Том I, Глава II: Нельзя сказать, что Юигахама не умеет готовить.

      Юкиношита сидела на стуле, я же тоже, но такое чувство, что чего-то не хватало. Начать оглядываться как придурок, или же просто сидеть и ничего не делать. После вчерашнего заявления от Хиратсуки-сенсея о споре, в котором участвуют я и Юкиношита, честно, считаю, что этот «спор» не имеет никакой логики, он не продуман, дыр очень много, но чтобы их решить — надо сперва разузнать все точные детали.       Сперва: наш спор решается отчётами учеников, которым мы «помогли». Учительница составляет очки и узнаёт о победителе. Что за бред?       Во-вторых: мы точно не можем знать кого позовёт Хиратсука-сенсей. Приходится теперь думать, кто же всё-таки к нам заявится?       Очень тяжёлый случай, как я сказал — спор не продуман. Нужны ещё детали, но пока не об этом. Я думал о том, чтобы поставить парту в центр, ведь это отличная идея, — немало было случаев, когда в клубное время ученики сидели для подготовки на дополнительных занятиях. Небольшая расстановка всё-таки не помешает.       Пусть я и веду себя гадко, противно, как многие говорят, но даже в таком человеке, как я, есть частица доброй души. По крайней мере, я так думаю, но не хотелось.       — Хикигая-кун, ты что делаешь? — подметив моё поведение, Юкиношита косо посмотрела в мою сторону, отводя свой взгляд от книжки, дабы поинтересоваться моим действием. Очень странно, я-то думал, что ей вообще плевать, что происходит вокруг этой девушки.       — Решил сделать перестановку, слишком уж больно смотреть на такой пустой зал. — отвечаю ей, затем подхожу к куче, где лежали парты, стулья. — Просто думаю, что бы такого сделать, чтобы было легче нам обоим. Не сидеть же в одних стульях. Кстати, Юкиношита-сан, почему ты не попросила кого-то помочь тебе понести хотя бы одну парту в центр кабинета? — спрашиваю я, затем взяв одну парту потащил её. Не сказать, что парта лёгкая, наоборот — она тяжёлая, но для парней — она лёгкая, что, кстати, очень странно.       — Сам подумай, Хикигая-кун, своей головой. У меня даже друзей нет. — холодно отвечает Юкиношита, а я же поставил парту между нашими стульями.       — Да любой бы парень помог, стоит тебе только попросить.       Я бы сказал «каблук», но не хотелось бы, чтобы это и ко мне относилось. Так что я оставил эту версию при себе.       — Мне это говорит человек с такими глазами, без друзей и девушки. Отвратительно, ужасно, отвратительно.       — Ты сказала «отвратительно» два раза.       — Потому, что ты отвратителен вдвойне.       — Ну знаешь…       Я хотел уже ей сказать что-то отвратительное, но тут же в дверь постучали. Мне интересно кто бы это мог быть. Я смотрел на дверь, не глядя по сторонам, сел на свой стул и ожидал прихода очередного клиента.       — Войдите. — сказала Юкиношита и дверь медленно открылась.

