Тот далёкий берег. Часть 1

      — Ну что, готовишься к свиданию? — спросила лежащая навзничь на его кровати Нора. Она расслаблено болтала ногами в воздухе, пока ела какие-то закуски, которые захватила с кухни.       Как она ещё не подавилась ими в таком положении, он понять не мог.       — Сколько раз тебе повторять? Это не свидание! — огрызнулся Юго, раздражённого закатывая глаза от настойчивости сестры. Он смотрел на неё, сидя за рабочим столом, который он держал в своей комнате ради документов, требующих срочного внимания.       В этом в основном и заключался недостаток постоянного пребывания вне дома: стопки бумаг, которые неизбежно скапливались.       А если серьёзно, то, учитывая работу с бесконечными бумажками и выходки его сестры, он сильно сомневался, что доживет до тысячи лет. По крайней мере, в этой жизни.       Настала очередь Норы закатить глаза, и она постаралась сделать это максимально показательно. Пусть Юго отрицает. Усевшись прямо сразу после того, как съела последнюю закуску, она бросила на него скучающий взгляд.       — Ну да, ну да. Я всегда забываю. Это не свидание.       — Спасибо, — спокойно выдохнул Юго, радуясь, что его младшая сестра наконец-то образумилась.       — Ты просто будешь путешествовать по острову — а это одно из твоих любимых занятий во всём Кросмозе! — вместе с Амалией, согласие которой ты так нервно спрашивал. И там будете только вы двое. Да, на свидание это точно не похоже.       Юго надулся. Он должен был догадаться, что это ловушка.       — А вот и нет! — запротестовал он, пытаясь сделать видимость работы, чтобы заглушить язвительные комментарии Норы. — Да ладно, Нора, я думал, что ты выше этого.       Она нахмурила брови в замешательстве.       — Что ты имеешь в виду?       Она определенно была не прочь подразнить старшего брата по поводу его болезненно очевидной влюблённости в прекрасный цветок, который ему прислали. А то, что он всё отрицал, делало это еще более забавным. Так что она понятия не имела, что он имел в виду, говоря «быть выше этого».       — Не притворяйся, — сурово сказал он, снова поворачиваясь, чтобы обвиняюще указать на неё пальцем с серьёзным выражением лица. — Разве ты не должна быть выше всех этих «архаичных представлений, призванных препятствовать позитивному взаимодействию между представителями противоположного пола, таких как невозможность для мужчин и женщин поддерживать полностью платонические отношения»?       Нора могла только моргать в недоумении. Один раз. Второй. Третий. Наконец она медленно, с сарказмом захлопала в ладоши, а после ровным тоном сказала:       — Ух ты, я впечатлена. Откуда ты взял всё это, Юго? Умные книжки заучивал?       Юго только закатил глаза, снова сосредоточившись на подписании документов и отвлекаясь от надоедливой сестры.       — Значит ли это, что ты изменила своё мнение обо всём этом?       — Ни в коем случае! — ответила она, со хмыком отмахнувшись. — Конечно, мужчины и женщины могут быть друзьями. Просто посмотри на меня, большинство знакомых парней для меня просто друзья!       Потом она пробормотала про себя:       — Я говорю «большинство», потому что остальные парни — мои братья, и это было бы отвратительно.       Юго благоразумно решил не комментировать то, что она вообще не была заинтересована в отношениях с мужчинами.       Не обращая внимания на него и его мысли никакого внимания, она продолжила:       — Но это не отменяет того факта, что вы с Амалией идете на свидание.       Глубоко выдохнув через нос, Юго швырнул перо на стол, отчего по комнате разнёсся легкий стук. Лучше быть реалистом и смириться с тем, что он ничего не успеет сделать, учитывая, что Нора так и норовит вывести его из себя.       Когда проблема с комнатой Амалии была решена — хотя, по правде говоря, она решила её совершенно самостоятельно, — божественная кукла робко спросила, не могли бы они как-нибудь исследовать остров Ома. Она призналась ему в своём желании узнать больше об окружающем её мире, и это желание было хорошо знакомо и самому Юго.       В минуту слабости, вопреки здравому смыслу, Юго уступил, проникнувшись её чувством одиночества, когда нечего делать и некуда идти. А так как он был человеком слова, то уже планировал идеальную экскурсию, записывая все невероятные места, которые можно найти на острове, и решая, с каких из них им стоит начать.       Не то чтобы он был взволнован или что-то в этом роде, но по какой-то причине ему была доверена кукла Садида, а Амалия впервые увидит внешний мир с момента своего создания. Меньшее, что он мог сделать, — это принести пользу.       