4. Подарок

Горячая вода обволакивала моё тело. Конденсат, скопившийся на лбу, стекал по моему лицу. Чуть розоватые глаза от слёз были прикрыты. Тепло растекалось по всему телу, принося неимоверное удовольствие. Мне было хорошо, как никогда. Я как-будто забыла, что произошло пару минут назад и просто лежала в воде, поддавшись своим ощущениям. Меня вернул в реальность крик, который доносился из спальни. Я вылезла из бассейна, по мне стекала тонкими струйками вода, бросая меня в мелкую дрожь. Я взяла халат чёрного цвета, который лежал недалеко от меня. Раз уж у меня отняли, а точнее разорвали одежду, придётся импровизировать. По звукам, доносившимся из комнаты, было понятно, что там происходило что-то ужасное, отчего у меня опять появился ком в горле. Я стояла у двери и прислушивалась в малейшим звукам. На удивление всё было тихо. Я открыла дверь и вошла в спальню. Мои глаза с ужасом смотрели на лежащий на полу труп какой-то темнокожей девушки, её голубые глаза так и остались открытыми, смотря прямо на меня, словно умоляя меня спасти её, только вот уже было поздно. В этих глазах читалась боль. В моих глазах помутнела картинка, мои ноги онемели так, что я просто не могла ровно стоять. Я упала, придерживаясь двумя руками и пытаясь выровнять своё дыхание. На-барон сидел рядом с трупом и своим кинжалом рисовал на коже кровавые узоры. Он как-будто не заметил, как я зашла, он даже не повернулся в мою сторону. Наконец, Фейд повернулся ко мне, продолжая держать в руках окровавленный кинжал. Его пальцы скользили по нему и размазывали жидкость по всей поверхности острого лезвия. Он сначала не смотрел на меня, а потом поднял свой взгляд исподлобья и опять метнул свои глаза на мёртвую девушку. — Знаешь кто это, моя принцесса? — раздался его хриплый голос по всей комнате. Я до сих пор сидела на полу и пыталась успокоиться, по-прежнему мои глаза не могли сфокусироваться. Живот нервно сжался, мне казалось, что в любую минуту меня может стошнить. Мои губы дрожали, а на глаза наворачивались слезы. Он хотел меня сломать, показать, что я нахожусь в безвыходном положении, что я зависю только от него, что я нахожусь ниже его уровня. Я понимала, что пока что у него это выходит с рук. «Соберись Люнетт! Отчисти свой разум от негативных мыслей, не дай ему сломать тебя.» Я закрыла свои глаза и перестала думать, я окунулась в глубины своего сознания, успокоила дыхание, а затем снова вернулась в реальность. Вернулась я, словно уже другим человеком. Фейд заметил изменения в лице девушки, но продолжал свою игру. — Конечно же ты не знаешь, ведь я велел тебе молчать. Знаешь, мне нравится, что ты наконец поняла кто ты на самом деле, — парень подошёл ближе ко мне, на его лице красовалась самодовольная ухмылка. Я улыбнулась, мои кровавые очи смотрели ему прямо в душу и мысленно хотели его задушить. Я встала на ноги и приблизилась к нему так, что наши лица оказались совсем близко. Только вот, моё тело было ниже, по сравнению с телом на-барона. — Печально, что ты до сих пор не понял кто ты на самом деле Фейд-Раута, — произнесла я, почти шёпотом, создавая интимную обстановку. Фейд перестал улыбаться, его лицо помрачнело, на челюстях стали видны прожилки. Он с размаху одарил меня ладонью по щеке, оставив на моей коже красный след. Его рука схватила меня за подбородок и подняла моё лицо вверх так, чтобы наши глаза встретились. — О... И кто же я? — на его лице появилась ухмылка. — Монстр, — тихо сказала я, сжимая ладонью халат. Его губы изогнулись в страшной улыбке, а рука обхватила меня за талию, прижав к себе ближе. Лицо парня приблизилось к моему уху, нежно облизнув ушную раковину. Я слегка вздрогнула, почувствовав на себе влажную и горячую плоть. — Ммм... Ты ещё не знаешь каким я могу быть, — прошептал он мне на ухо, сильнее прижав меня к его телу. Его рука внезапно взяла меня за волосы и потащила к трупу Фримена, заставляя меня смотреть в мертвые голубые глаза. — Посмотри на неё... Хорошо посмотри, — он поставил меня на колени, продолжая держать меня одной рукой за волосы. — Я могу сделать