Скорпион

— И зачем мы здесь? — скрестила руки Хори, кутаясь в грубую, тяжелую накидку. Было сухая суновская зима и пусть снега тут не было, зато погода оставляла желать лучшего. Резкие, холодные ветра, что больно били по щекам и словно резали кожу, какая-то отвратительная пыльность… Порой ночью температура опускалась до нуля градусов, а днем до невероятно морозных и таких же ветряных плюс пяти. Так было каждый раз, но каждый раз Хори оказывалась не готова к такому похолоданию и оно подло било в самый неожиданный момент коварной подножкой. Хори терпеть не могла зиму… — Ну, во-первых, забрать мои вещи, — вытянул вверх указательный палец малец, — во-вторых, я хочу вас с кое-кем познакомить, — добавив к нему второй и показав знак мира друзьям, широко улыбаясь, бодро сказал Комуши, открывая дверь огромного дома. — Я надеюсь не с клановыми ребятками? В последний раз наше общение не очень задалось, — хмыкнул задорно Такеши, вспоминая как Комуши предпринял попытку свести их с другой командой, полностью из детей из кланов. Такеши хватило на двадцать минут. Из плюсов — драку начал не он, поэтому им даже почти не попало. — Да ладно, что было, то было… а он хороший, — хохотнул беззаботно Комуши. — Он? Решил сократить количество? — улыбнулась Хори. — Имей ввиду, я в этот раз не буду бросаться кого-то разнимать… — Ой, да ну вас… — махнул на них рукой Комуши, проходя в дом. — Но сначала нужно заскочить в зал для тренировок… — осмотрев большую гостиную, вспомнил он. — У вас и такое есть?! — удивленно воскликнул Такеши, с интересом рассматривая внутреннее убранство большого дома. Хори могла только кивнуть… Она изо всех сил надеялась, что сейчас тут нет Чие, иначе весь день будет испорчен. А если та еще и узнает ее… То вообще пиши пропало. Пусть Хори и очень изменила свою внешность с их последней официальной встречи четыре года назад: стала более загорелой, отрастила челку и волосы, но риск всегда был… Чисто из-за неприязни двух бабушек, они, наверное, узнали бы друг друга среди миллионов лиц. «А они хорошо живут…» — отметила она, следуя за мальчиками вглубь дома по коридорам. Красивые полотна, ковры, дорогое (которое в принципе не дешевое) дерево. Хори, конечно и раньше знала, что старейшины не бедствуют, но чтобы так… Это отличалось от того, что она помнит в своем доме, а ведь бабушка тоже не последним человеком была. Пошли ли дела Чие в гору после смерти её семьи?

Сама себе испортила настроение Хори.

— Ладно, а теперь сюда… — после небольшой комнаты, явно сделанной для тренировки тайдзюцу (о чем говорили манекены), повел их на этаж выше Комуши по небольшой лестнице. — Может скажешь к кому ты нас ведешь, чтобы мы были готовы? — поддерживая под руку Такеши, который только успевал с открытым ртом крутить головой из-за чего пару раз чуть не полетел носом вперед, спросила Хороми. — А, ну, потом расскажу кто это, — отмахнулся Комуши. — О, мы уже дошли. Неприметная дверь скрипнула, впуская троицу в большое помещение, которое мгновенно Хори охарактеризовала, как кукольную мастерскую. Они пару раз были в подобных во время обучения. Хори даже слегка начали нравиться куклы после такого… Прежде всего, правда, они ассоциировались с Чие, что портило впечатления, но Хори на то и не ребенок, чтобы отделять неприятный субъективный опыт от субъективного, несмотря на то, что порой это сделать трудновато. — Сасори! — крикнул Комуши. — Я знаю, что ты тут! Имя резануло неприятно слух. Скорпион… Где-то она определенно его слышала, только прямо сейчас оно активно ускользало от ее попыток вспомнить где оно мелькало. Кажется она слышала его очень давно. — Не ори, — тихий и необычно спокойный голос звучал неожиданно очень четко и понятно, словно и не был тихим. Из-под стола поднялся мальчик явно младше них. Очень миниатюрный, красноволосый, миловидный… даже красивый, но… С таким взглядом, словно они все говно. Ей пришлось положить резко руку на плечо Такеши, ведь тот уже готов был высказать все, что о нем думает и не только. — Я вижу ты не один… — хмыкнул равнодушно мальчик, продолжая что-то делать с помощью какого-то