Часть 21. Новый Год

      31 декабря. Четверг.       Весь центральный холл универа был украшен новогодними игрушками и украшениями. В центре стояла высокая, красиво украшенная ёлка, под которой уже лежали подарки в интересных упаковках. Студенты, несмотря на каникулы, суетились и готовились к предстоящим праздникам, а родители прибывали в центральные залы, поздравляя друг друга. У хранителей было много забот, но все они были приятными, и подготовка к Новому году шла без особого напряжения, словно в сказке.       Зимний и осенний Нью-Йорк сильно отличались друг от друга, как два разных города с одинаковыми улицами и схожими зданиями. Все жители готовились к празднику, который планировалось провести на самой большой площади, вмещающей десятки тысяч человек. Сцена уже была готова, закуски ожидали своего часа, а атмосфера праздника витала в воздухе.       За последнюю неделю всё изменилось — по Хэй-Нам быстро разлетелись новости о том, что теперь и третий дьявол был занят. Близнецы не упускали случая подшутить над братом, за что, то и дело получали по шапке уже от своих возлюбленных, но только веселее смеялись.       Маша сблизилась с Рани и её подругами — умными, ответственными, но при этом шумными и дружными. Ни одна тусовка не обходилась без хранителей, и со временем дриада привыкла к такому образу жизни. А быть девушкой Де-Врана оказалось и вовсе чем-то из разряда несбыточных мечт. Корвин был внимательным, обходительным, романтичным, словно первый весенний цветок, что наконец расцвёл. Он полностью доверился своим чувствам и перестал обращать внимание на взгляды студенток — ни в коридорах универа, ни на воскресном дискаче. Он сделал то, о чём мечтал последние месяцы, и был счастлив. А что ещё, в конце концов, нужно? Больше — ничего.       Весь день патруль провели с новыми друзьями, даже отправились на каток в Ледовый Дворец неподалёку от универа. Снежку терпеливо учили увереннее держаться на коньках, пока остальные кружились вокруг, наслаждаясь свободой и зимним весельем.       К вечеру народ начал собираться на главной площади, где должно было состояться основное мероприятие — грандиозное шоу, которое будут транслировать по всему миру. В центре внимания — Кайон Нишиноя Де-Вран, его отец, король Мохату, и команда хранителей. Ночь обещала быть весёлой, яркой и по-настоящему жаркой.       Люди постепенно стекались на площадь, а в воздухе витало ощущение приближающегося праздника и спокойного предвкушения.       За сценой, как и было задумано, возвышалась огромная ель, украшенная шарами невероятных размеров и увенчанная яркой звездой. Лидер защитников приготовил сюрприз, который, по его словам, должен был понравиться всем без исключения и запомниться на долгие годы. Поэтому все с нетерпением ожидали начала, создавая невыносимый гул голосов и обсуждая все что только можно.       Цветкова с подругами встретились с Несмеяной, и та, пожелав им как следует отметить праздник, хитро подмигнула Марии, а затем скрылась в толпе. Подходили и другие знакомые, с которыми патруль радостно переговаривались, делясь эмоциями и предвкушением.       На всеобщее удивление к ним подошел и Князев, каким-то образом сумевший отыскать их среди праздничной суматохи. Влад был в зимних джинсах и кожаной куртке, а кружащие снежинки неторопливо оседали на его тёмных волосах, придавая образу уютные нотки и смягчая его привычную резкость.       Когда наступили сумерки и зажглись огни, ёлка вспыхнула разноцветными огоньками, зазвучала спокойная музыка, и на сцене появился Кайон. Его присутствие мгновенно заставило толпу стихнуть и обратить внимание на происходящее. — Добрый вечер, Нью-Йорк! — воскликнул он, сверкая улыбкой. — Надеюсь, эта ночь вам запомнится, и вы встретите Новый год как следует! Желаю всем крепкого здоровья, любви, успехов в учёбе, студентам и школьникам. Ну а мы начинаем! И первая песня... Какая же она будет? — Ворон хитро прищурился, давая понять, что выбор остаётся за публикой.       Толпа откликнулась мгновенно — со всех сторон раздалось громкое и единодушное «Зацепила!». Песня оказалась настолько любимой, что никто не сомневался в выборе. Кайон с удовольствием исполнил её вместе с остальными Хранителями, официально открывая праздничный вечер.       В центре площади стояли столы с закусками — там, где летом цвели клумбы и располагалась зона отдыха. Воздух искрил магией, превращая всё происходящее в настоящую сказку. В такую, о которой Маша мечтала с детства. И вот, наконец, она стала её частью.       