Война и ветер

Томми схватился за бок, стиснул зубы и прислонился спиной к своей жалкой баррикаде, молясь любому Богу, который мог бы его услышать, просто дай ему прожить еще один день. — Ты знаешь, что нет смысла прятаться! — услышал он крик Таббо, в его голосе отчетливо слышалась ухмылка. — Выходи, Томми, я знаю, что ты еще не умер! Он зажмурился, затаив дыхание. Он не мог позволить себе потерпеть неудачу сейчас, ни за что на свете. Он уже потерял так много товарищей, что не мог позволить, чтобы их жертва была напрасной. Когда он снова открыл глаза, он понял, что все еще видит холодный труп Стива, смотрящий на него пустыми, безжизненными глазами. Ему пришлось прижать руку ко рту, чтобы сдержать рыдание. Теперь он был совсем один, все его друзья потерпели поражение в битве, за исключением- — Томми, не выходи! — Откуда-то справа крикнул Ранбу, его голос дрожал от эмоций. — Беги! Спасайся! — О, пожалуйста, — рассмеялся Таббо, — Он слишком большой герой, чтобы просто бросить своего друга, не так ли, Томми? Он молчал, сжимая ожерелье на шее. Он должен был помнить, за что он сражается. За кого он сражался. Он должен был защищать свою страну, защищать свою семью. Но действительно ли он защищал их, если позволил убить и Ранбу? — Боги, все в порядке! — Внезапно Таббо закричал, и его голос звучал еще более сердито, чем раньше. Плохой знак. — Либо ты сейчас же выходишь из своего укрытия, либо Ранбу получит прекрасную ванну из лавы! Дыхание Томми сбилось, глаза расширились. Он не мог позволить этому случиться. — У тебя пять секунд! Пять! Но действительно ли он может пожертвовать большей частью своего плана только ради спасения одного человека? — Четыре! Хотя Ранбу был его другом. Он не мог просто так оставить его! — Три! Но что произойдет, если Томми позволит схватить себя? Или убить? — Два! Что он собирался сказать Снигу? — Один! — Хорошо, хорошо! — Томми воскликнул, выходя из своего укрытия, поднимая руки в знак капитуляции. — Я здесь! Оставь его в покое! — Наконец-то, — раздраженно сказал Таббо. Он держался за рубашку Ранбу, руки полуиндермена были связаны за спиной, он возвышался над Томми. — Смотрите, кто решил наконец раскрыться! — Томми, беги! — Ранбу закричал на него, но его проигнорировали. Он уже принял решение. — Таббо, у тебя есть я, отпусти его, — сказал Томми сквозь стиснутые зубы, изо всех сил стараясь звучать уверенно, даже если он чувствовал, что вот-вот упадет в обморок. — Он невиновен, ты хотел меня, да? Таббо рассмеялся, запрокинув голову. От этого звука у Томми затряслись кости, а тело застыло, когда он посмотрел на своего злейшего врага. — О, Томми, разве ты не знаешь, что это всего лишь игра? — С улыбкой спросил Таббо. — Я просто хотел увидеть выражение твоего лица, когда я брошу твоего товарища в кипящую лаву! Глаза Томми расширились. — Нет! — закричал он, но было уже слишком поздно. Таббо отпустил Ранбу, слегка оттолкнув его назад. Томми двигался в считанные секунды, но как раз в тот момент, когда он собирался добраться до своего друга, Ранбу посмотрел на него испуганными глазами и упал. Томми видел, как он пытался закричать, но к тому времени, как он открыл рот, он уже был полностью погружен в лаву, не издав ни звука. Томми упал на колени, слишком ошеломленный, чтобы что-то сказать, когда Таббо захихикал над ним. — Смотри, смотри! Это было именно то, что я хотел увидеть! Томми как раз собирался открыть рот, чтобы сказать Таббо, что он думает обо всем этом, показать ему, какую боль он заставил испытать Томми, но внезапный стук прервал его, заставив всех троих посмотреть на дверь. — Что?! — Крикнул Томми, откидываясь назад, чтобы посмотреть на того, кто посмел их прервать. Дверь открылась, и на пороге появился Техно в фартуке, с волосами, собранными в пучок, и уставившийся на них всех. — Почему Ранбу лежит на полу? — спросил мужчина, нахмурив брови. — Потому что