Глава 17. Перемены.

Предыдущее испытание обернулось для Ноя не просто неприятным воспоминанием, а настоящим источником затяжной головной боли, которая, впрочем, была далеко не единственной заработанной им болячкой. Вчерашние раны по-прежнему давали о себе знать, жгуче ноя и злобно шипя при каждом неосторожном движении. Со временем они, без сомнения, исчезнут, затянутся и оставят после себя лишь блеклые следы, однако до этого момента книжному червю предстояло мириться с постоянным, изматывающим дискомфортом. Невозможно было в полной мере передать словами, насколько тяжело оказалось уснуть после пережитого, учитывая то количество синяков, ссадин и царапин, которыми было усеяно его тело после вчерашней бойни. Каждое движение отзывалось болью, а попытки найти хоть сколько-нибудь удобное положение для сна превращались в утомительную, почти безнадежную задачу. Спал Ной чутко, с такими увечьями проснуться посреди ночи было легче легкого, поэтому неудивительно, что он не выспался. Пробуждение было ужасным, глаза его слипались, не желая открываться, а все его тело болело. Искушение остаться в относительном тепле и покое своей койки, позволив себе еще хоть немного забыться, было почти непреодолимым, однако мысль о пропущенном завтраке и любящем пошутить Дункане оказались куда весомее. Болезненно застонав, подросток все же заставил себя подняться и, с трудом удерживая равновесие, поспешил в уборную, не желая простоять очереди. Умывшись и кое-как приведя себя в порядок, Ной, едва волоча ноги, направился в сторону столовой. В восприятии подростка все вокруг было словно в тумане, походка шаткой, глаза постоянно закрывались вопреки его воле. Со стороны он больше походил на зомби, чем человека и возможно так оно и было. Преодолевая метр за метром, с усилием заставляя себя двигаться вперед, несмотря на ноющую боль в теле и предательскую слабость в ногах, Ной все же добрался до места назначения. Ухватившись за холодную ручку, он медленно открыл дверь, которая с тихим скрипом поддалась, впуская его внутрь. Все так же продолжая издавать недовольные и усталые звуки, подросток машинально взял поднос и, едва переставляя ноги, направился к прилавку, где его, как он был уверен, уже ожидала привычная «еда». Пускай еще живая, отвратительная на вкус и больше напоминающая орудие пыток, но еда. Желая как можно быстрее покончить с этим неприятным ритуалом, он даже не удосужился взглянуть на повара, просто поставив поднос на прилавок. Еда наконец-то прибыла, но что-то было не так. Он не чувствовал уже ставшего для него привычным, въедливого запаха тухлятины, которую им подавал Шеф, не было того удушливого смрада, от которого хотелось отвернуться еще до того, как увидишь содержимое тарелки. Напротив, от подноса исходил вполне съедобный аромат, и на мгновение Ною даже показалось, что все происходящее не более чем продолжение его прерывистого сна. В этот момент глаза Ноя резко распахнулись, окончательно прогоняя остатки сонной пелены, и его взгляд впился в содержимое подноса. Там он увидел не мусор, который Шеф называл едой, а обычную яичницу с беконом, пару крекеров и чашку чая. На пару секунд он застыл, не в силах поверить в увиденное, после чего медленно поднял голову желая взглянуть на человека, который уж точно не стал бы радовать их чем-то подобным, особенно после их провальной попытки избавиться от одного рыжеволосого участника. – Какого… – Выдохнул он, не договорив, потому что слова попросту не находились. Стоящий перед ним человек был намного ниже Шефа, у него были зеленые глаза и пускай опрятной шевелюрой он не мог похвастаться, но Хатчет не мог похвастаться волосами в принципе, учитывая, что у него их вообще не было. – Я что сплю? – Уже всерьез задался вопросом Ной, все еще не в силах поверить в происходящее, переводя взгляд с еды на повара и обратно. – Не спишь. – Спокойно ответил рыжий, никак не отреагировав на его замешательство. – А теперь не мог бы ты отойти, не ты один ожидаешь своего завтрака. Повернув голову, книжник увидел позади себя не менее озадаченных участников, которые задавались одним и тем же вопросом: Куда, черт возьми, делся Шеф Хатчет? – Где Шеф? И что ты здесь делаешь? – Недоуменно подняв бровь, озвучил интересующий всех вопрос Ной. – В связи с некоторыми… кхм, сомнительными действиями, которые он совершил, Шефа понизили до обычного стажера. Почти те же обязанности, разве что зарплата примерно в десять раз ниже, и готовить он теперь не может. – И ты решил занять его место? – Столь же недоуменно задала вопрос Кортни. – Естественно не бесплатно. – Ответил Гарольд. – Мне уже порядком надоело жить под дырявой крышей, поэтому в обмен на более комфортные условия проживания я беру на себя заботу о ваших желудках. – ДА! – Обрадовался Оуэн, подняв руки вверх. Рады были почти все. Почти. – Я отказываюсь от твоей стряпни. – Твердо заявила Кортни, пристально, почти вызывающе смотря на Гарольда. – И вам, недоумкам, я бы настоятельно посоветовала сделать то же самое. – Это еще почему? – Тут же возмутилась Лешона, недовольно скрестив руки на груди и окинув Кортни раздраженным взглядом, в котором читалось явное несогласие. – Подумай хорошенько. – Холодно продолжила латиноамериканка, слегка прищурившись. – Стала бы ты с радостью готовить яичницу для тех, кто мечтает поскорее выкинуть тебя из игры? Она бросила короткий взгляд на Ноя. – Кто знает, может быть, он