И да, возможно, он немного нервничал, когда спрашивал её, хочет ли она пойти в это мини-путешествие вместе с ним накануне. И, возможно, то, что он вообще спрашивал её, а не ставил перед фактом, вызвал бы недоумение у самых старомодных людей, которые сразу же назвали бы это свиданием. Но это было не свидание! За этим не стояло никаких романтических намерений, он просто пытался придумать идеальный план, потому что это был первый выход Амалии во внешний мир. Он хотел, чтобы ей всё понравилось, а спросил он её согласия только потому, что…       Ну, потому что спросить человека, хочет ли он что-то сделать (хотя на самом деле всё было более чем очевидно), а не просто предполагать и заставлять его что-то делать, было просто приличием!       Как сказала Шинономе, Амалия была их гостьей, а не пленницей. Даже если они будут «присматривать» за ней, пока не выяснится причина её прибытия, они все равно будут относиться к ней с тем уважением, которого она заслуживает.       И если предложение присоединиться к нему во время небольшой прогулки по острову считалось для неё путёвкой в приключение и вызывало улыбку, словно она выиграла пари у Экафлипа, то он с радостью запланирует столько же приключений и маленьких прогулок, сколько она…       Он совсем отвлёкся! Встряхнув головой и отбросив эти мысли, он прикусил губу, злясь и на Нору, и на себя. Но в основном на Нору. Иногда он был уверен, что её божественный дар заключается не в том, чтобы приносить радость их народу, а в том, чтобы действовать ему на нервы.       — Повторяю в последний раз: это не свидание! Мы просто друзья! — он развёл руки в стороны, отчаянно надеясь, что сестра наконец-то прислушается к его словам.       — Что не свидание?       При звуке нового голоса Юго и Нора повернули головы и с одинаковым любопытством уставились на новоприбывшего. В дверном проеме под их пристальными взглядами неловко стоял Адамай, пока за ним медленно закрывалась круглая дверь. Его карие глаза метались туда-сюда между братом и сестрой, а в когтях он держал стопку бумаг.       Прочистив горло, чтобы развеять внезапно возникшее напряжение, он постучал пачкой бумаги по столу, выравнивая листы, а затем передал её Юго.       — Вот, это отчеты Килби и Шинономе о новом лекарстве, которое они разрабатывают на основе некоторых растений Килби. Они хотят, чтобы ты просмотрел их и решил, можно ли давать добро.       Дракону стало не по себе, когда улыбка медленно растянулась на лице его близнеца. Это, мягко говоря, немного нервировало, поэтому он приготовился к худшему, в тревоге покачивая хвостом.       — Что? — резко спросил он.       — Адамай, как раз вовремя! — Юго резко вскочил на ноги и крепко обнял брата, похлопав его по спине. Не зная, как реагировать, бедный Адамай мог лишь неловко ответить на объятия.       Не то чтобы ему было неприятно получать физические проявления любви от Юго — они близнецы, в конце концов, — просто он понятия не имел, что могло послужить причиной для такой реакции.       Уже зная, что потом он сильно пожалеет о том, что вообще открыл рот, дракон спросил:       — Вовремя для чего?       Юго разорвал объятия и жестом указал на Нору. Та лишь вскинула одну бровь и подперла голову кулаком.       — Ад, не мог бы ты, пожалуйста, сказать Норе, что я не иду на свидание с Амалией?       О, это многое объясняет. Пожав плечами, Адамай повернулся к элиатропке и совершенно спокойно протянул:       — Он не идёт на свидание с Амалией.       Король торжествующе вскинул руки вверх и откинул голову назад, благодаря богиню за то, что у него есть хотя бы один достойный родственник.       — Спасибо! Вот видишь? Вот и всё, я не иду ни на какое свидание!       Но Нора лишь хмыкнула в ответ, выражение её лица было бесстрастным. С тем же каменным выражением лица она повернулась к Адамаю:       — И ты действительно в это веришь?       — Ни капли, — моментально ответил он.       — Адамай! — закричал Юго, в ужасе прижимая руку к груди: чувство предательства так и читалось на его лице. — На чьей ты стороне?       Ад лишь поднял лапы вверх в знак капитуляции, хотя ухмылка на его лице ясно давала понять, что он ничуть не сожалеет.       — Эй, ты попросил меня сказать ей, что у тебя не будет свидания с Амалией; ты не упоминал о том, чтобы я был честен в этот момент. Король уже было открыл рот, чтобы возразить, но тут же его закрыл. Его лицо исказилось в недоверчивой гримасе, пока он пытался опровергнуть логику своего близнеца, но в конце концов ему пришлось смириться и признать, что его провели.       — Я тебя ненавижу, — выдавил из себя поверженный Юго.       Дракон в ответ лишь ухмыльнулся:       — Я тоже тебя люблю, братишка.       Внезапно их внимание привлекла захлопавшая в ладоши Нора. Она всё ещё расслабленно сидела на кровати брата и бессовестно глядела ему в глаза с бесконечно самодовольным видом.       — Вот и всё, ты идёшь на свидание с Амалией. Конец истории.       Ей пришлось сдержаться, чтобы не закатить глаза, когда Юго настойчиво начал ей возражать, для пущего эффекта помахав пальцем в воздухе:       — Нет, нет и нет, — медленно покачал он головой, неторопливо направляясь в сторону сестры. — По твоему собственному определению, свидание — это когда два человека, в данном случае мужчина и женщина, делают что-то, что им нравится, вместе.       — Верно, да, — шутливо кивнула Нора с озорным блеском в глазах.       — Учитывая, что ты не поверишь мне, даже если я скажу, что у меня нет никаких романтических намерений… — Юго насторожился, наблюдая, как Нора и Адамай негодующе переглядываются прямо у него под носом. Но это не имело никакого значения, так что он продолжил: — …тогда я считаю своим долгом указать на то, что мы идём не одни!       Это заинтересовало элиатропку, и она в замешательстве нахмурила брови.       — Не одни?       — Нет, — ответил Юго, специально выделяя последнюю букву для пущего эффекта и наслаждаясь недоумённым взглядом сестры. — Адамай пойдет с нами.       Внезапно увидев, что его близнец открыто жестикулирует ему, дракон хотел начать возмущаться, но потом вспомнил, что действительно согласился на это.       — А, точно. Чтобы помочь тебе присмотреть за Амалией и убедиться, что с ней ничего не случится.       — Но разве вы не говорили, что она переделала всю свою комнату менее чем за пять минут благодаря своей власти над природой? Если что, остров Ома переполнен растительностью. Преимущество здесь на её стороне.       — На всякий случай не помешает быть на готове, — рассеянно ответил Юго, не сводя глаз с ухмыляющегося лица Норы. Не такой реакции он ожидал от неё после такого откровения. Честно говоря, у него аж живот свело.       Нору, в свою очередь, это очень забавляло. Юго мог быть величайшим воином и хорошим королём, но иногда он был так безнадёжен… особенно когда дело касалось романтики. Неудивительно, что, по словам Килби и Шинономе, за все свои перевоплощения он ни разу не женился. Нора еле могла сдержать свой смех прямо сейчас. Вот почему дразнить на эту тему было так весело.       — Ясно, — наконец сказала она, не переставая ухмыляться. — Ты прав. Это определённо будет не свидание.       Обменявшись осторожными взглядами с Адом, Юго осмелился сказать:       — Правда? Спасибо, что наконец-то заметила…       — Это будет свидание с сопровождающим, — закончила она, наконец-то позволив всему своему веселью проявиться на лице.       Юго плюхнулся на стул и обиженно надул губы. Он мог винить только себя: ему следовало предвидеть, что это произойдёт.       Тяжело вздохнув, он слегка выпрямился и с досадой сжал переносицу.       — Повторяю в последний раз: мы с Амалией просто друзья! — измученным тоном протянул Юго, всплескивая руками. — Почему вы все настаиваете на том, что у меня есть к ней чувства? Вы с Чиби меня дразните, Эфрим обвиняет меня в том, что я позволяю ей пудрить мне мозги, а Килби… Понятия не имею, что он делает и думает, как и всегда, впрочем…       Нора сделала вид, что задумалась на секунду, и уже собиралась открыть рот, как вдруг…       — Может, потому что ты делаешь это таким болезненно очевидным?       Все повернулись в сторону источника голоса и столкнулись лицом к лицу с очень самодовольным Килби, прислонившимся к дверной раме. Юго не мог понять, почему он не заметил его раньше: потому что был слишком поглощен разговором, или потому что Килби зашёл слишком незаметно. Это было просто нелепо. Двери-то были не обычные: мало того, что они открывались автоматически, так еще и подсвечивались вакфу!       Серьёзно, их детям даже не нужны были ночники, чтобы отгонять монстров в темноте. Двери было более чем достаточно!       — Ладно, неважно, — сказал Юго ровным тоном. — Я прекрасно знаю, что делает Килби…       — Ты бы действительно знал, если бы использовал своё время, как положено королю, и читал наши отчеты, — Килби, не обращая внимания на кислое выражение лица брата, вальяжно вошёл в комнату.       — В кои-то веки я согласна с тобой, дорогой брат, — чересчур сладко пропела Нора. Она наклонилась вперёд, положив подбородок на переплетённые пальцы, явно демонстрируя удовольствие от наблюдаемой сцены.       — Я бы закончил с этими документами ещё час назад, если бы ты не отвлекала меня, — слабо запротестовал Юго.       Однако его братьям и сёстрам было не до этого.       — Нет, не закончил бы, — хором возразили они.       Устроившись на кровати, которая скрипнула под его тяжестью, Килби потянулся и с громким хрустом завёл руки за спину. Копируя коварную ухмылку Норы, он спросил:       — Почему мы сейчас говорим об очевидной влюблённости Юго в его драгоценный цветок?       Не обращая внимания на яростную жестикуляцию близнеца, Адамай взял на себя смелость всё объяснить:       — Потому что сегодня они отправляются на поиски приключений.       — Серьёзно, Ад. На чьей ты стороне?! — Юго недоверчиво развёл руками. — И ты намеренно упустил тот факт, что идёшь с нами.       К его огорчению, близнец-дракон просто пожал плечами:       — Не похоже, что моё присутствие что-то изменит.       — А, понятно. Значит, это свидание с сопровождающим, — вмешался Килби, с интересом поглаживая свою заплетенную в косичку бороду.       — Я так и сказала! — воскликнула Нора и разразилась неудержимым хохотом.       Задумчиво хмыкнув, старший элиатроп продолжил:       — Знаешь, это напоминает мне нашу сто шестьдесят восьмую реинкарнацию. Раньше ты просил Адамая или Чиби сопровождать тебя на свиданиях с Дайддой. Хотя, скорее, это было связано с тем, что её отец был слишком опекающим, а не с тем, что ты всё отрицал.       — Что мне нужно сделать, чтобы вы поняли, что между мной и Амалией ничего нет? И ничего я не отрицаю, — Юго вздохнул, разочарованно потирая лицо руками. Он подумал, что лучше не указывать на то, что отец той девушки, скорее всего, не имел ничего общего с богом в прямом смысле этого слова.       А может быть, ему следовало бы указать на это. Невероятно, как легко они все забыли о настоящей причине присутствия Амалии в их жизни.       — О, отрицание отрицания. Это плохой знак, — заговорщически прошептал Килби Норе, которая благоразумно кивнула со знанием дела. Он специально сделал свой голос громче, чем следовало, наслаждаясь каждой секундой неловких дёрганий младшего брата и его забавным выражением лица. Он самодовольно добавил: — Если тебя не интересует наша дорогая куколка, почему ты решил отлынивать от тренировок с нашими братьями и сёстрами и заниматься в одиночестве прямо перед её окнами, а?       Ярко-розовые глаза Норы загорелись от осознания происходящего, а затем она уставилась на Юго, как дикий, голодный боутяф на кость.       — Точно! С тех пор как приехала Амалия, ты почти не появляешься на тренировочной площадке! Ты там только когда нам нужно обучить наших элитных воинов.       У Юго расширились глаза от такого обвинения, и он был уверен, что его сердце просто остановилось. Задыхаясь, он незаметно положил ладонь на грудь, чтобы заставить себя дышать ровно.       Он прочистил горло, пытаясь казаться бесстрастным:       — …Я не понимаю, о чем вы говорите? — ему не нравилось, что это прозвучало до боли неубедительно даже для его ушей.       Килби только закатил глаза.       — Юго, я тебя умоляю. Надо ли напоминать тебе, что я помню всё, что происходило с момента нашего рождения, тысячелетия назад? Когда тебе кто-то нравится, ты просто не можешь не выпендриваться перед ним. А так как сейчас тренировки — это твой лучший способ продемонстрировать свое божественное телосложение… В общем, можешь додумать сам.       Король элиатропов почувствовал, как его лицо раскаляется от этого замечания. И что хуже всего, старший брат был не так уж и неправ. Он уже давно не ходил на тренировочную площадку. Заниматься своими делами в задней части дворца, где находился балкон Амалии, стало для них обоих уже чем-то вроде рутины.       Говоря начистоту, то такое развитие событий не было намеренным. На самом деле всё началось с того, что братья и сёстры сначала отшили его. Изначально они все собирались потренироваться в построении групп на случай, если местные пошлют за ними ещё воинов, но Юго был вынужден потратить добрых полчаса на их ожидание. Только когда Шинономе пронеслась прямо над ним и заметила его в одиночестве, выяснилось, что у всех его братьев и сестёр есть неотложные дела и они не смогут тренироваться в этот день.       