Быть сильным

Юна проболталась Тэхену о своих предположениях и теперь БТС на грани распада! Девушка испытывает шок на пару с виной и не знает, что можно сделать. Тэхен узнал, что Чимин влюблен в Юнги. Нет парень не признался никому, но Юна была неглупой девочкой. Она слишком многое видела. Даже то, что лучше бы не стоило. Юна долго терпела и не выдавала этот секрет. Но вот очередная вечеринка. Ее соревнование с Тэхеном, кто больше и быстрее выпьет текилы. И откровения в туалете, где бедного Тэ полощет не по детски, а Юна помогает ему, обвиняя себя в таком состоянии друга. Она надеялась, что Тэ все забудет на утро. Или просто не придаст должного внимания ее фантазиям. Но Тэхен выдает, что знает. Он тоже уже давно в курсе, но поскольку больше никто не замечает, думал, что навоображал лишнего. А теперь уверен, что они правы в своих догадках, а значит, нужно помочь друзьям обрести счастье. Именно с этой мысли и начинается маленький апокалипсис. Тэхену кажется, что он гений. Чимину - что чудовище, а Юнги его просто готов задушить. Тэ назойливо пытается свести друзей и для этого создает им романтическую атмосферу. То в студии запрет вдвоем на целый день, то заставит вместе отрабатывать парную хореографию, то клянчит у Юнги комплименты таланту Чимина, потому что у Пака клянчить ничего не нужно. Он итак постоянно говорит Юнги, какой он крутой. А еще подкидывает стафу идею создать немного фансервиса и заставить парней подурачиться на камеру ради фанатов. Так Юнги и Чимин получают парную фотосессию и нервный тик от одного упоминания Тэхена. Юна буквально ошалела от напора друга. Она давно знала, что в Тэхене прорва дурной энергии, но даже не подозревала реальных масштабов. Неизвестно, чем бы все закончилось, но на имя Ким Тэхена в агентство приходит предложение о съемках в дораме и Юнги объединяется с Чимином, чтобы убедить всех вокруг, что Тэ просто жизненно необходимо согласиться и свалить на пару месяцев в другой город на съемки. Так они получают долгожданную передышку, но Юна все еще не глупая девочка, и все еще замечает намного больше, чем положено. Чимин постепенно потухает, как догорающий огонь. Юнги так задолбался в последнее время попадать с ним в разные нелепые ситуации, что тут же отстраняется и старается поменьше пересекаться. Чимина это ранит, хотя он хорошо играет свою роль солнечного и милого мальчика. Юна чувствует вину за всю эту ситуацию и решает, что нужно вернуть долг. Она влезла в нечто очень личное. Значит отплатит Чимину тем же. Ребята снова собираются у Юнги, что стало уже традицией. Юна подыгрывает Чимину, который решил сегодня оторваться по полной. Чимин не Тэхен, пить он умеет много, так что Юна не беспокоиться, что очередной откровенный разговор с другом произойдет снова над унитазом. Они танцуют, поют в домашнее караоке и даже играют в какие-то дурацкие шарады. Когда пустеет очередная бутылка, Чимин направляется на кухню за новой порцией алкоголя, а Юна следует за ним, чтобы помочь. - Я хотела с тобой поговорить, - несмело начинает девушка, но быстро берет себя в руки. Упрямства ей не занимать. - Что-то случилось? - Чимин видит ее состояние и тут же берет за руку, чтобы поддержать. Он правда ее любит, как собственную сестру. - Тебе ведь нравиться Юнги, да? Чимин отшатывается, как от удара. В его глазах паника, но он быстро одевает привычную маску и весело смеется. - Это тебе Тэхен сказал? Он вечно как вобьет себе что-то в голову. Фантазер, блин, - Чимин качает головой. - Не волнуйся. Юнги просто мой друг. - Почему я должна волноваться? - Задает провокационный вопрос девушка, а Чимин только пожимает плечами. - Я натурал, как и твой брат. Это Тэхен у нас не различает полов. То, что Тэ бисексуал внезапно, но особо не удивляет. Это же Тэхен, вполне логично предположить, что он чихать хотел на общественное мнение и любит того, кого хочет любить. В этом весь ее друг и иногда она ужасно ему завидует. Как и Чимин видимо. - Ты очень сильный, Мини. И, правда, очень хороший актер. Но я вижу, что ты любишь моего брата не как друга. - Зачем тогда спрашиваешь? - Огрызается парень и отходит еще на шаг. В этот момент он выглядит таким уязвимым, что Юне становиться практически физически больно. - Я просто хочу, чтобы ты сказал да, потому что ты лучшее, что может случится с моим братом, Чимин. Эти слова выбивают из парня весь