хорошенько так помочился в чай, который ты собираешься выпить, Ной? Гарольд устало вздохнул, проведя рукой по голове, пытаясь унять нарастающее раздражение, после чего молча развернулся и направился обратно на кухню. Спустя минуту он вернулся, неся в руках целую охапку ингредиентов, которые он с глухим стуком опустил на прилавок. – Если тебя так сильно беспокоит качество и состав моей стряпни… – Спокойно произнес он, хотя в голосе проскользнула легкая усталость. – Можешь заняться готовкой сама. Кухня полностью в твоем распоряжении. – С радостью. – С натянутой улыбкой ответила Кортни, подобрав ингредиенты и зашагав в сторону кухни. – Я с ней. – Ухмыльнулся Дункан, последовав за своей девушкой. Десять минут спустя Кортни раздраженно мычала себе под нос, сосредоточенно занимаясь готовкой и одновременно пытаясь понять, чем занимается ее полоумный парень. Пока латиноамериканка готовила завтрак для них двоих, Дункан, вместо того чтобы хоть как-то помочь, тщательно обыскивал кухню. Заглядывал в шкафы, выдвигал ящики, проверял даже самые малозаметные углы, даже не думая ей помогать. – Чем ты, черт тебя дери, занимаешься? – Наконец не выдержала она, бросив на него крайне недовольный взгляд. – Ищу камеры и прослушку. – Как ни в чем не бывало, ответил Дункан. – Я по несколько раз здесь все проверил, к счастью, тут чисто. – Эта кухня – личный храм Шефа, вряд ли бы он позволил Крису устанавливать здесь камеры. – Рассуждала Кортни. – Но зачем тебе это? – А ты как думаешь? – Задал вопрос зек, подойдя к ней и вплотную прижав ее к себе. Кортни широко раскрыла глаза, испытывая одновременно и ярость, и шок и предвкушение. – Идиот, вдруг нас кто-то услышит. – Прошептала девушка, яростно смотря на своего парня. – Не волнуйся. – Тихо ответил он, наклоняясь ближе. – У меня очень хороший слух. Латиноамериканка стиснула зубы и зарычала, но к радости Дункана, она недолго думая впилась в него своими губами, а затем повалила на пол. Риск быть пойманным, лишь сильнее разжигал в них пламя страсти. Тем временем, Крис с отвращением наблюдал за разворачивающимися событиями и тут же переключился на другую камеру. Сегодня вечером, он обязательно продезинфицирует свои глаза.

***

На остров прибыли неожиданные гости и Гарольд был как никогда им рад. Прибыли они на довольно большом судне, внушительно возвышающемся над всеми зданиями на острове, и все с одной единственной целью – построить на этом земле дом для рыжеволосого. Как только якорь был спущен и корабль надежно закрепился у берега, на сушу начали сходить грузчики, один за другим, неся в руках тяжелые ящики, доверху заполненные стройматериалами. Доски, черепица, кирпичи, стекло, все это нескончаемым потоком продолжало прибывать на берег, вызывая у рыжего неподдельную радость, ведь ему уже порядком надоело спать под открытым небом, ощущая на себе все прелести ночной прохлады и капризов погоды. С тех самых пор, как Крис уничтожил крышу его домика, о каком-либо комфорте можно было забыть, и каждая ночь превращалась в очередное испытание. – Улыбка у тебя прям до ушей. Видимо, ты очень рад, Гарольд. – Услышал рыжий голос ведущего. Улыбка на лице рыжего мигом исчезла, ему очень сильно не понравился тон говорящего. Гарольд пробыл здесь уже больше месяца и за это время он успел очень хорошо узнать Криса Маклина. Он прекрасно понимал, что ведущий обычно что-то планирует или утаивает, когда его голос становится ниже. – Ты что-то скрываешь? – Спросил рыжий, повернувшись к Маклину и пристально посмотрев ему в глаза. – Нууууу… – Отвел взгляд Крис, неловко постукивая двумя своими указательными пальцами. – Я ведь обещал тебе, что устрою тебе здесь крутую берлогу, но я ведь не уточнял, в каком состоянии она будет здесь находится. – Чего б(бип)ь?! – Не сдержался Гарольд, моментально вскипев от услышанного. – Эй-эй-эй спокойнее. – Продолжил Крис, одарив Гарольда самодовольной улыбкой. – Правила помнишь? Если не хочешь вылететь, советую тебе держать себя в руках. Он сделал небольшую паузу, явно наслаждаясь беспомощным выражением лица Гарольда. – У тебя будет домик, но, правда, в разобранном виде. Хочешь себе уютную берлогу тогда построй ее сам. У тебя как раз есть все необходимое. С этими словами ведущий небрежно указал в сторону огромной кучи инструментов и стройматериалов, которая еще совсем недавно казалась Гарольду божественным чудом, а теперь выглядела скорее как начало новой, куда более утомительной проблемы. – Дело ведь не в нехватке бюджета, верно? – Спросил Гарольд, мрачно посмотрев на ведущего. – Ну, я, наверное, мог бы попросить больше денег, но ты ведь меня знаешь, я просто не мог устоять и не насладиться шоу. После этих слов ведущий ушел, оставив Гарольда наедине с его мыслями. На некоторое время он притих, переваривая услышанное, и уставился на растущую гору строительных материалов, которая с каждой минутой становилась все больше по мере того, как грузчики продолжали приносить очередные ящики. Затем из его горла вырвался смех, негромкий, но этого было достаточно, чтобы некоторые грузчики бросили на него странные взгляды. – Какой же я все-таки идиот. – Пробормотал он вполголоса, опуская голову. Поверить на слово самому лживому и противному человеку на острове. Как он мог до такого дойти? Гарольд мысленно корил себя за то, что сам попался на эту удочку. Ему дали мусор, завернутый в красивый фантик, а он ослепленный радостью, тут же