Мое первое обещание

- И что ты предлагаешь нам сделать? - спросила меня Чика. - Для начала успокойтесь - ровным и неторопливым голосом произношу я. - Это мы знаем и без тебя, а что дальше-то? - Спросила меня Фреддина. - А...а дальш... - а дальше я не мог произнести ни слова, так как я не знал что предложить. Заметя мою нерешительность, Фреддина отобразила на своём лице явное высокомерие и скуку, смешанную с пренебрежением. ”И это всё на что ты способен?” - так и спрашивал меня этот медвежий взгляд. - Всё понятно - произнесла наконец Фреддина. В один момент мне стало неудобно за свою уверенную выходку и не менее уверенное падение. До “перелома” не дошло, но крупный синяк в верхней части груди только начал болеть. Ты, наверное, поймёшь меня, читатель. Аниматроники, на мгновения потеряв всякую надежду на нахождение выхода, затихли, будто сами начали пытаться найти этот ответ в глубинах своих микросхем (или что там у них). Фекса опередила своих сестёр и начала первой. - Нужно понять, откуда взялся этот психоз. Мы имеем целую пиццерию в своём распоряжении, что является настоящим бонусом для каждого из нас, и для начала нам нужно отыскать первые зацепки - уверенно, с нотками наслаждения проговаривает Фекса. Странно было видеть отрезвевшие от раздумий лица аниматроников ,полные надежды, и странно было осознавать то, что я сам сразу не додумался сказать всё это до того, как Фекса успела открыть свою пасть. Хотя, скорее всего все они осознавали всё только что сказанное, но вид у них был такой, будто они только что осознали, что владеют целым заведением уже который месяц. Смех да и только...или нет? - Если мы и найдём в этой пиццерии хоть что - то полезного, то это будет лишь видео того самого психоза и больше ничего - ответила Фреддина. - Не будь так уверена в этом, Фреддина - прерывает её Фекса, - скажи мне сама, сестрёнка, как часто ты заглядываешь в двери, находящиеся в десяти шагах от комнаты охранника? Фекса пристально взглянула на Фреддину, давя на неё одним своим хищным взглядом и вынуждая её усомниться в сказанном. - Ты считаешь, что там есть что-то полезное? - ответила Фреддина. - А ты считаешь иначе? - не сбавляя хода проговаривает Фекса, не переставая при этом презренно сверлить её своим пронзительным жёлтым глазом. Фреддина недовольно фыркнула, тем же самым дав нам всем понять, что она не нашла достойного аргумента в свою пользу. Я это понимал, как, наверное, и все другие рядом стоящие аниматроники. Признаться, сам я не совсем верил в то, что в тех помещениях можно найти хоть какую-то зацепку. Хотя откуда мне было это знать? - Фекса права. Нужно начать делать хоть что-то, а обыск нашей пиццерии принесёт нам пользу при любых исходах - провозгласила Чика, - я думаю начать с кухни. - Почему с кухни? - задала вопрос Мангл. Чика тут же задумалась - Ну-у-у-у-у-у... - Всё с тобой понятно, обжора - Мангл заулыбалась, - похоже с завтрашнего дня в нашем холодильнике рассматривать будет нечего. Все вокруг еле сдерживали свой смех, а я лишь слегка улыбнулся. Но Чике тогда было вовсе не до смеха. - Я не...вовсе... - сбивчиво перебирает ответы Чика. - Ладно, Чика, тебе лучше пойти и осмотреть одно помещение, что находится у правой железной двери комнаты охранника. А я пока займусь комнатой охранника: я уверена, что там есть нечто такое, что смогло бы нам помочь - произнесла Фекса. Поза Фреддины была гордой и отстранённой, хоть она и сама была заинтересована в “расследовании тайного дела”. Ей, судя по всему, самой хотелось быть в центре всеобщего внимания, но тут её сестрица в лисьем обличии на мгновения урвала этот шанс прямо у неё из под чёрного носа. Казалось, она вот вот уйдёт с обиженным выражением лица от нас как маленькая девочка, которой не нашлось места в детской игре на свежем воздухе. Но она твёрдо держалась как одинокий айсберг, чему я был слегка удивлён. Фекса не упустила и её. - А ты, Фреддина... - А я лучше осмотрю твою комнату - резко перебила Фексу её собеседница с чёрной шляпкой, - может там я откопаю причину всех наших проблем. Фекса сменилась в лице. Её лидерская устойчивость сменилась гневной дрожью, однако она не стала на неё набрасываться и кричать. Этот гнев мне напомнил горящие угли того костра, которые были сильно нагреты, но при этом не давали пламени расти. За неё ответил я. - У себя не хочешь осмотреться? - недовольно спрашиваю я Фреддину. - У меня всё хорошо, в отличии от... - Тебя? - перебил её я, - не создавай помеху, Фреддина, лучше обращайся с уважением к другим. - И об этом мне толкует подросток, что без разрешения вторгся на нашу территорию?