с тобой тоже самое и мне за это ничего не будет. Знаешь почему? Халат, что на мне был одет слегка приспустился. Ещё бы чуть-чуть и моя грудь была бы открыта для его животных глаз. Моя ладонь пыталась натянуть его обратно. — Потому что ты никому не нужна, кроме меня. Ты всего-навсего моя зверушка, которая будет рожать для меня детей. Поверь, я постараюсь, чтобы в них не было ни единой частички твоей гадкой крови, — его губы касались моей шеи и уха, произнося эту фразу медленно и шёпотом, с каждым новым словом делая мне больно. Его рука коснулась моей руки, которая сейчас пыталась удержать на моём теле тонкую ткань. — Что ты делаешь, дорогая? — он убрал мою руку с халата, давая ему приспуститься. Он взял меня на руки и уложил на кровать. По сравнению с его сильным телом, я была совсем крохотной и беззащитной. Вскоре в спальню к на-барону зашли слуги и утащили труп, но в комнате по-прежнему жутко пахло. Любовницы Фейда-Рауты зашли в комнату, вслед за слугами. Они встали на колени перед ним. Довольное лицо принца исказилось в садистской ухмылке. — Ужин подан, мои дорогие... И тут они начали вылизывать оставшуюся кровь с пола и пожирать вывалившееся внутренности, словно дикие животные. Я не могла в такой обстановке нормально лежать, мне хотелось убежать куда-нибудь подальше от этого безумия, которое творилось здесь, перед мои глазами и видимо такое поведение будет считаться нормой у на-барона. Но я не собиралась с этим мириться, я не хотела так жить. Я сидела, оперевшись руками о матрас и просто смотрела на эту ужасающую картину. Мне было плохо, у меня потели ладони, даже сама не могу понять от чего. Я не боялась... Это был не страх, это была ненависть к людям, которые сейчас рядом со мной. Я могла точно знать, что он хотел меня сломать, хотел видеть мой страх, моё отвращение, мои слёзы, но я никогда ему не дам такого удовольствия. Ни за что! Со стороны было видно, как этот монстр упивался моими эмоциями, ему нравилось то, что я так старательно пыталась скрыть от него. Ненавижу... — Что случилось зайчик? Тебе не нравится кровь? — он повернулся ко мне, приподняв рукой мой подбородок. Наши глаза встретились, но в наших взглядах читались противоположные чувства: его — одержимость, моё — ненависть. — Хм... А может быть ты испытываешь ревность? — он оголил свои зубы, в страшной улыбке. — Для начала попытайся сделать так, чтобы я тебя смогла полюбить, — я увернулась от его руки и легла на край кровати. Фейд недовольно хмыкнул, укрыв меня одеялом. — Пошли вон! — приказал он своим зверушкам, так что они вздрогнули от страха и покинули комнату, как-будто их тут и не было. Фейд лёг со мной рядом, приобнимая меня за талию. Его нос уткнулся мне в шею, его горячее дыхание щекотало мне кожу. — Почему ты легла так далеко, мой ангелочек? Ты ведь можешь упасть, — парень притянул меня ближе к себе так, что я могла почувствовать его сильное тело, пресс и... — Не называй меня так. Я тебе не ангел, я твой враг. Фейд усмехнулся и поцеловал меня в шею, отчего мне стало плохо. Меня сейчас обнимал и целовал человек, который не заслуживает любви. Он жестоко убил Миру, недавно вспорол брюхо девушке-фримену и он сейчас лежит со мной в обнимку... Осознание того, что это были его не первые жертвы, а он издевался и издевается по сей день над невинными людьми, заставило меня очнуться. Я находилась в одиночестве. Ведь, окружение, которое было рядом со мной меня не удовлетворяло. Мне было некомфортно. Я знала, что союз между Лундсгардами и Харконненами не должен состояться. Поэтому я придумаю план, который не даст мне зачать ребёнка. Я убью на-барона так, что об этом никто не догадается. Ощущения, которые я сейчас испытывала, были непередаваемо ужасны. Это была ненависть вперемешку с отвращением. Эти эмоции меня убивали, сжигали изнутри, когда я чувствовала его тело рядом, когда я чувствовала эти убийственные губы на своей невинной коже. — Пусть будет по-твоему, моя зверушка, — прошептал он мне на ухо. Его рука пробралась мне под халат и я зажмурилась. Его ладонь сжала мне левую грудь. Я