Праздничные песни звучали ещё долго. Хранители пели, танцевали и зажигали толпу даже ярче, чем на Хэллоуин. Более пяти тысяч человек подпевали будущему королю, создавая гул, который, казалось, разносился на весь город.       Сказочный патруль расположился недалеко от сцены, рядом со столами с закусками. Девушки пили, ели, танцевали, общались и просто наслаждались моментом. Всё вокруг казалось таким тёплым и родным, что душа словно расцветала новыми красками. Даже морозный воздух не портил настроение — защитники заранее позаботились об этом, поставив волшебный щит, который сохранял на территории праздника относительное тепло. — Машка, я просто в шоке! — радостно воскликнула Ветрова, держа в одной руке стаканчик с кофе. — Он правда признался тебе? С ума сойти...       О том, что той самой девушкой, которая завоевала третьего принца Нишиноя, оказалась Цветкова, подруги узнали лишь в начале недели, но до сих пор не успели обсудить это как следует. — Сама в шоке, — смущённо ответила дриада, неловко улыбаясь.       Она сделала глоток горячего чая и при этом слегка покачивала головой в такт музыке. — А я ведь сразу говорила, что он смотрит на тебя влюблёнными глазами, — с улыбкой продолжила Варвара. — К этому всё и шло, так что я правда за тебя рада. — И мы тоже! — хором откликнулись Снежка и Алёнка. — Правда, Маш, а то, что он ещё и защитил тебя... вообще сказка! — добавила Рыжова.       Она вместе с Морозовой тоже общалась с братьями из вороньего рода, но их разговоры больше напоминали дружеские беседы, чем романтические прогулки или миловидные переписки. — Колючка! — вдруг из ниоткуда раздался знакомый голос, и рядом с Варей появился Владислав.       Та вскрикнула от неожиданности, выронив из рук стакан. — Привет, патруль, — с улыбкой добавил Князев, обнимая волшебницу ветра со спины под удивлённые взгляды её подруг.       Положив подбородок на её плечо, он заглянул ей в глаза и мило улыбнулся. — Ты идиот?! — возмутилась Варя, тут же отпихивая учителя и краснея от внезапного смущения. — Ну чего ты, Колючка? — ещё больше развеселился Владислав. — Не ожидала? А я вот пришёл. — Владик! — восторженно воскликнула Рыжова, стукнувшись с бывшим князем кулачками, как со старым другом. — Привет, — улыбнулись Маша и Снежка. — Всем добрый вечер и весёлого Нового года! — Князев, похоже, был сегодня в особенно хорошем настроении. — С чего такая доброжелательность? — буркнула Варвара, язвительно поглядывая на него, пока убирала остатки кофе с земли. — А с чего мне быть хмурым в такой великолепный праздник? — Князев расплылся в белоснежной ухмылке. — Смотри, не ослепи нас своей улыбочкой, — хмыкнула Ветрова, пытаясь скрыть явное смущение. — Я просто решил поздравить своих любимых учениц с праздником, что в этом... — Владислав не успел договорить, его перебил внезапный крик.       Патруль удивлённо обернулись. — Алёнка! — высокий парень с тёмными волосами и знакомыми чертами лица махал рукой, бегом приближаясь к ним. — Саша... — названная девушка застыла на месте, не веря своим глазам. — Саша!       Она расплылась в улыбке и, забыв обо всём, бросилась навстречу давнему другу.       Остальные волшебницы замерли, не веря происходящему. Это действительно был он — Саша Абрикосов, с которым они столько раз веселились в Мышкине, который помогал им, как мог, и которого они не видели с момента переезда в Нью-Йорк.       Добежав друг до друга, они крепко обнялись, и Аленка едва не запрыгнула парню на руки — так сильно соскучилась. — Сашка, ты-то что тут забыл?! — воскликнула она, не веря своим глазам, и ещё крепче прижалась к другу, словно в один момент обрела что-то родное, тёплое, своё... — И я рад тебя видеть, Рыжуля, — усмехнулся Абрикосов, с нежностью глядя на неё. — О, вижу, вы уже познакомились с нашим новеньким, — раздался голос Кайона, и он, словно появившись из ниоткуда, встал рядом с остальным патрулем, с улыбкой наблюдая за парой впереди. — Прошу любить и жаловать — Александр Абрикосов. С нового семестра он будет учиться в нашей группе.       Алёнка с трудом отлипла от друга, и вместе они подошли к остальным. — Всем привет, — широко улыбнулся Саша. — Привет, — отозвались девушки, приветствуя его мягкими улыбками и внимательными взглядами.       