно сообщила: — Вам не кажется, что стемнело слишком быстро? Погруженная в мысли Джейн не сразу осознала смысл ее слов. — Слишком быстро? — заозирался Доктор. — Действительно! А по моим рассчетам, у нас еще часа четыре до заката. Джейн кивнула. У нее всегда было превосходное чувство времени. Нечто царапало ее на краю сознания. Нечто сокрытое, как тень, прячущаяся среди других теней. То, что она упорно принимала за последствия регенерации. — Тихо. — Приказала Джейн. — Мы не туда свернули? — нервно спросила Марта, обхватывая себя за плечи. Джейн заметила за ней этот самоуспокаивающий жест еще в бункере. Она поравнялась со спутниками, невольно разбив их тесную пару. — Слушайте меня, — произнесла она негромко, — по моему сигналу останавливаемся и молчим. Доктор важно поднял палец, явно собираясь развести очередную демагогию, но Джейн с силой опустила его руку. — Замрите. Они мгновенно подчинились, и после того, как стихли шаги, послышался еще один, которого не должно было существовать. — Назад! — закричала Джейн, хватая Доктора за ворот. Звонкая стрела просвистела мимо его лица и хищно пробила ствол дерева насквозь. Убираясь с линии огня, Джейн успела заметить неестественно-вытянутый наконечник, а подобная сила выстрела позволяла пробить даже металл! Еще одна стрела вонзилась прямо у ее ног, а соедующая чуть не угодила Марте в бок. — Стойте! — заорал Доктор. — Мы не опасны! Мы безоружны! — А зря, — выплюнула Джейн, притягивая к себе испуганную Марту. Поток стрел прекратился. Неподалеку хрустнула тоненькая веточка, и Джейн мгновенно вычислила расположение стрелка. Будь у нее пистолет, его мозги уже стали бы замечательным удобрением. “Двое”, — прикинула она. — “Опытные охотники, мужчины, около шести футов ростом, нас с Мартой хотели брать живыми, Доктора побоялись и решили устранить. Глупо. Бояться нужно не его”. Когда стрелки показались из-за кустов, держа их под прицелами взведенных арбалетов, Джейн удивленно хмыкнула. Не угадала, в отряде оказалось трое: мужчина, женщина и молодой парень, явно новичок. — Кто такие? — грозно спросила женщина. — Откуда явились в наш лес? Джейн поймала красноречивый взгляд Доктора, отчетливо говоривший: “ты встретила нас также”. “Считаешь, карма настигла?” — мысленно фыркнула она и поежилась от едва уловимого ощущения согласия в своем сознании. Как им удалось создать ментальное поле Повелителей Времени так быстро? Или всему виной была ТАРДИС, которая моментально подключалась к пилотам через псионику? Но для подобного требовались специальные практики и гораздо больше времени. — Отвечать на вопрос! — рявкнул мужчина, направляя арбалет ей в грудь. — Мы всего лишь путешественники, — сообщил Доктор, покладисто поднимая вверх ладони и словно невзначай закрывая собой женщин. — Оказались здесь случайно. — Путешественники, значит? — прищурилась вторая стрелявшая. Джейн никак не могла определись уровень развития их общества: потертая одежда из натуральных тканей отсылала к доиндустриальной эпохе, а оружие – арбалеты, ножи с добротными деревянными рукоятями – к позднему средневековью. А гонора хватало на все времена! — Да! — воодушевленно продолжил Доктор. — Мы путешествуем тут и там, познаем мир, а мир познает нас. И мы уже уходим! — А ты у нас самый умный? — скривилась женщина. — Ну, ладно. Давненько здесь не видели путешественников. Откуда вы? Из Эдеграда? “Заброшенного города?” — не поняла Джейн, восприняв буквальный перевод. — “Что..? О, нет!” Прежде, чем она успела его остановить, Доктор утвердительно кивнул: — Именно из Эдеграда. Стрелки, будто того дожидавшиеся, направили на него оружие: — Эдеград опустел три сотни лет назад. Там никого, кроме гребаных статуй и ветра! — Даже трупов не осталось, все просто исчезли! — вклинился мальчишка, и у Джейн неприятно кольнуло под ребрами - так он напомнил ей Феликса. На парня шикнули и велели не влезать в разговоры с подозрительными выходцами из леса Ста Колец. — Какого леса? — переспросил Доктор. — Ста Колец, вы и этого не знаете? — мужчина повернулся к спутнице. — Заберем их в город? Вдруг они могут что-то рассказать. Верити быстро развяжет им языки. — Можно хоть раз без “развязывания языков”? — едва слышно пробубнила Марта за плечом Джейн, и та насмешливо вскинула брови. — Ты же говорила, что любишь путешествия с Доктором? — Не в такие моменты! Стрелки после краткого совещания, в котором мальчишка участвовал только номинально, велели им идти за ними. — Дернитесь, пристрелим, — предупредила женщина. Ее звали Ульф – что лингвистический