***

      Перед тем, как кто-то вошёл, я начал сильно нервничать. Мы не знали, кто зайдёт, да и я не была уверен в том, что Хиратсука-сенсей действием притащит к нам клиента. Я сжал кулак от нервов, мои ногти скоро начнут протыкать ладонь до крови.       — Простите, — из двери послышался женский голос, в клуб вошла девушка, — Хиратсука-сенсей сказала, что здесь могу попросить о помо-о-о…щи… — протянула она, а затем увидела меня и вскочила и вскрикнула. — Хикки что здесь забыл?       — Я вообще-то член клуба…       Эй, минутку, эта она меня Хикки назвала? С чего это она решила меня так назвать? Совсем берега попутала?       — Вы знакомы? — спрашивает нас Юкиношита.       — Да, знакомы. Мы в одном классе учимся. — ответила ей девушка, а я же оставался в недоумении.       — Допустим мы одноклассники, ладно. — начал я. — Ты вообще кто такая?       От моего вопроса она с недоумеванием смотрела на меня, явно в её глазах было сплошное разочарование от моего вопроса.       Проблема моя заключалась в том, что я вообще никого из одноклассников не знаю. Знаю лишь тех, о ком слышу постоянно, — что в голове их имена застревают.       — Юигахама Юи. Как ты вообще можешь не знать своих одноклассников?       Я виноват что ли в том, что не запомнил имена одноклассников? Да иди ты.       — Юигахама-сан, да? Если что-то нужно, то срочно выкладывай, не теряй времени зря.       После таких слов Юигахама встала перед столом и не могла как-либо сказать свою задачу. Она стеснительно смотрела по сторонам, иногда поглядывала даже на меня, словно я являюсь виновником такого поведения. За дурака меня что ли держит?       — Не томи, — торопила её Юкиношита.       — Ах, ну это, я бы хотела сделать какой-нибудь съедобный подарок для одного приятеля. Только проблема заключается в том, что я не особо умею готовить. Поэтому решила попросить вас научить меня печь.       Юигахама попросила нас научить нас испечь что-то, что понравится её так называемому «приятелю». Не слишком ли это — говорить о каком-то приятеле как объект любви? Скорее всего, как это бывает, информация конфиденциальна, поэтому она называет его «приятелем».       — С одной стороны — это хорошо, но с другой стороны — это чересчур глупо. — заявил я, а Юигахама с недоумевающим взглядом посмотрела на меня, словно спрашивает «с чего это ты взял?» — Если не умеешь печь, зачем тебе просить о помощи, даже если мы не знаем о том, кто этот твой «приятель»?       — Эта информация, увы, не для тебя, Хикки, просто хочется сделать ему приятное. — сказала Юигахама, но я понял совсем иной смысл.       — «Приятное»? — спросил я, а затем добавил, глядя на девушку с презрением. — Проститутка.       Юигахама, услышав моё слово, тут же начала кричать на меня, она ударила кулаками по столу.       — Ты кого проституткой назвал, Хикки? У меня не было ничего такого, я всё ещё девст… Нет-нет, ты ничего не слышал! — Юигахама хотела опровергнуть мои доводы, но тут же стала отнекиваться. Она точно проститутка. Или я не так понял?       — Ничего в этом плохого не вижу. Это нормально — быть девствен… — Юкиношита хотела уже влезть в разговор, но своим выкриком Юигахама прервала её. Неужели она настолько стесняется быть девственницей?       — Пожалуйста, помолчи! — Юигахама вскоре успокоилась и опустила голову, тяжело вздохнула и почесала пальцем висок. — Немного стыдно признавать о том, что опыта «близкого сближения» не было.       Лично я в этом ничего постыдного не вижу. Да, не было у меня половых связей, но что я мог поделать, если даже с девушками нормально общаться не способен. Глупость какая.       Я даже не знаю, как это люди ощущают, что они лишились девственности? Что-то гормональное происходит? Надо будет потом заглянуть в интернете.       — В общем, давайте забудем о том, что сейчас произошло, — с лёгкой улыбкой произнесла «проститутка», — и давайте нормально представимся. Юигахама Юи, приятно познакомиться.       — Юкиношита Юкино. — она слегка склонила голову. — Я глава этого клуба.       — Хикигая Хачиман.       — Всё-таки я не ожидала, что здесь будет клуб из двух человек. Очень странно даже видеть, что Хикки умеет разговаривать. Обычно ты такой молчаливый и отталкивающий.       — Надо же, я не знала, что ты в классе такой тихоня. — насмехается Юкиношита.       — Я не общаюсь с классом только потому, что мне этого не надо. — отвечаю я. — У самой-то друзей нет, не думаю, что ты такая же общительная в своём классе.       — Они сами ко мне липнут, или ты забыл, что я тебе сказала? Похоже у тебя не только глаза, как у дохлой рыбы, но и память тоже. Три секунды — потом резко забываешь. Хотя трёхсекундная память у рыбок является мифом. Скорее у тебя память, как у антилопы гну, — пятнадцать минут.       — Я-то по крайней мере не комплексную по поводу своего размера, как это делаешь ты, Юкиношита-сан. — я решил ударить по самому больному месту, делая взрослые отсылки.       Юкиношита резко замолчала. Я и правда ударил по самому больному месту. Ай да я, ай да молодец. Не знаю какой именно счёт, но могу с уверенностью сказать: что счёт уже один-ноль в мою пользу.       — Ты ещё и пошляк оказывается. Ясно почему у тебя нет ни друзей, ни девушки. Ты просто жалкий извращенец. Даже жалости от меня не жди, паразит, извращенец. Отвратительно, ужасно, мерзко, противно, хикикомори.       Юкиношита неожиданно взбодрились, услышать такое от неё, когда она с таким холодом говорит… Ладно, твоя взяла. Один-один.       — Я не хикикомори.       — Как-то странно вы общаетесь, — вмешалась Юигахама, глядя на нас.       — Забудем пока про разногласия. — сказала Юкиношита, а затем вздохнула. — Ладно, Юигахама-сан, как я поняла, ты хочешь научиться приготовить что-то, что понравится твоему приятелю? Можно тогда начать с самого простого. Сперва надо попросить разрешение на использование класса домохозяйства.

