5. Вульв Петтинг и его предварительные ласки

Суббота. 7 утра. Согласно приказу ректора завхоз Вульв Петтинг должен был провести вводный инструктаж для «отбросов». «Отбросами» сотрудники института нарекли Чувака, Нюхана и Бакалея. Дело в том, что многие из них были фанатами одноименного старинного сериала. Бакалея за спиной называли Саймоном, Нюхана - Нейтаном, а Чувака они прозвали Алишей, из-за его смазливой внешности. Но Вульв Петтинг не был настроен на шутки. Он построил ребят вдоль стены и начал объяснять им, что им разрешено делать, а что делать нельзя. - Запомните первое правило: вы - говно. А говно должно закрыть рот и не выебываться. Второе правило - не приближаться к аудитории 228. Там работает гандонный коллайдер, и если вы, черти, будете топать в коридоре, то вы помешаете его работе. Гандонный коллайдер даже более чувствителен к вибрациям, чем клитор. «Отбросы» засмеялись. - Хули вы ржете? Не забывайте, что вы - говно. А говно ржать не должно. Третье правило - никакой педерастии. Замечу гомосятину - выебу. Четвертое правило - говно не должно задавать лишних вопросов. А теперь берёте наждачную бумагу и идёте драить очко в дальнем конце коридора. Если хоть на одном из унитазов будут следы налета или, что еще хуже, черкаши, я каждого из вас туда окуну вниз башкой и нажму на смыв. Вы - говно, а значит ваше место там. - Почему именно наждачная бумага? Почему нельзя использовать ёршик и моющее средство? - поинтересовался Чувак. - Я же сказал, что говно не должно задавать лишних вопросов. А, и кстати, когда хотите обратиться ко мне, называйте меня милорд, я происхожу из древнего германского аристократического рода, и когда вы заходите в мой кабинет, вы должны делать земной поклон. Пусть это будет правилом номер пять. А теперь за работу, отбросы. Отбросы молча поплелись в сторону уборной. - Да уж, поступали в универ, а попали в армию, - начал жаловаться Бакалей Какин, - может быть, мне свалить из этой ебучей Калифорнии. Не так уж здесь и пиздато, как считает моя мама. - А мама тебя по попке не отшлёпает за такие речи? Ах, если бы она услышала еще как ты материшься, так еще и на горох бы поставила, - начал шутить Нюхан, - ничё, пацаны, ща по-быстрому надраим очко и можно будет идти домой. Чувака и Бакалея выселили из общаги, поэтому они поселились у Нюхана. - Что дома делать будем? - Спросил Чувак. - Будем слушать Limp Bizkit. Или играть в Limp Bizkit, - ответил Нюхан, - знаете как играть? По другому эта игра Печенькой зовется. - Я не слышал про такое, можно сыграть, - ответил Бакалей. - Короче, парни встают в круг, кладут посередине печеньку и душат своих одноглазых питонов, пока они не всплакнут на эту самую печеньку. Чей питон всплакнет последним, тот все это съедает, - рассказал Нюхан, яростно натирая унитаз наждачной бумагой. - Фу, иди нахуй, - обиделся Бакалей. - Парни! А ведь это же отличная идея, - воскликнул Чувак. - Чувак, я и не думал, что ты вафлёр… - удивился Нюхан. - Да не вафлёр я, просто мы можем, так сказать, подстроить печеньку для Калмана - заставить наших питонов всплакнуть ему в еду. - Ну не знаю, он может этого и не заметить, - раскритиковал идею Нюхан. Внезапно в туалет вошел Вульв Петтинг: - Так, говнари, толчки потом додраите. Это все были предварительные ласки, самый сок ждет вас впереди. Пошли за мной. Вульв Петтинг вывел ребят во внутренний двор. - В колледже засорилась канализация. Поэтому сегодня говно будет чистить говно. А теперь взяли в руки ведра, открыли люк, и пиздуйте работать. Видите бетоновоз? Дерьмо выливать в него, потом все это увезут. - Может быть, нам найти насос, милорд? - предложил Бакалей. - Ты охуел, падла? Ты, блять, на исправительных работах или на курорте? Все завалили ебальники, говно должно молчать и работать, - ответил Вульв Петтинг и ушёл. Весь остаток выходного дня «отбросы» выносили в ведрах дерьмо из канализации. Их ноги, руки, волосы были испачканы липкой коричневой массой. Чтобы совсем не впасть в уныние, ребята пытались поддерживать разговор. - А что такое гандонный коллайдер? - спросил Бакалей Какин. - Это прототип вечного двигателя, разработанный в нашем колледже 50 лет назад, но, как и любой вечный двигатель, он не был реализован на практике, - раздался женский голос сзади. Ребята обернулись и увидели Пердиту Шайзенберг. - Пердита, что ты здесь делаешь? Уходи, пока нас твой хахалёк не прикончил, - сказал Нюхан. - Я пришла извиниться перед вами... За него... Я его тоже ненавижу. Но он меня настолько запугал, что я не могу от него уйти… - ответила Пердита. - Пердита, разговаривать с нами посреди внутреннего двора это не лучшая идея. Приходи в 8 вечера к нам домой, там пообщаемся, хорошо? – сказал Чувак, - Наш адрес 1720, Боттл-стрит. Встретимся там. - Хорошо, Ректум… Чувак… - ответила Пердита и удалилась. - Если гандонного коллайдера не существует, то что тогда хранится в аудитории 228? - спросил Чувак. - Хер его знает, в любом случае лучше обходить это место стороной, - ответил Бакалей. - Ну да, а то мама тебя наругает, - пошутил Нюхан, - а если серьезно, там по-любому какой-то секрет ректора. Если мы его раскроем, то у нас будет на руках компромат, а его мы сможем обменять на свободу. Тогда ректор нас в жопы целовать будет до самого диплома, чтобы мы не разболтали. - Это хорошая идея, предлагаю завтра вечером украсть ключи и пробраться туда, - сказал Чувак, - а сейчас, думаю, нам пора отдохнуть. Ну и встретиться с Пердитой.