он умер, да, — ответил Таббо, садясь на сундук, на котором до этого стоял. — Он упал в лаву. — Понятно, — пробормотала Техно, уставившись на высокого ребенка, лежащего среди красных одеял, которые были у Томми в комнате. — В любом случае, еда готова, так что... — Неееет, — одновременно запротестовали они, перебивая мужчину. — Сейчас мы заняты! — Томми заскулил, указывая на поле битвы из подушек и плюшевых игрушек перед ними. — Я вижу, но вы, ребята, давненько не ели. А потом все остынет. — Уф, прекрасно, — пробормотал Томми, поднимаясь с пола. — Но мы можем поиграть позже, да, да? — Да, да, — ответил Техно, возвращаясь на кухню, трое мальчиков тащились за ним, как утята. По мере приближения к кухне воздух наполнялся великолепным запахом, из-за стола доносились громкий смех и хихиканье. Сам стол был рассчитан на четырех человек, но, похоже, Техно принесли несколько запасных стульев и небольшой дополнительный столик, который теперь стоял немного в стороне от основного стола, за которым сидели взрослые. Томми, Таббо и Ранбу все вместе сели за маленький столик (это был не детский столик, заткнись), Томми только сейчас понял, насколько он на самом деле голоден, и, судя по выражению лиц его друзей, они были такими же. — Вот, пожалуйста, — сказал Техно, ставя на стол блюдо с макаронами, от одного запаха у Томми потекли слюнки, когда мужчина начал раскладывать еду по тарелкам. — Но осторожно, все еще горячо. Все они с удовольствием поели, воздух в комнате наполнился разговорами и смехом взрослых, потому что, очевидно, никто не говорил им не разговаривать во время еды, что стало еще более заметным, когда папа Таббо подавился макаронами в третий раз. Уилбур рассмеялся, так что это даже не было такой трагедией. После того, как они покончили с едой, Техно угостила их всех тортом. Томми не ел много сладостей, если не считать выпечку или горячий шоколад, которые он так любил, но он даже не мог вспомнить, когда в последний раз ел настоящий торт. Он практически проглотил свой кусок, слизывая глазурь с пальцев и смахивая крошки с лица. — Тебе понравилось, Томми? — С улыбкой спросила его Техно, унося последние тарелки в раковину. Томми кивнул, ухмыляясь ему. — Нам следует чаще есть торт! — За этим ты можешь пойти к Ники, — вмешался Уилбур, откидываясь на спинку стула. — Ее выпечка всегда самая лучшая. — Ну, тогда никакого тебе торта, — хихикнул Сниг, забирая оставшуюся часть десерта у Уилбура, который немедленно начал протестовать. — Что, если у Ники такая вкусная еда, то тебе точно не нужен мой невкусный пирог. Нет, Сниг, пожалуйста, прости, — пожаловался Уилбур, протягивая руку к мужчине через стол, отчего Томми захихикал, прикрывшись рукой. — Уилбур, ты должен иметь дело с последствиями своих слов, — сказал Техно со своего места, где он мыл посуду, хотя Томми все еще мог заметить легкую улыбку на его лице. — Даже ты, Техно, против меня, — фальшиво заплакал Уилбур, ложась лицом вниз на стол, пока двое других за столом смеялись. Томми внезапно пришла в голову идея, и он бросился к Техно, чтобы потянуть его за рубашку, — Техно, техно! — Что такое? — спросил он, глядя на него сверху вниз. — Можем ли мы с Таббо и Ранбу выйти на улицу? Поиграть в снежки? — По какой-то причине он чувствовал, что в его теле неиссякаемый запас энергии, поэтому он подпрыгивал вверх-вниз, возможно, чтобы избавиться от этого чувства, но это ничего не дало. — Мы могли бы слепить снеговиков, поиграть в снежки и слепить снежных ангелов. — Эй, притормози немного, — усмехнулся Техно, вытирая руки полотенцем. — Тебе что, сахар в голову ударил? Ты практически вибрируешь. — Потому что я взволнован! Я хочу поиграть со снегом! — Хорошо, — сказал Техно, взъерошив волосы. — Но тебе нужен кто-то, кто будет за тобой присматривать. — Хах! — Уилбур рассмеялся, запрокинув голову. — Неудачники, вы должны быть родителями! Получайте