Глава 64

Lord Huron, Phoebe Bridgers - The Night We Met

      —      …показатели сердечного ритма?       Приглушённо звучали голоса.       —      Мы её теряем!       Он не терял ни секунды, осознавая, что не может тратить время на раздумья. Пребывая в тумане собственных мыслей, Эрен оттолкнул поникшего Леви от двери и влетел в палату интенсивной терапии. Его не смущали возмущённые возгласы врачей и медсестёр, которые в этот момент окружили её. Он чувствовал, что у него слишком мало времени, чтобы на что-либо ещё реагировать. В этом бренном мире не существовало никого, кроме неё. Казалось, ничто не имело смысла, ведь всё было ради неё одной.       —      Что вы здесь делаете?!       Медсёстры цеплялись за его руки, пытаясь вытолкнуть его обратно, но он превратился словно в скалу, которую не под силу было сдвинуть никому, разве что только лежащему без сознания телу, к которому он так отчаянно стремился.       Ему было плевать на всё. Он уже решил для себя, что ни за что её не отпустит, и никакие слова о её смерти не могли остановить его. Коварная судьба уже однажды их разлучила, но больше он не собирался доверять ей своё единственное сокровище. Они были её мучениками, скованными тяжёлыми кандалами, не в силах сопротивляться ей, не в силах коснуться друг друга без боли осознания того, что они обречены. Эрен не намеревался позволить этому случиться второй раз, не тогда, когда им был дан шанс почувствовать себя свободными от этих гнетущих оков. Не сейчас, когда Микаса находилась здесь, перед ним. «Я не отдам её. Идите к чёрту!» — рычало его сознание, пока он пробивался сквозь преграды.       Эрен опустился на её кушетку, бегая глазами по безжизненному телу, ладонями трогая холодные щёки. Она уходила. Он это чувствовал всем своим нутром.       —      Не оставляй меня. Не сейчас, чёрт возьми, не сейчас! — его тело дрожало, а голос сорвался, когда глаза застелила пелена из горьких слёз.       Одним рывком он достал её шарф и на интуитивном уровне, не задумываясь, обернул им её шею.       Он держал её за руку, молясь, чтобы она нашла свой путь обратно к нему.       Врачи и медсёстры в первые несколько секунд пытались оттолкнуть незваного гостя от пациентки, но сами будто не верили, что её ещё можно спасти. Их лица не выражали ничего, они были опустошены.       Голоса говорили, что слишком поздно, что ничего нельзя сделать. Эрен не слушал никого. Он упёрся лбом о её маленькую ледяную ладонь, продолжая надеяться.       —      Вернись ко мне! Вернись… — слова мольбы срывались с дрожащих губ, которые ловили её похолодевшую кожу.       Ничего не происходило. Время словно застыло для него. Никого больше не было рядом. Йегер содрогнулся, когда почувствовал, что больше не ощущает её присутствия. Она ушла.       —      Нет… нет….нет! — рыдал парень, содрогаясь от слёз.       Эрен почувствовал, что опоздал. Глаза налились болью, которую, казалось, ничто не могло теперь стереть.       Парень сидел перед ней, поникнув всем своим содрогающимся телом и опираясь о когда-то тёплую маленькую ладонь, на безымянный палец которой он собирался однажды надеть обручальное кольцо, сказать свою клятву и больше никогда не отпускать.       Весь мир рухнул в одночасье для него, не оставалось больше сил пережить разлуку снова. Не было за что теперь бороться.       Тяжёлые веки затрепетали. Медленно открылись глубокие серые глаза.       —      Эрен? — послышался еле слышный шёпот.       Парень замер. Ладонь, которую он держал в своей руке, потеплела. Еле движимые пальчики нашли его лицо и едва коснулись его. «Я схожу с ума», — Он резко вскинул голову и встретился с самыми красивыми глазами на свете, которые невозможно забыть.       —      Эрен, ты успел, — тепло произнесла она, улыбаясь своей сияющей улыбкой, пока слёзы счастья стекали по прекрасному лицу. «Я умер?» — пронеслась мысль в его голове. Он не мог поверить своим глазам.       Йегер застыл, не смея пошевелиться. Ему так и хотелось попросить кого-то ущипнуть его. Чтобы кто-то сказал, что он рехнулся. Он думал, это прекрасное видение уйдёт. Стоит моргнуть — и она покинет его навсегда. Но этого не происходило.       