Часть XXIII. Сомнения
2 января 2026, 00:52«Не знают ни звёзды, не знает ни время –
Как мне холодны все твои рассветы
Неведомо лесу, неведомо морю:
Ты — фурия, ты жаждешь моей крови»
Практически сошедшие увечья от недавнего кулачного боя мало волновали Эрику в отличие от новых телесных перемен, кои являлись отнюдь не положительными. Данное зрелище, успешно скрываемое девушкой за густыми волосами, противно напоминало ей о буднях монстроборцев на борту легендарного «Наследия», когда над помощницей капитана подтрунивали старшие братья. « — Она ещё шипеть может!» — насмехался на задворках воспоминаний голос Ладрона, когда он с Люциусом невзначай объяснял нежданным гостям — тогдашнему рыжему королю с его теневой спутницей, — странные звоночки в проведении, рационе младшей сестры. Ныне же не удавалось игнорировать тревожные сигналы тела, когда потная от обострившихся кратких приступов блондинка еле как шатко стояла на ногах перед зеркалом в ванной, сглатывала и пыталась собраться, перевести дыхание. Из отражения на человека смотрела неизвестно чем перепуганная личность, мозг лихорадочно гудел, мол, вспоминай — как часто ты стала походить на дикое зверьë со своим оскалом, рыком или мерцающим синим глазами. Рвано вдохнула — и впрямь приходилось туго в странных обстоятельствах, при которых морячка совсем не понимала причин странных метаморфоз. Хотя… Источник явно был в виде четырёх изломанных розоватых линий на лице. Словно не своей рукой наёмница робко повела по коже, отодвигая отрощённую набок длинную чёлку, чтоб треклятые давние шрамы от графских когтей показались из-под светлых кудрей. Запястье без того дрожало, но дëрнулось ещё сильнее, когда взор уловил тёмные участки кожи рядом с левым ухом совсем не от загара, а сáмого что ни на есть чёрного цвета. « — Вампирье ранение через глазницу заразой повлияло на мозг, мало чем отличаясь от укуса в горло», — вторил в памяти братский тон, а от понимания с каждой минутой становилось только хуже, однако перепуганная людская фемина посчитала малоприятное зрелище эпидермиса заражением крови, а значит жить Эрике оставалось месяца два… Она была мастерицей по ловле ночных созданий, не считала нужным просвещать себя в особенности протекания их процессов, потому приняла свой небольшой участок кожи, будто обугленный, где виднелись потемневшие сосуды тонкими веточками опасного растения, за ничто иное, кроме как сепсис, хотя симптомы кардинально отличались, но для испуганной пленницы разницы особой не виделось… Что ж, при таком пессимистичном раскладе недуг сделает всё сам, и вскоре никакой Ван Хельсинг в отеле Трансильвания не станет, требовалось только скрывать поражённую часть у виска локонами, чтоб никто ничего не заметил. В задумчивости одинокая невольница миновала несколько этажей и отрешённо шла по коридору, не сразу поняла, когда прошла дальше положенного — обычно она заворачивала прямо тут налево, чтоб зайти в свой номер, но теперь… Вернувшись в действительность из невесёлых мыслей, Эрика сделала несколько шагов назад, во мраке неосвещённого помещения осматривая каменные стены на предмет наличия привычной двери, однако ничего не обнаружила. Нахмурилась, чуть наклонилась вперёд, чтоб провести рукой по холодной кладке, неужто её зрячий глаз тоже дал сбой и теперь придётся ориентироваться на ощупь? Ещё чего не хватало! Смуро ухмыльнувшись глупости, настороженная морячка всё равно не нашла порога. Замок был зачарован на манер живой субстанции и мог намеренно прятать, менять местоположения комнат? Вряд ли, впрочем порассуждать растерянной фемине не дал открывшийся проход соседних апартаментов — тех самых, где обитал граф. — Долго же тебя пришлось ждать, — улыбнулся Дракула, одной рукой отворив дверь и в джентльменской привычке встречая Эрику, позади из его номера лился тёплый свет, разбавляя холодную коридорную темноту, и слышался какой-то шум, словно внутри было приличное количество народу. Белокурая в нерешительности ступила к мужчине, не рассчитывала войти внутрь, однако вампир сам отступил вбок, жестом приглашая её зайти, она уже готова была задать вопрос о том — куда делась её собственная комната, но потом увидела по другую сторону большого пространства прорабов-зомби, которые пусть и в свойственной для себя медлительности, но очень старательно устраняли последствия снесённой стены между двумя помещениями — тогда у человека отпали все вопросы. Кладка камней была частично разобрана, делая тем самым проход между люксом альфы и комнатами его похищенной, работяги с глухим неразборчивым бормотанием ровняли края кругообразной большой «дыры». Блондинка прошла чуть вперёд, с лёгким изумлением осматривала таким способом расширенные апартаменты, теперь походившие на целый дом по площади, в задумчивости потирала холодные ладони друг о друга, понимание постепенно как-то тревожно окутывало её, отчего-то она робела поворачиваться назад — туда, где стоял верховный вампир и явно наблюдал за каждым движением гостьи, ждал её реакции, прожигал внимательными глазами спину пришедшей. Эрика уже набралась было решительности развернуться, когда хозяина отеля отвлёк зеленокожий мужичок в строительной каске — именно ему когда-то давным-давно граф поручил проектировку замка. — Начальник-а, ну-с, каково вам и вашей жёнке перепланировка? — горбатый монстр зубастой улыбкой снизу вверх смотрел на ставшего серьёзным босса, говорил с сильным ближневосточным акцентом, корëжил речь. Брюнет что-то отвлечённо ему ответил, не отрывая взора от девушки, довольный строитель поковылял командовать дальше по завершению работ своим зомби. Дракула же по тихому настрою невольницы уловил, понял, что та услышала насмешливые словечки прораба, но никакой особой реакции не подала, скорее, была заинтересована столь неоднозначной, но ожидаемой строительной перемене — их пара сравнительно недавно определила свой статус относительно друг друга, следовательно, стоило понимать, что жить они теперь будут не только под одной крышей, но и в одних и тех же стенах. Охотница недолго осматривала старательную работу неповоротливой нежити, её вскоре отвлёк интерьер места, где по своей воле она прежде никогда не была, а если и навещала вражьи покои, то в исключительных пикантных случаях. Теневой правитель внимательно следил за каждым лёгким женским шагом, навострив острые длинные уши, супруга всё ещё не пересеклась с ним взглядом, не обменялась даже словом приветствия, но это было для него сейчас не суть важно: его с каким-то детским восторгом интриговало — как поведёт себя