тихо вздохнула, мне было так некомфортно, так неловко. Мои белоснежные щёки порозовели. — Ты так дрожишь... Ты не представляешь, что я хочу сейчас с тобой сделать..., — продолжал шептать он, массируя мою грудь. — Но я должен сдержать себя на завтра. Ты ведь помнишь, что завтра за день? — Твой день рождения, — мой голос был чрезвычайно тихим, что меня не устраивало. Я не хотела, чтобы он видел меня такой доступной, такой беззащитной. — Правильно, моя принцесса... И ты должна мне пообещать, что будешь хорошо себя вести, иначе тебе не понравится то, что я с тобой сделаю, — он развернул меня к себе лицом. — Скажи это... Его глаза сливались с темнотой в комнате, отчего он выглядел более устрашающе. — Я обещаю. Теперь, не мешай мне спать. Я должна выспаться сегодня, ты ведь это понимаешь? Он расслабил своё лицо. Теперь на нём не было видно ни единого намёка на улыбку. Фейд недовольно хмыкнул, приближая своё лицо ещё ближе ко мне. Его губы едва касались моих губ. — Ох... Да, я понимаю... — сказал он своим хриплым голосом, затем негрубо, а даже на удивление приятно, поцеловал меня в губы. Фейд лёг рядом со мной на спину, я же отвернулась от него на бок. На боку мне всегда было легче засыпать. А ещё легче не видеть его лица и бездушных глаз, которые даже не мелькают в темноте. Мне было трудно заснуть. У меня была бессонница. Не знаю точно почему... Возможно из-за смены обстановки или из-за того, что со мной рядом был человек, которого я ненавижу или из-за того, что я видела отчётливо его сны. Фейд с виду может показаться таким страшным и жестоким, но в его душе кроется ранимый, жаждущий взаимной любви человек. Он на самом деле легкодоступный и им легко управлять, узнав все его слабости. Из-за того, что его разум был таким читабельным, я видела его изощрённые сны. Фейд не скрывал свои мысли, он не умел этого делать. Я пыталась заснуть, но из-за того, что я видела его сны мне было трудно не попадать в его сны и поэтому у меня не получалось заснуть. Я не хотела попадать в его голову, ведь в его картинках мелькала другая я, которая подчинялась всем его прихотям. Фейд мог бы сразу понять, что я нахожусь в его голове, он бы это почувствовал. Утро Проснулась я с жуткой болью в голове. Я не выспалась, хотя говорила, что должна выспаться. Черное солнце освещало черно-белую комнату. Белые лучи падали на черный ковёр, освещая тонкие ворсинки. Я перевернулась на бок. Наследника барона не было рядом. «Видимо готовился к сегодняшнему мероприятию.» Я вздрогнула, когда услышала звук открывающихся дверей. Мой взгляд метнулся в сторону молодых девушек в белом одеянии, которые без спроса вошли и нагло начали меня поднимать с кровати. — Не волнуйтесь, принцесса. Мы о вас позаботимся, — сказали они и начали с меня снимать халат. Затем показали платье, в котором я обязана явиться на праздник. Платье было чёрное и тонкое до такой степени, что можно было увидеть все прелести женского тела. Мои глаза расширились, я бы ни за что не пошла в черном платье, тем более на важное событие, на котором я должна буду выглядеть принцессой Люнетт Лундсгард, а не женщиной лёгкого поведения. Черный цвет у люцифернов ассоциировался со смертью, мой народ одевал черный тогда, когда в их жизни случилась трагедия, а точнее когда человек видел смерть своего близкого человека. К такому человеку ни за что бы никто не подошёл, это считалось болезнью. А точнее позором¹. Я понимала, что если я одену другое платье, то я опозорюсь. Но позорить свой народ я не собиралась. А для меня важнее моя семья, мои корни, моя кровь, которая течёт в моих жилах. Предавать саму себя я не хотела. — Я одену другое платье, а это выбросите. Девушки расширили свои глаза в недоумении. Они перешёптывались между собой, выясняя что-то. Одна из служанок повернулась ко мне и слегка осипшим голосом заговорила. — Хм... А какое вы хотите платье, принцесса? Я озадачилась. Мой вид должен быть простым, но чтобы этот образ смог зацепить своей красотой. На арене Я сидела рядом с другими сестрами школы Бене Гессерит. Вот-вот должно было начаться