начало

(В комнате, оклеенными обоями с котятами, пахло кексами и счастьем. Одиннадцатилетний мальчик с волосами цвета первого зимнего снега склонился над толстым альбомом для рисования. Его звали 2x2. Имя было странным, но оно идеально ему подходило — простое, светлое, как дважды два — четыре. Неоспоримая истина. Ярко-желтым карандашом он выводил очередное солнце.Оно было его фирменным знаком. Таких солнц в его альбоме были десятки — с лучиками-завитушками и улыбкой до ушей) — 2x2, иди пробовать! — из кухни донесся мелодичный голос его мамы, Кристифины. (Он сорвался с места и влетел на кухню. Его мама была похожа на ожившую радугу. Фиолетовые волосы, желтая, словно спелый лимон, кожа, радужные очки на носу и огромный свитер всех цветов радуги. На шее у нее был повязан шарф с вышитым белым котиком) — Мам, ты лучшая! — 2x2 схватил еще теплый кекс с вишней. — Только руки помой, измазал все карандашами! — посмеиваясь, сказала она. (Вечером домой пришел отец, Шедлетский. Он был крупным мужчиной с коричневыми волосами и добрыми, но уставшими глазами. На его белой футболке было написано «Люблю курицу», а ниже — забавные цыплят) — Как успехи, сынок? — он потрепал 2x2 по белым волосам. — Отлично! Солнце нарисовал новое! И по математике пятерка! (Ужин прошел шумно и весело. Но потом зашел разговор о школе, о какой-то двойке, полученной за невыученное стихотворение. Шедлетский, уставший после тяжелого дня, сначала просто нахмурился. Но 2x2, уверенный в всепрощении мира, начал дерзить. Он сказал что-то резкое, колкое — то, что ранит больнее всего) (И тогда Шедлетский вспыхнул. Это была не просто родительская строгость. Это был ураган гнева, долго копившегося где-то глубоко. Он кричал о неуважении, о лени, о том, что из него вырастет никчемный человек. Слова, как раскаленные угли, летели в мальчика. 2x2 смотрел на искаженное злостью лицо отца и не верил. Его мир, состоящий из солнц и радужных кексов, треснул) — ВСЕГДА ТЫ ВСЕ ПУТАЕШЬ! НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЕШЬ! — закричал в ответ 2x2, заливаясь слезами, и выбежал из кухни, громко хлопнув дверью. (Он бросился на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Тело горело от стыда и обиды. А потом пришло странное ощущение — будто изнутри его начинают заполнять черные, густые чернила. По телу пополз холод. Он посмотрел на свои руки — и в полумраке ему показалось, что его белая кожа начинает темнеть, становясь серой, затем угольной. Он потрогал свои волосы — и ему почудилось, что они стали тяжелее и грубее. В ушах стоял оглушительный звон) В ту ночь милый 2x2 уснул, сжавшись в комок от боли. А проснулся — другим. Началось долгое и мучительное превращение...