схватил его и съел. – Удачи, Гарольд! – Насмешливо крикнула Кортни со стороны, явно услышав его разговор с Крисом и не упустившая возможности поддеть его. Некоторое время спустя Гарольд решил не тратить время впустую и, отбросив лишние эмоции, сосредоточился на более насущной задаче. Начав тщательно осматривать и пересчитывать все имеющиеся у него материалы, он проверил их состояние, количество и возможное применение. Проанализировав все, что у него на данный момент было, он начал рисовать чертежи, стараясь заранее продумать каждую деталь будущей постройки. Он с поразительной для себя же самого скрупулезностью прорабатывал каждый элемент, детально изображая все. Начиная с фундамента и заканчивая крышей, которая, в идеале, наконец-то защитила бы его от капризов погоды, при этом стараясь по максимуму использовать каждый имеющийся у него материал. Работа предстояла долгая, и Гарольд прекрасно понимал, что, скорее всего, к концу шоу он не сможет реализовать даже половину задуманного, каким бы упорством ни обладал. Возможно, ему следовало просто махнуть на все рукой и навсегда забыть о комфортном жилье. Почему он этого не сделал? Даже сам Гарольд не мог дать на это четкого ответа. Может быть, все дело было в банальной скуке и желании занять себя хоть чем-то полезным, а может, в нем взыграло желание похвастаться своим невероятным достижением. Возможно, оба предположения являются верными, но сейчас это неважно. Гарольд не стал забивать голову подобными размышлениями, решив вместо этого просто приступить к работе и посмотреть, к чему все это приведет. Три часа спустя Это были одни из самых трудных трех часов в жизни Гарольда. Для того чтобы заложить один только фундамент, ему пришлось перетаскать и аккуратно разложить такое количество кирпичей и балок, что к концу у него начали отказывать руки. Рыжий тяжело дышал и обильно потел, с трудом волоча очередную деревянную балку, которая должна была стать одной из опор его еще не построенного храма. Балка была длинной и очень, ОЧЕНЬ тяжелой. Не раз ему приходилось останавливаться, чтобы перевести дух и не рухнуть от бессилия и истощения. Все могло бы быть куда проще, будь у него хотя бы пара помощников, однако единственный человек, который горел желанием ему помочь, был все еще болен и отлеживался в своем домике, строго следуя инструкциям самого Гарольда, который запретил ему как-либо напрягаться. Наконец, после очередного рывка, ему удалось дотащить балку до нужного места, однако на этом трудности не закончились. Мало было просто притащить тяжелую деревяшку, ее еще предстояло правильно установить, выровнять и закрепить, а эта задача оказалась ничуть не легче предыдущей. Потратив на это последние силы, Гарольд забил ее гвоздями с двух сторон и с усталым вздохом свалился прямо на травку, уставившись на медленно плывущие по небу облака. – Может, прекратишь? Услышав до боли знакомый голос, и так нерадужное настроение Гарольда стало еще более мрачным. Испустив тихий, полный раздражения стон, рыжий медленно перекатился на бок, всем своим видом показывая, что не намерен вступать в разговор и уж тем более как-либо реагировать на появление обладательницы этого голоса. Однако девушке, стоявшей рядом с его измученным телом, такая реакция явно пришлась не по душе. В этот момент на лице Кортни появилась зловещая улыбка. Она оглянулась по сторонам и, заметив неподалеку довольно внушительную кувалду, уверенно направилась к ней, после чего, подхватив инструмент, с легким напевом вернулась обратно к Гарольду. – Интересно… – Протянула она, как бы невзначай покачивая кувалдой в руке. – А что будет, если я сейчас ударю этой штукой по вон той балке… или, может быть, по тому кирпичику? К огромному разочарованию девушки, Гарольд все также продолжал неподвижно лежать, отчаянно надеясь на то, что его проблема как можно скорее исчезнет. – Эй! – Недовольно наклонилась она ближе, явно теряя терпение. – Я вообще-то собираюсь разрушить все, что ты здесь построил. Гарольд раздраженно вздохнул и наконец, повернул голову в ее сторону. – Что ты хочешь от меня услышать? – Произнес он, еле выдавливая из себя слова. – Хочешь, чтобы я умолял тебя остановиться? Я тебя немного разочарую, но мне абсолютно фиолетово, можешь хоть сжечь здесь все. Я все равно не успею построить здесь дом своей мечты, поэтому от твоих действий мне ни жарко, ни холодно, только прошу, дай мне передохнуть. На короткое мгновение Кортни замерла, пристально и задумчиво глядя на лежащего перед ней подростка, чья усталость очень ясно читалась даже сквозь слегка запотевшие линзы его очков. Гарольд не имел ни малейшего представления о том, какие мысли сейчас проносятся в ее голове, да и ему было все равно, он был слишком утомлен, чтобы хоть как-то реагировать на действия латиноамериканки. Не все равно ему стало только тогда, когда Кортни крепче сжала рукоять кувалды. На мгновение он не на шутку перепугался, все-таки сейчас он находился в очень уязвимом положении. К счастью девушка не стала предпринимать против него каких-либо действий. Она лишь раздраженно цыкнула и бросила инструмент в сторону, а затем потопала прочь. – А тебе чего? – Спросил Гарольд устало, увидев приближающегося к нему Ноя. – Прошу прощения, если я покажусь наглым, неблагодарным или эгоистичным, но когда обед? – Спросил книжный червь так же устало. – Обед и ужин в холодильнике, просто разогрей еду в микроволновке.