удовольствие, мерзните в снегу, ахаха… ха… Почему вы все смотрите на меня? — Ты, маленький гремлинг, вернись сюда! Томми захихикал, снова увернувшись от руки Уилбура, и побежал к Таббо и Ранбу, которые подбадривали его. — Снежки! — крикнул мальчик, пригибаясь, когда снег пролетел над его головой и попал Уилбуру в живот. — Ха! Получи это! Было весело просто валять дурака в снегу. Таббо и Ранбу были отличными товарищами по играм, а Уилбур на самом деле был не таким уж плохим руководителем (он не собирался называть его нянькой, он отказался). Они начали с лепки снеговиков, но это стало немного скучно, и началась игра в снежки. — Я собираюсь покончить с этим, — пригрозил Уилбур, расправляя крылья и выпрямляясь во весь рост, но его ухмылка все еще была игривой. Он бросился на них, заставив троих завизжать и разбежаться. Томми завизжал еще громче, когда руки Уилбура обхватили его за талию, приподнимая над землей. Он вытянул ноги, но не смог ни во что попасть. Он увидел, как Таббо и Ранбу смеются над его страданиями, поэтому показал им язык. Поделом им за то, что они предатели. — Хэй, Томми, — прошептал ему Уилбур таким тоном, который мог означать только то, что он что-то задумал. — Ты боишься высоты? — А? — Томми слегка обернулся, чтобы посмотреть на крылатого человека. — Нет? Я так не думаю. Мужчина отрегулировал хватку, повернув его так, что он был надежно прижат к груди сильными руками, поддерживающими его. — Хорошо, — рассмеялся Уилбур, взмахивая крыльями, и через несколько секунд они были в воздухе. Томми не мог даже ахнуть, воздух вырывался из его легких слишком быстро для него. Он был так рад, что Техно заставил его надеть всю теплую одежду, потому что холодный ветер бил ему в лицо, и он чувствовал, что замерзнет без нее. Шум ветра и движение крыльев Уилбура были намного громче, чем он ожидал. Он знал, что они большие, но прямо сейчас они действительно демонстрировали ему все свое великолепие. — Томми! — Уилбур прокричал сквозь шум. — Смотри! Он, наконец, посмотрел на что-то еще, кроме плеча Уила, и огляделся. Его глаза расширились, когда он увидел маленькую поляну, где находилась хижина Техно, далеко под ними, окружающий ее лес купался в лучах вечернего солнца, весь снег и лед, покрывающий ели, заставляли их сиять. Хотя все места, покрытые снегом, теперь блестели на свету, как маленькие кристаллы, Томми захотелось просто схватить их все и спрятаться в своем логове. Когда он посмотрел немного в сторону, он увидел вдалеке стены столицы, более высокие здания и возвышающиеся над ними башни замка. Он внезапно испуганно рассмеялся, широко улыбаясь пейзажу перед (под?) он изо всех сил вцепился в пальто Уилбура, пока они вместе любовались видом. — Что ты об этом думаешь?! — спросил мужчина, прижимая его немного крепче, прижимая чуть ближе к себе. — Аааааахххх!!! — Тебе нравится?! — Мне это нравится! — Он повернулся, чтобы посмотреть на Уилбура, его улыбка была зеркальным отражением его собственной. — Почему ты так вибрируешь?! Томми усмехнулся, но все еще улыбался, отвечая. — Это потому, что я мурлыкаю, тупица! — О-о-о, Томми, — проворковал Уилбур, одарив его своей мягкой улыбкой. — Маленький медвежонок полоскун любит летать, кто бы мог подумать! — Заткнись! — крикнул он в ответ, но не протестовал, когда Уилбур прижался щекой к голове мальчика, из него вырвалось едва слышное чириканье. — О, Уилбур, ты ведешь себя ужасно, как старший брат! — Не говори так, я буду плакать. Они просто немного зависли на одном месте, поэтому Уилбур начал немного летать, паря над деревьями и снежными долинами. Они медленно подбирались все ближе и ближе к земле, теперь достаточно близко, чтобы увидеть Таббо и Ранбу, строящих что-то вроде дома из снега. Теперь они висели в воздухе над домом, Томми положил голову Уилбуру на плечо, чтобы сохранить как можно больше тепла, и только по этой причине. Голова мужчины была