инструмента с деревом. Хори могла бы предположить, что он под столом был просто чтобы достать что-то упавшее, но что-то ей подсказывало, что нет… Порой Комуши мог быть очень настойчив. — А ты друзей по характеру выбираешь? — не могла не спросить Хори у товарища, словно невзначай. — Нет, конечно, — весело хохотнул Комуши, растрепывая свою шевелюру. — Сасори — это Такеши и Хори о которых я тебе рассказывал. Такеши, Хори — это Сасори. — Ага… — глухо кивнул он, всем видом показывая, что занят и это его не интересует. — Мальчишка с характером оторви да выбрось и проблемная, болезненная девчонка. — Я такого не говорил… — с улыбкой вздохнул Комуши, совершенно не обижаясь. — У самого характер как из помойки, — фыркнул Такеши. Однако неожиданно не агрессивно. Скорее поддевающе. Хори удивленно посмотрела на обычно бойкого друга. Мальчишка же тоже поднял на него слегка раздраженный взгляд, откладывая свои инструменты и сцепляя руки в замок, как строгий экзаменатор перед проблемным учеником. — А у тебя язык еще и без костей… Дурак дураком, — слегка прищурился Сасори. На это Комуши громко и явно наигранно рассмеялся. — Вы явно подружитесь! — нарочито бодро воскликнул мальчик, похлопав Такеши по спине. — Я же говорил тебе, Сасори, что они классные! — Ты про всех так говоришь, — точно подметил новый знакомый. — Да ладно тебе! Про них я говорил чаще! — схватив резво их под руки он потащил товарищей ближе к Сасори. Когда они поравнялись, то Хори отметила, что с ним она примерно одного роста, что подтвердило ее мысль, что он младше, ведь Хори в ее возрастной категории ниже всех. — А нам про тебя не говорили… — ехидно заметил Такеши, тяня усмешку. — Комуши, выдавай что за малой! — ткнул он друга пальцем. Сасори раздраженно посмотрел на Комуши, словно умоляя его избавить от них это место. Но у Комуши были другие планы. — Он внук моей наставницы, — представил сокомандник. Хори неожиданно вспомнила… Мальчик на два года младше нее, тот из-за которого Чие осмелела. Это вызвало в ней… Противоречивые чувства. С одной стороны неожиданный интерес к внуку врага, с другой мгновенную неприязнь. Из-за его рождения погибла ее семья. Он частично виноват в том, что случилось… Но он ребенок. Просто невысокий ребенок рядом с ней. Если бы она вспоминал о не раньше, то несомненно ненавидела бы его, но сейчас найти в себе ненависть кажется тяжелой задачей. — Сасори очень талантливый кукловод! Бабушка говорит, что однажды он даже ее превзойдет! — с горящими глазами говорил Комуши, «рекламируя» друга и мельтеша вокруг него. — Часть из кукол здесь — сделал он и они потрясающие уже сейчас! — Блеск… А что-нибудь кроме этого? — скептично спросил Такеши. — То есть традиционное искусство деревни тебя не восхищает, — фыркнул Сасори. — Много ли ты вообще смыслишь в искусстве? — То есть кроме этого ты ничего нам предложить не можешь? — сощурился Такеши, буквально впиваясь взглядом в Сасори. — Могу, — не повел бровью мальчик. — И что же? — продолжить перепалку им не дал Комуши, громко заявляя и буквально втискиваясь меж ними. — На улице такая замечательная погода! Давайте все прогуляемся и перекусим в честь знакомства! — громко предложил он. Такеши на это усмехнулся, хихикнув и взглянул на Сасори. У того же явно еще больше испортилось настроение… — Гуляйте сами, — ядовито бросил Сасори, возвращаясь к своим делам и теряя к ним всякий интерес. — Эй, на пару слов… — выхватила Хори парней, утаскивая к двери. — Чего это с ним? — шёпотом спросила она у Комуши. Что-то с этим мальчиком было не так… Что-то необычайно знакомое, еле уловимое было в его поведении. Хори никак не могла понять что это, пока тот ссорился с Такеши. Она безучастно наблюдала, пытаясь осознать… что-то. — Ну… — неловко пробормотал Комуши, бросая взгляд на друга за столом. — У него пару месяцев назад погибли родители… — признался он. Хори мысленно хмыкнула, что часть ее работы сделала себя сама, на миг изумилась этой своей мысли. — Очень неожиданно, на миссии… Бабушка Чие так и не сказала ему об этом, но я думаю, что он все знает, — закусил губу