явно всё понявшая гостья в новой обстановке? Белые ткани её одеяний ярко выделялись на фоне готической обстановки владельца графства, но сама человек совсем не ощущала себя здесь чужой, без опаски прикасалась к винтажным вещам, поднимала голову к высоким потолкам, где поблёскивали хрустальные древние люстры, с прямой осанкой некоей величественности проходила между мебелью, на лике её помимо спокойствия иногда мелькала едва заметная улыбка, ей явно было приятно тут находиться. Возможно, людское восприятие новой обстановки смягчила её прежняя комната, оставшаяся при невольнице; Дракулу же вполне всё увиденное устраивало, действо напоминало, как если б сюда привели диковинную зверушку, кто сразу бы адаптировалась, хотя сравнивать свою избранницу с пойманным животным вурдалаку совсем не хотелось: этот период бессмысленных дразнилок, когда кровопийца хотел позлить беспомощную наёмницу, уже давно прошёл. С каждым изящным жестом белокурой, когда та аккуратно брала в исцарапанные ладони какую-либо шкатулку или декор, внутри у графа росло какое-то странное ощущение… Гостья здесь и сейчас совершенно спокойно, с заинтересованностью и даже с несвойственной себе ранее открытостью изучала его прежде холостяцкие покои — запретную территорию одиночки, куда правящий носферату никогда никого не пускал, даже родная дочь была тут редкой посетительницей, а теперь… Не то, чтобы нечто кардинально поменялось, только вот позитивные перемены графу мешало принимать чувство огромной вины перед людской представительницей. Эрика со всем достоинством принимала свой новый статус и другую обстановку, где ей теперь предстояло жить бок о бок с настоящей тварью — тем, кто неоднократно покушался на её честь и ни разу не извинился за то, что распускал руки. Воспоминания хлыстом ударили верховного вампира изнутри, его расслабленность сменилась напряжённостью, потерянный взор смотрел куда-то сквозь пространство. Женский силуэт в светлом на мыльном фоне стал причиной самобичеваний, ведь сколько раз мужчина рушил все хлипко выстраиваемые мосты во взаимоотношениях с украденной им же феминой: бывали редкие моменты, когда девушка хотела ему доверять, как, например на том званом ужине Мэвис, и в тот же вечер монстр едва не изнасиловал охотницу. При понимании того, что он так старался зарыть глубоко в себе, становилось очень мерзко, казалось, мерцавшая память отразилась физически на крепком упыре, он приложил ледяную бледную ладонь к виску, на миг стыдливо прикрыв веки. Затёкшие ноги то ли тянули тело назад опереться о подоконник, то ли вели высокого графа к Эрике, рука дрогнула в намерении потянуться к ней, стоявшей к нему вполоборота, но она не увидела его, внимательно осматривала взятую с огромной полки старую книгу. Женское тихое восклицание с искренним восторгом послужило винящему себя во всех грехах Дракулу будто приговором, когда блондинка с сияющим взором оглядывала снизу вверх домашнюю библиотеку: — Здесь столько книг — это так чудесно! — улыбчивая девушка оживлённо повернулась к хозяину отеля, прижимая расписную обложку к груди, но завидев странно сосредоточенное выражение на чуждом лице, немного сникла, растерялась от непонятного настроения того, кто ещё несколько минут назад с весельем встретил её на пороге. — Граф? В вопросе лучезарная улыбка морячки постепенно угасала, а названный готов был взвыть от досады с новой волной угрызения совести: пленница называла его по титулу после всего вреда, который он ей причинил, когда доводил её физически до состояния, при котором должен бы давно сломать и дух, но даже в обнажённом своём облике перед недругом экс-капитан никогда не опускала гордо поднятой головы. Какой ты к ангелам аристократ, если вёл себя с пленницей так ужасно?! Дракула сжал челюсти, неподнятая ладонь в намерении коснуться женского плеча в лёгкой ткани так и не двинулась, наоборот, застигнутый врасплох собственными выводами носферату готов был отпрянуть от миролюбивой Эрики, будто она здесь являлась той, кого стоило опасаться, а не он — последняя бесчестная гнида. Бледные когтистые ладони сжались в кулаки, чёрные брови от дум надломились в злом выражении, брюнет так ничего и не ответил озадаченной посетительнице, быстро вышел из своего номера, поспешил решить хотя бы одну из многочисленных заминок в своих отношениях с охотницей. Он ни разу не делал ей значимых подарков, ныне же возлюбленная заслуживала по его мнению всего, в чём нуждалась и чего бы он хотел, смог бы ей дать. Начать стоило с украшения, ведь вурдалак сам называл наёмницу своей женой, но кольца ей до сих пор не преподнёс.«В поисках самоцветов в путь на горный Урал
Он пошёл за богатством, о котором не знал:
Изумруды, сапфиры, александрит
У подножья горы путь в пещеру лежит»
В мастерской, где источниками света служила рыжеватая керосинка и парочку свечей, сгорбленно сидел человек в чёрном, трудился явно не над очередным стрелковым автоматом. На глаза надеты многослойные увеличивающие стёкла, на лохматых светлых локонах у лба перекросились очки для сварочных работ, худощавое щетинистое лицо излучало веселье, язык в старании прикушен, голова с длинными волосами несильно двигалась в такт недавно закончившейся песне граммофона, который перестал играть, погрузив цех в тишину, но мастера всё это не заботило. Он явно творил что-нибудь мелкое, судя по инструментам, возможно, был вдохновлён нахождением заново обретëнной дочери совсем рядом в их общем плену или же хотел всучить очередную игрушку маленькой Винни, кто просто обожала людского оружейника. — Метнись-ка сюда, — приказной тон графа эхом отразился от пыльных стен, однако работник не двинулся с места, увлечённый своей работой. Дракула давно привык к несуразности мустангера, но церемониться с упрямцем времени не было, потому вампиру не составило труда пройти к столу, где в оранжевом освещении сидел умелец: — Ты по части ювелирных изделий разбираешься? Ответ последовал не сразу, казалось, Ричард совсем страх потерял, всё чаще игнорируя сумрачного начальника, но всё ж удосужился поднять голову в шляпе на пришедшего, цокнув, весело отвечал ему рифмами, намекал на свою осведомлённость в любой сфере своих умений:Подземелье, сырость, как вдруг голоса
Повели меня в зал, где золото в глазах,
Я лишь добывал немножечко камней,
И делал украшения только для людей