интерфейс ТАРДИС перевел как “волчица”. Мужчина откликался на имя Орм, буквально “змей”. Парня иначе как “эй ты” не называли, от чего Джейн стало немного жаль его. В своей комунне она не допускала пренебрежения по отношению к ближним. Все были равны и заслуживали уважения. Также из тихих переговоров новобранца и Орма, Джейн вычленила немного полезной информации: охотники считались отдельной привилегированной кастой и назывались рагнары, воины света. Парень же находился в статусе “свена” – непосвященного юноши-воина. Шли они в Эндлингард. — Вам не кажется, что мы направляемся в эльфийскую деревню, населенную скандинавскими воинами? — прошептала Марта Доктору и Джейн. — Не говорите, что правят у них Один с Фриггой, а в наследники готовят Леголаса! Доктор взлохматил волосы. — Это и правда странно. Если учитывать явное научное галлифрейское влияние, культурный код должен быть иным. — Или у кого-то хорошее чувство юмора, — бросила Джейн. — Кстати, о местном фольклоре. Они вышли на плато, с которого открывался сумасшедший вид на кристально-чистое озеро, из которого вырастала каменная ладонь, протянутая к небу, словно в молитве. — Это алтарь? — спросила Джейн у Ульф. Вместо нее ответил Орм: — Просто обломки – все, что осталось от статуи Основателей. Великие были люди, судя по легендам. — Точно! — весело подхватил парень, оборачиваясь на ходу. — Говорят, они привели наш народ со звезд из мира льда и ядовитых туманов, затем… — Ульф отвесила ему подзатыльник, и он испуганно умолк. Джейн с Доктором переглянулись. — В мире льда и ядовитых туманов, случайно, не упоминаются меняющие облик чудовища? — влезла Марта. Настал черед Ульф и Орма переглядываться. — Упоминаются, — мрачно подтвердила Ульф. — Вы не представляете, где оказались, но знаете старые сказания? — Мы очень начитаны, — обворожительно улыбнулся Доктор. — Обожаем старые сказания. — Тогда готовьтесь: вам будет, что рассказать, — хохотнул Орм, затем нахмурился. — Если, конечно, выживете после встречи с Верити. Джейн взглянула на конвоиров по-иному: поджарые, мускулистые, оба коротко стрижены, в кожаных доспехах с зачернеными от бликов металлическими пластинами поверх рубашек и брюк. У каждого, помимо однотипных арбалетов и пары ножей в скрытых ножнах, на шее висело по толстому медному медальону размером с голубиное яйцо. В прежней форме Джейн могла бы с ними потягаться, а в нынешней еще не представляла собственных возможностей. Оставалось ждать и надеяться на Доктора, который снова оказался прав: этот мир хранил в себе слишком много опасных тайн, которые не стоило оставлять без присмотра. — Доктор, — позвала Джейн, незаметно придвигаясь к нему поближе, — во Вселенной есть какой-нибудь центральный наблюдательный орган? Или цивилизация? Как в прошлом Повелители Времени наблюдали за остальными мирами. Доктор поморщился, словно съел нечто кислое и дурно пахнущее. — Разумеется. Они называют себя Протокол теней. Наше с Мартой знакомство произошло с их любезной подачи. Они послали Джудунов в ее больницу за опасным оборотнем-кровопийцей, а те не придумали ничего лучше, чем телепортировать больницу на Луну и проверять всех по принципу “человек-не-человек”. Угадай, кого нашли первым? Джейн иронично изогнула уголок губ. — Именно! — Доктор шутливо указал на себя. — А потом оборотень чуть не поджарил Землю, я чуть не умер, но Марта спасла меня, а потом мы все снова чуть не умерли. Конец. — Мило! Значит, Протокол теней? Они могут наблюдать за этой планетой? Доктор моментально понял ход ее мыслей. — Их отсутствие тоже меня беспокоит. Со времен падения Галлифрея и Скаро, все, что касается нас и Далеков, под строгим контролем. Их глава, Архитектор, не оставил бы здесь ни единого намека на наши технологии. — Он ненадолго задумался и медленно повторил: — Наши. Как приятно говорить это после стольких лет “мои”! Наши. К ним незаметно подкралась Марта. — Есть идеи, как нам быть дальше? Доктор собирался ответить, но Джейн его перебила: — Какова вероятность, что в текущем временном отрезке Протокол теней больше не функционирует? Он вскинул голову к ясному отчаянно-синему небу с необычной бледно-голубой луной, слепо висящей над горой совсем рядом с солнцем. — Честно говоря, до этого момента я был уверен, что помню дату падения Протокола теней, а теперь у меня в мозгах сразу несколько вариантов. Черт, — он стукнул себя по лбу, случайно заставив напрячься провожатых. — Я в порядке, просто комара убил! — Комара? — спросила Ульф у Орма, на что мужчина пожал плечами. Свен пнул