Часть 11

Глава 11

Даже если бы ты был безразличен ко всему миру, разве ты позволил бы ей пострадать даже от малейшей несправедливости? Поскольку зона бедствия из-за проделок Су Цзяня была слишком большой, роскошный обед был испорчен. В конце концов Су Цзянь приготовил последнее блюдо — лапшу с помидорами и яйцом. Выходные закончились большой суматохой. В понедельник утром, когда Су Цзянь проснулся, Ань Ицзы уже ушёл на работу. В одиночестве Су Цзянь обошёл все комнаты, а затем вяло вернулся в свою. Кстати. Без Ань Ицзы, который его дразнит, в этом доме довольно скучно. К тому же некому принести ему завтрак… Вчера вечером Ань Ицзе дал ему внушительную пачку наличных и несколько номеров для заказа еды на дом. Он сказал, что тот сам может решить, готовить ему или заказать еду на дом. В то же время он дал ему кредитную карту с лимитом в 1 миллион юаней (примерно 140 500 тысяч долларов США,11 360 000 руб 0_0 на данный момент) и сказал, что тот может свободно тратить деньги на всё, что захочет. Я, теперь богатый человек! Ах~! Су Цзянь достал кредитную карту и нежно погладил её, но у него не было никакого желания тратить деньги. Таким образом, день Су Цзяня проходил следующим образом: завтрак — ничего не ел; утро — играл в онлайн-игры; обед — упаковка замороженных пельменей; после обеда — спал. Когда он очнулся после дневного сна, было уже больше трёх часов дня. Су Цзянь сходил с ума от скуки и очень хотел выйти на прогулку. Тут он вспомнил о важной проблеме: Ань Ицзе дал ему деньги и карту, но не дал ключ от дома! Су Цзянь обыскал всю комнату, но так и не нашёл ключ. Ему оставалось только сидеть на балконе, как птица, запертая в клетке, и с тоской смотреть вдаль. Что ж, элитный район — это, безусловно, элитный район. Пейзажи здесь такие красивые… Су Цзянь, просидев весь день взаперти в доме, хотел выйти на улицу. Немного подумав, Су Цзянь решил позвонить Ань Ицзы. На другом конце провода Ань Ицзы был на совещании. Взглянув на экран, он не смог сдержать хмурый взгляд. «Цзянь Цзянь?» Все руководители высшего звена, присутствовавшие на конференции, сделали вид, что ничего не слышали, хотя и внимательно слушали, потому что это прозвище звучало очень интимно, и хотя манера речи их президента ничем не отличалась от обычной, тон его голоса был мягким. Су Цзянь почувствовал себя немного неловко. «Во сколько ты вернёшься домой?» После небольшой паузы он добавил: «Чтобы я успела приготовить ужин». Ань Ицзе сделал паузу. Сегодня вечером у него было запланировано мероприятие с ужином. Хотя оно и не было особо важным, он не планировал ужинать дома. Услышав в трубке нежный голос девушки, он вдруг подумал, что поужинать дома — не такая уж плохая идея. В течение последнего месяца он иногда, но нечасто, приходил домой на ужин. Большую часть времени ему приходилось работать сверхурочно или ходить на ужины в другие места, в то время как она оставалась дома, готовила, ела в одиночестве. Раньше она каждый день писала ему, чтобы узнать, придёт ли он домой на ужин, но в этих деловых сообщениях она лишь интересовалась, нужно ли ей готовить ещё одну порцию. Они притворялись влюблённой супружеской парой перед другими, но всего месяц с небольшим назад они были чужими друг другу людьми, у каждого из которых был свой эмоциональный багаж. Раньше она никогда не звонила ему так, как сейчас. Сейчас её голос был нежным и мягким, в нём явно слышалось ожидание. В прошлом месяце она обычно была слишком осторожной, вела себя мягко, тихо и вежливо. Она была совсем не похожа на себя прежнюю, прямолинейную и непосредственную, из-за чего