С точки зрения стороннего наблюдателя, было иронично, что король, который должен был быть самым занятым человеком из всех, оказался единственным, кто нашел время для физических упражнений. Однако звание Юго как величайшего воина их народа также оправдывало то, что он каждый день посвящал какое-то время оттачиванию своих навыков, чтобы оставаться боеспособным.       Так что, не имея никаких альтернатив и не желая заставлять своих подчинённых убирать площадку за одним человеком, он решил, что ему не помешает сменить обстановку. Только вот незадача: Юго забыл, что на его обычном месте, вдали от всех остальных, сейчас разместилась кукла Садида, с которой он уже из кожи вон лез, чтобы сохранить сугубо дружеские отношения       И это работало! Действительно работало. Амалия не пыталась убедить его взять её в невесты и вообще не поднимала эту тему. В основном она довольствовалась тем, что таскалась по дворцу и вела с ним пустые разговоры. Видя, какой беспокойной она бывает время от времени, Юго задавался вопросом, не сбросит ли она когда-нибудь на него наковальню…       Оглядываясь назад, можно было с болью заметить, что божественной кукле действительно нужно было больше гулять.       Дело в том, что он успешно держал её на расстоянии, чтобы не подвергать риску своё королевство, слишком опасаясь истинных намерений богов, пославших её к ним. Но когда он впервые увидел, как она пристально смотрит на его тренировку, как её карие, похожие на ланьи, глаза мерцают в благоговении, а щёки покрывает нежнейший румянец, он почувствовал, как что-то мощное и немного дерзкое поднимается внутри него.       То, что начиналось как простая отработка атак, превратилось в сложную хореографию, которая в итоге вымотала его больше, чем сражения с чемпионами Мира Двенадцати. Но затруднённое дыхание, учащённое сердцебиение, отдающееся в грудной клетке, и боль в мышцах были ничто по сравнению с приливом адреналина и гордости, которые он ощутил, увидев реакцию Амалии.       Не успел он оглянуться, как этот одноразовый поступок превратился в пагубную привычку, от которой он даже не представлял, как избавиться.       И, судя по всему, его братья и сёстры тоже обратили на это внимание.       Разумеется, он ни за что не собирался рассказывать им обо всем этом. Особенно когда Килби и Нора всё ещё безудержно хохотали над ним: их приступ смеха начался примерно в то же время, когда он застыл на месте от всех этих обвинений. Сдержанно закатив глаза, Юго повернулся к ним спиной, чтобы взять с вешалки плащ и накинуть его с капюшоном.       Кивком головы он приказал Адамаю следовать за ним. Намеренно не обращая внимания на то, как его действия вывели Нору и Килби из состояния транса, он указал светящейся ладонью на пол и открыл портал, достаточно большой, чтобы вместить и его, и Адамая.       — Куда… куда ты… куда ты идёшь? — между хрипами спросила Нора, вытирая слезы.       — Забрать Амалию, чтобы показать ей окрестности. Иначе такими темпами вместо приключений мне придётся отводить её в постель, — легко ответил он, похоже, даже не понимая, как это прозвучало.       Когда смех Килби стал совсем неудержимым, на губах Норы появилась хищная ухмылка.       — Хэй, если ты этого не хочешь, то я с радостью…       И тут же Юго и Адамай исчезли.       — Как грубо, — насмешливо хмыкнула она.

***

      Амалия практически кипела от волнения. Сегодня настал день, когда ей удастся покинуть дворцовые владения и немного исследовать остров Ома! Ох, она даже не была уверена, что этот день когда-нибудь наступит. Она уже миллион раз прокручивала в голове тот момент, когда Юго предложил ей эту идею.       Это случилось вскоре после того, как она призналась, что ей не нравится её комната, и попросила его, Чиби и Гругала помочь ей переделать помещение по своему вкусу. В то утро, вскоре после небольшой рутины в виде тренировки Юго перед её балконом, он постучался к ней в дверь.       Амалия до сих пор не могла поверить, насколько неловко он выглядел, когда она предложила ему войти, а он решительно, хотя и вежливо, отклонил её предложение и остался стоять на месте возле дверного проёма, даже когда створки за ним закрылись. Но она предпочла отмахнуться от его странного поведения. Честное слово, это переменчивое настроение Юго, когда в одну секунду он казался совершенно спокойным, а в следующую уже напрягался; странные комментариями Норы о них двоих и самой Амалии (особенно! о ней); взгляды Эфрима; неразборчивые выражения лица Килби… Божественная кукла действительно начала думать, что всё то, что она считала странным поведением, было просто культурным шоком. Насколько она знала, для элиатропов это совершенно нормально!       