Носферату равнодушно смотрел на придурковатого ловца, скептично приподняв бровь, всё тело его было скрыто чёрным плащом, за тканями кровопийца сначала в нерешительности заламывал кисти, а затем в подступившей уверенности сложил руки за спиной: — Если ты умён, сделай мне кольцо. Два. — Сделать-то я могу, но очень нужен мне инструмент, который находится не со мной, — продолжал выдавать улыбчивый монстроборец, покачивая закинутой на одно колено ногой, навалился боком на покатый стол и с наглецой взирал снизу вверх на упыря. Теневой правитель, чуть погодя, с хитрой полуулыбкой решил аналогичными строчками ответить человеку:Назад тебя не пущу. Принимайся ковать
Как ты справишься с работой — мне наплевать
Буду ждать пять дней и приду за кольцом
Удивишь — станешь другом или продолжишь быть злейшим врагом
Ричард Львиное Сердце ещё пару мгновений смотрел вслед уходящему Дракуле, сонно моргал в непонимании — для чего ночной твари понадобились кольца? Никогда он такими мелочами не страдал, спрашивал со своего оружейника только серьёзные крупные партии смертоносного товара совсем не в виде блестящих побрякушек.***
Люциусу Ван Хельсингу изрядно надоело идти по пятам за гавайским вождём, как собачонка — например сейчас, когда Мартин ритмичной непринуждённой походкой следовал между сваями, тут и там искрилась сварка, кажется, процесс строительства лайнера совсем не интересовал Коха`Лу, который с простодушной улыбкой, с руками в карманах кожанки преодолевал длинное пространство ремонтного отдела порта. Человек позади него отвлёкся на размышления о том, что остался фактически один: братец Лад то ли струсил, покинув Гавайи, то ли решил ради каких-либо своих целей вернуться в королевство людей на большую землю. В любом случае русый квартирмейстер в глазах родственника при таких раскладах сильно ронял статус. С другой стороны монарха грызла неизвестность: его планы вроде как осуществлялись, но чертовски медленно — восстановление охотничьего корабля требовало нескольких лун, ждать столько блондин никак не мог, но деваться было некуда. Вряд ли можно было доверить тропическому упырю «Наследие» да и оставаться на его странном праздном архипелаге боле смысла не было, поскольку новоявленного короля ждал на материках его верный народ. Без Ладрона, кто хоть как-то временами отвлекал Люциуса от угрызений совести, груз терзаний навалился на охотника с новыми силами: порой молодой человек попросту не мог встать по вечерам, сменив режим дня в угоду монстрам, не видел смысла в своей деятельности, и только статус короны удерживал его наплаву. Рассеянный белокурый пару раз едва не споткнулся, всё продолжал упрямо понурым видом следовать за предводителем местных кровопийц, их дуэт прошёл недалеко от каркаса, где на брусьях в перерыве сидела семейка вампиров. К бледному брату, похоже, пришла его родственница и рабочий парень с радостью принимал от сестры принесённый ему обед, оба звонко смеялись, оживлëнно о чём-то беседовали. При виде такой умильной картины монстроборец сник окончательно: данное зрелище ранило его похлеще всех стычек с тварями ночи. Мартин же, скучающе глянув на гостя, в очередной раз понял причину терзаний оппонента, крывшуюся совсем не в без вести пропавшем Ладроне. Вурдалака изрядно бесило уныние в любом виде, тем более от вражьего монарха, кто своими руками совершил продажу Эрики, а от неизвестности её судьбы готов был сигануть с ближайшего обрыва. Прервав поток своего презрения, музыкант резко развернулся к сутулому моряку, схватил его за грудки и едва не прорычал от злобы на раскисшего охотника:Хватит уже ныть, да не поможет же, как минимум!
Да, мы умираем — это норма, дальше — лирика!
Практически откинув озадаченного внезапностью перемены чужака белобрысого, старший мужчина прошёл мимо длинной столешницы, где были разложены многочисленные карты и стоявшие там спешно вырезанные деревянные фигурки основных действующих личностей, возглавляющих те или иные силы. Брюнет при виде отсутствия рядом с Ван Хельсингом другого тучного ловца, со смешком взял костлявыми пальцами мелкий предмет, напоминавший абстракцию Ладрона, поставил его между чертежей местоположения Гавайи с дальним берегом Румынии, где возвышался макет замка Трансильвании, другой рукой же небрежно опрокинул фигурки Люциуса, Джонатана и нескольких их рыцарей — армий:Каждый в своей колокольне бьёт не надоест пока Все так хотят спасти мир, но только не договорятся — как
Ловец не поспевал за прытким гитаристом, впервые за всё время старался вслушаться в речь недруга, нахмурился виду своей брошенной копии на картах боевых действий, пока Коха`Лу продолжал обращаться непосредственно к нему, снова повернулся спиной, небрежно выводил рукой по воздуху, пока другой локоть загнул за тонкую спину:Сам насади свою голову на меч, Да насколько дорога будет за то твоя награда? Каждый день думать — наступит ли завтра? Такую быль надо пить только залпом И как бы ты там не мечтал, Но ты только в земле будешь по себе сам
Капитан ощерился, в воспитании от дурного вампира совсем не нуждался, ещё чего не хватало! Намекал ли певец на пустоту результатов одинокого лидера людей, если тот и дальше будет отторгать возможность сближения с остальными расами планеты? Задумался о странности собственных выводов, немного выпрямился, с суровым видом без малейшего желания двигаясь за вождём, пока тот ловко запрыгнул на строительные леса, демонстрируя и ему и ближайшим работящим очевидцам поднимаемую на тросах огромную ры́нду — по мнению самого вурдалака такой морской атрибут был самым главным на корабле, поскольку только он мог сигнализировать о жизни, угрозе или смерти судна. Отличная метафора по мнению творческого носферату! Именно из-за этого Коха`Лу поручил первым делом восстановить данный предмет, чтоб при его водружении на носовую часть лайнера ознаменовать возвращение «Наследия» как такового с того света в действительность:Чем в боли ран средь балагана нам в слезах орать, Я, потерявши душу, лучше буду угорать! Пока бегу в последний пляс и я, давай-давай: По наши туши, мой родимый колокол, играй!
По громогласной команде вождя людские судостроители, которые работали здесь под страхом смертиКем был бы ты, парень, Али на кону были, кто ближе? Пел бы под гитару Свои драмы о том — как ты обижен? Ты так орал «правду», распинаясь, но никто не слышал Что сейчас ты скажешь, когда твоя воля в пассатижах?
Ты подумал, но не смог шагнуть назад Косы под косы Ещё одни, да Бог с ними! Есть ли добровольцы? Но это не вопросы
— Ты что-нибудь слышал? — робкий голос Мэвис Дракулы сразу растворился в никогда не утихающем гаме острова. — Вернее было спросить: не слышал ли я чего-либо, мышка, — поправил её улыбчивый Джонатан.Румыния, графство Трансильвании, 2013 г.
