Часть 3

***

      Пэнс открыла глаза и столкнулась с сиреневым потолком своей спальни. Она не помнила, как добралась сюда прошлой ночью; судя по всему, мужа она вчера так и не дождалась. Помассировав виски, Пэнси наткнулась на белую бумажку, ярко контрастировавшую с синей поверхностью её прикроватной тумбочки, на которой было что-то написано быстрым почерком Поттера. «Меня не будет какое-то время в Лондоне, я буду на переговорах. Если тебе будет что-то нужно, Кикимер в твоем полном распоряжении. С уважением, Гарри Джеймс Поттер».       Гарри и до этого уезжал в командировки, но обычно предупреждал её об этом лично. В груди что-то неприятно сжалось, и Пэнси решила немедленно позвать к себе их домовика. — Доброе утро, госпожа! — проскрипел старый слуга, слегка наклоняясь перед хозяйкой. — Доброе, Кикимер, я хотела кое-что у тебя узнать. Это ты перенес меня вчера в спальню? Я точно помню, что уснула в гостиной, — отчаянно краснея, спросила Паркинсон, стараясь не смотреть на эльфа. — О, мадам, вас отнес хозяин. Он, кстати, уехал утром куда-то в командировку. Кикимер собирал его вещи, много теплых вещей, — спокойно заметил домовой, теребя концы своего фрака. — Что ж, спасибо, Кикимер. Я скоро спущусь на завтрак, извини, что отвлекла тебя, — мягко улыбнувшись, произнесла девушка. Когда Кикимер исчез в вихре аппарирования, Паркинсон плюхнулась на кровать, прижимая ладони к лицу и издавая нечленораздельный звук, больше похожий на вой. Гарри вчера отнёс её в постель. Она его не дождалась, хотя впервые за долгое время очень этого хотела. Она так много хотела ему сказать и объяснить, а он вновь её покинул. Расстроенная, она решила быстро позавтракать и отправиться на встречу в Лондон с хозяином новой галереи.

***

Будь это мой сон, мы бы поцеловались… Эта фраза, сказанная вчера его женой, не выходила из головы Гарри. Подумать только: эта, казалось бы, лишённая чувств женщина сказала ему, что хочет его поцеловать. Произошедшее казалось Поттеру, по меньшей мере, бредом. Персефона не могла испытывать к нему ничего, кроме уважения и огромного терпения. Она больше его не ненавидела, но на этом всё. По остальным пунктам он явно не проходил в её отборе для того, чтобы быть хотя бы приемлемым человеком для общения. Гарри женился на ней, так как ему было её жаль. Однако было кое-что ещё. Ему, чёрт побери, нравилась эта женщина с вечно независимым видом.

***

      Гермиона сразу же заметила вошедшую в ресторан женщину, так как это была та, кто забрала у неё любые шансы быть с Гарри. Это так глупо: она могла бы назвать сто причин, почему это к лучшему, что они не вместе, но как же сложно было то, что в данном вопросе рационализм не помогает. Она поняла, что любит своего лучшего друга, когда её поцеловал её другой лучший друг. Какая же дебильная ирония… — Не знал, что сменила вектор, хотя не осуждаю. Миссис Поттер реально шикарна, у «Избранного» хороший вкус, — раздался голос Малфоя с легкой ленцой. Гермиона от неожиданности чуть не упала со стула, однако вовремя была подхвачена рукой Малфоя. — Малфой, тебя что, не учили, что не стоит подходить к людям со спины? Ты что, маньяк? — возмущенно прошептала девушка, чтобы не привлекать внимание той, за кем пристально наблюдала. — Грейнджер, не тебе говорить о приличиях, учитывая, что ты буквально шпионишь за женой лучшего друга, — вытянув губы в ухмылке, произнес Драко, усаживаясь напротив застывшей в нерешительности Гермионы. Нормальных аргументов в голове у девушки, конечно же, не было, однако соглашаться со словами Малфоя ей тоже не хотелось. — Она встретилась с другим мужчиной, а Гарри, между прочим, с сегодняшнего дня в командировке, — начала девушка, но быстро была прервана. — Грейнджер, не хочу расстраивать, но это всего лишь её юрист. Та ещё задница, но должен тебя расстроить: у него трое детей и любимая жена в Шотландии. Предвосхищая твой вопрос, я самолично помогал ей его найти, поэтому я в курсе. И да, не хочу расстраивать, но если мужчина изначально выбрал тебя в качестве друга, а не жены, это говорит о том, что в любом другом виде он тебя не видит. Хорошего вечера! — последнее он сказал, поднимаясь со стула и удаляясь в сторону выхода. Грейнджер же уронила голову на руки и застонала от досады.