***

Наступил вечер. Пока Гарольд продолжал заниматься непосильным трудом, забивая одну доску за другой, остальные участники по очереди разогревали свой ужин в микроволновке. Несмотря на очень вкусный ужин, атмосфера в столовой оставляла желать лучшего. Воспоминания о недавнем испытании, все еще были свежи в их памяти. Как бы странно это ни звучало, но даже Оуэн, обычно самый жизнерадостный и шумный из всех, выглядел подавленным и непривычно тихим, что само по себе говорило о многом и лишь подчеркивало общее настроение участников. Дела были плохи, сейчас никто даже не думал о главном призе, предпочитая больше не строить иллюзий или подпитывать себя ложными надеждами. И только Кортни, как и прежде, оставалась непреклонной, упрямо отказываясь позволить многочисленным победам Гарольда сломить ее настрой или поколебать уверенность. – Эй, Ной! – Вдруг нарушил тишину Дункан, вызывающе улыбаясь. – Ты чего это притих? Помнится, на предыдущем испытании, ты прямо задал жару. Может, и сегодня нас удивишь. Ной не ответил, подросток даже не взглянул на зека, пусто уставившись на свою еду. Реакция книжника явно не понравилась Дункану, который встал со своего места и под напряженные взгляды остальных участников направился к Ною. Лишь когда несовершеннолетний преступник оказался у него за спиной, Ной все же соизволил обратить на него свое внимание и повернулся к нему. – Чего тебе? – Раздраженно спросил книжный червь. – С чего ты взял, что мне что-то от тебя нужно? – С наигранной невинностью отозвался Дункан. – Может, мне просто хотелось поговорить? Это была очевидная ложь, и все за столом это понимали. Дункан явно хотел свести счеты из-за конфликта, произошедшего между ними на вчерашнем испытании. – Ну, вот и поговорили. – Ответил Ной, повернувшись к травмированному зеку спиной. – Эй-эй-эй, разве можно так хладнокровно отшивать своих друзей? – Задал вопрос Дункан, положив здоровую руку на плечо Ноя. – Не мог бы ты отойти? Из-за тебя у меня пропадает аппетит. В этот момент Дункан злобно улыбнулся. – Аппетит пропадает? Тогда ты, наверное, будешь не против, если я сам подкреплюсь. Ноя внезапно оттолкнуло в сторону, из-за чего он свалился со своего места и с глухим стуком ударился спиной о пол. Пока он пытался понять, что произошло, виновник уже нагло схватил его поднос и поспешил обратно на свое место. – Эй! – Впервые за весь разговор вышел из себя Ной, вставая. – А ну верни! – Вернуть? – Наигранно удивился Дункан, обернувшись через плечо. – Мне казалось, что мы друзья, но раз уж так… бери. К шоку почти всех присутствующих, зек резко развернулся и метнул поднос прямо в сторону Ноя. Тот даже не успел понять, что происходит, прежде чем поднос врезался ему прямо в лицо. Содержимое разлетелось в разные стороны, разбрызгиваясь по полу, а также испачкав лицо и одежду смуглого подростка. – Ах… – Тяжело выдохнул Ной, с усилием поднимаясь на ноги и прижимая ладонь ко лбу, на котором уже появилось красное пятно. Дункан, увидев страдания книжного червя, разразился громким смехом, в то время как остальные участники неодобрительно на него смотрели, однако, несмотря на явное недовольство, пока не решались вмешиваться физически, не желая обострять ситуацию. – Ты что творишь, уголовник хренов?! – Закричала Лешона, резко вскакивая со своего места. – Что я творю? А ты-то чего за него вступилась? Это ведь он нас друг с другом стравил на прошлом испытании. – Но ведь он делал все так, как говорил Шеф… разве нет? – Неуверенно произнесла Линдси, осторожно вмешиваясь в разговор. – А ты вообще заткнись, полоумная блондинка. – Резко отрезал Дункан. – Тебе думать не полагается. Произнесенные Дунканом слова очень задели Линдси, и в ее глазах тут же выступили слезы. Не в силах сдержать нахлынувшие на нее эмоции, она резко поднялась и, закрывая лицо руками, поспешно выбежала к выходу. – Ну ты и говнюк, Дункан. – Холодно сказала Лешона, одарив несовершеннолетнего преступника презрительным взглядом. – Не знаю, как вы, но я с этим ублюдком ужинать не собираюсь. Афроамериканка решительно встала и направилась к выходу, больше не в силах терпеть отвратительное поведение зека. Ее поступок мгновенно запустил цепную реакцию, один за другим участники начали покидать столовую, не желая оставаться в одном помещении с Дунканом. Пока участники по очереди покидали столовую, лицо Дункана внешне оставалось пустым, словно их решение его совсем не волновало. Однако внутри ему было далеко не плевать, он не хотел этого признавать, но действия участников его сильно разочаровали, все-таки никто не хотел оставаться один. Зек считал, что делал все правильно, но, к сожалению для него, слишком долгие годы, проведенные в колониях для несовершеннолетних, наложили на него свой отпечаток. Жесткие тюремные понятия, которыми он руководствовался, попросту не работали в свободном мире, однако признать это он был не готов, будучи слишком упрямым, чтобы пересмотреть собственные взгляды. В итоге в столовой осталась лишь Кортни. Дункан радостно улыбнулся, увидев, что его девушка не стала следовать за остальными. Но его надежды разрушились в тот же миг, как он посмотрел на ее лицо. Выражение крайнего отвращения, смешанного с презрением. Латиноамериканка молча встала и направилась к выходу, давая ясно понять, что даже она не собиралась принимать его таким.