На другом краю света иной лидер никогда бы не подумал, что придётся ополчиться против собственных постояльцев. Всё началось с того, когда краем уха хозяин отеля Трансильвании услышал шепотки гостей касательно практически заживших травм Эрики Ван Дракулы после попытки вторжения людских наёмников на территорию замка. — Так это он сам её и приложил, а вы как думали? — лились из уст некоторых монстров подозрения в адрес рукоприкладства графа по отношению к его пленнице. Верховному вампиру прежде друзья из свиты пытались намекнуть на ползучие слухи среди жителей, но тот не верил до последнего, аргументируя приятелям их изрядную впечатлительность после сильных эмоций из-за покушения Ладрона, однако теперь сам всё слышал. Так его это поразило, что он резко остановился как вкопанный, якобы позабыл — куда шёл изначально, с широко распахнувшимися глазами от прежнего спокойствия не верил сказанному гостями, из-за его сильнейшей энергетики реакции факелы в ближайшем радиусе бельэтажа мигнули пламенем и едва не потухли. — Что вы сказали? — плохо сдерживаемым в угрозе тоном поинтересовался граф, чуть повернув голову на толпу ночных обитателей, которые скучковались неподалёку и явно запамятовали об остром слухе хищника. Понимание того, что почти половина здешних монстров всерьёз считает, мол, внешне Эрика пострадала из-за избиения Дракулой, всколыхнуло в подозреваемом такое негодование, грозившееся в следующие секунды перерасти в сильнейший гнев. Сплетники сначала заметили практически потухшее освещение, затем вытянулись по струнке и увидели хозяина замка, кто неторопливо повернулся к ним своей рослой фигурой, лицо его не выражало никакой злобы, но глаза в полумраке засветились синим, а это уже служило прямым знаком к животной ярости обсуждаемого. — Мы-ы в том плане, э-эм, — незадачливо начал наиболее смелый из компании — скелет, выступивший шажок вперёд, тут же на его шейных позвонках заискрился тесный ошейник, моментально от него протянулась сине-фиолетовая эфирная цепь к чёрным кистям альфы: вампир наколдовал оковы, как сумел сделать это на Празднике дураков в Париже, когда аналогично накинул обод на ряженую танцовщицу. Костлявая нежить не успела больше вымолвить ни слова, поскольку мужчина с силой дёрнул цепь на себя, и скелет под визги прочих, не ожидавших подобного поведения от своего лидера, опрокинулся вперёд, приложившись бело-серой челюстью о пол так, что зубы затрещали. Прочие любители поболтать в нескрываемом страхе отступили немного назад, пока их собеседника волок всем скелетом по ковру к себе Дракула, наматывая свою светящуюся цепь на локоть, сам же твёрдыми шагами ступил к онемевшему от ужаса. — Эта людская девушка рисковала своей жизнью для вашей же защиты, жалкие создания, — отчеканил кровопийца, из темноты под едва не затухающие от настроя правителя факелы приближение владельца отеля казалось ещё более зловещим, — Эрика приняла бой против мародёров первой, пока вы, недоразумения ночной природы, мирно дрыхли в своих гробах. Все ранения приняла её хрупкая женская натура лишь для того, чтобы неблагодарные ублюдки в роли вас так отзывались о ней?! На последней фразе вампир сорвался на крик, согнувшись корпусом вперёд к распластавшемуся замолчавшему скелету внизу. Костлявый отрицательно замотал головой, пустые глазницы округлились в нескрываемом ужасе перед альфой. Тот прорычал в оскале немного тише, но не менее угрожающе: — Мне плевать — что вы думаете обо мне, но даже неверной мысли допускать о моей жене не смейте! Я пальцем её не трогал, все увечья были получены ею в нечестном бою, где силы разбойников превосходили нашу гостью, однако она дала им умелый отпор, впрочем тех людишек то боле не интересует, поскольку их тела давно мной вывернуты наизнанку, а если я ещё раз узнаю, услышу о вашем никому не нужном мнении, — попавшиеся под горячую руку своего предводителя монстры синхронно сглотнули, — то твои кости, приятель, — брюнет обратился непосредственно к валявшемуся на полу замершему скелету, — пущу на корм охотничьим псам своего мустанегра! Уяснил?! — под блеяние запуганного монстра верховный вампир притворно сменил гнев на милость, натянуто улыбнувшись провинившемуся. — Отлично.***
Предрассветный час ныне казался пленнице замка неким успокоением, нежели тревогой перед ночёвкой в совершенно новой обстановке и совсем не в одиночестве. Последнего фактора светловолосая девушка уже не опасалась: сколько можно было робеть после года пребывания в обители недруга? Тогда почему ж ты явилась на террасу самого дальнего дворцового крыла для любования постепенно светлеющим небом? Девушка с едва различимой улыбкой хмыкнула своему зыбкому умиротворению, задумчиво перебирая пальцами ткань расширенного к низу рукава другой руки. Не сразу услышала шаги позади. — Гляньте-ка, наша отщепенка так и слоняется повсюду одна-одинёшенька, — Эрике не нужно было оглядываться, чтобы признать в голосе Джинджер — кузину Франкенштейна, которой людская пленница не понравилась с самого первого дня пребывания здесь, и Ван Дракула совершенно не понимала — отчего у рыжеволосой такое резко негативное отношение в её адрес. — Та, кто не способна угодить своему мужу, естественно, будет шататься без дела и мешаться у нас под ногами, — подхватила издевательство подруги другая особь женского пола — некто с огромными губами и щупальцами по всему телу, явно заменяющими ей конечности рук с ногами. — К вашему сведению я неплохо справляюсь в сфере менеджмента отеля, хотя бóльшую часть провожу в работе с архивами, потому явно не бездельничаю, как вы неверно выразились, — спокойно ответила чужачкам охотница, до сих пор не удостоив их взглядом. Если Эрика не глядела на странных женщин, то это совсем не значило, что она полностью игнорировала их присутствие: тело как-то само собой выпрямилось, слегка напряглось — особенно, когда к человеку с якобы незаинтересованным намерением ступила третья незнакомка, кто принадлежала к виду минотавров. Всё, что отличало её от обитателей лабиринта на острове Крит, был женский пол и невычурные одеяния на греческий манер. — Нам показалось или ты как-то дерзко с нами речь ведёшь? — сквозь большие ноздри громко фыркнула корова с человечьим телом. — Мы с тобой не