Свадьба

Просторную девичью комнату ласкали яркие лучи полуденного летнего Солнца, двадцатидвухлетняя Вальбурга стояла перед зеркалом в полный рост. На ней была надета шёлковая традиционная свадебная мантия цвета слоновой кости, по контуру мантии располагалась золотая руническая роспись. Под церемониальной мантией на девушке не было надето ничего, так как этого не позволяла магия ритуального зала. В дверь тихо постучали, и Вал, накинув поверх мантии ещё одну, но плотную, разрешила стучавшемся пройти в комнату. Нарушителями спокойствия невесты оказались глубокобеременная Лукреция Прюэтт и Артемида Монтератти. Кузины уже четыре года как были замужними женщинами, из-за чего девушки стали очень редко видеться. Кузины кинулись в объятия друг друга, искренне радуясь долгожданной встрече. Как когда-то в детстве они расположились на широкой кровати, делясь самым сокровенным друг с другом. — Лу, так кто у вас будет? Уже знаете пол малыша? — нетерпеливо интересовалась Мида. — Малышки, — с улыбкой шептала Лкуреция, нежно поглаживая округлый живот. — Её зовут Молли. — Это так замечательно, Лу, — улыбнулась Артемида, — Я каждый вечер молю Магию подарить нам с Анжело дитя, но, к сожалению, никак не получается. От темы детей девушки плавно перешли к обсуждению предстоящей церемонии. Весь Род Блэк собрался сегодня на Площади Гриммо 12, включая французскую ветвь, так как женитьба Наследника — особое событие. — А как… как… — безуспешно попыталась задать особенно смущающий её вопрос Вал, но кузины её поняли. — Сначала, в первые пару раз, больно, учитывая то, что мужчина должен быть грубым на алтаре, но потом начинает нравиться. Со временем даже начинаешь хотеть этого, — начала делиться сокровенным Лу. — Хотеть? — изумилась на грани возмущения невеста, глядя на кузину так, будто у той в миг выросли уши спаниэля без участия магии в процессе. — Как можно хотеть чтобы в тебя вошёл… вошло… это? Обе кузины беззлобно посмеялись над её словами, вспоминая то время, когда были на её месте и говорили практически те же самые вещи. — Это чувство, когда твой мужчина внутри тебя, наполняет тебя своим семенем, ласкает твоё тело… Это чувство сложно передать словами, Вал. Скоро ты и сама всё поймёшь, — с нежной улыбкой говорит Мида, смотря на пунцовое лицо обычно уверенной в себе Вальбурги. — Но это же Орион, — глухо прошептала Вал. — Он же совсем мальчишка, а не мужчина, мы же кузены. Несмотря на то, что браки среди представителей Дома Блэк не были редкостью, Вальбурга, никак не могла себя заставить воспринимать жениха иначе, как брата, от одной лишь мысли о том, что теперь каждую ночь в своей жизни она должна будет делить с ним спальню, молодую невесту пробирал ужас. Вал несколько раз пыталась поговорить с Поллуксом, но год от года отец становился всё более жесток и беспощаден, в последний раз, когда девушка приходила к нему в кабинет по этому вопросу, он в ярости применил к дочери круцио. Больше она не пыталась противиться своей судьбе. Три молодые девушки лежали на широкой кровати в объятиях друг друга до тех пор пока пред ними не появился домовик, сообщив о том, что молодой хозяйке необходимо спуститься в ритуальный зал для начала церемонии. Спускаясь по лестнице, ведущей на первый этаж, Вальбурга чувствовала как трясутся её колени, боясь потерять контроль над своими ногами и упасть с лестницы, руками она опиралась о стену. Внизу, около двери, что вела к лестнице на нижний уровень особняка, где распологалось несколько помещений, включая ритуальный зал, её уже ждал отец. Поллукс, как всегда, выглядел гордо и хладнокровно. Вал старалась придать своему выражению лица строгости и решимости, что ей, судя по одобрительному кивку отца, удалось. Поодаль от Поллукса стояли его младшие сёстры, Дорея Поттер и Кассиопея Блэк, которые перестали шептаться, когда в их поле зрения попала невеста. Вальбурга встретилась взглядом с Дореей, получив от той поддерживающий лёгкий кивок головой и понимающий взгляд, который нежной волной окутал молодую девушку, придавая спокойствия и уверенности. Приняв поданый отцом локоть и гордо выпрямив спину, Вальбурга Блэк направилась в ритуальный зал на встречу своему будущему. Перед входом в ритуальный зал Поллукс помог дочери снять верхнюю мантию, без которой босая девушка чувствавала себя словно обнажённой. — Ты вернёшь нашему Роду былое