Часть 4

Остаток вечера прошёл в напряжении. По крайней мере, мне так показалось. Сидеть рядом с предметом своих фантазий, ощущать его тепло, чувствовать его запах… От него пахло озоном, как на улице после дождя. Он шелестел страницами и, казалось, что совершенно не обращает внимания на то, что я уже пять минут читаю одну и ту же страницу своего учебника. Его близость волновала, и, мне кажется, что такого я не испытывал даже когда был влюблён в Рика. Точнее, сейчас я понял, что это даже не было влюблённостью. Ведь то, что я испытывал сейчас к Шерлоку, на порядок выше и сильнее. За ужином, на который, спустя пару неловких часов, нас позвала мама, мы так же сидели рядом и наши колени под столом соприкасались. Моё сердце ходило ходуном от жара его ноги. Гарри переводила насмешливый взгляд то на меня, то на Шерлока, но, слава богу, ничего не говорила, а лишь многозначительно ухмылялась. Отец же отсутствовал — сегодня в мастерскую привезли машину после аварии и очень попросили его заняться ею. Думаю, что завтра после колледжа стоит ему помочь… — Скажи, Шерлок, а на кого ты учишься? — спросила мама, накладывая ему третью фрикадельку с очередной порцией спагетти. Шерлок поспешно подвинул свою тарелку, чтобы маме было удобнее ему накладывать, и, коротко поблагодарив, ответил: — Вообще, я учусь на криминалиста, но так же, для более обширных знаний, отдельно изучаю биологию, химию и анатомию. Ещё прохожу стажировку в Бартсе, в морге. Мне там по знакомству разрешают изучать бесхозные трупы. Да… Это явно тема не для застолья, но видно Шерлок не видел всеобщего недоумённого настроения. Он растерянно переводил взгляд с мамы на меня и, как бы спрашивал взглядом, что же он не так сказал. Я успокаивающе погладил его по колену и, только почувствовав дрожание под своей ладонью, понял, что Шерлок, очевидно, не ожидал от меня такого интимного жеста. Я поспешно одёрнул руку и перевёл тему: — У меня завтра с утра матч, мама. Придёшь? — Конечно, — подхватила она. — А ты, Шерлок? Тот внимательно посмотрел на меня, словно что-то ожидая увидеть на моём лице, и наконец ответил: — Буду рад. После ужина подъехал Майкрофт и я вышел проводить Шерлока. Стоя возле двери мы мялись и каждый из нас словно боялся начать прощание первым. Наконец я решил прервать заминку и сказал: — Ну что… До завтра? — Да, — Шерлок поднял на меня взгляд. — Увидимся завтра. Я зашёл обратно в дом и смотрел в окно как Шерлок садится на пассажирское сидение авто, а затем он внезапно посмотрел прямо на меня. Я дёрнулся, но не отошёл. И тут он поднял руку и помахал мне. Сердце сделало кульбит, и я помахал ему в ответ. В эту ночь я спал как младенец, а во сне видел нежный взгляд и мягкие губы. Матч был сложным и травмоопасным — пару игроков уже унесли с поля на носилках. Мне тоже перепало — перелом правой ноги. Слава богу хоть закрытый. — Джон! — звала меня перепуганая мама, пробиваясь сквозь толпу зевак. Вечно она преувеличивает. — Мам, — поспешил я её успокоить. — Я в порядке. Просто перелом. Мама, видно от нервов, хохотнула: — Хах! Действительно какая ерунда! И чего это я испугалась! Джон, ты с ума сошёл?! — Мам, — всё пытался я её успокоить — меня не очень-то радовало всеобщее внимание, а мамины крики набирали всё больше и больше зрителей. — Я правда в порядке, мне не впервой. И ведь правда — я ведь не первый раз ломаю кости, так чего она так перепугалась? Тут к нам подбежал Шерлок. На первый взгляд он выглядел слегка взволнованным. — Я в порядке, — поднял я руку в его сторону, предвосхищая вопросы. — Заживёт как на собаке. Шерлок, казалось, был удовлетворён моим ответом, и просто втал рядом, пока меня осматривали медики. В больнице мне наложили гипс, на котором сестра тут же нарисовала неприличную картинку. Мама дала Гарри подзатыльник, зарисовала рисунок маркером, отчего гипс стал похож на шкуру коровы, и назвала её великовозрастным ребёнком. Так-то мама не далека от истины — сестра старше меня на три года, а ведёт себя так, будто она младше меня на десять лет. Шерлок тоже был рядом — с нечитаемым выражением лица, будто он тут случайно и вообще крайне удивлён, что тут оказался. Меня это немного задело. Однако, его мотивы казаться незаинтересованным стали мне понятны сразу, как только мама догадалась