Поэтому, оставив этот вопрос на потом, она сосредоточилась на его попытках что-то ей сказать. Очевидно, он хотел, чтобы они вместе позавтракали. Это само по себе было замечательно. Учитывая обычное развитие событий, после этого они, скорее всего, прогуляются по дворцу. Может быть, она попытается снова поднять тему осмотра острова?       Амалия опустила ложку в миску с кашей, когда Юго опередил её и предложил именно это. Её глаза стали такими же широкими, как блюдца со сладостями, холодным мясом, фруктами и многими другими блюдами на столе. Затем она чуть не сбила неподготовленного Юго со стула, когда бросилась к нему, чтобы обнять в знак благодарности. Судя по тому, как напряглось всё его тело, а служанки и слуги уставились на них, похоже, в элиатропской культуре не принято демонстрировать привязанность на публике.       Амалия не могла не заметить всей иронии, ведь способности к созданию порталов обычно означали, что представления о личном пространстве у элиатропов могут быть несколько… ошибочны.       Тем не менее, как только она отпустила его, и он оправился от шока — Амалия велела себе быть осторожнее в будущем: она больше не была со своей семьёй и не могла позволить себе быть слишком эмоциональной, — Юго признался, что обдумывал её слова о том, чтобы покинуть дворец, и пришел к выводу, что она была права. Остров Ома теперь был её домом, и было бы лучше, если бы она знала, как здесь жить.       Так что остаток завтрака они провели за обсуждением, пока Амалия упрашивала замкнувшегося Юго рассказать ей подробности их первого совместного приключения. Но все усилия куклы оказались тщетными. Он просто сказал ей, чтобы она была готова, когда наступит день, а об остальном он позаботится.       И вот этот день наконец настал. Она была вне себя от радости, что бы она ни делала, она просто не могла усидеть на месте в ожидании Юго, который должен был зайти за ней.       И это не было преувеличением. Она пробовала сидеть на полу и ухаживать за лианами и папоротниками, которые вырастила на днях. Она лежала на кровати вверх ногами, подперев голову руками, или спиной к стене, следя глазами за линиями фресок на стенах, пытаясь понять их смысл. Она часами просиживала перед зеркалом, расчёсывая волосы и стараясь выглядеть как можно лучше. Но ничего!       Она судорожно металась по комнате, словно зверь в клетке, и не могла отделаться от мысли, что Кселор, похоже, намерен сделать так, чтобы время сегодня шло медленнее.       Она содрогнулась при воспоминании о коротком общении с богом времени, когда отец знакомил её с другими богами перед отправкой в Мир Двенадцати. В целом он показался ей милым, но она никак не могла смириться с тем, что ей приходилось смотреть ему в грудь, чтобы заглянуть в глаза…       Смотреть, как щурятся чьи-то грудные мышцы, было неприятно, и она не пожелала бы этого и злейшему врагу. А когда его рот кривился на животе? У Амалии просто не хватало сил смотреть на это.       По воле судьбы она как будто случайно вызвала самого Кселора и заставила его делать свою работу. Только-только она погрузилась в воспоминания, как стук в окно, ведущее на балкон, отвлёк божественную куклу от её мыслей.       Вдохнув, она попыталась перевести дух. Устремив взгляд на окно, она жестом руки приказала двум лианам на стене открыть его. От увиденного зрелища ей оставалось только визжать от восторга и возбуждения, так что она без раздумий бросилась на балкон.       За перилами парили Юго и его брат-дракон, расправивший для этого свои драконьи крылья и сложивший руки на груди. Хотя поза Адамая была более настороженной, чем у Юго, чье тело было скрыто обычным голубым плащом, они оба все равно приятно улыбались ей.       На долю секунды опустив глаза, она не могла не улыбнуться, заметив, что они специально парят, чтобы не наступать на лианы. Это было так заботливо с их стороны.       — Юго, ты действительно здесь! — радостно воскликнула она, и её карие глаза заблестели от восторга, когда она подошла ближе.       Элиатроп усмехнулся её реакции.       — Ну, я же обещал, что сегодня приглашу тебя на прогулку, — он повернулся к своему близнецу. — Не так ли, Адамай?       — Меня не было рядом, когда вы договаривались о деталях, но если ты так сказал, то меньшее, что ты можешь сделать, — это выполнить свою часть сделки, — пожал плечами он, не слишком беспокоясь.       В результате этого разговора она вспомнила о другом госте и, покраснев, поспешила исправить свою ошибку:       — О, Адамай! Прости, я очень рада тебя видеть. У нас действительно не было возможности пообщаться побольше, — она стыдливо подпёрла щёку рукой. — Прости, но… почему именно ты здесь?       