прислонена к его собственной, солнце садилось прямо у них на глазах. — Можем мы как-нибудь повторить это? — Тихо спросил Томми, еще сильнее прижимаясь к теплу. Его волосы теперь были совершенно взъерошены от ветра, но он на самом деле не возражал. — Конечно, — так же тихо ответил Уилбур. — В любое время, когда захочешь. — Потрясающе. — Он улыбнулся про себя. Он посмотрел вниз, заметив, как Таббо, казалось, стоял на каком-то снежном троне, широко раскинув руки и что-то говоря Ранбу, который смеялся, прикрываясь руками. Томми тихо рассмеялся, представив, что рогатый мальчик показывает Ранбу свою новую персону, вероятно, злого диктатора, если он догадается. Внезапно к двум мальчикам приближалось розовое пятно, яркое на фоне белого снега. Оба ребенка посмотрели на Техно, который выглядел так, словно спрашивал их о чем-то, держа в руках плащ, очень похожий на Томми - о, он искал Томми. Таббо поднял голову и некоторое время осматривал небо. Когда он заметил их, он указал на них, и вскоре Техно тоже посмотрел на них. Томми увидел, как мужчина резко вдохнул (да, не слышал, видел, это был очень сильный вдох) и полностью повернулся к ним, на его лице появилось одинаково потрясенное и сердитое выражение. — УИЛБУР! — О черт, — прошептал Уилбур ему на ухо. — Я не могу тебе поверить, — прорычал Техно своему брату, кухню теперь занимали только они вдвоем, поскольку Шлатт и Сниг ушли домой со своими детьми. — Ты понимаешь, что мог его уронить? — Техно, он в порядке, — Уилбур вздохнул, откидывая голову назад. — Я знал, что делаю, и, кроме того, — он сел немного прямее, — это то же самое, что папа делал с тобой, ты тогда не жаловался. — Это был папа, конечно, я тогда не испугался за свою жизнь! — Техно вскинул руки, прислонившись спиной к стойке. Уилбур громко ахнул. — Ты намекаешь, что я не способен летать с ребенком? — Да! — О, как ты смеешь! — Он скрестил руки на груди, гневно нахмурился и расправил крылья. — Я один из лучших летунов в этом чертовом городе, и ты это знаешь. Техно провел рукой по лицу. — Я не отрицаю, но это не обязательно означает, что ты можешь летать в сотне футов над землей с ребенком! — Я был осторожен, с ним ничего не случилось! — Но это могло быть! — Всегда что-то может случиться! — Теперь Уилбур поднял руки в воздух. — Ты не можешь защитить его от всего плохого, ему в любом случае будет больно, нравится тебе это или нет. Глубокое рычание вырвалось из груди Техно, заставив его тело задрожать, а руки сжаться в кулаки. Это был дикий звук, не одно из тех рычаний, которые он обычно издавал, когда был зол или расстроен, но что-то, что исходило из глубокого внутреннего побуждения защищать, сохранять вещи, людей , о которых он заботился, в безопасности и счастливыми, чтобы даже волос не упал с их голов. Он знал, что Уилбуру знаком этот звук, знаком с детства и бесчисленных ночей, проведенных вместе под одеялами, когда они собирались спать, но они хотели поиграть еще всего пять минут, пожалуйста, папа. Он рычал не потому, что был зол, он рычал потому, что то, что сказал его брат, было правдой. Он не мог уберечь Томми от всего, наверняка было много случаев, когда мальчик получал травму, делая то или иное, или когда кто-то использовал слова острее любого ножа. Техно не смог остановить происходящее, и это причинило ему боль больше, чем он хотел бы признать. Но он мог быть рядом, чтобы помочь, обнимать Томми тяжелыми ночами, когда его будили кошмары, когда он спотыкался на неровном полу и царапал руки, когда у него болели ноги из-за роста тела, и когда ему нужно было плечо, чтобы выплакаться. Он был бы там всегда. Уилбур, казалось, понял его внутреннее смятение, его глаза смягчились от узнавания. Он медленно подошел ближе и притянул Техно в объятия, кружа его крыльями, как всегда делает их отец. Они оставались так некоторое время, вцепившись друг в друга, пока лампы вокруг них медленно