***

Несмотря на дары от системы, на то чтобы сделать один только фундамент, Гарольду пришлось нарушить режим сна и заработаться аж до трех утра. Рыжий тяжело дышал, забив последний за сегодня гвоздь. Его зрение расплывалось, контуры предметов теряли четкость, мир вокруг плыл в тумане. Он так устал, что даже не мог удержать в своих руках молоток. Инструмент выскользнул с его ослабевших пальцев, со стуком упав на деревянные доски. Гарольд шатался, с болью осознавая, что сейчас у него не хватит сил даже на то, чтобы добраться до своего домика. Смирившись, рыжий тяжело опустился на построенный им фундамент и, не заботясь ни о холоде, ни о жесткости деревянных досок, решил отправиться в мир снов прямо под открытым звездным небом. Сцена сменилась. Наступило утро. И это утро оказалось особенно солнечным и приятным для серфера в ковбойской шляпе, который впервые за долгое время проснулся без привычного ощущения жара и слабости, преследовавших его с момента окончания предыдущего испытания. Болезнь наконец отступила, не оставив после себя никаких следов. Поднявшись со своей койки, Джефф с удовлетворением потянулся, затем, не теряя времени, сделал несколько простых упражнений, разминая затекшие мышцы, быстро оделся и поспешил наружу, желая как можно скорее подышать свежим утренним воздухом. Стоило серферу выйти на улицу, как он тут же сделал очень глубокий вдох, наполняя лёгкие прохладным, чистым воздухом. Его лицо невольно озарилось улыбкой, когда он прислушался к спокойному, почти умиротворяющему пению птиц и окинул взглядом окружающий его лес. Он бы, наверное, и дальше продолжал наслаждаться своим выздоровлением, если бы его внимание не привлекла фигура неподалеку. Присмотревшись, Джефф заметил спящего Гарольда, который расположился прямо на возведенном им фундаменте. Было очевидно, что он работал допоздна и ему, похоже, не хватило сил добраться до своей койки. Эту версию также подтверждал валявшийся рядом с его неподвижным телом молоток. По мере приближения к своему другу, Джефф должен был признать, что Гарольд постарался на славу. Каждая доска, каждый кирпичик были расставлены мастерски, словно над этим трудился не один хилый подросток, а целая команда опытных строителей. Рыжий в одиночку сумел добиться результата, который в иных условиях потребовал бы усилий полноценной строительной бригады. – Проснись. – Сказал Джефф, тряся своего друга за плечо. – А то заболеешь и проваляешься много времени на койке, а это, уж поверь мне неприятно. Рыжий в ответ слегка задергался и, испустив тихий, мучительный стон, начал постепенно открывать глаза, которые с трудом фокусировались на окружающем мире. Его очки слегка съехали с лица, еще больше усиливая размытость и искажение, которые обычно сопровождают человека после пробуждения. Опираясь на дрожащие от усталости руки, Гарольд медленно поднялся на ноги и первым делом поправил очки. Сначала рыжий растерянно посмотрел на стоящего перед ним серфера, все еще не до конца понимая, что происходит, но, моргнув пару раз и протерев глаза, он уставился на него более осмысленно. На его лице поначалу все так же сохранялось легкое замешательство, которое почти мгновенно сменилось удивлением, а затем искренней и неподдельной радостью. – Джефф, ты… ТЫ ВЫЗДОРОВЕЛ!!! – Воскликнул Гарольд радостно, усталость на мгновение отступила под напором нахлынувших на него эмоций. – А то. – С довольной улыбкой ответил серфер. – Я ведь покорил сотни волн и не раз больно шлепался об воду. Болел я очень часто, хотя должен признать, так плохо как на прошлом испытании мне еще никогда не было. – Шефу пришлось не лучше. Я на сто процентов уверен, что он до сих пор не оправился от причиненных мной побоев. Как бы Джефф ни был рад страданиям человека, который повесил его на дерево вверх ногами и облил волной холодной воды, он все же беспокоился за друга. – А ты не боишься… нуууу того, что он может тебе отомстить? – Спросил Джефф обеспокоенно. – О, не волнуйся. Я достаточно доходчиво «вбил» ему в голову тот факт, что ему лучше со мной не шутить. – Ухмыльнулся рыжеволосый. – Ладно, забудем про Шефа, мне нужно умыться и срочно начать готовить этим крысам завтрак. – Класс, мне как раз не помешает нормальная еда вместо овсянки и этой противной жижи с травами. – Ответил Джефф с заметным отвращением. Некоторое время спустя Это утро удивило Гарольда не только выздоровлением Джеффа, но и необычным поведением участников. В столовой царила гнетущая тишина, даже те, кто обычно не упускал возможности обменяться парой слов или пошутить, теперь были ниже травы и тише воды. Странным Гарольду показалось не только молчание между участниками, но и тот факт, что Дункан сидел совершенно один, вдали ото всех, на другом конце стола. Даже Кортни, которую в последнее время невозможно было представить без его компании, демонстративно игнорировала его присутствие, не удостоив его даже взглядом. Несмотря на удивление, Гарольд не стал углубляться в происходящее и разбираться в причинах такого поведения. Ему было совершенно безразлично на то, какая кошка пробежала между ними. Чего точно нельзя было сказать о Джеффе. – Ребят, а что здесь происходит? – Поинтересовался серфер, оглядываясь по сторонам. Он искренне желал узнать, что он пропустил, пока отлеживался в своем домике. Но ответа он так и не получил. Некоторые участники лишь мельком бросили на него короткие взгляды, после чего сразу же вернулись к еде. – Да плюнь ты на них. – Произнес Гарольд, почти доев свой завтрак. – Доедай свою порцию и наслаждайся свободным от испытаний временем. А я, пожалуй, продолжу стройку.