Несмотря на то, что было очевидно, что он будет лишь третьим лишним на этом «не-свидании» (Юго настаивал на этом), Адамай не мог не усмехнуться над невинным, хотя и искренним, вопросом куклы. Он только открыл рот, как услышал в голове голос брата, умоляющий не ставить его в неловкое положение, как это делали остальные братья и сёстры.       Как бы ни было велико искушение подшутить над близнецом и сказать Амалии, что Юго так беспокоился о том, чтобы сегодняшний день прошел хорошо и она была в безопасности, что специально разыскал его и выбрал именно эту дату — единственный день за всю неделю, когда у Адамая не было своих дел, — чтобы пригласить её на «несвидание», он решил, что лучше не стоит этого делать.       С одной стороны, их братья и сестры не раз досаждали своему королю из-за этой темы, и хотя Юго любил делать вид, что всё в порядке, Ад был рядом с ним ещё со времен их дофуса. И он знал, что Юго очень не любит, когда его намерения в отношении Амалии ставят под сомнение или искажают ради дешевого смеха, как и то, что явная враждебность и недоверие Эфрима к ней очень его раздражали.       Всякий раз, когда между членами Совета Шести возникали более напряжённые отношения, чем препирательства, всё было очень серьёзно. Если они не будут осторожны, их люди обязательно узнают об этом, а нагнетать напряжение, учитывая всё, что произошло с момента их прибытия в этот мир, — последнее, что им было нужно.       Всё это, в сочетании с ожидающим, невинным взглядом Амалии, не позволяло ему повеселиться от души. Возможно, божественная кукла и не знала, что такое жених, невеста или брак, но по тому, как непринужденно она вела себя рядом с Юго, было ясно, что что-то в этом есть. И сине-белый дракон не мог заставить себя рисковать и задеть её чувства.       Почти незаметно покачав рогатой головой из-за того, что он стал слишком мягкотелым, он наконец сказал:       — Юго решил, что будет лучше, если мы оба покажем тебе окрестности, ведь мы знаем остров Ома как свои пять пальцев. В конце концов, мы — величайшие искатели приключений нашего народа! — с гордостью заявил он.       — Но это же потрясающе! — вздохнула божественная кукла. — Неужели это правда, Юго?       — О, тебе лучше в это поверить! — кивнул он, положив руку на плечо близнеца и озорно ухмыльнувшись. — Мы с Адом ничего не любим больше приключений и открытия новых мест. Спросите у Чиби и Гругала: наша старая комната была до отказа забита бесчисленными сувенирами из всех мест, где мы побывали!       Пока братья смеялись и вспоминали прошлые приключения, Амалия улыбалась как дурочка. При упоминании «старой комнаты» она смущённо нахмурилась: в голове всплыли смутные воспоминания об отце и богах, упоминавших, что элиатропы не являются уроженцами Мира Двенадцати, но больше ничего сказано не было. Но на время она отбросила эти мысли, сосредоточившись на мысли о том, что Юго и Адамай — великие искатели приключений.       Как это было здорово! О, она только мечтала увидеть внешний мир, а Юго и Адамай уже столько всего повидали! Она представляла себе, как путешествует по миру, встречает новых удивительных людей, изучает интересные места и проводит так всё время в своей жизни. По какой-то причине, которую она не могла объяснить, знание того, что Юго уже делал всё это раньше, вызывало у нее странное, но тёплое чувство, которое она не могла не лелеять в своей душе.       Король элиатропов действительно был удивительным.       Пока они продолжали обмениваться историями, вид с интересом наблюдавшей за их общением Амалии, напомнил Аду, что они не одни. Незаметно толкнув брата локтем, чтобы привлечь его внимание, он уже собирался предложить им пойти, но один взгляд на божественную куклу остановил его на месте.       — Прости меня, Амалия. Но ты действительно думаешь, что это хорошая идея — ходить в таком наряде? — сказал он, указывая одним когтём на её наряд.       Юго уже собирался отчитать брата, когда тоже обратил внимание на то, во что одета дикая красавица.       — Раз уж ты заговорил об этом… Ад прав, Амалия. Не пойми меня неправильно, ты выглядишь великолепно, — признался он, почесывая щёку и не обращая внимания на укоризненный взгляд брата, — но… Мы будем много двигаться, так что, возможно, это не самая удобная вещь?       