Микаса нахмурила брови, пытаясь приподняться на локти. Она взглянула на него обеспокоенным взглядом, уловив его неморгающие остекленевшие глаза.       —      Эрен, это я, Микаса, — вновь разгорячённая ладонь коснулась его щеки, когда он наконец оттаял.       Врачи и медсёстры стояли, в полном шоке наблюдая за этой картиной. Казалось, их пациентка была обречена, а теперь она мало того что пришла в сознание, так ещё и находилась в здравом уме.       Глаза, наполненные слёзами от боли, заискрились. Вернулся и с новой силой зажёгся потускневший изумрудный огонь.       Он опёрся щекой о её ладонь, начав тереться о неё, словно кот, не отрывая глаз от сияющих серых глаз. Эрен потянулся к ней и крепко обнял, боясь, что она снова уйдёт. Он не мог себе позволить упустить её снова.       —      Ты напугала меня, чёрт, как же ты напугала, — на одном дыхании произнёс он, чувствуя новый поток слёз.       Микаса сжала губы и заплакала, обняв его в ответ, притянув к себе за затылок.       —      Прости меня, — плача от облегчения просила она, пока пальчики перебирали его волосы, а нос ловил такой родной для неё запах.       —      Не уходи больше, прошу. Никогда, — говорил он, бережно гладя её по спине.       —      Обещаю. Я буду всегда рядом, — она отстранилась, чтобы поймать ладонями его покрасневшее от слёз лицо.       —      Я всё помню, мои воспоминания вернулись ко мне, — плача, произнесла она, улыбаясь своей сияющей улыбкой.       Эрен был поражён и улыбнулся ей в ответ.       —      Ты вспомнила… — словно для осознания информации прошептал он, ладонями аккуратно касаясь её горячих щёк, не до конца веря, что перед ним сидит она.       Он опёрся лбом о её, продолжая гладить щёки, второй рукой касаясь её мягких волос.       —      Я так боялся, что всё потеряно, что ты не вспомнишь всего. Так боялся потерять тебя, Микаса, — говорил он, хватая ртом воздух.       Микаса дотронулась до его рук, неотрывно глядя в его покрытые печалью глаза. Она так хотела увидеть его улыбку снова. Видеть его счастливым.       —      Я люблю тебя, — произнесла она, вспомнив, что не успела сказать ему именно этих слов. Она так много не успела ему ещё сказать.       Эрен мигом переменился, услышав заветные слова. Его глаза потеплели, огонь загорелся ярче. Былой печали и боли будто и не было — всё стало неважным, уходя на второй план. Только она была важна в этом мире.       Он притянул её к себе, смотря прямо в глаза, когда его губы нашли её и соединились в тёплом поцелуе. Воздух вокруг них заискрился. Они закрепили свой союз самым трепетным и мягким поцелуем, пока их души танцевали вместе, оживая и обретая друг друга.       —      Кхм, кхм, — послышалось сзади.       Эрен и Микаса не быстро среагировали, для них никого не существовало сейчас в этом мире, однако не все были того же мнения.       —      Госпожа Аккерман, нам необходимо осмотреть вас и повторно обследовать, — произнёс врач, подойдя к кушетке. — Вам следует уйти. Надеюсь, сейчас вы не будете возражать, — добавил он, посмотрев с долей скептицизма на Йегера.       Микаса обеспокоенно огляделась и схватилась за его рукав, когда Эрен отстранился от неё.       —      Они должны проверить тебя. Я буду рядом, — мягко сообщил он, погладив её щёку.       Девушке ничего не оставалось, кроме как кивнуть, тяжело вздохнув.       Эрен вышел из палаты с такой ослепительной улыбкой, что все присутствующие в коридоре посмотрели на него, как на сумасшедшего. Друзья, родители и Леви стояли в коридоре в волнительном ожидании, точно не предвкушая увидеть его, вышедшего из палаты с таким счастливым видом.       —      Эрен? — обеспокоенно окликнула его мать, медленно начав подходить к нему.       Парень с довольной улыбкой посмотрел на неё и на остальных.       —      Она вернулась. Микаса… она очнулась, — говорил он в состоянии сильнейшей эйфории.       Леви тут же ринулся к двери, но Йегер задержал его, сказав о дополнительном осмотре.       —      Она в порядке? — взволнованно спросила Энни, держась за локоть Армина.       —      Она всё вспомнила. Думаю, всё теперь будет хорошо, — сообщил Эрен, услышав в ответ облегчённые вздохи и счастливые возгласы друзей и родных.