***

Гарольд вздыхал, упрямо забивая одну гвоздь за другой, постепенно собирая из деревянных балок основу для стен и крыши. Работа эта была не из легких, мало того, что каждая балка весила десятки килограммов, так еще и собирать все надо было с точностью до миллиметра, чтобы не допустить никаких неточностей. Любая ошибка могла привести к обрушению всей конструкции, надо ли говорить, что работа эта требовала космического спокойствия и ясного ума. Используя рулетку, Гарольд тщательно вымерял каждую деталь, аккуратно отмечая карандашом места для будущих вырезов, после чего брался за пилу и с предельной сосредоточенностью приступал к работе, стараясь сделать каждый срез максимально ровным и точным. К счастью, несмотря на усталость и накопившееся напряжение, он ни разу не ошибся, благодаря чему ни одна из деревяшек не была испорчена или потрачена впустую. – Ты не меняешься. – Услышал он сбоку от себя чей-то разочарованный голос. – Плохим другом был, таким и остался. Гарольд повернул голову в сторону Джеффа и недоуменно посмотрел на него, совершенно не понимая, о чем он говорит. – Эм… я сделал что-то не так? – Спросил рыжий. – Братан! – Возмущенно, почти переходя на крик, воскликнул Джефф. – Я же полностью выздоровел, а ты продолжаешь меня игнорировать. Неужели так сложно попросить друга о помощи? Тебе ведь этот дом в жизни не достроить. – Нуууу… – Неловко протянул Гарольд, отводя взгляд и явно не понимая, как правильно сформулировать ответ. – Тут и двоих не хватит. – Тогда зачем ты это делаешь? – Я не знаю. – Ээээ… что? – Теперь уже Джефф уставился на своего друга с полным недоумением, совершенно не понимая логики его действий. – Как это… не знаешь? – Просто не знаю. – Повторил Гарольд. – Иногда люди находят для себя бессмысленные занятия и не понимают почему. – Просто позволь мне тебе помочь, пожалуйста. – Массируя виски сказал Джефф. Серфер давно так сильно не напрягал мозг, пытаясь уловить смысл слов своего рыжего друга и хоть как-то выстроить в голове логическую цепочку, объясняющую его поведение. – Ладно-ладно. – Слегка улыбнулся Гарольд. – Мне как раз нужен тот, кто помог бы мне с тяжестями. Не успел Гарольд даже подумать, какое задание следует дать Джеффу, как он заметил приближающихся в их сторону Ноя, Лешону, Линдси, Оуэна и Сэди. – А вы что здесь забыли? – Спросил рыжий слегка нахмурившись. – Помощь нужна? – Задал встречный вопрос Ной. – Иди на(бип)й. – Грубо ответил Гарольд, не желая как-либо контактировать ни с ним, ни с остальными участниками. Хотя Сэди все же была исключением. Несмотря на грубость, Ной решил не начинать еще один конфликт и лишь слегка вздохнул, ожидая подобной реакции, после чего продолжил уже более раздраженным тоном: – Ты можешь отказаться от нашей помощи и в жизни не достроить свою берлогу – Произнес он, скрестив руки на груди. – А можешь засунуть свою гордость куда поглубже и просто принять нашу помощь. Мы пришли с миром, палки в колеса ставить не собираемся, поэтому прошу, перестань строить из себя параноика. Лешона молчала, стараясь смотреть куда угодно, только не на Гарольда. Оуэн неловко переминался с ноги на ногу и постукивал пальцами друг о друга, очень надеясь на мирный исход. Линдси же с неподдельным восхищением рассматривала уже выполненную Гарольдом работу, происходящие вокруг страсти ее совершенно не волновали. Некоторое время Гарольд молча смотрел на смуглого подростка, пытаясь понять логику его действий. Все-таки подобное проявление «доброты» с его стороны выглядело как минимум непривычно. – И зачем тебе это? – Наконец спросил рыжий, прищурившись. – Не тебе одному хочется заменить эти грязные халупы на нормальный дом. – Спокойно ответил Ной, пытаясь звучать как можно более убедительно. Это наверняка была не вся правда, Ной явно что-то утаивал. Гарольду, которому и без того надоели постоянные интриги, недосказанности и скрытые мотивы это очень не нравилось. – Если тебе так хочется помочь. – Медленно произнес он, не отрывая от книжника своего пристального взгляда. – Я бы порекомендовал тебе сказать мне всю правду. Ной устало приложил ладонь ко лбу, чувствуя приближение очередной мигрени. Ох, ему очень хотелось соврать, отделаться какой-нибудь удобной полуправдой и не вдаваться в лишние подробности. Ной очень не хотел показывать кому-либо свою слабость и выставлять себя очередной жалкой и беспомощной жертвой школьного хулигана. Но еще больше ему не хотелось спать бок о бок с человеком, который мог разрисовать ему лицо, пока он спал и это в лучшем случае. – Дункан нашел для себя новую боксерскую грушу. – Наконец нехотя признал он, отводя взгляд в сторону. – С тех самых пор, сплю я чутко. Ной был практически на сто процентов уверен, что Гарольд либо просто