оставить нас наедине — он просто не любил публичности. — Джон, — его голос тут же стал хриплым и дрожащим, — тебе очень больно? Я видел в его глазах боль — будто это ему сломали руку, а не мне. Меня как будто ударили под дых — теперь на его лице я читал весь ожидаемый мной спектр чувств: шок, боль, страх. Тот человек, которого я видел сейчас, был впервые мне продемонстрирован — уязвимый… испуганный. — Эй, — я несмело дотронулся до руки Шерлока. — Я правда в порядке. У меня очень высокий болевой порог. В детстве меня даже постоянно проверяли врачи — боялись, что у меня аналгезия. Это такая болезнь, когда не чувствуешь боли. — Я знаю, что такое аналгезия, Джон, — вздёрнув нос огрызнулся Шерлок, а на лице промелькнула непокорная язвительность. Я примирительно поднял руки, как бы объявляя капитуляцию. — Сколько тебе теперь сидеть на больничном? — хмурясь спросил Шерлок. — Сказали, минимум месяц, если всё будет хорошо срастаться. — И ты не будешь ходить в колледж? — Ну первые пару недель да, не буду, — я не сдержал радостной ухмылки. Я хоть и хорошо учился, но кто сказал, что если ты отличник, то это автоматически означает, что ты любишь учёбу? Может ты просто лучше чем другие осознаёшь, что учёба важна для твоего будущего? — Халявщик, — усмехнулся Шерлок. — Эй! — я посмотрел ему в глаза. — Ты ведь будешь приносить мне лекции по биологии и химии? — Конечно. А что с остальными? — А остальные мне принесут однокурсники. — Хорошо, — улыбнулся Шерлок. Две недели празднества и ничегонеделания, кроме, естественно, домашних уроков, пролетели незаметно, и вот мы с мамой — в основном конечно она — решили, что я вполне могу посетить занятия. Мне подобрали комфортный ортез — похожий на русский валенок. Совершенно дурацкий, но ходить в нём было гораздо удобнее, чем ковылять на костылях. Сегодняшним утром я собирался долго и почти ничего не съел на завтрак. Грудь сдавило, а глаза становились горячими — настолько мне не хотелось идти на учёбу. Наконец, я вышел из дома и увидел припаркованное авто Холмса у нашей подъездной дорожки. Шерлок уже стоял возле машины и приветственно махал мне рукой. — Давай быстрее, — подгонял он меня. — А то опоздаем! Я чуть ускорил шаг и, заметно хромая, подошёл к Шерлоку. Тот хлопнул меня по плечу, словно мы вчера не виделись, и открыл мне дверь. — Ухаживаешь как за девчонкой, — схохмил я. Шерлок усмехнулся и картинно подал мне руку. Я, так же кривляясь, принял её и, изобразив лёгкий, в моём понимании, книксен, жеманно сел в авто. Шерлок слегка обалдел. — Что? — нахмурясь, спросил я. Тот, внимательно в меня всматриваясь, ответил: — Просто у тебя это так женственно получилось… Сердце пропустило удар, дыхание перехватило, но я всё же сделал над собой усилие и, ещё более преувеличено жеманничая, сказал: — Оу… правда? — хлоп-хлоп ресничками. — Юноша, вам бы поучиться манерам — дамам не принято указывать на такие вещи, — а затем расхохотался, надеясь, что Шерлок подхватит мой смех. И правда — он тут же засмеялся, заметно расслабляясь. Вух! Я сейчас что, чуть было не спалился? В колледже меня встречали довольно радушно — многие студенты похлопывали по плечу и приветствовали на занятиях преподаватели. Краем глаза я заметил, что каждый раз при прикосновении ко мне чужих рук, Шерлок еле заметно морщил нос и недовольно поглядывал на вторгающихся в моё личное пространство. На обеде я сел один, так как Шерлок сказал, что заскочит в библиотеку, и ко мне присоединились некоторые мои сокурсники. — Джон, — поприветствовал меня Себ — высокий крепкий брюнет. — Что, ковыляешь помаленьку? Я усмехнулся и запустил в него горошинкой: — Как видишь. Страсть как охота учиться. Себастьян засмеялся и кинул в ответ кусочком хлеба. Я не стал затевать драку едой — уборщица Антонина, суровая русская женщина, за такое могла и тряпкой по лицу дать. Мы обменялись ещё парой ничего не значащих фраз и тут вдруг Себастьян резко спросил: — Слушай, Джон, а ты знаешь вон того паренька? — и указал мне на третий столик от нас. Там сидел Шерлок с бутылкой воды и смотрел на нашу компанию. Я призывно махнул ему рукой, но он не сдвинулся с места, всё так же хмуро посматривая на нас. Я удивился и, переведя внимание на собеседника, ответил: — Да, это мой друг, Шерлок. А что? — Да