***

      В коридоре вместо мёртвой тишины теперь звучал гул, наполненный радостью. Этот день стал ярче, а надежда и вера в лучшее оправдались, даря людям улыбку и умиротворение.       —      Всё, я напьюсь сегодня, и вы вместе со мной —это не обсуждается! — высказался Конни, обняв за плечи Эрена и Жана.       —      О, я бы точно не отказался, — поддержал Райнер, чьё лицо, кажется, впервые так ярко светилось.       —      Сначала я дождусь результатов. Нужно убедиться, что она действительно в порядке, — напомнил всем Эрен, который в глубине души был настроен напиться от души не меньше остальных.       Конни демонстративно закатил глаза и притянул Йегера ближе.       —      Эрен, чёрт возьми, ты вытащил её из комы! Мне кажется, ты заслуживаешь как минимум отдыха, это было то ещё испытание! — сказал Спрингер.       —      Я поддержу здесь Конни. Правда, Эрен, за эти месяцы слишком много вывалилось на твои плечи, нужно расслабиться, — добавил Армин, подойдя к другу и положив руку на его плечо.       Все смотрели на Эрена с сожалением, никто не хотел, чтобы он продолжал заниматься своим любимым занятием: самобичеванием.       —      Налетели как стая коршунов, — пробормотал Йегер, когда глаза, направленные на него, одновременно сощурились. Он закатил глаза.       —       Я согласен, но только после пройденной проверки! Я просто… обязан знать, что она точно в порядке, — пояснил он, сдаваясь своим друзьям.       —      Эй, вы о нас, надеюсь, не забыли? — пролепетала Саша, положив локоть на плечо Энни, которая сверлила испепеляющим взглядом парней.       Все сглотнули.       —      Ой, кажется, нас хотел видеть капитан? — импровизированно сказал первое, что пришло в голову, Спрингер, толкнув Жану и Армина локтем поочерёдно.       —      Точно! Как мы могли забыть! Нужно идти, — произнёс Армин последним, когда друзья его бегом утаскивали из коридора.

