iii.

мне так больно, я курю косяк

круги на глазах, будто на полях

научите меня жить, чтобы скорее убить себя.

      После недлительного разговора девушка продолжала курить сигарету, смотря вдаль на одноклассников, которые неспеша шли в здание. Ведь с минуты на минуту должен был прозвучать омерзительный звонок, который оповещал всех на территории школы, что пора продолжать учебный процесс. Время отдыха вышло. Но Эва не торопилась. Никотиновая палочка обжигала пальцы, всем видом показывая, что она на исходе. Девушка жила этим мгновением, ведь ей не хотелось идти ко всем, садиться за исписанную и неудобную парту, напрягать мозги и думать.       Нельзя сказать, что Эвелина — глупая девочка, даже наоборот. Она прекрасно понимала интересующие её темы, иногда погружалась в учебный процесс. Но не любила она эту ненавистную геометрию, что поделать? Смириться. Её познания остановились на свойствах треугольника, ведь тогда она пообещала учительнице, что выучит. Так и случилось, она сдержала своё слово.       Скурив сигарету до фильтра, она присела на корточки, пытаясь потушить окурок. Встав, Эвелина накинула полупустой рюкзак на плечо, направляясь в здание.       От урока прошло несколько минут. Блондинка была уверена, что учительница даже не успела явиться на урок, но мир сегодня настроен против неё. Из класса уже доносился грубый хриплый голос, опрашивая присутствующих. Эва выругнулась где-то внутри себя, костяшками сделала несколько ударов в дверь, смотря в глаза математичке, молча спрашивая разрешение. Получив кивок, она приняла это за согласие и вошла в класс. Все парты были заняты кроме второй на третьем ряду, как раз за Барановой и Кудиновым. Эва усмехнулась и села за ними, благо рядом с ней никого не было. Достав мятую тетрадь, которая казалось бы, что была уже по всем предметам, девушка начала вникать в урок.       Спустя несколько минут Эва поняла, что она обречена, поэтому положила телефон на парту, проверяя уведомления. Среди спама было сообщение: Екатерина Константиновна: Эвелина, подойди ко мне после урока.       Девушка удивилась этому неожиданному сообщению, ведь раньше она ничего не писала Эвелине. Прочитав сообщение, она не захотела отвечать, свайпнула влево и выключила телефон. Подала признаки жизни и хорошо.       Время – загадочное явление, но одно бесспорно – оно быстро бежит, утекая как песок сквозь пальцы. Урок прошёл слишком быстро. Собрав вещи, девушка отправилась в класс к классному руководителю.       ***       Эвелина стучит костяшками по деревянной двери несколько раз. Подождав немного секунд, она собралась с мыслями, вспоминая все свои поступки, за которые её могут отчитать, и открыла дверь:       — О, Преображенская! Ты тут как тут. Заходи. Хотела обсудить с тобой интересующую тему, которая, к сожалению, важна только для меня, — с беспокойством произнесла Екатерина Константиновна, поворачивая голову на ученицу, осматривая взглядом её снизу вверх — Во-первых, что за внешний вид? Ну ты же девочка! Что за тёмные балахоны? Где белая рубашка, чёрная юбка ниже колен?       В глубине души Эвелина была возмущена услышанным. В школьной форме ходят только пятиклассники, которых родители одевают в школу. Казалось бы, что в её одежде не было ярких принтов, да даже открытого живота, а к ней все равно придрались.        «За то Ритка с открытым животом и юбкой, которая смахивает на трусы, гоняет» — подумала девушка, ведь не осмелилась сказать вслух. Эвелина всегда придерживалась тому, что лучше промолчать, чем потом разгребать последствия и обиды после своих необдуманных слов.       Эва продолжала смотреть на классного руководителя в надежде, что возмущения закончатся и она пойдёт на следующий урок, но перед этим обязательно на перекур, но как на зло женщина продолжала свои тирады:       — Надеюсь, что ты запомнила мои слова и больше к этому разговору мы не придём. Я вообще позвала тебя не для этого. На носу экзамены, а у тебя… — с беспокойством начала высказываться Екатерина Константиновна.       Она хотела уже продолжить толковать речь, но её отвлёк громкий шум, который казался разбитым стеклом, за дверью. Женщина встала с места, вышла в коридор, ища взглядом виновника прерванного разговора:       — Кислов, живо в класс. — Закричала классная руководительница, подходя к парню.       На что лишь Киса с гордой походкой вошел в класс. Только присев за парту, он начал оглядываться по сторонам. Увидев девушку, он ухмыльнулся.       Екатерина Константиновна врывается в класс, закрывая за собой дверь:       — Кислов, Преображенская, жду объяснительные на имя директора. — Нервно произнесла женщина, чуть ли не срываясь на крик.       Внутри Преображенской были разочарование, обида и немного недоумения.       Блондинка повернула голову, чтобы посмотреть на виновника "торжества". На лице парня всё так же виднелось безразличие ко всему. Казалось бы, что каждый на его месте уже должен умолять на коленях, чтобы данная ситуация не распространилась дальше. Но что на самом деле внутри у Кислова, Эва лишь может быть догадываться.       Рассматривая тёмные кудряшки, желая причесать их, Эвелину отвлекла неприятная мелодия, которая доносилась из телефона педагога.       — Опять? Щас приду, — вполголоса пробормотала женщина, ответив на входящий вызов. — Будьте тут, через несколько минут вернусь.       Внимательно наблюдая за поведением учителя, Эва тяжело вздохнула. Внутри нее будто пожар. Вспомнив всю нецензурную брань в своей голове, девушка обреченно опустила голову на парту. Неожиданные щелчки за дверью отвлекли её. Подняв голову, она осмотрела класс, заметив отсутствие учителя.       — Вот мымра, закрыла. — Произнес Кислов, который тоже находился в одном помещении с Эвой, вытаскивая её из мыслей.       На её лице царило недоумение, злость и ненависть на всё. Она кинула обреченный взгляд на парня, показывая, что у нее нет желания общаться ни с кем.       — Из-за тебя. Ты во всем виноват. — Вырвалось из уст Эвелины.       — Ну чё ты. Всё нормалды, не ссы, мефедроновая. — С насмешкой сказал Киса, глядя на злые глаза девушки. Казалось бы, что ещё чуть-чуть и на его теле заискриться одежда. Парень сам был не в восторге от ситуации, но есть ли смысл разводить панику? Не в его стиле.       — Не называй меня так. — Бркнула под нос блондинка.       — Нихуя себе, ладно, ладно. — Ответил Кислов. Он конечно конфликтный человек, но в данной ситуации прекрасно понимал, что надо остановиться. Мало ли какая Преображенская в гневе?       Втыкая в потолок будто ища ответ там, парень стучал худыми пальцами по деревянной парте, издавая неприятный звук. Оглядывая класс, он заметил дверь. Шаркая, Киса подошёл к двери, выдохнул и со всей силы ударил плечом по ней в надежде, что что-то там все-таки сломается, но все не так уж и просто.       — Ты совсем придурок? — Сказала Эва, подняв взгляд на парня, обреченно вздыхая.       Кислов никак на данный риторический вопрос не отреагировал. Он спешно подошёл к окну, оценивая высоту. Приняв решение, что побег неизбежен, Киса потянулся к пластмассовой ручке окна.       — Этот придурок тебя щас спасёт. Благодарности потом, заебала ныть. — Громко заявил парень, будто собирается спасти десяток детей, а не свою задницу.