парень, расчувствовавшись, — Я просто хочу, ну, развлечь его… Я уже плохо помню, что было когда мой отец погиб, но я помню, что мне твои плохо и одиноко. Я думаю ему тоже плохо и одиноко… И Хори была согласна. Она украдкой посмотрела на мальчишку шести лет от роду, который старательно ведет себя как взрослый и делает вид, что он очень занят и ему ничто в этом мире не интересно. Какая же буря к него внутри? Она еще прекрасно помнит свою. Тогда, когда она только вылезла из горшка… Но ему некому мстить. Он не видел тел своих родителей и даже не знает правда ли они мертвы, даже если догадывается. Ему хуже — знает Хори. Намного хуже. И ей его жаль. Она сочувствует и ничего не может поделать с этим расползающимся по сердцу чувством. Резко развернувшись, Хороми уверенным шагом прошла к мальчику, который, видимо невзначай следил за их перешёптываниями, так как сразу поднял взгляд, который, впрочем, положительными чувствами не пылал. — Пошли с нами гулять, — сказала она решительно. — Я не хочу, — нахмурился он. — А это не было вопросом, — уперев руки в боки, Хори повернулась к стоявшим поодаль сокомандникам. — Господа, начинаем операцию достать крота. — Есть сэр! — сориентировался Комуши, отдавая ей игриво честь. Такеши повторил его жест, хотя еще не совсем понял о чем речь. — Вы вообще о чем? — не понял и Сасори и лишь когда мальчики оказались по обе стороны, подхватывая его под руки, до него дошло. — Вы вообще придурки?! Отпустили быстро! — едва не зашипел он, как дикая кошка. — Согласно нашей цели крота нужно доставить в самую вкуснейшую и ароматнейшую забегаловку нашей деревни! — скомандовала Хори. — Вы готовы, воины, идти ради этой цели сквозь крики и возмущения крота? — Готовы! — выкрикнули сокомандники. — Пустили меня быстро! Я все расскажу бабушке и.! — но они его уже тащили. — Вы вообще глухие что-ли?! На половине пути Сасори сдался вразумить их троицу и, похоже, даже начал получать хоть какое-то удовольствие. Но это было трудно сказать по его недовольному взгляду исподлобья. Однако смотреть зло перестал — уже прогресс. Однако если оставить все шутки, то Хори кажется, что ему стало немного легче. Она помнит, как она находилась в больнице после того, как убили ее семью и, пожалуй, это было ужасно. Одиночество давит на тебя, разъедая изнутри. Ее тогда отправили в приют, где волей-неволей, но ей пришлось общаться с людьми и эмоции нашли выход. Тут же мальчишка заперся в четырёх стенах, совсем не понимая, что это вредит ему и он сам себя так губит. На самом деле это было грустно. — Дядюшка! Нам четыре самсы! — воскликнул Такеши, как только они вошли в небольшой павильончик. — Опять вы! Пошли вон! В этот раз ничего вам не дам, воришки мелкие! — рявкнул мужчина откуда-то из глубины заведения. Сейчас здесь было весьма пусто, но Хори знала, что через пару часов, к вечеру, тут соберется треть любителей выпить Суны, потому что здесь есть все для них: дешевый алкоголь и вкуснейшая самса. Сасори, к слову, замер от таких криков, с подозрением смотря на троицу. — Да ладно вам! В этот раз мы даже заплатим! — засмеялся Такеши. — Наверное… — тихо добавила Хори. Сиротам платили не так много. — Что значит — наверное? — нахмурился Сасори, шепотом спрашивая. — Ладно! — гаркнул хозяин, выходя. Это был тощий, невысокий старик с парой волосин на голове. — Садитесь, мелочь! Я вижу среди вас новенький… Плодитесь, как мыши в муке! — Его зовут Сасори, — представила аловолосого Хори, утаскивая его за один из небольших столиков. Специально к стене, чтобы не попытался сбежать. — Какое девчачье имя… — фыркнул старик. У Сасори дернулся глаз. Видимо его чаша терпения была почти-почти. — И ничего не девчачье! Оно «Скорпион» означает, между прочим! — заступилась Хори. — Очень красивое имя! — Мне плевать что оно там означает! Мое дело готовить еду и чтобы этот свинарник не обанкротился! А обанкротится он может из-за такие дармоедов, как вы! — принес им корзиночку с полную горячих «пирожков» самсы дядюшка. — Спасибо! — очаровательно улыбнулся ему Комуши. — Тебе бы тогда сменить название на свинарник, старик! Может даже наконец