Часть 6

Натаниэль открыл пассажирскую дверь и сел, отодвигая кресло как можно дальше от приборной панели. Стюарт сел на водительское и протянул Натаниэлю наручники, в ответ он получил уже наполненный прозрачной жидкостью шприц, который Натаниэль достал из бардачка. - Давай. - Натаниэль глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Стюарт поднес к левой щеке Натаниэля шприц и сделал первый укол, а затем он также обколол и руки племянника. Все это время Натаниэль морщился от боли. После того, как Стюарт отложил шприц в сторону, Натаниэль застегнул наручники на своих запястьях. - Долго ждать? - Спросил дядя. - По моему опыту минут пятнадцать. - Ну ты хоть анекдот расскажи, пока мы ждем. - Может еще сплясать перед тобой? Натаниэль закрыл глаза, чтобы отдохнуть хотя бы немного, ему очень хотелось спать. Он расслабился и ненадолго провалился в неглубокий сон. Из дремоты его вывело прикосновение к руке, он открыл глаза и увидел, как по его запястью стекает кровь. - Эй, предупреждать же надо. - Крикнул он на дядю, который держал нож. - Больно было? - Спросил он без сожаления. - Нет, но… - Вот и заткнись. - Ладно, начинай, только будь понежнее. - Натаниэль улыбнулся и отвернулся к окну, чтобы не смотреть, как над его телом будут издеваться, пока его кожа была обколота ледокаином. - Только проследи, чтобы ни один след от укола не остался. От первого щелчка прикуривателя Натаниэль вздрогнул, затем почувствовал давление на щеке и запах горелой плоти. Боли он не чувствовал, но с каждым прикосновением прикуривателя ощущал слабость. Натаниэль периодически дергал руками, чтобы наручники впивались в его кожу. Это было знакомо, несколько месяцев назад он проделывал то же самое, пока его команда отдыхала на рождественских каникулах. - Готово, - радостно воскликнул Стюарт. Натаниэль повернулся к дяде лицом и увидел, как тот оценивающе смотрел на руки племянника, как будто художник рассматривал свою работу. Натаниэль тоже опустил взгляд на свои руки, на которых не было и живого места. - Ты издеваешься? Зачем так много? - Прости, увлекся. - Но его улыбка говорила о том, что он вообще не сожалеет. - Сними наручники. Натаниэль и Стюарт вновь вернулись в подвал и начали подготовку к приезду ФБР. Старые инструменты Натаниэля были подняты из тайника. Один тесак они воткнули в дверь, затем Натаниэль обмыл руки в раковине, чтобы оставить и там следы своей крови. Когда все было готово, они вместе подняли по два пистолета и начали стрелять в разные стороны, включая и трупы, не трогая только тело Натана. Натаниэль двигался все медленнее, а заморозка от лекарства начала проходить, поэтому он начал чувствовать покалывания в местах ожогов, он знал, что через пол часа боль станет невыносимой. - Все. Вали отсюда, чтобы глаза мои тебя не видели. - Сказал он, когда они вернулись в гараж. Стюарт выпятил вперед нижнюю губу. - И это твоя благодарность? - Свали. - Слабо сказал Натаниэль. - Федералы скоро будут здесь. Стюарт сел в машину и счастливо помахал племяннику рукой перед тем, как задним ходом выехать из гаража. Натаниэль в ответ показал средний палец. Он выключил свет на подъездной дорожке и пошатывающейся походкой вышел на улицу. Тишина после громких выстрелов в закрытом помещении давила на уши. Натаниэль полной грудью вдыхал свежий ночной воздух, ощущая себя счастливым. Лишь нарастающая боль в руках и лице портила этот момент. Когда он услышал полицейских, Натаниэль снова вернулся в гараж и плавно опустился на колени. Боль становилась все сильнее, за что он проклинал своего дядю, который наверняка получил удовольствие от истязаний. Но ничего, через несколько месяцев Стюарт отправится вслед за своей сестрой и Натаном, правда он об этом еще не знает. Склонив голову, Натаниэль стоял на коленях. Долго ждать не пришлось. Из темноты, словно призраки, появились сотрудники ФБР, вооруженные и в полной боевой экипировке. Натаниэля с его невысоким ростом никак нельзя было принять за отца, однако поддержать иллюзию помогал сумрак. Федералы поняли, что обознались только после того, как бесцеремонно, с бранью, вздернули Натаниэля на ноги. Когда он наконец поднял голову и посмотрел на них, агент, стоявший ближе всех, замер на полуслове. - Вы опоздали, - сообщил Натаниэль, хотя кто-то уже вызывал по рации скорую. - Мой отец мертв. - Твой отец… - тупо повторил агент. Шестеро фэбээровцев с такой скоростью ринулись в подземный ход, что чуть не покатились по ступенькам; гулко застучали их шаги, эхом отзываясь от стен тоннеля. Натаниэль не замечал, что вглядывается в проем, пока агент не похлопал затянутыми в перчатки руками у него перед носом. Вопросительный взгляд федерала не вызвал у него реакции, и тот повторил: - Твой отец? - Меня зовут Натаниэль Веснински, - сказал он, - и мой отец мертв. В этом не было ничего смешного, но он вдруг расхохотался. Натаниэль хохотал и хохотал, не в силах прекратить истерический смех. Кто-то схватил его за плечи и надавил на затылок. Грубый голос приказал дышать, однако Натаниэль ничего не мог с собой поделать. Чтобы сохранить равновесие, он уперся ладонями в колени. Истерзанные руки отозвались жгучей болью, но он их не убирал. Секундой позже не выдержал слабый желудок. Кто-то придерживал Натаниэля, пока его мучительно рвало на бетонный пол. В тщетной попытке избавиться от кислого вкуса он сплюнул. Чужая рука крепче сжала плечо. - Учитывая, в каком ты состоянии, я бы предпочел обойтись без наручников, но, если придется, я их на тебя надену. Ты ведь не доставишь нам проблем? Натаниэль постарался сфокусировать взгляд на лице агента. - Я девятнадцать лет был сплошной проблемой. Сегодня я для этого слишком устал. Просто заберите меня отсюда.