Акт I. Сцена 3 - Принятие абсурда.

Тишина в белой комнате давила меньше. Теперь тут слышалось ровное гудение отчаяния, смешанного с интересом. Попытки сбежать — стук в стены, поиски тайных ходов и даже попытка Блица прогрызть пол (после чего он остался без зуба) — обернулись полным провалом. — Окей, — Мегги откинулась назад, сидя на пиксельном блоке, взявшемся будто из ниоткуда. Она с упорством создавала его из чистой силы воли. — Тут другие правила. Физика — по желанию. Это не уровень, а… песочница. Без подсказок. — Песочница! — заорал Джекс, кувыркаясь перед ней. — Будем строить замки! Прямо из воздуха! Я буду королём Воздушного Замка! — Ты станешь королём Моих Нервов, если не угомонишься, — пробурчал Блиц, без злости. Просто сказал как есть. – Да ладно тебе, у него выходит! – подбодрила Чарли, силясь создать что-нибудь оптимистичное, например, шарик. Получился лишь жалкий полупрозрачный пузырь, который тут же лопнул. — Просто мы все немного… растеряны. Зато мы вместе! Это почти как… команда спасателей, собранная случайно! — Спасателей от тоски, — отозвался Блиц. — Мы уже проиграли. Pusha T и No Malice стояли рядом, прислонившись к чему-то невидимому. — Видел всякое, — тихо сказал Pusha T, смотря на Узи, которая застыла по стойке «смирно», изучая их взглядом. — Но чтобы меня сканировал тостер с причёской эмо… Это уже слишком. No Malice качнул головой, слегка улыбнувшись. — Братан, глянь на нас. Демоны, клоуны, пиксельные девчонки, и мы… Застряли в бесконечной гримёрке без зеркал. Если это не про нашу жизнь, полную грехов, то я даже не знаю. — Жизнь – это бред, — Pusha T пожал плечами, и в его голосе впервые прозвучало не издевательство, а скорее усталая мудрость. — Ты строишь что-то крутое на песке, пытаешься быть главным, когда правила меняются каждую секунду. А тут… тут просто убрали лишнее. Оставили суть. Белую, пустую, бессмысленную суть. — Но в этом бреде есть воля, — добавил No Malice. — Когда поймёшь, что всё это – игра, можешь сам решать, как играть. Узи повернула голову. Её приборы уловили перемену в их голосах. — Ваши слова противоречат. Вы говорите о бессмыслице, но ваши тела… будто стало легче. Объясните. — Видишь ли, робот, — не выдержал Блиц, — бывает, что всё настолько плохо, что становится… обычным делом. Как противная музыка в лифте. — Я не робот. Дроун-андроид, — поправила Узи, но всё ещё смотрела на парней. — Ты чувствуете себя лучше от… когнитивного разногласия? Это странно. — Жизнь вообще странная! — радостно выпалила Чарли. — Мы, демоны, должны быть злыми, а я хочу помогать людям! Это же просто бред! И это круто! Джекс, тем временем, устроил «представление», пародируя всех. Он изображал Узи — ходил как робот и бубнил себе под нос: «Логика. Анализ. Ошибка 404». Изображал Блица — ругался какими-то странными словами и махал руками. Мегги хмыкнула, когда он попытался изобразить её, бегая по кругу и крича: «Пиксели! Глюки! Перезагрузка!». — Ладно, клоун, — сказала она, пряча улыбку. — Было смешно. Целых пять секунд. — Пять секунд смеха в бесконечной белой пустоте! — объявил Джекс. — Считаю, что это успех! Узи наблюдала. Она заметила, как Блиц начал принимать ситуацию с цинизмом. Как рэперы отнеслись ко всему с философским спокойствием. Как Чарли и Мегги спасались от отчаяния шутками и действиями. Она анализировала их «состояние» — этот беспорядочный, пустой, эмоциональный способ приспособиться к глупым условиям. «Глупый способ выжить, — решила она. — Не основан на логике, а на… принятии бреда. На находке смысла там, где его нет». Она медленно подняла руку и посмотрела на ладонь. Попыталась создать что-нибудь – искру, луч света. Как у Чарли и Мегги. Не вышло. Только холодные данные. — Может быть, — вдруг сказала она, заставив всех посмотреть на неё, — я зря искала логику, а надо принять, что её тут нет. В белой, непонятной пустоте на миг повисла тишина. Семь разных существ вдруг начали понимать друг друга. Не языком логики или правил, а языком общего, смешного и немного странного плавания в море чистого бреда.