подружки, чтоб выслушивать в свой адрес подобную наглость от такой ка… — От такой, как я? — резче перебила самку блондинка, раздражëно поморщилась, скосив взгляд в сторону недоброжелательницы. От услышанного стоявшая немного позади Джинджер довольно ухмыльнулась, положив руки на пышные бёдра в блестящих тканях платья. Что ж, по мнению рыжеволосой бродяжка быстро соображала о своём неподходящем нахождении здесь рядом с графом Дракулой. Минотавр шумно вдохнула, махнув большими коровьими ушами, хмуро согласилась с человеком: — Да. Думаю — нам не стоит грубо намекать тебе о том, что ты здесь бесполезна и тебе пора свалить отсюда подобру-поздорову. Услышанное подстегнуло пленницу отреагировать: моментально она развернулась, даже шагу не ступила, только резко выставила правую ногу, делая женской особи греческой мифологии подножку, рукой же с размаху схватилась за высокую крупную особь в области холки, чтоб с силой надавить и тем самым опрокинуть фемину наземь. Боевой приём как раз был направлен против кого-то такого, кто гораздо крупнее в весовой категории, потому с помощью крепкой стойки Эрике удалось повергнуть антропоморфную корову, вдобавок в её падении успев поддать ей в шею локтëм. Минотавр в ойканье неуклюже упала рядом, приложившись небольшими рогами о балкон, никак не ожидала подставы от слабой с первого взгляда девушки. Охотница же с превосходством распрямила осанку, возвышаясь над монстром, с презрением посмотрела сверху вниз сначала на неё, потом подняла уверенный взор на прочих самок, со сталью в голосе проговорив: — У кого-нибудь есть ещё какие-либо сомнения? Зрительницы притихли, даже чуть приподняли плечи в своей неуверенности перед боевой морячкой. Рыжая бестия после секундного оцепенения со злой досадой топнула ногой и на высоченных шпильках пошла прочь, другая жительница в щупальцах неуверенно озиралась ей вслед и затем — на поспешно вставшую рогатую подругу, чтоб потом вместе с ней удалиться с террасы. Трио затейниц раздора с улыбками провожали прочие монстры, кто видели женскую размолвку, затем с интересом повернулись на оставшуюся непоколебимой Ван Дракулу: — Вау! — на выдохе от восторга произнесла волчонок Санни, для неё подобные изречения в виде целого междометия были нехарактерны по причине немоты, но демонстрация силы знакомой из мира людей поразила ребёнка. Эрика немного улыбнулась восхищённой малышке, пыталась не придавать значения обращённому к себе вниманию постояльцев, которые, впрочем, скоро вернулись к своим делам и обошли балкон. Белокурая более серьëзней опустила глаза к месту, где ещё секунду назад распласталась парнокопытная получеловек, затем согнула свою правую руку в локте и пошевелила пальцами. Выпад был вправду из арсенала наëмницы, но она не ожидала, что уронит минотавра с такой нехарактерной для себя силой до трещин на террасе от удара, с каким чужачка приложилась о камни. Дело было в физических данных невольницы или… Или причина таилась в чернеющих вéнках около глазных шрамов морячки?.. Одно Эрика поняла точно — здесь если и потребуется отстаивать своё место в иерархии, то вполне понадобится физическая расправа. Такое она видела в наблюдениях за темпераментом монстров, такое ей демонстрировал муж. Что ж… Подобно альфе девушка способна постоять за себя, отстоять свои границы среди враждебных морд отеля Трансильвании и при необходимости она непременно это сделает. Мир ночи мало чем отличался от дикой природы, потому следовало выживать, показывая свою силу во всех аспектах.«Эволюция-эволюцией, но внутри мы всё те же животные»
Ресепшн сегодняшним утром непривычно опустел — то ли местных распугал разговор владельца отеля с незадачливым скелетом, то ли у всех попросту по расписанию были процедуры для крепкого здорового сна, но по ту сторону стойки находились только двое — граф и его графиня. Избранная вампира не торопилась отправляться на боковую, в простых разговорах помогала наречëнному в сортировке документации по приёму гостей, и теперь, когда все бумажные стопки были давно разобраны, разложены по местам, Эрика в глубокой задумчивости сложила локти на стойке, в несильном нагибе над столом с опорой прямых ног долго смотрела сначала на просторную приёмную комнату, затем — на светлеющий двор за дальними стеклянными дверями. Дракула заканчивал с распределением ключей, стоял рядом с невольницей, его внимание не сразу переключилось с работы на супругу, но всё же, кинув на неё мимолетный взгляд, мужчина со смешком поинтересовался: — Меня ждёшь? Охотница пожала плечом, мол, почему бы ей и не дожидаться его, на что носферату слегка удивился: — Странно: я привык всегда вести наши диалоги от твоего отрицательного ответа. Женские губы дрогнули, пленница не торопилась проявлять инициативы в беседах с кровопийцей, но и не игнорировала его слова, немного поëжилась от прохлады этажа, где свободно гулял воздух из-за сквозняка главного входа. Вурдалак встал практически бок о бок с ней, тогда она без скованности прислонилась к чёрным тканям и коснулась боком головы большого мужского плеча под лоснящимся плащом. Брюнет на столь непривычную, но приятную для себя реакцию умиротворëнно улыбнулся, аналогично сложил руки на стойке и наслаждался редкой для своего отеля тишиной ещё и с кем — вместе со своей возлюбленной. — И давно я заслужил такое твоё внимание? — с ноткой озорства после долгой паузы молчания спросил граф. — Я уже говорила тебе, что деваться мне некуда, — совершенно спокойно, но всё ж отрешëнно ответила блондинка, — мой брат с прочими людьми ясно дали мне понять — места в мире человечества мне больше нет, я в принципе сомневалась, что когда-либо была там нужна, — вздохнула, слушатель не перебивал, — а здесь… Здесь есть ты. Мёртвое сердце альфы нечисти готово было сделать кувырок: — Тут твои друзья, которые приняли меня, невзирая на всё зло, которое я вам всем причинила, — голос Эрики становился тише с нескрываемой горечью, — ещё… Ещё я обрела в этом замке отца, хоть с ним сызнова выстраивать отношения после столь долгого отсутствия нас в жизнях друг друга непросто, но всё же он — единственный родной человек, кто у меня остался. Наëмница сделала паузу, неровно вдыхая после потока откровений, в глубине души боялась реакции