Глава 15. Падение наследника

      Воздух в тронном зале был тяжек и неподвижен, словно перед ударом грома. Заседание Совета начиналось как рутинное, но все чувствовали — сегодня случится нечто. Новый Наследник, нервно перебирал бумаги, бросая тревожные взгляды на дверь. И тогда слово попросил один из старейших советников, человек, известный своей неподкупностью и давно, тайно, обязанный Железному Регенту спасением репутации своего сына. Его голос дрожал от показного негодования.       —Ваше Величество! Господа! Я получил документы, кои не могу оставить без внимания. Речь идёт о самом гнусном предательстве! Он положил на стол несколько свитков. Подделка была искусной — почерк подражал руке секретаря брата, печати были идеальны. В письмах «Наследник» в обмен на щедрые «пожертвования» своей «казне» обещал гильдии речных перевозчиков отменить указы, жизненно важные для казны королевства. Это были «неопровержимые доказательства» корыстолюбия и готовности торговать интересами короны. В зале поднялся гул. Брат вскочил с места, его лицо побелело.       —Это ложь! Подделка! — выкрикнул он, но его голос сорвался в визгливый, истеричный фальцет. Он искал взглядом Алистера, умоляя о поддержке, но тот лишь смотрел на него с холодным, отстранённым любопытством, как учёный на подопытного зверька в клетке.       — Молчи! — грянул голос Императора. Он был бледен как полотно, его пальцы впились в подлокотники трона. В его глазах бушевала буря: ярость, стыд и — что самое страшное — ледяная уверенность в том, кто стоит за этим спектаклем. Он смотрел не на обвиняемого сына, а на Алистера. Но доказательства лежали на столе. Цепочка была выстроена безупречно.       —Ты... — Император сглотнул, с трудом подбирая слова, обращаясь к среднему сыну. — Ты не просто слаб. Ты – предатель. Позор нашего рода.       Он сделал глубокий вдох, и его приговор прозвучал на всю залу:       —Отныне ты более не Наследник престола. Имя твое будет вычеркнуто из хроник.       Брат не сказал больше ни слова. Он просто стоял, беззвучно шевеля губами, полностью сломленный. Его мир рухнул в одночасье, и он даже не понимал, как именно это произошло. Формальности были соблюдены. По предложению Алистера, брата заключили под домашний арест в его же покоях «для проведения дальнейшего расследования». Он уже поднял руку, чтобы подписать приказ, — и вдруг на мгновение он видел не врага, а мальчика с румяными щеками и нелепо прямыми волосами. Сбросив наваждение он всё-таки оставил свою подпись.       Ночью, когда во дворце воцарилась тишина, Алистер вошёл к нему без стука. Брат сидел у потухшего камина, не двигаясь. Он даже не вздрогнул.       —Зачем ты пришёл? Поглумиться? — его голос был пустым и усталым.       — Я пришёл предложить сделку, — ответил Алистер без предисловий. Его тон был деловым, лишённым всякой эмоции. — Твоё имя уже опозорено. Но его можно спасти от окончательного растоптания. Напиши признание. Во всём. В корыстолюбии, в слабости, в неспособности нести бремя власти. Напиши, что не видишь иного выхода, кроме как искупить вину кровью.       Брат медленно поднял на него глаза, в которых плескался ужас.       —Ты... ты хочешь, чтобы я...       — Это единственный способ сохранить лицо. И единственная гарантия, что твоя фаворитка не разделит твою участь. Ее увезут в провинцию и будет жить в покое. Или... всё может быть иначе. Выбор за тобой.       Это не было угрозой. Это была констатация. Алистер положил на стол перед братом чистый лист бумаги, чернильницу и перо. Он не стал ждать ответа. Он сделал своё предложение и вышел, оставив брата наедине с самым страшным выбором в его жизни.       На следующее утро слуги нашли его. Он висел на шнуре от портьеры, его лицо было сизым. На столе, аккуратно положенное под прямым углом, лежало его признание. Искреннее, отчаянное и абсолютно лживое.       Алистер вошёл в комнату, когда тело уже сняли. Он стоял, глядя на пустое кресло, на смятый ковёр. Он ожидал почувствовать триумф, облегчение, хоть что-то.       Но он чувствовал лишь пустоту. Глубокую, бездонную, зияющую. Он выиграл. Он убрал последнюю крупную фигуру с доски. Он был последним сыном. Путь к трону был свободен.       Он повернулся и вышел, закрыв за собой дверь. В коридоре его ждала делегация министров с неотложными вопросами. Железный Регент кивнул и пошёл навстречу своим обязанностям. Победитель. Властелин. И единственный человек в огромном дворце, который понимал, что он только что стал правителем царства, состоящего из одного-единственного человека — его самого.