просто, с тех пор как он там сел, всё смотрит на тебя не отводя взгляда. Влюбился что ли? Себ хохотнул, а у меня замерло сердце. — Да нет… — протянул я, отвиливая от щекотливой темы. — Просто… Я замялся, не зная, что сказать. Себ выжидательно посмотрел на меня, но так и не дождался продолжения фразы. — Знаешь… про него много слухов ходит. — Например? — я и уставился на Себа, нехотя отводя взгляд от всё более мрачнеющего Шерлока. — Говорят, что у его родителей немеряно денег и они могли отправить его в более достойное учреждение, но он настоял на нашем колледже. А ещё поговаривают, что он гей. — Ну и что? Может ему больше нравится эта программа. А геем, сейчас, знаешь ли не запрещено быть, — отбрил я, мгновенно почувствовав лёгкую неприязнь к Себастьяну. — Не-не, — замахал тот руками, словно почувствовав направленный от меня резко вспыхнувший негатив. — Я сам би, знаешь ли. Просто… Я удивился, а затем спросил: — Просто что? Себ замялся, а затем ответил: — Просто поговаривают, что он и впрямь втюрился в тебя. Я опешил. В голове мелькали сотни мыслей, но они никак не могли оформиться и я просто спросил: — А что в этом плохого? — Его родители баснословно богаты, — зачем-то снова мне сообщил Себ. — И? — покрутил я рукой, побуждая его продолжать. — Ты знаешь… у них там такие порядки… в общем, говорят, что ему уже нашли невесту. Меня как молнией ударило. Ещё кто-то живёт по таким пережиткам прошлого: у богатого наследника должна быть породистая жена? Моя семья небогата. Мы еле сводим концы с концами и только папина мастерская держит нас на плаву. Мама давно открестилась от родственников — был какой-то большой скандал, о котором нам с Гарри до сих пор не рассказывали, а отец у нас из детдома. — И к чему ты ведёшь? — прокашлявшись спросил я. — Ты мой друг, и я просто не хочу, чтобы тебе сделали больно, — с сочувствием ответил Себ. — Они не примут небогатого, да ещё и парня. Тем более, что ему уже нашли партию. Они же тебя хорошо если не с лестницы спустят. Я резко сник. Даже если учесть, что вопрос с полом может быть решён, то проблему денег ещё никто не отменял. Тем более, если у них такие викторианские замашки, вряд ли им понравится неотёсанная, грубая девушка с мозолями на руках, да ещё и такая пацанка. — Спасибо, что волнуешься за меня, — поблагодарил я и встал из-за стола. — Ты куда? — тут же отреагировали ребята, до сих пор переговаривающиеся между собой, и, надеюсь, не слышавшие нашего с Себом разговора. — Мне… надо в библиотеку, — придумал я первый пришедший на ум повод и пошёл на выход. Проходя мимо Шерлока, я бросил на него взгляд и прошёл мимо, замечая краем глаза шокированное недоумение последнего. Нога адски разболелась и на подходе к храму знаний я её уже заметно подволакивал. Устало опустившись на стул, я задумался. Открыть правду о себе? Нет. Это рискованно, да и бесполезно. Мне совершенно не хочется сейчас скандала связанного с моим полом, да и страх реакции Шерлока меня знатно пугал. Вдруг он подумает, что я будущий трансгендер и это его отпугнёт. А объяснять ему почему я притворяюсь мальчиком и того сложнее — мало кому удавалось понять мои мотивы. Да, отец сыграл немалую роль, но он и не настаивал на этом. Мне самой хотелось быть для него своим парнем. Я видел, как он общается с Гарри — подчёркнуто вежливо, держа на расстоянии и словно боясь обидеть хоть словом. А мне хотелось его полного доверия. И я смогла этого добиться, пусть и таким странным способом. Он по-свойски со мной общается и доверяет какие-то проблемы, которые порой может скрывать от мамы. Например, она до сих пор не знает, что отцу пришлось взять кредит на машину и он только-только его выплатил. Она думает, что он собрал тачку в гараже. Мы проводим много времени вместе и мне нравится, что так происходит. И тут даже нет никакого «но». Или теперь есть? Шерлок. И снова нет — я ему не ровня, даже открой я свою тайну. Тогда смысл открываться? Значит, придётся оставить всё как есть… И всё же, наличие у него невесты так больно режет по сердцу… — Ты что тут делаешь? — вдруг раздался над ухом любимый голос. Я поднял голову и увидел хмурящееся лицо Шерлока. Он присел рядом за стол и недоумённо смотрел на меня. — Я всё ждал, что ты подсядешь ко мне. Не хотелось подходить, пока