монстра на свою исповедь — он мог, как и все другие в её жизни, посмеяться над чувствами потерянной во всех смыслах морячки, но никакого негатива не последовало. В некоем облегчении белокурая положила голову на плечо супруга, организм постепенно отпускал напряжение рядом с тем, кого Ван Дракула опасалась всю жизнь. — Те люди под руководством Ладрона едва не убили меня, а тут — в отеле, — я впервые за долгое время ощутила безопасность. Здесь я в тепле, в сытости и под твоим покровительством, граф, — едва различимый женский шёпот окутывал верховного вампира тёплым пледом, он склонил большой подбородок к груди при слушании признания избранницей, — мне нечем отплатить тебе за все удобства, поэтому прими хотя бы моë хорошее, я бы даже назвала его покорным, отношение в ответ. Эрика посчитала бы себя полной дурой после таких слов, но говорила она чистую правду, не рассчитывала, что прежний враг примет её слова всерьёз, однако негромкая добрая усмешка вурдалака послужила вроде бы хорошим знаком, отчего похищенная облегчëно выдохнула, прикрыв глаза. Дракула повернул шею на прислонившуюся к своему боку фемину, в какой-то мере зрелище его растрогало, чуть погодя, брюнет положил свою голову на голову жены. Оба смотрели на сверкнувшие вдалеке лучи рассвета, обстановка без прочих ненужных разговоров служила идиллией для пары под мысленные рассуждения вампира о том, что при подобном поведении гостьи в свой адрес, которое значительно сдвинулось в положительную сторону, убийство короля Люциуса ему может не понадобиться.***
Жизнь узорчата, как будто бы ковёр персидский,
И может переставить запросто чужого с близким
Ричард Ван Хельсинг совсем не хотел совать нос в проклятый готический замок да ещё и куда — на верхние этажи! Тем не менее сейчас мустангер в своём привычном кожаном облачении чёрного цвета поднимался на тихом лифте с отрешëнным видом, но с чёткой целью — пригласить свою дочь на ночную прогулку: они с ней часто устраивали пикники или конные выездки, наслаждаясь совместным времяпровождением. Насколько знал монстроборец из рассказов наследницы — та жила на тринадцатом этаже, номер на её двери он тоже заучил и теперь блуждал в сумрачном коридоре в поисках нужного. Всё никак не находил. — О-ох, я проклят богами! — пробубнел недовольный ловец, плëлся обратно на предыдущий этаж. — Кто-то теряет нож или ручку, но только не я: я умудрился потерять собственную дочь в дурацком чужом доме! Закатив глаза, с досадой фыркнувший мужчина с силой долбанул по первой попавшейся двери, когда шёл назад, величавый вид створок в темноте не сразу натолкнул человека на мысль о статусе тамошнего обитателя, потому оружейник не сразу обернулся на скрип звука открытия входа, откуда показался озадаченный верховный вампир. Ричард повернулся с тем видом, когда ученика ловят на прогуле по школьному коридору, но упырь не источал враждебности, следовательно, нежданный гость мог немного расслабиться, и в своём намерении отыскать Эрику светловолосый решительнее ступил к номеру неприятеля. Последний, кажется, даже был рад визиту, что вообще звучит как из разряда выходящего вон, или так только померещилось мустангеру, но небрежно опершийся о дверной косяк плечом брюнет так и излучал доброжелательность, его хищные глаза в темноте несильно подсвечивались, позади него в люксе аналогично был плохо различимый полумрак. — Значит так, душегуб, буду краток, — без приветствия деловито начал Ван Хельсинг, поправляя шляпу, старался лишний раз не смотреть на высокого мужчину, с важным видом взялся пальцами за боковые края своего чёрного короткого пончо-накидки, прокашливаясь, — я прекрасно знаю, что моя дочь живёт где-то на этом этаже, так что-о… Раз ты хозяин этой всей халупы, то не надорвёшься, ежели поведаешь мне номер комнаты Эрики. Граф Дракула молчал слишком долго, отчего блондин не понял — то ли монстр оглох, то ли в привычной себе манере издевался, растягивая паузу, с хитрецой глядел на пленника: — Всё верно, однако Эрика живёт не «где-то», а у меня. Со мной. Ловец подумал, что это он, а не альфа, не слышал сразу на два уха, потому с непониманием подозрительного прищура смотрел на недруга несколько секунд, прежде чем переспросить и получить такой же ответ: — В плане… Погоди, — слова у Ричарда старались вырваться быстрее колющей догадки, — она находится у тебя в плену! — Кто тебе такое сказал? — лениво по-птичьему склонил голову Дракула. — Она же и сказ-..! — охотник осёкся, пару раз моргнул, ведь такого девушка ему никогда не говорила: всё это — его догадки касательно её статуса здесь. Мотнул головой в упрямстве. — Никто из людей у тебя по доброй воле не находится — я с Эрикой тому доказательства! Моя дочь пребывает тут в качестве кровавой дани, ты по этой причине её так наряжаешь, как ягнёнка на жертвенный алтарь! — с каждым словом тон разбитого отца повышался, вся прежняя лёгкость на душе от предвкушения совместной прогулки улетучилась. « — Никто из людей» говоришь? — в негромком смехе немного задрал подбородок верховный вампир, довольно скалился белыми острыми зубами. — А как же твой дрессированный рыжий щенок Джонатан? Он сидит на моих харчах в моём доме с весьма довольным видом. Белокурый человек поджал губы, не смог ничего бросить в ответ графу, но злобы у него не убавилось, наоборот: — Где Эри?! Мне нужно видеть её, чтоб знать о добром здравии. — Не пущу я тебя на свой порог. — Я ведь уже здесь — в твоём идиотском отеле! — Отель открыт для всех, в том числе — для такой жалкой личности, как ты, — нравоучительно посуровел Дракула, — а вот мои покои, — он очертил носком туфли порог внизу, — для тебя под запретом. — Позови мне сюда мою дочь. — Отчеканивал каждое слово не сдающийся Ван Хельсинг, готов был зашипеть сквозь зубы от накатывающей ненависти. — Она спит, — в аналогичной грубости перебил чужака теневой правитель, чуть приподняв плечи, как готовящаяся к защите хищная птица, и сложил руки на груди, всей своей массивной фигурой явно не отодвинулся бы с места, чтоб открыть незваному гостю проход. Ричарду становилось дурно из-за подступающей ярости, руки выпрямил по швам, в схожей позе сутулясь, только вот в качестве готовящегося нападать: — Какого дьявола она вообще у тебя там делает?! — подавленно