он то смеялся, то сильно смущался. Неужели всё так, как она сказала? Что это была её настоящая сущность и что из-за амнезии она осмелилась показать ему своё истинное лицо? Из-за этого он не мог не относиться к ней чуть менее холодно и безразлично. Ань Ицзы сказал: «Я закончу работу и вернусь домой в 17:30». Он подумал: «Она неплохо готовит. Это заставляет меня с нетерпением ждать возвращения домой, чтобы поесть.» После того как высшее руководство, которое всё ещё подслушивало, услышало, как их обычно суровый президент отказывается от ужина, чтобы отправиться домой, они увидели редкое для него выражение нежности на его лице. По телефону могла говорить только жена президента. Все остальные были бы на втором месте! Говорили, что президент и его молодая жена любят друг друга крепче, чем золото, и что они безмерно, глубоко влюблены. Похоже, эти истории были правдой. После окончания совещания начальник операционного отдела Цзи Минфэй хлопнул Ань Ицзе по плечу и лукаво рассмеялся: «Что? Я не слышал, что у тебя запланирован ужин с Чэнь Мянем из Yin corp? Почему ты уходишь с работы и возвращаешься домой вовремя?» Цзи Минфэй был лучшим другом Ань Ицзы и единственным, кроме них двоих, кто знал подробности его женитьбы. Они подружились ещё в колледже. Позже, когда Ань Ицзы возглавил CMI, Цзи Минфэй, разумеется, счёл своим долгом прийти и помочь. Ань Ицзы не обратил внимания на его вопрос, но это не разозлило Цзи Минфэя. Он добродушно улыбнулся и последовал за ним в кабинет президента: «Кажется, эта маленькая девочка, Су Цзянь, довольно хороша!» Ань Ицзы сосредоточился на изучении документов и не обращал внимания на поддразнивания своего лучшего друга. Цзи Минфэй покачал головой: «Я говорю, молодой господин Ань, неужели вам так всё равно?» Рука, которой Ань Ицзэ листал документы, медленно перестала двигаться. Внезапно он тихо сказал: “А Фей. ты думаешь, это потому, что я всегда был таким равнодушным, что… она бросила меня?” Цзи Минфэй нахмурился: «Конечно, нет! Даже если бы ты был безразличен ко всему миру, разве ты позволил бы ей хоть в чём-то пострадать?» Ань Ицзы криво улыбнулся: «Тогда почему она всё ещё...» Цзи Минфэй подошёл к его столу: «Ицзы, она тебе не подходит». Выражение лица Ань Ицзы постепенно стало холодным: «Значит, я не дам ей шанса вернуться». Цзи Минфэй выдавил из себя улыбку: «Будет лучше, если ты действительно её отпустишь». Он на мгновение замолчал, а затем сказал: «Вообще-то я проверил эту малышку Су Цзянь. Она очень чистая и невинная, что довольно мило. Даже если она не в твоём вкусе, вы уже женаты. Почему бы не попробовать?» « Это сугубо деловое предложение, — Ань Ицзэ на мгновение замолчал, а затем посмотрел на Цзи Минфэя. — Насколько я помню, Су Цзянь тебе тоже не подходит.» Цзи Минфэй улыбнулся и сказал: «Обычно меня не интересуют пай-девочки, но у твоей девочки действительно отличное тело…» «А Фэй!» — тихо перебил Цзи Минфэя Ань Ицзы. «Ладно, ладно. Не буду шутить так о жене друга, хорошо? Я больше ничего не скажу, вот и всё.» Цзи Минфэй тут же замолчал. Увидев серьёзное лицо Ань Ицзэ, он втайне рассмеялся: «Очевидно, что тебе не всё равно, но ты просто этого не осознаёшь. Теперь всё зависит от тебя, маленькая мисс Су Цзянь!» ………….. Когда Ань Ицзе вернулся домой, Су Цзянь как раз закончил готовить. «Ты вернулся?» Су Цзянь вытянул шею, чтобы посмотреть в сторону гостиной: «Помоги мне разложить посуду». Хотя он и сам мог бы донести её до обеденного стола, для такого раненого человека, как он, это было бы слишком тяжело. Поэтому, услышав, что Ань Ицзы вернулся, он сразу же