Сузив глаза в лёгкой обиде, Амалия посмотрела вниз на свой наряд… И тут же подняла взгляд, смутившись. На ней было то же самое платье, в котором она была при первой встрече с Юго, и в котором ходила с тех самых пор. Мальчики были правы: хотя оно, несомненно, красиво, для первого приключения оно не годится.       К счастью, она знала, что делать.       — Если хочешь, мы можем позвать королевского портного, чтобы он быстро сшил тебе что-нибудь… — слова Юго были заглушены поднятой рукой куклы Садида.       — В этом нет необходимости! — горячо воскликнула она. — На самом деле я потратила несколько часов, выбирая наряд. Подождите, позвольте мне… — когда она замолчала, подняв руки ладонями к небу, поток воздуха, несущий коричневатые осенние листья, застал перворождённх врасплох и заставил их, уже не в первый раз, отвести глаза. Они не могли не задаться вопросом, насколько часто подобное будет повторяться, когда рядом будет Амалия.       Когда ветер наконец утих, Юго лишь смутно различил, как недовольный Адамай выплёвывает попавшие ему в рот листья, да шум приливающей к ушам крови. Ведь всё, на что он мог обратить внимание, — это картину перед собой.       Как и в первый раз, когда она представилась, Амалия изменила свою физическую форму, хотя точнее было бы сказать, что на этот раз она изменила свою одежду. На ней больше не было царственного оранжево-зеленого платья с листьями, с которым король привык её ассоциировать. Вместо этого на ней были бежевые штаны из какого-то растительного волокна, которое он не смог бы назвать, простой светлый топ без бретелек, оставлявший открытыми декольте, плечи и верхнюю часть спины, и пара длинных, одинаковых нарукавников, доходивших до плеч и закрывавших руки и тыльную сторону её изящных кистей. Верхнюю и нижнюю половинки её наряда соединяла темно-коричневый пояс с большим оранжевым листом.       Подняв глаза к её лицу, Юго заметил, что на этот раз она не стала мелочиться и изменила причёску. Хотя Амалия по-прежнему предпочла высокий хвост, она отказалась от замысловатой диадемы и рогов. Таким образом её роскошные волосы лежали как можно более естественно. Тем не менее, новый образ подчеркивал милые и нежные черты куклы: шелковистые зеленые волосы стали более пушистыми, чёлка завивалась вокруг лица, и если бы не форма, волосы были бы достаточно длинными, чтобы закрыть глаза.       В целом, это был гораздо более практичный наряд, лучший выбор для того, чтобы провести день на свежем воздухе. Вот только из-за того, как оно облегало изгибы Амалии, Юго всё труднее было не нарушить концентрацию и не рухнуть на землю. И стало только хуже, когда Амалия сама начала поворачиваться, демонстрируя свой новый образ.       Тогда даже Адамай заметил его внутреннюю борьбу и поспешил слегка его поддержать, чтобы он не потерял равновесие.       — Что скажете? — спросила наконец остановившаяся Амалия, даже не подозревая о произведённой реакции. Она прижала одну руку к груди, а другую положила на бедро. — Я называю это «нарядом для приключений», так как, знаете, я решила, что мне пригодится что-то более практичное, если мы будем гулять по окрестностям.       — Хорошая мысль, — прокомментировал Адамай, улыбаясь. Богиня, если Амалия смогла выбить Юго из колеи, даже не пытаясь, то он даже не хотел думать, на что она способна, если только приложит к этому усилия. Подняв бровь при виде своего изумлённого близнеца, дракон легонько толкнул его локтём, чтобы тот вернулся в Мир Двенадцати.       Когда Юго вопросительно посмотрел на него, Адамай незаметно показал головой в сторону Амалии. Глаза его загорелись от понимания, и король элиатропов выпрямился, прочистив горло.       — Очень правильное решение, — согласился Юго, но при следующих словах выражение его лица смягчилось: — Тебе очень идет этот наряд, Амалия, — искренне сказал он ей, и Амалия застенчиво посмотрела ему в глаза, слегка покраснев. После секунды молчания Адамай, которого всё больше и больше раздражали подобные вещи, снова толкнул брата локтём, чтобы тот перезагрузился. Недолго думая, Юго прочистил горло, а затем с помощью магии сотворил портал немалых размеров.       Жестом показав на него и посмеявшись над изумлённой реакцией Амалии, он протянул ей руку:       — Ну что, пойдем?       Амалия завизжала, её кулаки в предвкушении сжались у лица. Адамай закатил глаза на их выходки, но не смог подавить мягкую улыбку, растянувшуюся на его губах.       Взволнованно кивнув, Амалия взяла Юго за руку и позволила ему провести её в портал. Ей предстояло отправиться в первое приключение и пройти через портал элиатропа, и всё это в один день!       Разве может этот день быть лучше?!