ты был с этой кучкой неандертальцев. Я не стал говорить ему, что эта кучка, вообще-то, мои друзья, и лишь тихо спросил: — Шерлок, ты что, помолвлен? Он поражённо посмотрел на меня. А я уже корил себя за вырвавшиеся слова, мне-то какая разница? Мы ничего друг другу не обещали, не встречались, не признавались друг другу в любви и не целовались. Всё, что между нами было — это пара неловких ситуаций. — Да… родители заставляют… — осторожно ответил он. — А что? Проблемы? — Никаких, — кратко ответил я и встал из-за стола. Я понимал, что Шерлок не виноват ни в чём — это всё я. Я, с какого-то перепугу, решил, что нам с ним суждено быть вместе. Но сердцу было так больно, что тело само не осознавало как резко встало, всполошив недоумевающего Шерлока. — Джон… — Шерлок вдруг схватил меня за предплечье. — Джон, я не понимаю… — Ты мне нравишься, Шерлок, — слова вылетели из моего рта прежде, чем я осознал, что говорю. Я в ужасе замолк и уставился на него. Шерлок уставился на меня в ответ. — Ну… ты мне тоже нравишься, — наконец, сказал он. По его лицу я понял, что он имеет в виду совсем не то же, что и я. — В романтическом смысле, — решил я пойти «ва-банк». Шерлок округлил рот и стал похож на рыбу, выброшенную на берег. Я тут же пожалел о своих словах. — Джон… я не… — Шерлок не мог подобрать слов. Было видно, что ему не хотелось меня обидеть, но и ответного признания мне не стоило ожидать. Это было больно. — Ты… я тебе не нравлюсь? Я просто думал… — стушевался я. Шерлок сделал испуганное лицо и затараторил: — Ты мне нравишься, Джон. Как друг. Со мной раньше никто особо дружить не хотел. На самом деле, я — невыносимый всезнайка и многим людям не нравится, когда я говорю о них то, что они хотели бы скрыть. Поэтому я научился держать всё в себе. Но ты… ты очень добрый и отважный… ты защитил меня и был добр ко мне… но… — Но… всегда есть «но»… — горько проговорил я и устало присел, грустно посмотрев ему прямо в глаза. — Почему? — задал я всего лишь один вопрос. — Я… я просто не гей, Джон… — Натурал? — Нет…я… я асексуал, — Шерлок посмотрел на меня с волнением и лёгким вызовом. — Что это значит? — недоумённо спросил я. — Это значит, что меня совсем не интересует секс и отношения. Я никогда не был влюблён и никогда никого не хотел. Прости… Я прикрыл глаза. Он меня разыгрывает? Или он серьёзно? А так ли это важно вообще? Секса у меня не было и вряд ли в ближайшее время будет — как себе это вообще представить? Вот мы решились на близкую связь и тут — опачки! Сюрприз! Я, оказывается, девушка, а у него на меня не встаёт.  Могу ли я принять эту его асексуальность? К тому же, шансов и так нет. Выбор между мной и его невестой? Как бы не так — его помолвка на какой-то богатенькой наследнице и я — бедная, как церковная мышь, из класса на порядок ниже. Выбора у него нет… — Я понимаю… — медленно проговорил я, а Шерлок посмотрел на меня с надеждой. — Но мне надо немного подумать и… просто перенастроиться, хорошо? — Перенастроиться? — Шерлок непонимающе посмотрел на меня. — Окончательно понять, что мне ничего не светит и постараться стать тебе просто хорошим другом, — улыбнулся я, а Шерлок несмело улыбнулся мне в ответ. Мы распрощались на выходные и я пообещал, что в скором времени свяжусь с ним и мы ещё раз поговорим. Но… ох уж это «но». Всегда оно всё портит. Случилось сразу несколько событий, заставивших нас с Гарри резко повзрослеть и сбросить «розовые очки». Вернувшись в тот день домой, я узнал, от бьющейся в истерике сестры, что отец в тяжёлом состоянии в больнице, едва не сгорел вместе с автомастерской. Идиотская машина, которую притащили после аварии, взорвалась. Хозяева авто несколько раз чинили её в каких-то сомнительных местах, о чём, конечно же, нам не сообщили, и кто знает, что там с ней нахимичили. Мы не только потеряли наш основной источник дохода, но и получили предписание, выплатить компенсации за все остальные сгоревшие в мастерской машины. Мало у кого там была страховка, включая нас. Сумма вышла просто неподъёмная. Я пять раз пересчитал нули, надеясь, что это ошибка. Мама, еле живая от горя, сказала, что теперь нам придётся обратиться к её родителям, и, возможно, пожить с ними. Вроде она даже позвонила кому-то, а потом и её увезли в больницу с нервным срывом.