величие, дочь моя, — сказал Поллукс, приподняв пальцами правой руки подбородок дочери. Впервые за много лет в его голосе слышалась гордость, которую девушка когда-то мечтала услышать из уст отца, но сейчас она почувствовала себя далёкой от счастья. Сделав глубокий вдох, Вальбурга направилась в ритуальный зал словно на казнь. Отец последовал за ней. В зале их уже ждали Орион и Арктурус. Молодой жених также был терзаем сомнениями в правильности происходящего, Вал всегда была его мнительной и безбашенной старшей кузиной, что сбегала в маггловский Лондон, чтобы достать для него и Альфарда вкусные шоколадные конфеты, когда им было девять лет, за что получала неодобрительное покачивание головой правильной Лукреции, которая тайком завидовала способности кузины незаметно для взрослых нарушать правила. Орион, одетый в традиционную свадебную мантию, подобную той, что была на его невесте, несмотря на смущение, бушевавшее в нём, не мог не признать, что кузина стала очень привлекательной, повзрослев, поэтому он был уверен, что физических проблем с исполнением супружеского долга у него не возникнет. Вальбурга и Орион встретились взглядом практически идентичных серых глаз. Молодые люди были очень похожи внешне, как и все представители Рода Блэк, но если голову Наследника Рода обрамляла традиционная для их семьи копна кудрявых волос, то волосы девушки струились по гордой спине шёлковыми волнами, доставая до пояса. Будущие супруги рука об руку встали напротив алтаря, оба были облачены в традиционные мантии, надетые на ногое тело, их ноги были босыми. Около грани алтаря, что была слева от Вальбурги, стоял Поллукс, а Арктурус встал напротив будущих супругов, так как будучи Лордом Блэк, он был тем, кто должен лично заключить брак своего Наследника. На алтаре располагалась серебряная чаша с выгравированными по краям рунами и бронзовый ритуальный нож, которым Лорд Блэк, зачитывая древние катрены на латыни, надрезал сперва ладонь Наследника, а затем и племянницы. Молодые люди соединили кроваточащие ладони, проливая её в чашу. Затем, продолжая читать катрены, Арктурус добавил в чашу зелье, которое должно было помочь узам новобрачных полностью закрепиться. В это же время Орион и Вальбурга перевязали кровоточащие ладони друг друга хлопковыми пластами ткани, так как залечить раны магией во время брачного ритуала было запрещено. — Клянёшься ли ты, Орион Арктурус Блэк, Наследник Древнейшего и Благороднейшего Рода Блэк, оберегать и чтить супругу свою? — спросил Арктурус сына. — Клянусь. — Клянёшься ли быть верным лишь своей супруге, до скончания дней своих не делить ни с кем кроме неё ни тело, ни сердце, ни душу? — Клянусь. — Клянёшься ли ты продолжить Род свой, оберегать наследников своих? — Клянусь, — принёс последнюю клятву Орион, отпивая из кубка, протянутого ему Арктурусом. — Клянёшься ли ты, Вальбурга Ирма Блэк, Наследница Древнейшего и Благороднейшего Рода Блэк, оберегать и чтить супруга своего? — спросил Арктурус на этот раз девушку. — Клянусь. Клянёшься ли быть верной лишь своему супругу, до скончания дней своих не делить ни с кем кроме него ни тело, ни сердце, ни душу? — Клянусь. — Клянёшься ли ты продолжить Род свой, оберегать наследников своих? — Клянусь, — проговорила Вал последнюю клятву, а затем отпила из кубка, как сделал это Орион минутой ранее. Новобрачные робко повернулись друг к другу, Орион наклонился к кузине, накрывая её губы своими в неловком поцелуе. Молодожёны почувствовали лёгкое дуновение ветра, означавшее принятие Магией их клятв. Затем Орион помог супруге забраться на алтарь, Вальбурга легла на прохладный камень, молодой супруг же расположился сверху, нависая над ней, его тёмные волосы кудрявым ореолом обрамляли юношеское лицо. Поллукс продолжал стоять в ногах молодой пары, а Арктурус встал на стороне их голов, их расположение означало переход невесты из прошлой семьи в новую. Орион и Вальбурга неотрывно смотрели друг на друга, щёки и шеи обоих супругов были покрыты красными пятнами из-за смущения. Орион осторожно наклонился к лицу девушки, вовлекая ту в глубокий и чувственный поцелуй. Одной рукой он приподнял полы мантии Вал и раздвинул стройные девичьи ноги, устроившись между ними, а второй нежно очертил контур мягкой левой груди через шёлковую ткань, чувствуя как его собственная плоть начинает наливаться кровью. Он