посмеется над ним, не упустив возможности съязвить, либо, в лучшем случае холодно откажет, послав его куда подальше, чем примет его предложение. В конце концов, весть о том, что два его заклятых врага начали грызться между собой, должна была скорее порадовать рыжего, чем побудить его к сотрудничеству. – Лидерские качества имеются? Это был неожиданный вопрос. Не настолько неожиданный, чтобы у Ноя от потрясения и надежды широко раскрылись глаза, а внутри все перевернулось, но все же достаточно, чтобы книжник слегка удивленно посмотрел на него. – Не особо. – Ответил Ной, пытаясь хоть как-то приукрасить свои социальные недостатки. – В таком случае учись на ходу. – Вздохнул Гарольд, переведя взгляд на стоящих позади книжника участников. – Я не смогу уследить за всеми, поэтому часть ответственности тебе придется взять на себя. Эти слова настолько сильно обрадовали Ноя, что на его обычно невозмутимом лице появилась редкая искренняя улыбка, и, что удивительно, не насмешливая. Сцена сменилась, и спустя некоторое время работа на стройке уже кипела полным ходом. Гарольд, не теряя ни минуты, раздал каждому участнику четкие указания, записанные на листках бумаги, чтобы избежать лишней путаницы и сэкономить драгоценное время. Пока подростки, пусть и не без ворчания, принимались за дело и начинали перетаскивать тяжелые стройматериалы, на фоне неожиданно заиграла House Build от Дэвида Фергюсона. Well, let me have a ruler and a saw and a board And I'll cut it I'll climb up the ladder with a hammer and nail And I'll nail it Работа, разумеется, оказалась далеко не из легких. У участников в руках были тяжелые балки, грубые доски и гвозди. Все это требовало не только физической силы, но и предельной внимательности. Чтобы неуклюжесть Оуэна случайно не свела на нет весь их труд, Ною и Гарольду приходилось по очереди следить за ним. Несмотря на опасения, Оуэн оказался весьма ценным работником, он мог переносить по две балки за раз, значительно ускоряя процесс и облегчая работу остальным. Well, we worked so hard to build a little house Together In the snow or the rain or the ice cold wind Whenever Не менее удивительным оказался вклад Линдси. Несмотря на ее привычный образ легкомысленной и не самой сообразительной участницы, в работе с инструментами она проявила неожиданную точность и аккуратность, уверенно забивая один гвоздь за другим, почти не допуская ошибок. Даже Гарольд был слегка удивлен, пока не вспомнил, что девушка в оригинале смогла собрать неплохой велик. No matter What the weather We're together Также стоило отметить Лешону и Сэди, которые вместе с Гарольдом занимались строительством дымохода. Well, let me have a ruler and a saw and a board And I'll cut it I'll climb up the ladder with a hammer and nail Now nail it Пока музыка играла, время проходило. День сменился ночью, надо ли говорить, что участники начали постепенно уставать, но останавливаться пока никто не собирался. Даже те, кто уже едва держался на ногах, упрямо продолжали работать, не решаясь вслух признаться в том, насколько они вымотаны, глядя на тех, кто все еще находил в себе силы работать дальше. Well, we worked so hard to build a little house Together In the snow or the rain or the ice cold wind Whenever К утру, когда первые лучи солнца вновь начали пробиваться сквозь деревья, стало ясно, что они проделали невероятную работу. Большая часть здания уже была построена. Однако цена за этот прогресс оказалась высокой. Оуэн, Лешона, Линдси и Сэди окончательно выбились из сил и больше не могли продолжать. Тем, кто еще держался, пришлось аккуратно переносить их обессиленные тела в домики, укладывая отдыхать. С каждым часом работников у Гарольда становилось все меньше, но рыжий, словно одержимый, продолжал забивать одну доску за другой. И наконец, дело дошло до своего завершающего этапа – укладки черепицы на крыше. No matter Any weather We're together К вечеру последняя деталь заняла свое место, и Гарольд, тяжело дыша, наконец позволил себе остановиться. Трудно было передать словами, насколько он был одновременно счастлив и измотан в этот момент. Радость от проделанной работы смешивалась с глубокой, почти всепоглощающей усталостью. Еще ни одно испытание на этом богом забытом острове не изматывало, и одновременно не приносило столько радости, как эта. – Поздравляю. – Услышал он голос Ноя. Обернувшись, он увидел всех участников, благодаря неоценимой помощи которых, удалось сделать невозможное. Судя по мешкам у них под глазами, они еще не выспались, но чувство счастья, похоже, было сильнее усталости. – Я безмерно благодарен всем вам за помощь в постройке моей берлоги. – С искренней улыбкой, поблагодарил рыжий. – Нашей берлоги. – С ухмылкой поправила Лешона.