Тебе ли меня учить? - спросила меня Фреддина, слегка наклонившись вперёд. - А тебе ли грубить?-задал ей встречный вопрос я. Так бы, возможно, всё и дошло до словесной перепалки, если бы в этот момент не появилась Бонни. Это был аниматроник кролик фиолетового цвета с торчащими центральными резцами. Её причёска закрывала её левый глаз, а её единственный розовый глаз был готов раздеть любого посетителя пиццерии, который решился достать свой заряженный ствол и сразиться со зверем в горячей схватке не на жизнь, а насмерть(учитывая то, о чём я впоследствии узнаю позднее, это вполне могло ранее происходить в этой пиццерии). Думаю, про пышную “женственность”, чьи горячие точки прикрывали лифчик и стринги, тебе говорить не придётся: ты и так всё знаешь. Она подошла к нам так, словно только пробудилась ото сна(либо характер, толи она так долго играла на гитаре). Фреддина и я на мгновение позабыли о разногласиях, уставившись на фиолетовую крольчиху человеческих габаритов. - Что за шум? - проговорила Бонни, не замечая моего присутствия. Никто не ответил. Её взгляд остановился на мне и этого было достаточно(и ей, и мне) для того, чтобы окончательно протрезветь. Она сначала замерла, будто анализируя меня и размышляя по поводу того, не сон ли это. Но после она всё правильно поняла. - Почему я вижу здесь человека? - любопытно поинтересовалась Бонни. - Ему можно доверять - ответила ей Фекса. Бонни недоверчиво посмотрела на Фексу, а затем изучающе на остальных, желая найти точный ответ. - Фекса права-поддержала слова Фексы Мангл, - он нам не навредит. - Это Бонни, моя очередная сестрёнка - сказала мне Фекса, указав на неё своим железным крюком, - после закрытия пиццерии часто скучает по былым зрителям, что взирали на неё не отрываясь от её присутствия на сцене. - Да-а-а-а...-протянула Бонни ностальгическим тоном, - вот раньше нам всем было не до сна: каждый день шум, музыка, светомузыка - жуть! - Особенно тебе - заметила Фекса. По лицу Бонни было заметно её наслаждение при мыслях о прошлом, о том прошлом, что наверняка стало для неё единственным счастливым местом среди серой и пыльной действительности. - То есть вы после закрытия начали тупо в потолок плевать? - поинтересовался я. - В смысле? - непонимающе произнесла Бонни, вернувшись со сцены на землю. - Выражение такое есть: плевать в потолок, что означает скучать и бездельничать - пояснил я ей. - Так бы и сказал - сказала Бонни, - приблизительно так. Хорошо, однако, что она не предложила её развлечь, так как в первую очередь мне бросилась в глаза её мягкая постель, где мы сыграли бы вместе в одну ролевую игру, под названием прятки: кто-то искал, а кто-то должен был хорошо спрятаться внутри пиццерии. Почему я рад тому, что мне это не предложили? Да потому что если бы я спрятался и меня нашли, то случилось бы примерно следующее: меня бы отвели в одну тёплую комнатку и заставили бы работать в поте лица. ”Давай, Максим, я вижу, ты этого хочешь!” - говорила бы мне Бонни - ”Ну-же, покажи своё мужское начало прямо сейчас, прямо сейчас!”. ”Я не готов!” - проговорил бы я ей тогда - ”Я...не…го...т...ов”. Так бы и не сделал полностью эти сто отжиманий от пола и мне бы пришлось выполнять это упражнение заново. Фекса мне успела рассказать, как Бонни любила наблюдать за тем, как забавно тренируются люди. И уж если я и в отжиманиях повёл бы себя нехорошо, то передо мной бы поставили табуретку. Пот бы струился как из шланга. Откуда-то не возьмись появилась бы крепкая верёвка, которая была бы закреплена также крепко. Я представил эту картину: все собрались вокруг меня со встревоженными лицами и наблюдали за тем, что я собирался бы тогда сделать. “Я этого никогда не делал!” - кричу я Бонни с ноткой страха, а она мне в ответ говорит: “всё бывает в первый и последний раз твоей жизни. Давай!”. И я бы, произнеся вслух все запомненные мною молитвы(хотя как я мог это запомнить(?)), встал бы на табуретку и...