шоу, на котором Фейд-Раута должен будет победить пленных из рода Атрейдесов. Фейд-Раута! На арену вышел на-барон и несколько Атрейдесов. Я присмотрелась и увидела, что некоторые бойцы еле держались на ногах. Я задавалась вопросом, как же они будут сражаться будучи бессильными. Это было несправедливо. Происходила какая-то показуха. Фейд взглянул на меня и я слегка вздрогнула от неожиданности. Он облизнул свой клинок, не отрывая от меня свои мрачные глаза. Его губы исказились в жестокой ухмылке. Затем он резко ударил противника лезвием. Тот замертво упал на землю. Все люди, которые меня окружали смеялись и кричали имя на-барона. Они получали своего рода удовольствие от увиденного. Я не понимала этого... Рывок, удар, смерть. Рывок, удар, смерть. И так продолжалось до тех пор, пока он не перебил всех зверюшек, загнанных сюда специально, чтобы убить. Это зрелище было похоже на драку между свирепым животным и безащитными людьми. Я глядела на эту мясорубку сверху с одним отвращением в глазах. — Что-то не так, сестра? Я взглянула на сестер, проигнорировав их вопрос. — Я пожалуй пойду. Я быстро ушла с мероприятия и пошла в замок. Я не могла больше смотреть на эту жестокость. Жестокости я уже повидала не мало. В коридорах замка было тихо, ни единого намёка на чье-то присутствие. Я сняла капюшон и выдохнула, понимая что я осталась в полном одиночестве. Я всегда любила уединение со своими мыслями. Но к несчастью мой покой нарушил брат на-барона. Раббан остановился, увидев меня совсем одну в темном коридоре замка. — Принцесса? Я думал, что вы на мероприятии. Что вы здесь делаете? — он подошёл ко мне, узучая меня взглядом снизу вверх. Его лицо исказилось в кривой улыбке. Я вздрогнула, узнав эту знакомую усмешку и взгляд. Меня немного раздражало это слабоумное выражение лица. — Мне стало нехорошо. Я решила прогуляться, — я отошла на шаг от него. Раббан опять приблизился ко мне. Его поведение мне показалось странным и отталкивающим. Я начала нервничать. — Нехорошо говоришь? Правильно о вас говорил мой дядя, — он схватил меня за шею и резко прижал меня к стене. Я схватилась руками за его шершавые мазольные руки, пытаясь отстранить его от себя. — У вас слабые нервишки... Он приблизился к моей шее, делая глубокий вдох. Я чувствовала его горячее дыхание на своей коже. — ОТОЙДИ ОТ МЕНЯ! Мой голос был громким, глубоким и томным. Раббан резко отшатнулся, падая на пол и издал свирепый гортанный рык. Послышались знакомые до дрожи быстрые шаги. Фейд накинулся с кинжалом на своего брата. Гнев, который отображал его лицо был настолько сильным, настолько страшным, что он готов был убить любого, кто встанет у него на пути. — Я УБЬЮ ТЕБЯ, БРАТЕЦ! — прокричал Фейд, сжимая острое лезвие у себя в руках прямо у сонной артерии своего брата. Раббан выдохнул, когда Фейд убрал кинжал от него. Но это мгновение длилось совсем недолго, так как через секунду Фейд резким грубым движением вонзил кинжал прямо в ладонь Раббана. Болезненный крик вырвался у него изо рта. Мои глаза расширились в ужасе. Я упала на колени и прикрыла свой рот рукой, чтобы не закричать. Моё тело забилось в угол, словно я чувствовала себя так безопаснее. Фейд несколько раз прокрутил кинжал в ладони Раббана и медленно вытащил окровавленное лезвие. Раббан болезненно застонал, держа своей рукой свое запястье, пока Фейд вынимал нож. Теперь у него в ладони была большая дыра, откуда сочилась теплая багровая жидкость. Фейд приблизился к его уху. — Ты должен целовать мне руки и ноги, что вообще не лишился своей поганой руки, — Фейд, словно выдавливал слова из своего горла. Он произнёс эту фразу с отвращением и призрением к своему брату. — Если ещё раз твои мерзкие пальцы тронут её, я отрежу тебе руки. Ты понял меня!? Раббан послушно кивнул. Фейд отпустил его, тот встал, словно ничего сейчас не произошло. Он в последний раз окинул меня мрачным взглядом и ушёл, не сумев сказать ни слова из-за недавнего унижения. Последнее напоминание о нём это было кровавое пятно на полу. Я всё это время сидела, забившись в угол от полного шока. Я пыталась