***

Несмотря на тотальную усталость, участники все же решили устроить праздничный ужин у костра в честь постройки их нового дома. Сегодня Гарольд превзошел самого себя и подал им шедевр японской кухни – суши. Последние два дня очень сильно сблизили участников. На данный момент они оживленно переговаривались, делились впечатлениями и наслаждались ужином, за исключением Джеффа, который с любопытством поглядывал на Гарольда, точнее на гитару, которую он настраивал. Глядя на музыкальный инструмент, Джефф не мог не задаться вопросом: А откуда он взялся? Если серфера не подводит память, то и скрипка, и гитара рыжеволосого были навеки уничтожены Дунканом. Из тех щепок, что остались, гитару уж точно не соберешь, поэтому он не мог понять, откуда он ее достал. – Эм, я думал, твою гитару уже того. Где ты достал эту? – Не удержался от вопроса Джефф. – Ну, струны были целы, а саму гитару я вырезал из тех материалов, которые так и не стали частью берлоги за ненадобностью. – Ответил Гарольд. – Вот оно как. Слушай, а может, ты что-нибудь сыграешь? – Взволнованно спросил Джефф. – Как пожелаешь, ковбой. – Улыбнулся рыжий, закончив настройку инструмента. Как только прозвучали первые ноты, все тут же притихли, не желая как-либо мешать ему. Все-таки все исполненные Гарольдом песни были шедеврами. Некоторое время спустя рыжий начал петь: Cruel, cruel world, must I go on? Cruel, cruel world, I'm moving on I've been living too fast And I've been living too long Cruel, cruel world, I'm gone This big ol' world sure got me running 'round I heard a voice that said, "Just settle down" And with the moonlight as my guide And with this feeling deep inside I know now that I am homeward bound Cruel, cruel world, must I go on? Cruel, cruel world, I'm moving on I've been living too fast And I've been living too long Cruel, cruel world, I'm gone Desert rose, desert plain I have seen so much pain Now I see into the eyes of a girl No more, no more, cruel world Cruel, cruel world, must I go on? Cruel, cruel world, I'm moving on I've been living too fast And I've been living too wrong Cruel, cruel world, I'm gone После того, как прозвучали последние слова, все участники начали дружно хлопать. В ответ Гарольд лишь фальшиво улыбнулся, не желая показаться грубым. Почему фальшиво? Потому что к утру, почти все, что они пережили вместе, будет сметено ветром холодной реальности. Дружба дружбой, но жажда победы и желание заполучить главный приз неизбежно сотрут любые связи, если они стоят на пути к цели. Этот мир был жесток, и он не сомневался в том, что завтра отношения между ними кардинально поменяются. Ростовщик, который с обаятельной и доброй улыбкой отдаст вам деньги, пришлет по вашу душу бандитов, стоит вам хоть раз опоздать с выплатой. Именно поэтому он решил спеть Cruel World от Вилли Нельсона, как напоминание себе о том, в каком мире он жил.

***

Те, кто устанавливают законы в этом мире, как правило, сами же их и нарушают, умело прячась за ширмой власти, денег и влияния, которые делают их практически недосягаемыми для правосудия. Как юрист, Мари знала об этом не понаслышке, за годы своей практики она слишком часто сталкивалась с ситуациями, когда правда и справедливость оказывались лишь красивыми словами, не имеющими никакого веса в реальности. Законы в этом мире действовали лишь на простых смертных, у которых не было ни денег ни связей, даже если этот смертный никаких законов не нарушал. Один юрист – ничто против огромных корпораций, обладающих почти безграничными ресурсами и влиянием, способных затянуть любое дело, исказить любые факты и выйти сухими из воды. Однако Мари, несмотря ни на что, продолжала бороться, цепляясь за каждую возможность, за каждую лазейку в системе. Ведь на кону была жизнь ее сына, единственное, что по-настоящему имело для нее значение. Несмотря на то, что после развода она с головой погрузилась в работу, практически отдалившись от своих детей и общаясь с ними лишь тогда, когда речь заходила о деньгах или бытовых вопросах, в глубине души Мари все же дорожила ими куда сильнее, чем показывала. Остров Отчаянных Героев. Само существование такого шоу казалось абсурдным, невозможным в цивилизованном мире, но, к ее ужасу, оно не только существовало, но и с каждым новым выпуском набирало все большую популярность, привлекая миллионы зрителей. Опасность, которое это шоу представляло для его участников, была более чем реальной. Достаточно было вспомнить акул-людоедов в первом испытании, которые могли с легкостью разорвать каждого, кто прыгнул с той злосчастной горы. И, тем не менее, никто не спешил закрывать проект, ни продюсеры, ни власти, ни общественность. Каждый поданный ею иск отклонялся, вне зависимости от силы аргументов, доказательств и очевидности происходящего Покопавшись глубже, она наткнулась на еще более тревожные факты. Почти все, кто устраивался туда в качестве стажеров, спустя какое-то время бесследно исчезали. Эта новость не на шутку напугала мать троих детей, заставив ее впервые за долгое время почувствовать всеобъемлющий страх. Ее сын был в опасности и она пойдет на все, чтобы его спасти. – Мама? Услышав тихий, но обеспокоенный голос своей дочери, зеленоглазая женщина резко подняла голову, устремив в ее сторону свой взгляд. – Уже утро. Ты что, всю ночь просидела за этими бумагами? – Спросила девушка, оглядывая заваленный документами стол. – Все хорошо, не беспокойся. – Ответила Мари с натянутой улыбкой. – У меня просто завал на работе, но скоро все наладится. Самая старшая из ее детей лишь раздраженно вздохнула. Она не стала дальше ее расспрашивать, потому что подобные инциденты были для нее не редкостью, все-таки ее мать была адвокатом. Как только дочь ушла, Мари на мгновение закрыла глаза, собираясь с мыслями, после чего снова склонилась над бумагами, возвращаясь к бесконечному потоку дел, отчетов и исков. Она во что бы то ни стало спасет своего ребенка, даже если ради этого ей придется пойти против очень влиятельных людей и его самого. Участники: Ной, Оуэн, Гарольд, Дункан, Джефф, Лешона, Линдси, Кортни, Сэди