перепоручил эту задачу некоему господину Ану. Ань Ицзэ отнес блюда на обеденный стол, подала рис им обоим, а затем накрыл на стол. Су Цзянь послушно сидел и наслаждался его стряпнёй, но не забывал провоцировать его: «Когда закончишь есть, не забудь помыть посуду!» Увидев, что Ань Ицзы не в восторге от этой идеи, он тут же сердито посмотрел на него: «Я сейчас не в форме. Тебе совсем не стыдно просить меня помыть посуду? К тому же это я готовил!» Если бы ты не был моей (маленькой госпожой) финансовой опорой, этот (маленький господин) никогда бы не унизился до того, чтобы готовить для тебя! Ань Ицзы наконец ответил: «Хорошо». Су Цзянь наконец-то остался доволен. Когда Ань Ицзы начал есть рыбу, он выжидающе посмотрел на него. Ань Ицзы понял и честно ответил: «Вкусно». Су Цзянь был доволен и горд. Он взял палочками кусочек рыбы и положил его в рот. Мгновение спустя лицо Су Цзяня застыло. Ань Ицзы заметил, что что-то не так. Он отложил палочки. «Что случилось?» Су Цзянь: «Рыбная кость… застряла…» Ань Ицзы: «…» Хотя он ничего не сказал, он какое-то время помогал в этой борьбе, потому что выражение лица маленькой девочки, сидевшей напротив него и плакавшей из-за застрявшей в горле рыбьей кости, было невыразимо... Ань Ицзы сдержал смех и спросил: «Так лучше?» Су Цзянь глубоко вздохнул и вытер слёзы: «Ах! Наконец-то прошло! Я думал, что оно меня убьёт!» Ань Ицзы спросил: «Ты собираешься есть эту рыбу?» Су Цзянь отпрянул и в ужасе замахал руками: «Нет! Нет! Я не буду это есть. Разве ты не говорил, что это вкусно? Можешь съесть всё сам!» После ужина Ань Ицзы добровольно отправился на кухню и стал мыть посуду. Су Цзянь лежал на диване, постанывая и держась за живот. Твою мать! Всё из-за того, что его еда была слишком вкусной, и он съел слишком много! Хоть он и знал, что лучше есть до тех пор, пока он не наестся на 80%, но ничего не мог с собой поделать: для него «наесться» означало «наесться до отвала». К тому моменту, когда он почувствовал себя сытым, он был сыт на 120%! Су Цзянь потёр живот и слабо позвал: «Ицзы!» После стольких повторений он наконец смог произнести это слово без запинки. Закончив мыть посуду и вытерев руки, Ань Ицзы вышел из кухни: «Что случилось?» «Давай ненадолго выйдем на прогулку!» Я, весь день просидел взаперти в доме! Ань Ицзы кивнул: «Было бы неплохо улучшить пищеварение». Когда Су Цзянь переоделся, Ань Ицзы посадил его в инвалидное кресло и вывез на улицу. В лифте Су Цзянь вдруг кое-что понял. Он поспешно повернул голову: «Точно! Когда мы вернёмся домой, не забудь дать мне ключ!» Ань Ицзы согласился и спросил: «Куда ты хочешь пойти?» Су Цзянь ответил: «Просто прогуляйтесь по окрестностям, этого будет достаточно». Придомовой сад находился недалеко от фасада здания, в котором они жили. Деревья, пруды, искусственные горы и беседки были ухоженными. Был вечер, и многие семьи в округе вышли на прогулку. Дети бегали туда-сюда и шумно резвились. Атмосфера была очень оживлённой. На самом деле Ань Ицзы не любил шумные места, но Су Цзянь был очень рад. После перерождения он либо лежал в больнице, либо был заперт в доме. Теперь, когда он наконец мог глотнуть свежего воздуха, он был вне себя от радости. Ань Ицзы тоже понял это и остановился. Они были очень привлекательной парой. Он был высоким и красивым, а она — красивой, очаровательной, и в данный момент её катали в инвалидном кресле. Вскоре после этого один пожилой мужчина с искренним беспокойством спросил: «У вас травма ноги?» Су Цзянь радостно кивнула: «Да, сломанная кость!» Старик сказал стоявшему позади него Ань Ицзы: «Тебе нужно сварить