выровнять свое дыхание, забыть о том, что сейчас было и просто уснуть. Побыть в той реальности, где было бы спокойно, где не было бы этой жестокости. Фейд взглянул на меня, его глаза были всё ещё полны гнева. Он схватил меня за запястье и куда-то повёл. Я была немного в недоумении от его грубого и настойчивого действия. — Ты опозорила меня сегодня. Даже не думай, что я тебя оставлю без наказания, — его слова были грубыми и чёткими. Было ясно, что он не шутил, а был на полном серьёзе. Мне было больно, я всё ещё не могла отойти от недавнего случая. Мы неслись по коридорам, совсем не замечая как быстро оказались в его спальне. Фейд продолжал сильно сжимать моё запястье. Я попыталась отдёрнуть свою руку, но он только сильнее сжал её. Болезненный вздох вырвался из моего рта, почувствовав сильную боль. Я была уверена, что теперь у меня останутся темные синяки и может быть даже шрамы. Фейд потащил меня к кровати. Я понимала, что сопротивляться у меня сил нет, он был намного выше и сильнее меня. Парень кинул меня на кровать, а сам залез на меня, прижав к матрасу. — Ты думала, что я не замечу, что ты надела не то платье!? Ты думала, что я проигнорирую твой внезапный уход с мероприятия, которое было устроено в честь моего дня рождения!? — его рука сжала мою шею, пригвоздив мою голову к подушке. Его голос был хриплым и грубым от ненависти, как-будто каждое слово произнести давалось ему так тяжело. Его бледное лицо приблизилось к моему. «Когда это закончится?» «Что он сделает со мной?» «Неужели вот так я потеряю свое девственное тело?» Фейд наклонился к моему уху, делая вдох. Он издал гортанный стон, по моему телу пробежалась стая мурашек. Его дыхание было таким горячим и приятным, что я начала совсем забываться. Мой разум затуманился, но я пыталась сдерживать себя. Я просто не могла так легко отдаться ему. — Прости меня... — прошептала я. Фейд опустил свою руку, которая недавно сжимала моё горло, вниз к моей талии. Мои глаза опять встретились с его, его губы опять изобразили жестокую улыбку. — Простить тебя? Хм... Я думаю, что я не сделаю этого, мой маленький ангелочек. Ты заслуживаешь этого. Тем более... Его рука поглаживала мою талию, спускаясь ниже. — Ты и есть мой подарок на мой день рождения. Считай, что мы уже поженились, моя милая. Внезапно его губы коснулись моих губ в страстном и даже в немного яростном поцелуе. Моё дыхание прервалось, я не могла дышать, мои руки схватились за его плечи, пытаясь оттолкнуть его от себя, но это было бесполезно. Я укусила его за нижнюю губу, отчего он издал свирепый и болезненный стон. Фейд отстанился, его бёдра ещё сильнее прижали меня к кровати. — Ах, ты... Его рука поднялась ввысь и сильно ударила меня по щеке, оставив красную отметину. Мои глаза заслезились, губы немного припухли от нахлынувшего давления. Мне стало жарко. «Я заслужила это?» Фейд прижал мои запястья над моей головой одной рукой, другой рукой он взял свой кинжал, на котором до сих пор была кровь его брата, Раббана. Он разрезал мое платье, задев мою кожу острым концом. Я вскрикнула, слезы полились по моему лицу. — Заткнись! — закричал Фейд, крепко держа мои запястья. Он швырнул мое платье в сторону, оставив меня только в одном нижнем белье. Затем Фейд снял вверх своего тяжелого боевого костюма и небрежно кинул его на край кровати. Теперь я могла видеть его оголённый торс, который блестел от солнечного света. Белые лучи света попадали на его бледную кожу освещая его тело, которое было таким идеальным, несмотря на наличие шрамов, которые остались ему на память после сражений. Его тело было таким сильным, таким крепким, что по сравнению с ним, я и вправду выглядела маленькой, маленькой мышкой, которую загнали в ловушку и которую сейчас прижимают к кровати. Я казалась просто ничтожеством. Его губы приблизилась к моей шее, оставляя за собой багровые следы и засосы. Слезы продолжали течь по моим щекам, не переставая удовлетворять моего мучителя. Пока его теплые губы исследовали каждый дюйм моей кожи, он своим кинжалом разорвал мой бюстгальтер и его другая рука