почувствовал, как Вальбурга вздрогнула и сжалась от страха, когда он коснулся ладонью её естества, попытавшись соединить ноги. — Дыши, всё хорошо, — прошептал он супруге на ухо, оторвавшись от её губ. Вальбурга начала смотреть по сторонам, в панике осознавая, что у того, что должно сейчас произойти есть свидетели в лице её собственных отца и дяди. Орион положил левую руку на лоб девушки, нежно огладив волнистые волосы и зафиксировав её голову. — Смотри мне в глаза, Вал, — приказным тоном прошептал он. — Представь, что здесь только я, остальные лишь иллюзия, что расстворится со временем, — его шёпот странным образом успокаивал, и девушка смогла немного расслабиться. Она почувствовала, как длинные пальцы правой руки кузена ласкают внутреннюю часть её бедра, как его ладонь ложится поверх её лона, как изящный палец начинает порхать вокруг её сухого клитора, вызывая в ней неожиданно приятные ощущения. В нижней части живота Вальбурги начало узлом завязываться напряжение, а обрамлённые чёрными волосками складочки лона увлажнились. Продолжая смотреть в глаза пунцовой от смущения супруге, Орион ввёл в девственное влагалище средний палец, собирая скопившуюся влагу, распределяя ту по естеству супруги. Не отрывая взгляда от серых глаз супруги он приподнял её ноги, нежно поцеловав левую пяточку, и закинул их на свои плечи. Приподняв собственную мантию, он пару раз провёл рукой по своему, уже вставшему, члену, вздрачивая его. Приблизившись к лону супруги, он несколько раз провёл головкой от влагалища к клитору, распредеяя влагу. Пристроившись около девственного входа, Орион втянул Вальбургу в глубокий поцелуй, одновременно резко толкаясь членом в лоно супруги, прорываясь сквозь тонкую преграду, обрамлявшую стенки влагалища. Вальбурга почувствовала резкую боль, слёзы невольно выступили из её глаз, а из горла вырвался крик, заглушаемый поцелуем. Она думала, что готова к боли, что почувствует, но не думала, что та окажется настолько сильной. Вал разорвала поцелуй и до крови прикусила свою губу, в попытке заглушить боль от надрыва во влагалище. — Не смей причинять себе вред, — приказал Орион, силой расщепляя челюсть Вальбурги. — Укуси лучше моё плечо, — хрипло сказал он, развязывая шнуровку мантии на горле, и, оголив бледные широкие плечи, приподнял голову супруги, зубы которой послушно сомкнулись на коже его левого плеча. Глубоко вздохнув, молодой супруг начал совершать резкие и быстрые толчки, чувствуя отвращение к древним ритуалам, обязывающим причинять боль дорогому человеку. Орион чувствовал как горячие стенки влагалища Вал тесно обволакивают его член, мысленно признаваясь самому себе в том, что ему нравится погружаться в узкое лоно кузины, которое никогда не знало и не узнает никакого другого члена, кроме его собственного. От собственнических мыслей в голове и горячей тесноты супруги, движения Ориона стали беспорядочными и ещё более резкими, а из его горла вырывались стоны. Совершив несколько особо глубоких толчков, молодой супруг замер, заполняя своим семенем свою женщину. Молодожёны почувствовали особо сильный порыв ветра, означавший закрепление магического союза. — Всё хорошо, всё закончилось, моя хорошая, ты молодец, — шептал Орион, сцеловывая солёные слёзы с лица супруги, собственное кровоточащее от укуса плечо сейчас мало его волновало. Когда Орион вышел из лона супруги, на алтарь упали капли крови и спермы, наполняя его силой. Встав на пол, молодой мужчина поднял до сих пор дрожащую Вальбургу на руки, и, получив одобрительный кивок от отца, который в отличие от смотревшего на алтарь во время соития молодожёнов Поллукса, всё то время отводил взгляд, уважая личные границы сына и племянницы, направился в покои Наследника Рода, в ванной комнате которых домовики уже подготовили горячую ванну с целебными зельями, чтобы позаботиться о своей женщине, что доверчиво прижималась к его груди. С высоты своих уже прожитых лет, Вальбурга понимала, что далеко не все молодые люди с такими заботой и ответственностью, что проявил Орион, относятся к своим супругам, тем более тем, с которыми заключили брак по договорённости семей. Как бы Вальбурга хотела, чтобы боль во время первого раза была самой сильной в её жизни, но, как говорится, жизнь всегда вносит свои собственные коррективы, в чём Леди Вал убедилась уже спустя почти полтора года после свадьбы.