спросил ловец, до сих пор не верил во всё услышанное. Упырь подрасслабился, вольно повёл широкими плечами и вновь улыбнулся пришедшему, скучающе молвил: — Эрика — моя жена, — для поражённого оружейника это звучало совсем абсурдно, — уже больше одной луны, — как ни в чём не бывало продолжал кровопийца, с весельем внимая реакции своего получившегося по иронии судьбы тестя, — поэтому есть ли смысл отвечать на твой вопрос? Что может делать молодая женщина в покоях со своим мужем? Иронично Дракула изогнул бровь, а внимание ошарашенного человека невольно переключилось на внешний вид свободно стоявшего врага: наспех накинутый плащ, еле как державшийся у шеи, расстёгнутые верхние пуговицы примятой чёрной рубашки. Ой, чёрт… Нет. Одна сторона тёмной ткани уголком торчала из-под явно ослабленного ремня брюк. Нет-нет! Быть того не может, это просто невозможно! Подавленный мустангер готов был отступить от чужой двери только для того, чтоб посильнее размахнуться в ударе для ночной твари, но следующее зрелище добило его окончательно. — Папа?.. — названный немного вытянулся, поскольку рослый упырь загораживал вход, вурдалак тоже обернулся на тихий голос, когда к ним обоим из полумрака апартаментов вышла обсуждаемая, кто до этого явно была в ванной комнате, теперь же вытирала несильно отросшие платиновые волосы полотенцем, на худом теле в темноте ярко выделялся белый недлинный халат. Пока Львиное Сердце осматривал живую, совершенно целую и здоровую наследницу с нескрываемым ужасом после полученных новостей вперемешку с собственными страхами, Дракула же через плечо смотрел на избранницу из-под полуприкрытых век с приятной улыбкой совершенно спокойно, кажется, его совсем не смутила маленькая ложь о женском сне. Ван Хельсинг сглотнул, заветное «Эри!» почему-то не сорвалось с его сухих уст: какая тебе Эри, старый хрыч? Твоя маленькая девочка давным-давно выросла не только в возрастном числе, но и в том плане, в каком деву ведут под венец. Да ещё и к кому! Как так вообще сложилось?! Мозг кипел, голова была готова вот-вот взорваться, оружейник отрицательно медленно стал мотать шеей, якобы всё это ему привиделось: не могла полуобнажённая дочка сейчас босиком щеголять по логову сумрачного ублюдка, тот, в свою очередь, взора с прямыми намерениями от её фигуры оторвать не мог — всё это в совокупности настолько разозлило нежданного посетителя, что он готов был заорать от ярости, идея избить монстра здесь и сейчас по-прежнему казалась шокированному родителю блестящей. — Папа! — несмело улыбнулась Эрика, признала в сумраке отца, ступила ещё шаг, но завидев реакцию отчуждённого человека, смолкла, бегло оглядела себя — зараза: угораздило же именно в это утро идти принимать душ перед сном, но она же не ведала о визите родственника! Ещё и куда — сюда, в соединённые накануне комнаты похищенной с её похитителем. Девушка поняла неоднозначное подозрение Львиного Сердца, поспешила к проходу, где по-прежнему стоял нешелохнувшийся граф, одну руку вытянула по направлению к выходу, другой неуверенно удерживала края халата у груди: — Нет-нет, ты не понял, постой! О, он всё прекрасно понял — по крайней мере сам так считал, потому сделал ещё несколько нетвёрдых шагов назад спиной вперёд, стеклянными глазами оглядывая наследницу. Та робко улыбалась, но при виде его реакции радость постепенно исчезла, почему же теперь любимый папа смотрел на неё, как на прокажённую, как на последнюю блудницу мира?.. Неужели он… — Ничего не было! — выпалила белокурая даже громче, чем сама ожидала. Кустистые, практически белого цвета брови нахмурились, выражение щетинистого лица посуровело, одураченный Ван Хельсинг так ничего и не сказал, не проронил ни слова, повернулся полубоком, до последнего не отворачивался от родственницы, но всё же ушёл твёрдой походкой, отвёл от неё в какой-то мере разочарованный взгляд. Наёмница же поспешила за ним, не сразу сумела преодолеть порог номера: Дракула выставил руку, положил ладонь на противоположную сторону дверной рамы, явно не желал пропускать супругу дальше. Блондинка даже не глянула на него, начинала паниковать от того, что Львиное Сердце вот так вот уйдёт, а она не успеет ему ничего объяснить. Не последовало прошения, требования, просьбы пустить: несколько мгновений беспомощная фемина напирала всем своим приятно-мягким телом на стоявшего скалой носферату, того в какой-то мере умилила её растерянность, и он пропустил невольницу. — Между нами ничего не было! — босая пленница готова была молниеносно ринуться за отцом, окрикивала его, но тот не оборачивался, тряхнув длинными светлыми волосами. Такая реакция на полпути остановила Эрику. К горлу подкатил ком, в груди образовалось такое давление, что лёгкие готовы были треснуть, но всё это не было похоже на предсказуемые слёзы — тут было нечто пострашнее… Замершая ещё пару секунд смотрела в прямую отцовскую спину, одними губами повторяла, заикаясь: — Н-ничего н-не было… Он так и не повернулся на неё, не обратил внимания на женские болезненные призывы: «папа, пап!» Львиное Сердце ушёл. Бросил дочь, как и тогда — восемнадцать лун назад. Серые глаза опустились к полу, осанка ничуть не испортилась, только вот дрожавшие от прохлады после душа руки сжались в кулаки, светлые мокрые волосы прилипли к лицу, прикрыли глаза. Ну, и кто это сделал? Кто стравил на тебя всю твою семью, оставив полной одиночкой? Крупная руна на запястье вровень с мыслями засветилась сине-фиолетовым цветом. Кто теперь остался с тобой, когда все остальные покинули? Кто окончательно прибрал тебя к себе своими чёрными когтями, как зверь, поймавший добычу? Довольный виновник женских напастей так и остался стоять в дверном проёме, по-хозяйски навалившись боком на раму, хищно улыбался зрелищу, скрестив руки на груди. Голос упыря растворил ледяную мёртвую тишину коридора: — Идём. Заходи. — Что ты ему сказал?.. — шёпот не был воспринят острым слухом безразличного монстра, тот равнодушно хмыкнул, уже было развернулся для входа в номер, зевнув, переспросил жену, та резво развернулась и быстро зашагала к мужчине, решительнее громким голосом повторила, с проявившейся злобой искрившихся глаз глядя сверху вниз на брюнета: — Что.Ты.Ему.Сказал?!***
Острова Гавайи, 2013 г.