***

      Не могу сказать, что всё вышло прекрасно, но Юкиношита меня пугает. Она смогла убедить учителя арендовать на один день класс. Как у неё это получается? Она Мэри Сью? Хотя, будь это так… Стоп. Только к ней липнут, каждый парень желает с ней встречаться, каждый перед ней стелится… Она точно Мэри Сью, не более не менее.       Сейчас мы стояли у плиты, девушки надели школьный фартук. Они выглядели как настоящие домохозяйки. Не хватает только этой фразы: «Может ужин, или ванную, или же меня?» Так глупо, что даже слащаво.       — Начнём с самого простого: печенье. Есть специальные стаканы и миски с измерителями, весы, яйца, мука и шоколад, соль, сахар. Угу, всё есть. Печенья делаются очень легко. Юигахама, ты готовишь, я подсобить, а Хикигая-кун будет дегустатором.       — Ты хочешь, чтобы я отравился?       Юкиношита чересчур зажралась, хочет, чтобы я взял и отравился. Я же даже не знаю насколько хорошо она умеет готовить. Во всяких аниме бывали персонажи, которые вроде и готовят, но готовят они чересчур ужасно, что их блюдо превращается обугленную древесину.       — Надо же тебя делом занять. Не будешь же ты просто так сидеть и смотреть, как Юигахама-сан попытается приготовить. В еде надо чаще всего следить за последованностью. Одна ошибка — и еду, считай, можно выбросить. Однако первый блин всегда комом, так что на первую ошибку можно закрыть глаза.       — Отлично! Тогда начинаем! — взбодрилась Юигахама.       Готовка пошла своим чередом.       Юкиношита более-менее творила тесто из муки и яиц, Юигахама старалась тщательнее за ней повторять. Я же сидел без дела, ожидая окончательного пункта, а именно дегустация.       После теста они придали формы. Юкиношита, по стандарту, решила испечь пряничных человечков, Юигахама же решила сделать сердечки. Получилось же ровно.       Когда печенья испеклись в печке, первым же я попробовал у Юкиношиты. Однако Юигахама так увлеклась этой выпечкой от Юкиношиты, что не проследила за печкой. Оттуда чуть ли не чёрный дым выходил. Её же печенья выглядели, как настоящий уголь, даже противно это пробовать.       Я решил сопоставить так, что Юигахама прямо повторяла за Юкиношитой, но на деле сперва Юкиношита показывала, а Юигахама по воле её советов решила повторить. Но вот не задача — печенья у Юигахамы практически сгорели.       Юигахама решила не сдаваться, она снова повторила те же действия, но наступила на те же грабли. Даже третья попытка не была утешительной. Её печенья как были углями, таковыми и остались.       — Почему же так получается? Я же всё доходчиво объясняла как надо. — усталым голосом произнесла Юкиношита. — Честно, ты просто бездарна, я бы сказала, что готовка это уж точно не твоё.       — Я знаю. — проговорила Юигахама, громко и внятно, но одновременно и грустно. — Просто у меня никогда ничего не получается. Пытаюсь готовить — получаются угли. Пытаюсь убраться — я совсем неуклюжая. Вряд ли кто-то увидит меня чьей-то женой. Ни готовить, ни стирать не умею.       Отчасти было даже её жалко. Будь прокляты эти женские слёзы. Я схватил за печенья, начал его рассматривать, печенья были подгоревшими, но, взяв всю волю в кулак, пожелав здоровья моему кишечнику, я сделал кусок, а после съел его. На языке был отвратный привкус, словно ел кору дерева.       — Хикки… — воодушевившись, она посмотрела на меня удивлённым взглядом. Я же еле проглотил его.       — Н-ну, Юкиношита-сан права, готовка — это не твоё, но если даже постараться, то выйдет даже вполне ничего. Тут важна не качество готовки, а его старания. Любой парень был бы тронут такому… угу.       — Хикки, даже ты?       — Ну, возможно… И не зови меня Хикки.       — Даже у такого чёрствого человека есть добрая сторона. Я поражена. — сказала Юкиношита, в её голосе я слышал нотку сарказма и иронии. Издеваться решила. — В общем, Юигахама-сан, печенье хоть приготовить у тебя не получилось, но, будь я учителем, поставила бы крепкую тройку. Высший бал за старание.       — Юкинон, спасибо! — Юигахама подпрыгнула к ней и обняла крепко.       — Не липни ко мне, пожалуйста, и не зови меня Юкинон.       Даже такая холодная и расчётливая Юкиношита может стесняться.       Я же сам почувствовал, как желудок не желал принимать то, что съел. Уйдя из класса, я вышел на улицу, чтобы насладиться хорошей погодой. Свежий воздух мне никогда не мешал.       Если б я съел ещё пару штук, то был бы уже не жилец. Это действительно отвратительно.       Только к вечеру живот прихватил.

***

      Класс был совсем обычным, ничего нового, ничего сверхъестественного не происходит. Что я ещё могу ожидать от них? Мой день совершенно не отличается от предыдущих, — словно я попал в день сурка.       — Хикки. — от моих мыслей прерывает Юигахама, которая встала рядом со мной, а за спиной что-то прятала. — Я хочу тебя отблагодарить за то, что вчера помог. Поэтому держи. Юкинон я тоже поблагодарила, правда она сказала, что съест потом. — сказала она и протянула мне упаковку.       Я пригляделся и увидел, что там лежали обгоревшие печенья. Теперь понятно почему Юкиношита решила съесть потом.       Я взял печенье и положил их сумку. Просто не хочу их видеть.       — Спасибо…       Я её поблагодарил, теперь отстань от меня пожалуйста.       — Хикки, я должна кое-что сказать про аварию, которая случилась в апреле… Дело в том…       Авария? Я был немного в шоке.       — Юи, ты там скоро?       Неожиданно её прервал женский голос позади меня. Это была та блондинка, которая взывала к себе Юигахаму.       — В общем, не важно. Пока, Хикки. — она помахала мне рукой и ушла.       Откуда она знает об аварии? И вообще, Юигахама-сан, не зови меня Хикки. Это уже раздражает.