гасли. — Я знаю, — наконец прошептал Техно, — И именно поэтому это так сложно. — Я знаю, — так же тихо прошептал Уилбур в ответ. — Что вообще на меня нашло? — Ты только что нашел другую цель в жизни. Теперь ты можешь заботиться о ком-то совершенно иначе, чем раньше. Томми нужен кто-то, кто присматривал бы за ним, даже если он так не думает, и ты стал этим кем-то. Ты перестал быть просто воином и стал стражем, защитником для своего поросячьего мозга. — Уилбур хихикнул над собственной глупой шуткой. — Так ты говоришь, я старею? — Спросил Техно с улыбкой. — Именно, — ответил Уилбур, заставив их обоих рассмеяться, даже если это было не так уж смешно. Техно отстранился от него, слегка наклонив голову. — Спасибо. Уилбур наклонился, чтобы стукнуть их лбами. — Всегда пожалуйста. — Вы можете, суки, перестать так громко разговаривать? — внезапно спросил тихий голос из дверного проема, заставив их обоих посмотреть на раздраженного светловолосого мальчика, который свирепо смотрел на них обоих со сна, все еще затуманивающего его глаза. — О-о-о, маленький медвежонок полоскун устал от нашего дерьма, — проворковал Уилбур, присев на корточки и широко раскинув руки, как будто хотел обняться. Томми действительно медленно прижался к его груди, принимая объятия, его глаза медленно закрылись. — Прости, что не дал тебе уснуть, мы тоже как раз собирались идти спать. — Ты остаешься? — Тихо спросил Томми, его хвост медленно покачивался, когда Уилбур встал, все еще держа его на руках. — Да, мне уже поздновато возвращаться, — прошептал Уилбур, покачиваясь с мальчиком, прижатым к его груди. — Определенно слишком поздно, чтобы маленькие еноты все еще бодрствовали. Давай ляжем спать, ладно? Мальчик тихо заворчал, за ним последовало несколько усталых щебетаний, когда он спрятал лицо на плече Уилбура. (Техно не было веселым, ни капельки, не-а.) Они направились в комнату Томми, Уилбур осторожно уложил едва проснувшегося мальчика обратно в гору одеял, подушек и плюшевых игрушек, подоткнул его и расчесал несколько выбившихся волосков из глаз ребенка. Когда он обернулся и встретился взглядом с Техно, тот слегка толкнул его. — Что, ты, большой собственнический ублюдок? Ты можешь делать это постоянно, не смотри на меня так. Техно только фыркнул и жестом пригласил Уилбура следовать за ним в коридор, но тихий скулеж заставил его остановиться как вкопанного. Он подошел к деревянному логову и присел на корточки рядом с отверстием. — Не оставляй меня, — прошептал Томми, едва приоткрыв глаза, и протянул руку к Техно. — Томми, я думал, ты хочешь иметь свою собственную кровать? — Прошептал Техно, беря руку мальчика в свою. — Да, — проворчал он, нахмурив брови, — Но я не хочу спать один. Пиглин-полукровка тихо вздохнул, но, тем не менее, улыбнулся. — Хорошо, конечно. — Он повернулся к Уилбуру. — Ты можешь занять мою кровать, я останусь здесь. Его брат ухмыльнулся ему и помахал рукой, выходя из комнаты, закрывая дверь и погружая комнату в темноту, и только звезды сияли за окном. Техно медленно заполз в логово, мысленно отметив поблагодарить Сэма за то, что он сделал сооружение достаточно большим, чтобы ему было удобно лежать, даже с Томми, который уже был внутри. У него было небольшое подозрение, что этот человек очень хорошо знал, что делал. Он был очень благодарен за то, что уже был в своей ночной одежде, переоделся перед началом разговора с Уилом и уложил Томми в постель ранее этой ночью. Теперь он мог с удовольствием улечься на кучу одеял, прижимая Томми к сердцу, пока они оба сонно мурлыкали, мальчик прижимался к груди Техно и зарывался под одеяла, свободно зажав между ними плюшевых мишек. Техно не ожидал, что большую часть ночей между ним и Томми будет небольшая плюшевая стена, но он не мог найти в себе сил жаловаться, когда Томми засыпал с едва заметной улыбкой почти каждую ночь. Возможно, он тоже немного улыбнулся