***

      —      Всё в порядке по анализам? — спросила она дрожащим от волнения голосом.       —      Что-ж, все показатели в норме. Рад сообщить вам, что вы, судя по всему, полностью поправились, это просто чудо! — восклицал доктор, перебирая анализы Микасы. — Я не смею вас более задерживать, мы выпишем вас. Однако вам стоит прийти через неделю на дополнительную проверку, мы продолжим наблюдать за вашим состоянием. — сообщил он.       Микаса громко и облегчённо выдохнула.       Врач развернулся, собираясь уже уходить, но на пороге в полоборота обернулся к ней.       —      Если бы не господин Йегер, я даже боюсь представить, что бы случилось. Это удивительно! — сказал он напоследок, поражаясь до сих пор увиденному.       Дверь закрылась, и Микаса осталась впервые одна в палате. Она вздрогнула, когда спину коснулся холодный ветер из открытого окна, вызывая мурашки. Она вернулась, и с ней всё в порядке. Голова болела от переизбытка эмоций и полученных воспоминаний, но это было ничто по сравнению с тем, что её могло ждать на той стороне. Она спаслась.       От осознания этой мысли её выдернул звук открывшейся двери.       Он медленно вошёл, не решаясь преодолевать порог палаты. Микаса встала с кушетки, встречая гостя тёплым взглядом. Она давно его не видела и не могла не радоваться тому, что он здесь.       —      Леви? — произнесла она, спустя минуту молчания.       Его губы сжались в одну тонкую линию. Вечно каменное, непроницаемое лицо теперь выражало много сожаления и тепла. Микаса медленно подошла к нему.       —      Так трудно было выполнить мою просьбу? — обидчиво и едко произнёс он хриплым голосом.       Микаса вскинула голову, сощурив глаза.       —      Ты это о чём? — положив руки по бокам, настороженно спросила она.       Леви резко поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза.       —      Серьёзно? Ты не взяла с собой аптечку! Чёрт возьми, я копался в твоих вещах, наверное, вечность, но ты всё равно пошла наперекор мне! — вспылил он неожиданно, размахивая руками.       Микаса не выдержала и рассмеялась. Как же ей не хватало его ворчливого голоса.       —      Но я ведь не нарушила своё обещание вернуться, хм? — подколола она его, подойдя ближе, продолжая смеяться.       Леви остолбенел от такой наглости, но видя её стоящей перед ним такой же взбалмошной девчонкой, какой он её знал, ненароком задело нотки его души, вызывая в нём тепло и облегчение.       Он резко притянул её к себе за затылок, крепко обнимая и вдыхая её родной запах. Она правда вернулась.       —      Больше никогда так не делай, слышишь? Моего бюджета не хватит на ещё одну такую операцию по спасению несносной тебя, — пробормотал он, когда она обняла его в ответ.       —      Обещаю, — улыбнулась она, крепче обнимая брата.       Леви отстранился, нервно прокашлявшись. Объятия даже с родными для него оставались слишком сложной и порой непосильной задачей.       —      Тебя ждут твой молодой человек и твои собранные вещи, — сообщил он, нервно убирая выбившуюся прядь.       Микаса округлила глаза.       —      Не смотри на меня так, а то я сейчас передумаю, — пробурчал он, желая закончить этот разговор как можно скорее.       Микаса резко вскочила на него от переполняющей её радости.       —      Спасибо, спасибо, спасибо! — словно ребёнок лепетала она, пока Леви старался согнать с себя её руки, которые практически его задушили.       Через какое-то время она успокоилась и отстранилась от красного и задыхающегося Аккермана.       —      Благодари лучше его, он проявил себя и спас тебя. О большем я мечтать не мог. Хотя нет, конечно мог, не будь он такой занозой в заднице! — произнёс он, уже направляясь к двери.       Микаса мягко улыбнулась ему, догоняя и толкая локтем.       —      И не мечтай, что я тебя оставлю! Я буду приходить каждый день, — заявила она со всей решимостью.       Леви хмыкнул.       —      Господи, а я ведь надеялся в кои-то веки избавить себя от твоего надоедливого общества, — едко произнёс он, тут же получив удар в рёбра.       Они улыбнулись друг другу и поспешили покинуть палату, по дороге не прекращая подшучивать и подтрунивать друг друга.

***

      Микаса вышла из больницы в сопровождении Леви, когда увидела на горизонте не одну, а три стоящие фигуры. Сердце девушки бешено заколотилось, когда она смогла разглядеть всех присутствующих.       —      Микаса, мы так рады снова увидеть тебя! — подошла к ней Карла под руку с Гришей, тепло улыбаясь.       Девушка не могла сдержать улыбки и обняла обоих людей за плечи, которые когда-то заменили ей родителей, до сих пор оставаясь для неё близкими. Они ответили на её объятия: Карла не сдержалась и проронила слезинку, а Гриша не мог остановиться улыбаться.       В какой-то момент они все втроём почувствовали ещё одни руки. Эрен прижался к своей семье, ощущая себя самым счастливым человеком на всём белом свете.       —      Поехали домой, — отстранившись, сказал он ей в ухо и поцеловал в висок, за руку притягивая к машине.       Эрен остановился, прежде чем сесть следом за ней. Он обернулся, встретив тёплый взгляд Леви. Лейтенант кивнул ему, словно давая одобрение. Йегер улыбнулся и помахал ему рукой на прощание. Микаса проводила Леви взглядом, готовая встретить свою свободу вместе с любимым, находящимся рядом и обнимающим её человеком.