крепко сжала мою грудь. Я слышала его тяжелое дыхание, я чувствовала его желание, которое контролировало его в этот момент. Фейд хриплым и томным голосом постанывал, когда прикасался своими губами к моей сонной артерии, чувствуя как быстро бежит кровь по венам. — Твое тело предаёт тебя, дорогая Люнетт. Ты не сможешь этому противостоять... — его тихий шепот раздался повсюду. Я больше не могла отличить кошмар от реальности. Все было, словно в тумане. В глазах помутнела картинка, моё тело подрагивало, от внезапного холодка, пробежавшегося по всему моему телу. Я зарыдала, когда Фейд с силой сделал надрез на моем запястье, оставив болезненный шрам. Темная жидкость быстро заструилась, пачкая простынь. — Тсс... Теперь ты будешь помнить кому ты принадлежишь. Фейд снова поцеловал меня в губы. Его рука, которая крепко сжимала мою грудь двинулась ниже, пока не достигла моих бёдер. Он отстранился, его губы приблизились к моему запястью, которое не переставало кровоточить. Его язык прошёлся по ране, слизывая кровь. Я зажмурилась от легкого покалывания. — Сладкая... Я посмотрела ему в глаза и он посмотрел на меня в ответ, одарив меня темной ухмылкой. Не успела я понять, что произошло, как его рука просто порвала единственную лёгкую ткань, которая оставалась на моем теле, пытаясь скрыть то, что он так яростно желал. От резкого холода я сжала свои бёдра. Фейд зарычал и грубо раздвинул мои ноги, крепко прижав их. Он снял свой низ и также кинул его на край кровати. Ему нравится, что я плачу. Ему нравится, что мне больно. Ему нравится, что я униженная. Фейд взял мою руку и прижал ее к своему достоинству. Я скривилась от отвращения. Я чувствовала, как его чувствительное место пульсирует под моей рукой. Он прикрыл глаза от удовольствия. Фейд наклонился прямо у моей промежности, я не могла выдерживать его пошлый взгляд и отвела глаза в сторону. .Когда он провёл языком по моим складкам, я невольно дрогнула. Заметив мою дрожь, он двумя руками взял мои бёдра. Фейд продолжал ласкать мое лоно своим тёплым языком, отодвигая лепестки. Его движения становились быстрее и жёстче, а моя сдержанность постепенно ломалась. Его язык скользнул по моему клитору, нежно обводя его кругами. Я невольно взвизгнула от такого внезапного ощущения в теле. Фейд только ещё сильнее возбудился от моей реакции и сильнее сжал мои бёдра. Его движения ускорились, я руками сжала простынь и тихо промычала. Я пыталась взять свой разум под контроль, но всё было, как-будто в дымке. Когда эти мучительные ласки закончились, Фейд устроился между моих ног. Я желала всё взять под свой контроль, я изменю свой внутренний состав жидкости и незаметно заражу его смертельной инфекцией. Так он поплатится за свою жестокость и чрезмерную похоть. У меня были сильные гены, так что пусть не надеется, что у него родиться маленький выродок Харконненов. «Там, куда ушел страх, не останется ничего. Останусь только я.» Я смотрела в его глаза, словно гипнотизируя его. Фейд ухмыльнулся и приблизился к моему лицу, делая глубокий вдох. — Мм... Твой запах, он такой приторный... — прошептал он, затем опять впился в мои губы. Фейд резко вошёл в меня, продолжая целовать меня. Из меня вырвался болезненный стон прямо ему в рот. Он начал медленно ускоряться. Внутри был пожар, словно там подожгли костёр. Девственная кровь пролилась на чёрную простынь, оставляя за собой тёмное пятно. Я была точно уверена, что теперь он заражён. Но внезапно что-то пошло не так, как я планировала. Я понимала, что эта практика была довольно сложной и опасной, но я не ожидала таких последствий. Фейд продолжал вбиваться в меня с новой силой, не замечая моего самочувствия. Я слышала его тяжёлое дыхание, стоны, отвратительные звуки его действий. Я почти ничего не могла разглядеть, я постепенно засыпала. Я закрыла свои глаза, всё ещё продолжая чувствовать его тёплые губы на своих губах. Я покидала свое физическое тело, отправляясь в мир грёз. Я перестала дышать, двигаться, издавать звуки и проливать слёзы. Я умерла... — Люнетт? Что... Нет, нет, нет. Просыпайся, проснись!