появится нормальные люди тут, а не всякие суки, — усмехнулся Такеши за что едва не получил по голове от старика. — Погоди у меня! Однажды как выгоню! — пригрозил мужчина. — Жрите! Так уж и быть, сегодня в подарок за новенького… Хори улыбнулась, смотря на то, как взгляд Сасори который сначала так и разился непониманием и замешательством, теперь постепенно озарялся осознанием и интересом. Он взглянул на них совсем другими глазами, словно впервые видел. Впрочем, он сегодня действительно впервые из видел, исключая Комуши, который, так как ученик его бабушки, скорее всего довольно часто рядом где-то. Комуши и Такеши сразу же принялись травить байки про их небольшие вылазки в качестве генинов, которых накопилось достаточно много за этот год. Про то, как они помогали в больнице, один раз даже принимали роды. Сасори слушал, изредка кивая и даже жуя самсу за компанию. Хори в основном молчала. Ее интересовал другой вопрос: вот она весело болтает и ужинает м Сасори и Комуши, которые, по сути, внук и ученик ее злейшего врага, женщины, которая лишила ее семьи и которую она поклялась убить. Нормально ли это? Должна ли она прямо сейчас подсыпать им в еду яд и смотреть, как они корчатся от того, что их легкие больше не могут дышать воздухом, а сердце качать крови? Будет ли это правильно? Прямо сейчас идеальный момент для идеальной мести, когда Чие не ждет удара… Прямо сейчас она может… Все закончить. — Эй… — дергает не Сасори, когда они выходят из заведения. — Ты в порядке? Она смотрит на него немного удивленно, мальчик хмурится, смотря скорее куда-то сквозь нее, чем на нее. Видимо он точно также сейчас где-то далеко отсюда, где-то в себе и вне себе. Точно также как и она… — А ты? — спрашивает она тихо. Ответа не следует. Он ловит ее взгляд. — Эй! Не отставайте! А то старик передумает и проблем будет масса! — махнул им рукой Комуши, прерывая их гляделки. — Идем уже, — хмыкнула Хори кивая головой в сторону мальчиков. — Пошли… Мы в любом случае не найдем ответа друг у друга. До Такеши с Комуши они доходят молча. Те смеясь обзывали их сладкой парочкой из-за чего у Сасори опять портится настроение, а Хори назвала их теми же в ответ. Такеши в шутку обещает ей однажды показать, что это не так за что получает пинок от девочки. Смех и беззаботность так и царит в воздухе и Хори кажется, что так было всегда… Что так и должно быть всегда. Что не было не было, не потери, не печали.! Что она не плакала. Что она не поклялась мстить. Что она самая обычная девочка… Но если Хори не идет к мести, то место идет к Хори. Судьба так или иначе напоминает ей об этом и на этот раз их окликает смутно знакомый голос; — Сасори! Комуши! Что это вы тут делаете? — они все четверо поворачиваются. Сасори еще сильнее хмурится, Комуши нервно улыбается. Поодаль стоит Чие. У Хори все внутри холодеет, ведь ее взгляд точно падает на нее, буквально впиваясь в лицо. Пока в ее глазах нет понимания, но явное узнавание. — Мы уже домой идем! — встает Комуши, интуитивно закрывая собой Хори и Такеши, рукой, заведенной за спину, намекая им валить. Хори берет Такеши за руку, готовясь тихо ретироваться, но неожиданно женщина оказывается рядом, грубо хватая Хороми за лицо и поворачивая к себе. — Бабушка! — выскакивает Комуши, бросаясь к ней. — Замолчи, — командует она, хмуро (совсем как Сасори) вглядываясь в глаза Хори. Другая рука небрежно убирает челку с лица… И в глазах женщины появляется осознание кто перед ней. — Комуши, Сасори. Со мной. Живо, — говорит она отпуская девочку, но смотря на нее совсем другим взглядом. Презрительным. Брезгливым. — Но… — неуверенно смотрит Комуши то на нее, то на Хори. Сама же Хороми медленно переводит взгляд на Сасори. Тот делает вид, что не видит ни бабушки, ни всей этой ситуации. Она узнает эту эмоцию… Обида. А если эта обида достаточно сильна? «Может у меня действительно выйдет убить Чие не своими руками?» — мелькает мысль в след уходящей семье. — «заставить их ненавидеть ее, а потом предать.? Может это хорошая идея?» Ответа снова нет. У Хори слишком мало ответов на собственные вопросы. Отвратительно мало.