начал карабкаться по ней, пока бы не достиг самой плотной и высокой ветки одного дерева, которое находилось как раз рядом с этой пиццерией. Исходя из того, что я видел в пиццерии и того, о чём мне ранее успела рассказать Фекса, я твёрдо зарубил себе на носу следующий факт о Бонни: дай ей только волю, и она сделает это. Но спустя последние два года я стал довольно сильным, крепким и выносливым самцом после нескольких лет занятия футболом. Стоит ещё учитывать то, что я не забываю про базовые упражнения с собственным весом и по сей день, а некоторые одноклассницы даже подходили ко мне и предлагали постоять у женского туалета и сторожить вход, поскольку некоторые шалуны мужского начала всё же проскальзывают в то место. Нет, Бонни, это ты у меня попрыгаешь! Тут в моём кармане провибрировал смартфон: пришло новое сообщение. Я ненадолго отошёл от своих необычных знакомых и, зайдя в Telegram, нахожу мамино сообщение, которое гласило следующее: “Максим,ты сейчас где?”. Я ответил, что гуляю на улице.” Приходи домой.Скоро твоя племянница к нам приедет”- написала мне мама. “Хорошо, скоро буду дома” - написал ей в ответ и кладу телефон обратно. Заново подойдя к “зверинцу”, я доложил всем аниматроникам о моём уходе. - Так быстро? - с досадой в голосе спросила меня Бонни, - я то думала что ты до позднего вечера собираешься у нас гостить. Мой взгляд озарил Фексу. В её лице можно было найти что-то тяжёлое, то, что придавило всем весом былую лёгкость и эмоции в один миг. Неужели она тоже так считала? Думала, что я до самого вечера буду находиться рядом с ней? Тот самый взгляд переходил с её взгляда ко мне внутрь, от чего мне самому становилось не по себе. - Ладно... - выдохнула Фекса. Фекса сказала своим сёстрам (без былой звонкости и бодрости), что проведёт меня до самого входа в пиццерию. Я попрощался со всеми и зашагал рядом с Фексой справа от неё. Всю дорогу Фекса не проронила ни слова, отчего казалось, будто из её груди вырвали все чувства и положили взамен что-то неприятное. Её лица я практически не видел, так как её голова была опущена лицом вниз, однако её тяжёлые вздохи и молчание ярко отразились на мне. Эта была самая невыносимая прогулка в моей жизни. Наконец мы доходим до двери. Открыв её, я понял, что из под обстрела дождя мне не выйти сухим. На улице шёл сильный ливень и поэтому я не поспешил сразу направляться домой.Подо мною находились те самые деревянные доски, которыми была заколочена входная дверь в заведение, а ведь и тогда сильный дождь пробарабанил по моему капюшону. Моё внимание перешло на опустошённую Фексу, ту самую, что была дерзкой юмористкой при первой нашей встрече. Сейчас же я видел другую Фексу, а точнее того, кто её заменил. Я видел Фексу, которая больше напоминала мне ходячую печаль. Ту Фексу, которая потеряла способность радовать меня и радоваться самой. - Фекса... - только смог сказать я ей. Молчание. - Фекса да что с тобой? - уже не скрывая своей удивлённости, проговорил я. Я не мог уйти, пока она не ответит. Я знал, что лучше опоздаю домой, нежели брошу Фексу в этот момент. - Максим... - наконец начала Фекса, - мне здесь очень плохо. Я это поняла после. Я не смел её перебивать и слушал её внимательно. - Моя жизнь больше походила на проклятье. Каждый день я была для других людей лишь куклой и не знала иной жизни. Но как только ты явился сюда, я поняла, что всю свою жалкую жизнь я не была живой. Я, конечно, благодарна своим сёстрам за то, что с ними можно найти общий язык, но ты произвёл на меня особенное впечатление: нахождение совсем другого человека. Внутри меня начал плакать маленький младенец, каким я был тринадцать лет назад. До сих пор помню, как плохо я переносил материнские слёзы, и тот самый карапуз продолжал плакать внутри меня, будто передо мной стояла самая дорогая для меня женщина. - Максим... - заново обратилась ко мне Фекса. - Что, Фекса?-обеспокоено произнёс я. - Пообещай мне помочь... Пообещай помочь нам всем. Я устала жить в иллюзии хорошей жизни. Я хочу быть с людьми и не думать о том, что я способно незаметно для себя убить человека. Прошу... - последнее ей удалось произнести тяжелее всего. Загипнотизированный поведением Фексы, я стоял и наблюдал только за ней. Я смотрел только на неё, будто впервые, будучи маленьким животным, я восхищался оранжевым закатом. Я подумал, что если я не пообещаю ей это, то увижу совсем другой закат, который не сулил мне ничего хорошего. Я медленно вдохнул холодный воздух и сказал: - Обещаю - сказал я ей. После этого я неспеша начал идти домой, не желая отводить от неё взгляд. Сильный дождь и сырость меня ничуть не тревожили в те моменты. Я с трудом мог держаться на своих ногах и готов был упасть в любой момент, если бы не мысли о доме. Уже дома, после ужина, спустя часа три я лёг спать, понимая, что сейчас мне не до сна.