Глава 14. Паутина для принца

      Страх – лучший союзник. Алистер не нападал, он сеял. Он понимал, что прямой удар по официальному Наследнику будет выглядеть подозрительно. Вместо этого он начал долгую, методичную работу по размыванию его и так шаткого авторитета, готовя почву для того, чтобы брат сам шагнул в приготовленную ловушку.       Яд капал по капле, незаметно и безотказно. Через верных людей, занимавших незначительные, но стратегические должности – библиотекарей, поставщиков провизии, младших секретарей – по дворцу начали ползти тщательно сконструированные слухи.       «Слышали,Наследник чуть не расплакался, когда ему доложили о беспорядках в порту...»       «Говорят,на последнем совете он предложил повысить жалование гвардии, но не смог назвать даже её текущую численность...»       «Видели,как он заискивал перед послом Талдрии? Прямо-таки боялся ему перечить...»       Это не была клевета. Это были полуправды, раздутые и поданные под нужным соусом. Образ складывался сам собой: ненадёжный, слабый, некомпетентный. И самое главное – отчаянно ищущий любую опору, чтобы удержаться на скользком троне. Алистер создавал спрос на «спасение». И вскоре он приготовил «предложение».       Через цепочку подставных лиц к среднему брату вышел «независимый агент», представлявший интересы Гильдии речных перевозчиков – мощной и богатой организации, недовольной новыми торговыми указами, которые как раз лоббировал Железный Регент. Встреча была тайной. Агент говорил о поддержке, о финансировании, о влиянии в Совете, которое гильдия готова была бросить на весы ради «более разумной» политики.       Брат, изголодавшийся по реальной силе и уставший от унизительных поражений, видел в этом шанс. Ему льстило, что с ним ищут союза. Он, ослеплённый возможностью наконец-то доказать свою состоятельность, ухватился за эту соломинку, не замечая, что она привязана к камню. Он согласился на тайную переписку, видя в ней дипломатическую тонкость, а не государственную измену.       Спустя несколько дней Алистер, казалось бы, совершенно случайно застал брата в почти пустой дворцовой библиотеке. Тот лихорадочно изучал отчёты о торговых оборотах, пытаясь блеснуть знаниями в преддверии новых переговоров с гильдией.       — Брат, — голос Алистера прозвучал тихо, заставив Наследника вздрогнуть и поспешно закрыть свиток. — Я слышал, ты активно ищешь... новых союзников.       Он сделал паузу, его взгляд был не обвиняющим, а почти отечески-озабоченным.       —Будь осторожен, — продолжил Алистер, и в его голосе не было и тени угрозы, лишь холодная констатация факта. — Некоторые двери, открыв которые, захлопнуть уже не получится. Мир большой, и не все в нём играют по нашим правилам.       Он не стал ждать ответа, кивнул и вышел, оставив брата в смятении. Эти слова не были предупреждением. Они были частью спектакля. Они должны были убедить брата, что Алистер в курсе его «тайной дипломатии», но не видит в ней угрозы. Что он считает его мелким интриганом, а не серьёзным игроком. Это усыпляло бдительность. Это заставляло брата чувствовать себя умным, проворным, способным обвести вокруг пальца всевидящего Регента.       Ирония была горькой и совершенной. Алистер не строил клетку. Он заманивал брата в лабиринт, на каждом повороте которого тому казалось, что он находит выход, пока он не оказывался в самом центре, в смертельной ловушке, построенной его собственными руками.