Повсюду всю привычную для нечисти ночь царила аналогично свойственная им насыщенность жизненного ритма — в таком гаме молодая семья не сразу смогла сориентироваться, продолжая плутать по извилистым рыночным улочкам, пока уже их лошади не встали упрямыми подобиями ослов, предварительно фыркнув и топнув ногами в знак своей усталости с протестом. Лорэн незадачливо почесал лохматый затылок, с вниманием осматривался для дальнейшего пути по чужим землям, попутно пытался вспомнить — где он инкогнито останавливался в прошлый свой давний визит по Гавайям, вдруг совсем рядом с молодожёнами пронеслась небольшая толпа различных монстров, активно перекрикивающих друг дружку. — Скорее туда, — какой-то вампир указывал худощавой рукой по направлению к старинному пабу, — вождь опять там бедлам развёл! Пара синхронно повернулась, удивлённо смотрела друг на друга: вряд ли бы слово «вождь» в предложении незнакомца употреблялось в качестве клички, потому молодая семейка резво спрыгнули со своих сёдел, на ходу быстренько перекусили, а вот Деннис явно не понимал — зачем было торопить события. Малец с видом хозяина ситуации расслабленно расселся в материнских руках, причмокивая бутылочкой: просто чудо — каким образом, как и где его мать успевала избавляться от постоянных болей в налитой груди, временами сцеживая молоко для своего ребёнка. Для мальчика была неизвестной суета родителей с опасностью той обстановки, куда они все трое угодили на чужих землях, это прекрасное неведение помогало рыженькому наследнику четы оглядывать быстро сменявшиеся из-за бега родительницы уличные огни и звонко смеяться, если он увидит что-нибудь забавное. Джонни на бегу несколько раз твердил своей любимой вампиру, что той стоит остаться где-нибудь в безопасном месте вместе с сыном, но брюнетка ни в какую не хотела слушать: за неё говорила её живая натура, тянувшаяся к приключениям, странствиям и открытию тайн, особенно, когда эти самые загадки касались непосредственно её семьи. Спорившие, чудом преодолевающие толпу и некоторые уличные препятствия герои каким-то образом добрались до возвышающегося в топи бара, который практически раскачивался из-за творившегося внутри. Не медля ни секунды, оба путешественника ринулись туда, были взволнованы за судьбу предводителя островов, кто, возможно, находится там и ему могла грозить опасность!.. Ворвались внутрь с решительным настроем, однако никто внимания на них не обратил: многочисленные разномастные посетители заведения обращали все свои взоры, свисты и руганья в центр округлой небольшой постройки, где была потасовка. Монстров разной степени опьянения откидывал от себя совсем безоружный незнакомец в одёжах необычного пошива, где преобладал чёрно-красный цвет вперемешку с неоновыми нашивками. Для пары влюблённых было очевидно, что против разъярённого некто ополчился практически весь паб, поэтому Мэвис Дракула, сделав моську негодования, тут же готова была встать на защиту несчастного, прежде передав своего ребёнка в руки озадаченному Джонатану, сама же ловко вынула из ножен шамшир. Самое время было вспомнить уроки фехтования, которые давал ей Лорэн! С азартом носферату с пинка смешалась с толпой враждующих пьянчуг, стремясь без лишних жертв пробиться к центру, где на всех вокруг рычал худощавый упырь с несколькими крашенными локонами угольных волос. — Я вас всех одной рукой одолею! — в угаре хвастался зубастый, ходил вокруг своей оси, скалясь на посетителей, те только и ждали, когда мужчина повернётся к ним спиной или боком, чтоб напасть на него, но тут же тварей сшибала саблей подоспевающая на подмогу незнакомцу загадочная брюнетка, в которой местные не признали наследницу верхового вампира, потому что попросту не узнали её. Брюнетка старалась не убивать недоброжелателей да это и не удалось бы: по большей части здесь были вампиры, а её лезвие было самым обычным, потому девушка отгоняла нетрезвых личностей от странного, громко орущего вурдалака, кто выпил не меньше всех остальных. Тот встал спина к спине к гостье, не видел её или не придавал значения, продолжал обращаться к прочим, размахивая длинными конечностями, в одной руке была зажата наполовину полная бутылка алого пойла. — Ну, кто первый?! — плевался темноволосый, от его поведения Мэвис поморщилась, тот своей дерзостью мог в любую секунду спровоцировать толпу, и те ринулись бы на них обоих, тогда бы вряд ли удалось остановить их напор, потому юная графиня наспех сымпровизировала, выхватив у чужака бутылку и разбив её ему о голову. Вампира убить бы так глупо не получилось, да путешественница ни в коем случае такого не желала, а вот оглушить крикуна удалось. Стекло мелкими кусками со звяканьем посыпалось во все стороны, напиток потёк по мужским волосам, по размытой подводке его глаз и по коротко остриженной бороде, сам вурдалак ещё пару секунд постоял на длинных ногах, а затем согнулся, как бумажный домик, упав на пол. Все в пабе мигом затихли, наблюдали — как вмешавшаяся некто одним ударом оглушила их предводителя. Не в первый раз жителям приходилось сталкиваться с пьянющим в стельку Мартином Коха`Лу, то было обычным делом у их лидера — искать утешения на дне сосудов в иногда накатывающих приступах своей душевной болезни или просто заливаться ради забавы, но не каждую ночь гости видели, как какая-то молодая незнакомка одним ударом сваливала музыканта с ног. В притихшей обстановке, где позади всех негромко хохотнул Джонатан, угукнул маленький Деннис, Дракула попыталась разрядить атмосферу, бойко сказав и подняв отколотую бутылку: — Не смогла сдержаться: так велик был соблазн! Под одобрительные крики, рычания монстров, коим явно понравилось зрелище, Мэвис удалось отступить, затеряться в пёстрой толпе, где чудища уже через секунду о ней забыли — всё их внимание привлёк гитарист, кто не первый раз устраивал здесь дебош. Уже через пару минут весёлые гости дружно раскачивали безвольного упыря над своими головами, чтоб выбросить в лужи топи под заведением. Исполнитель с шумом плюхнулся в болотную грязную воду, кажется, она его и пробудила: тот стал откашливаться, отхаркиваться под гогот соратников, расходившихся от жалкого зрелища. Ушли все, кроме двух личностей — Лорэн с супругой всё то время сочувствующе осматривали последствия приговора островитян по отношению к тому, кто возглавлял, вёл их не первый век. Даже сын пары, кому было только несколько месяцев, уловил витающую печаль и с грустным звуком «у-у-у» смотрел сначала на родителей, а затем опустил головку к неподалёку лежавшему вампиру. М-да, не таким странники ожидали увидеть огненного лидера Гавайи — Коха`Лу. Наследная княгиня не могла дальше этого вынести, вновь заботливо передала ребёнка в надёжную хватку рыжего парня, сама же аккуратно двинулась к поверженному кровопийце, медленно присела рядом с ним на корточки, протягивая тонкие руки к плечам и голове мужчины, чтоб помочь ему хотя бы приподняться из вязкой жижи. — Встаньте, вождь Мартин, — тихим дрогнувшим голосом попросила брюнетка, пока павший еле открыл слипшиеся глаза и не сразу признал в фемине рядом с собой не видение в лице той, кого он давным-давно лишился, а настоящую, но другую девушку, чей голосок-ручеёк возвращал его в реальность из пьяного бреда, — что с вами сделала жизнь?..Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!