больше костного бульона для жены. Так она быстрее поправится!» Ань Ицзы погладил Су Цзянь по волосам и промычал что-то невнятное. Су Цзянь оглянулся и увидел, что его взгляд полон снисходительной любви. Сначала он вздрогнул, а потом вдруг понял: точно! Ах! Мы же не одни! Нам лучше вести себя как влюблённая парочка! Ань Ицзы, этот придурок, довольно быстро соображает, когда дело доходит до актёрской игры! Но как мне изобразить жену, которая по уши влюблена? Су Цзянь прикусил губу и глубоко задумался. Но он смог понять, какое выражение лица должно быть у маленькой жены, и решил изобразить милую и застенчивую улыбку. «Он… очень хорош». Ань Ицзы, стоявший позади него, тоже незаметно вздрогнул. Маленький ребёнок неуверенно подошёл, взялся за инвалидное кресло Су Цзяня и с любопытством посмотрел на него. Су Цзянь улыбнулся. Он посмотрел на малыша, попытался сдержаться, но в конце концов не смог удержаться и тайком ущипнул его за пухлые щёчки. Айё! Какая приятная на ощупь кожа! Мягкая и упругая! Маленькие девочки, безусловно, очень милые! Неожиданно девочка надула губки и нахмурилась. Она закричала детским голоском: «Мамочка! Ущипнули малыша! Старшая сестра ущипнула малыша!» Су Цзянь тут же отдёрнул руку. Твоя мама! Какая досада! Меня, поймали за тем, что я дразнил милую маленькую девочку! Мать ребёнка подошла, взяла малышку на руки, но лишь добродушно улыбнулась паре. Затем она ласково сказала милой малышке: «О~ Эта старшая сестра ущипнула малышку, потому что та ей нравишься! Потому что старшая сестра тоже хочет, чтобы у неё был такой же милый ребёнок, как ты, для дяди!» Чёрт возьми! Когда это я, хотел ребёнка от Ан Ицзы?! Я, просто хотел ущипнуть тебя за щёчку! И вообще, почему этот парень по фамилии Ан — дядя, а я, — старшая сестра?! Су Цзянь плакала про себя и убеждала Ань Ицзы, что им нужно бежать без оглядки. Они отошли от толпы и направились в уединённое место у озера. Су Цзянь приказал Ань Ицзы: «Стой!» Затем он начал неторопливо продвигаться в инвалидном кресле по тропинке вдоль озера. Ань Ицзе сидел на деревянной скамейке у озера и наблюдал за ней. Су Цзянь устал от беготни и прилёг рядом с Ань Ицзе. Он был в прекрасном настроении и как бы невзначай заговорил с Ань Ицзе: «Тебе не нужно работать сверхурочно в твоей компании?» Спросив это, он вдруг понял, что этот парень — президент компании. Он сам мог решать, работать ему сверхурочно или нет. Какой же он идиот! В отличие от него, Ань Ицзы ответил: «Это зависит от обстоятельств». Он помолчал немного, а потом спросил: «Тебе не скучно одной дома?» Су Цзянь выдавила из себя улыбку и вяло ответила: «Я в порядке». Брат! На самом деле мне очень скучно! Ань Ицзе больше ничего не сказал, но Су Цзянь не знал, что с этого момента президент Ань, который обычно работал сверхурочно по вечерам и в выходные, стал уходить с работы вовремя, что было для него нетипично. Это наполнило сердца его секретаря и помощника бесконечным уважением и благодарностью к жене президента. Су Цзянь лениво откинулся на спинку стула, глядя на озеро. Внезапно он взволнованно вскрикнул: «Рыба! Здесь так много рыбы!» Ань Ицзы обернулся и посмотрел. Оказалось, что мимо проплыла стайка красно-белых декоративных рыбок. Су Цзянь продолжил восхищаться: «Ах! Жизнь в элитном районе определённо отличается от жизни в других районах!» Даже рыба в озере намного крупнее, чем в других местах…» Выражение лица Ань Ицзы невольно смягчилось, когда он увидел её взволнованное личико. Затем он услышал, как человек рядом с ним продолжил: «Не знаю, что будет вкуснее — на пару или тушёное?» Ань Ицзы: «…»