воздух и Чимин сдувается, как лопнувший воздушный шарик. Он больше не прячет боль и усталость. А еще, немного надежды. - Ты правда была бы не против? - Я люблю Юнги. И я буду рада, если вы станете парой, потому что я уверена, что ты сможешь сделать его счастливым. А это единственное, чего я для него хочу. - Я… Я не знаю… А чего хочет сам Юнги? - Вам просто стоит поговорить, Мини. И я буду рядом вне зависимости от итогов этого разговора. - Юна подходит ближе и обнимает друга, а тот прижимается к ней так отчаянно, что девушке хочется зарыдать. - Спасибо. - И, если тебе интересно, я думаю, что он тоже в тебя влюблен. - Что? - Чимин замирает в ее руках, а Юна нежно гладит его по светлым волосам. - Возможно он и сам еще в себе не разобрался. Да и ему будет очень сложно принять свои чувства к парню. Но я вижу то, что вижу. Поэтому и советую вам поговорить. Это лучше, чем вечно страдать прячась за маской. Хоть и не мне давать такие советы. - Последняя фраза выходит из Юны под напором совести. Она же пообещала себе, что откроет Чимину в ответ свое личное. Пора сдержать это слово. - О чем ты? - Чимин пытается отстраниться, но Юна не дает. Она еще крепче прижимает к себе друга. - Я все вспомнила, Мини. Я люблю Чонгука и мне чертовски от этого плохо. * * * Юна смотрит на очередную картину и ее разрывает от желания спалить ее к чертям или повесить в собственной спальне, чтобы Чонгук был рядом хотя бы так. Смотрел на нее своими невыносимыми глазами с темного полотна и дарил кривоватую улыбку. Будто такой он принадлежит только ей. И такой он создан только для нее. Память к Юне вернулась на следующий день, после встречи с Чонгуком в больнице. Это было ужасно. Она просто подорвалась посреди ночи с мокрым от пота телом и бьющимся о грудную клетку сердцем, как после тяжелого забега. По щекам катились слезы, а в голове мельтешили образы и картины прошлого. Отец, мать, авария, Юнги и новая жизнь. Друзья в универе, которые даже не вспоминали о ней, после комы. И Чонгук. Чертов Чон Чонгук в каждой клеточке ее измученного мозга. Она истерично рассмеялась, когда взгляд упал на пионы. Браво, Чонгук. Ты сдержал свое слово. Чувства накрывали ее с головой. И больше всего там было стыда. Юна вспоминала измученное лицо брата, который приехал к ней в первый день ее новой жизни. Как она могла так относиться к нему? Воспринимать его заботу, как должное? Забирать всю его любовь, не давая ничего взамен? Только крохи тепла с барского плеча. Юне было тошно от себя самой. Разве можно было быть такой эгоисткой? Когда любовь и забота превратили ее в избалованного монстра? Много вопросов и непрошенных картин перед глазами. А еще такая ненужная любовь к тому, кто лишь вздохнул с облегчением после ее потери памяти и чувств. Да он даже в больницу ей притащил чертовы пионы! Даже после аварии ему было важнее выполнить брошенные в порыве ссоры слова, чем порадовать ее любимыми розами. Впрочем, сейчас Юна не видела ничего ужасного в пионах. Они по своему тоже красивы. Девушка подошла к тумбе и вдохнула аромат цветов. Пусть не ее любимые, пусть в дешевой коричневой бумаге, но от него. Слезы снова переполняли, а в голове зародилась паника. Что теперь делать? Признаться и снова ловить на себе сочувствующие взгляды? Ведь любовь никуда не делась. А Чонгуку все еще плевать. Да и Юна видела, как Юнги напрягся, когда Гук к ней пришел. И как расслабился, когда она его не вспомнила. Тогда может эти кусочки памяти никому и не нужны? Решение к утру было принято. Юна промучилась долго, не понимая, как должна поступить, но выбор сделан, потому при следующей встрече с Юнги она привычно отвечает, что все еще ничего не помнит, но не жалеет об этом. Все хорошо. Жизнь продолжается. И пусть это чертовски сложно, отыгрывать выбранную роль, но Юна уживается со своей маской. Только видеть Чонгука все еще невыносимо тяжело. Какое-то время она справляется. Но встреч становится слишком много. Кажется Чонгук просто везде, где бы она ни была. И тогда Юна впервые за долгое время берет в руки кисточку и неистово рисует его портреты. Очень много: наброски, полноценные картины… Она чувствует себя ненормальной и практически уверяется в этом, когда рвет все, что натворила и палит в парке. Чтобы никто не увидел. Чтобы не понял. После ее картины больше не такие откровенные и намного откровеннее