подвернувшийся камешек, и тот улетел в кусты, из которых выдохнула чудесная оранжево-черная бабочка. В висок Джейн на мгновение будто воткнули раскаленну, спицу. Боль исчезла так быстро, что вместо крика у нее вышла громкая икота. — Я в порядке! — поспешно заверила она воинов. — Просто комара съела. Викинги шутку не оценили и пообещали прострелить им глотки, если они еще раз сделают хотя бы одно резкое движение. Минутой позже Орм объявил о скорой переправе через пропасть. Они вышли к обрыву, с которого открывался захватывающий дух вид на спрятанное меж гор озеро с каменной ладонью. Теперь, когда они подошли ближе, стало видно, как меж пальцев по ладони стекает еще один шелковый водный поток. Долина дышала пьянящей свежестью и нагретым камнем. Джейн пришла мысль, что именно такое место она бы выбрала для своих людей. За несколько часов блуждания по дикому лесу они не встретили ни одного крупного животного, разве что пару птиц и насекомых. Как и обещал, Доктор нашел настоящий рай. Разве что местная звезда вела себя не совсем адекватно. Джейн прищурилась на нее, высоко висевшую над горизонтом. Разве пару часов назад они не сетовали на близкий закат? Может, их сбила с толку оптическая иллюзия от колец? Вслед за Ормом Джейн ступила на шаткий подвесной веревочный мост. За ней гуськом продвигались Доктор, Марта и Ульф с новобранцем. Скалы оказались слишком высоки, чтобы веревки намокли от брызг и испарения, поэтому те ощущались теплыми и чуть колючими. Река, бравшая начало в озере, врывалась меж узких скал неожиданно-громким гремящим валом, которого не было слышно прежде. — Куда она впадает? — спросила Джейн. — В еще большее озеро, — крикнул Орм через плечо. — А оно другим берегом касается Эдеграда. Аркадии по-старому. Ступня Джейн провалилась меж досками, и она неуклюже повисла на веревках. Доктор немедленно кинулся на помощь и, обхватив спутницу за талию, как репку потянул наверх. — Почему остановились? — грозно крикнула Ульф из-за спины ахнувшей Марты. — Нам нельзя тут задерживаться! Доктор убедился, что Джейн твердо стоит на ногах и собрался ответить, но она импульсивно схватила его за ворот: — Тот город назывался Аркадией. Аркадией! На его лице медленно проступало понимание. — Это было давно, — сказал Орм. — А главный дворец называли Цитаделью. Говорят, выглядел он соответствующе. Но Ульф права. Шевелитесь быстрее, пока не пришли Ангелы. Ангелы? — Да, Плачущие Ангелы. Не хотелось бы встретить их на мосту! Джейн явственно ощутила, как зашевелились волосы у нее на голове. Она боялась смотреть на Доктора, хотя тот явно искал ее взгляда. Она не знала, сколько правды открыть ему. Воспоминания. Прошлая регенерация по-прежнему оставалась под покровом забвения, а жизнь на Галлифрее проступала из небытия все более явно, как разгорающееся пламя свечи сквозь тусклое стекло в кромешной тьме. И в этой жизни Джейн отчаянно искала Доктора, но не находила его имени. Как он спасся с Галлифрея? Она помнила только одного беглеца, но молилась, чтобы им оказался кто-то другой! Аркадия. Один из крупнейших городов ее планеты, слава о котором веками гремела по окрестным галактикам, и к четверти легенд Джейн приложила руку. Он говорил, она – Ромул и Рем, Хаос и Восход, Юпитер и Плутон. Он любил распинаться о том, чего не произошло. Поэтому запер ее в Цитадели? Месте, где она проводила одну жизнь за другой, пока над красными небесами расцветали и умирали звезды и миры. Месте, откуда Он бессменно правил Галлифреем, бессовестно меняя обличия. — Возможно ли, — прошептала Джейн, — что мы переместились в прошлое. Времен Пифий? Или даже раньше? Ведь никто не знал, что было раньше. — Это исключено, — возразил Доктор. — ТАРДИС на такое не способна. В ней установлены предохранители. Ульф грубо толкнула Марту, и та налетела на спутников, едва не отправив их всех в полет. Выровнявшись, землянка ткнула пальцем в неровную скалу, частично выступавшую из воды. — Смотрите! Это же… — Статуя одного из Основателей, и что? Вперед, живее! — нетерпеливо рявкнула Ульф. Джейн смотрела на гигантское каменное лицо, когда-то исполненное в мельчайших деталях, теперь поросшее островками травы, мха и яркими болотными цветами. Смотрела с холодеющими сердцами. Смотрела, осознавая, что стала пленницей собственной временной линии. Смотрела на себя. В нынешнем воплощении.

***

Яркая оранжево-черная бабочка села на столбик веревочного моста и тут же исчезла в ворохе золотых искр. Нечто блестящее, неуловимо-быстрое мелькнуло меж ближайших деревьев и пропало.