одновременно. Образы, чувства, все вываливается во что-то мрачное, но завораживающее. Никаких лиц, только намеки. Эти картины тоже очень показательны, но она уже не так боиться открыть их для взгляда Юнги. Поначалу брат очень насторожен. Но вскоре воспринимает ее творчество уже не так мрачно. Радуется, что она нашла себе занятие по душе. Даже обещает помочь, если вдруг Юна решит этим зарабатывать. Но она не уверена, что хочет делиться своими картинами с другими людьми. Она сильна не настолько. И вот снова портрет. А ведь она так надеялась больше не рисовать его. Но, видимо, признание перед Чимином вернуло ее на очередной круг ада и перед Юной снова Чонгук. Красивый, уверенный в себе и такой ужасно холодный. Нарисованный на темном фоне синими красками. Будто сотканный изо льда. Только в глазах пылает огонь, в котором она практически уже привыкла сгорать до тла. - Юна, я… Кисточка выпадает из рук с оглушительным стуком в возникшей тишине. Девушка заставляет себя повернуться и встретиться взглядом с невозможными темными глазами Чонгука. Но уже не на картине, а в реальной жизни. Он ошарашенно застыл с каким-то ужасом взирая на ее картину. А затем он смотрит на нее и она видит, как Чонгук растерян. - Тебе нравиться? - Голос не дрожит и Юна этому очень рада. Она выдавливает из себя улыбку, но смотреть на Чонгука больше не в силах. Не на реального так точно. Потому она разворачивается обратно к картине. - Не знаю, почему нарисовала, но дарю. Мне эта картина не нужна. - Юна… - У Чонгука голос стал низкий. Но девушка все еще не хочет поворачиваться к нему. Она просто не сможет себя заставить играть свою роль дальше, если сейчас его увидит. - Правда дарю. По моему вышло не плохо. Хотя у тебя, наверное, от фанатов куча портретов, да? - Нет, я не принимаю таких подарков. Они все хранятся на складе компании. Юна горько улыбается, радуясь, что Чон все еще за ее спиной и не видит этого. - Можешь и эту там оставить. Вполне неплохой экземпляр для пополнения коллекции. Я… - но она не в силах договорить, потому что чувствует на своей руке жар чужой ладони. Чонгук аккуратно, но так неизбежно поворачивает ее к себе. Он не похож на ее образ на картине. На лице Чонгука неверие и даже щепотка страха. В его глазах буря, но она не сжигает ее, только подпаливает края, будто неуверенная, что же делать дальше со своей добычей. Чонгук поднимает вторую руку и стирает слезы со с щеки девушки. Юна даже не заметила, что плачет. Он касается так нежно, что ее начинает штормить. - Что ты делаешь? - Юна шепчет, потому что голос ей отказывает. Она вообще не может уже даже пошевелиться. Вся застыла, как хрустальная статуэтка. Одно неверное движение и она разобьется. - Не плачь, я этого не стою. - Я знаю, - Юна не собирается говорить ему, что стоит черт возьми! Что он добрый и смелый. Что он талантлив и у него хорошее чувство юмора. Что она хочет вечность слышать его завораживающий голос и видеть его красивую детскую улыбку. Что он гребаный идеал. Как внешне, со своими кубиками пресса, татушками на руке и красивым лицом, так и внутренне. - Ты все помнишь, да? - Вопрос вырывает ее из ступора и она пытается отступить. Сделать чертов шаг назад, чтобы спасти себя. Но Чонгук не дает. Он гребанный мучитель, потому что вместо того, чтобы отпустить ее, он притягивает девушку еще ближе. А она задыхается. От того, что чувствует аромат его духов и шампуня. От того, что его дыхание ощущается на ее коже. От того, что его руки так идеально укутывают ее. - Какая разница? - Юна действительно не понимает. Какая ему разница, что она помнит или что забыла? Она больше не преследует его. Больше не надоедает. Она старается его избегать и это не ее вина, что чертова жизнь то и дело ей в этом мешает. - Какая разница? - Повторяет Чонгук и в нем что-то неуловимо меняется. Юна не понимает, что пока не заглядывает в его глаза. Там больше нет бури. Там горит уверенность и решимость. Ей становиться не по себе. - Действительно, разницы нет. Ведь главное не твоя вернувшаяся память, а твои чувства Юна. И как долго ты уже снова меня любишь? - Сейчас я тебя ненавижу, - она зажмуривается, не в силах выдержать этого взгляда. Но это ошибка, потому что так его близость чувствуется еще острее. Практически на грани. - Врешь, - выдыхает Чонгук где-то очень близко у ее губ и Юна срывается в пропасть, потому что он ее целует.