Абрикосов заметно изменился: возмужал, стал выше, подтянутее, явно занялся спортом и выглядел теперь куда более привлекательным и уверенным в себе. — Саша, откуда ты тут взялся?! — восторженно воскликнула Ветрова, переключая внимание с Князева на давнего друга их команды. — Это вопрос не ко мне, а к нему, — усмехнулся Абрикосов, кивнув в сторону Кайона. — Я сам пока толком не разобрался, что к чему. — Всё расскажу, — загадочно улыбнулся принц Нишиноя. — Но не сейчас. Сейчас главное для нас всех повеселиться от души и встретить Новый год так, чтобы запомнить его на всю жизнь. — Это что ж, — хохотнул Влад, переводя взгляд с Александра на Кайона, — Абрикос теперь учится в Хэй-Нам? Прикольно. — И тебе привет, Морок... — произнёс Саша без явной агрессии, но с лёгким оттенком пренебрежения в голосе. — Ага-ага, здравствуй, — Князев то ли был слегка под градусом, то ли просто пребывал в каком-то особенно приподнятом настроении.       Он даже протянул руку давнему знакомому, и тот, немного помедлив, всё же пожал её, не сводя внимательного взгляда с преподавателя боевых искусств. — Саня, — мечтательно вздохнула Снежка, — ты просто обязан нам всё рассказать. — Ага, — подхватила Варя, скрестив руки на груди, — и похорошел-то как! А ведь, кажется, не так давно виделись, а теперь тебя просто не узнать. — Да, Саш, — подтвердила Маша, внимательно разглядывая его, — и как ты вообще оказался в Нью-Йорке? Как нашёл нас в этой толпе? — Сначала это вы мне объяснитесь, милые дамы, — усмехнулся парень, приподняв бровь. — Каким образом уже несколько месяцев учитесь здесь и даже не удосужились предупредить? Нас с Васей хоть бы поставили в известность, подруги, блин. — У нас столько новостей для тебя! — радостно воскликнула Алёнка, всё ещё крепко сжимая руку Саши, явно не собираясь отпускать. — А для меня есть новости? — неожиданно вклинился в разговор Корвин, с интересом разглядывая Абрикосова. — Добрый вечер. Кажется, я тебя где-то видел...       И ведь правда. Видел. Этот парень был на выпускном в колледже в прошлом году — если память не подводит, то по просьбе патруля. Возился с ними, помогал. Но изменился за полтора года так, что сразу и не узнаешь.       Тёмный принц переглянулся с Кайоном, ухмыльнулся и подошёл ближе к Цветковой. Девушка тут же смутилась, но старалась не подать вида. — Добрый, — сдержанно, но приветливо ответил Александр. — Я тебя тоже помню... В колледже был. У девчонок.       Он чуть прищурился, пожимая протянутую руку ворона, а затем перевёл взгляд на Машу, которая заметно притихла с появлением Корвина.       У Маши тут же раскраснелись щёки, явно выдавая, что Корвин для неё вовсе не просто друг, ворон или сокурсник. И эта небольшая деталь показалась Абрикосову подозрительно интересной. — Это Корвин, — вмешалась Варя, придя подруге на помощь. — Наш друг. Он раньше здесь учился, а потом решил остаться после... эм... небольшой двухнедельной экскурсии в этот город. — Понятно, — протянул Саша, хмыкнув. — Ну, приятно познакомиться. Буду рад общению. — Взаимно, — отсалютовал Нишиноя. — Кстати... — с хитрым прищуром протянула Алёнка. — Машка с ним встречается, так что... — АЛЁНКА! — Цветкова тут же вспыхнула пуще прежнего, и личико стало таким алым, что Корвин не смог сдержать ухмылку. Слишком милой ему показалась эта картина. — Что? — невинно вскинула брови волшебница огня. — Саша наш друг. Ему можно знать правду.       Она ухмыльнулась ещё шире, так же как и весь остальной патруль... за исключением самой дриады, которая, кажется, готова была провалиться сквозь землю. — Что? — переспросил Абрикосов, явно сбитый с толку. — У Маши... парень? — Он окинул взглядом девушек из Сказочного патруля, потом задержался на Алёнке, будто ожидая подтверждения, что не ослышался. — Да, я законный парень Марии, приятно познакомиться, — без тени смущения ответил Корвин, весело наблюдая за реакцией новенького.       Для него ситуация была до смешного забавной, а одобрительный хохот Кайона только подливал масла в огонь.       Старший брат, похоже, решил, что дальше ему тут делать нечего, и, подмигнув младшему, направился к своим, оставляя Абрикосова переваривать неожиданную новость. — Заткнись, — прошипела Маша, сбив дыхание и ощутив, как лицо вспыхивает ещё сильнее. — А что? — не отставал Корвин, ухмыляясь. — Неужели тебя так смущает правда?       Цветкова метнула в него убийственный взгляд, но это только раззадорило Ворона. Он явно наслаждался моментом. — Придурок... — буркнула она, ощущая на себе пристальные взгляды друзей.       Уйти не получалось — девушка стояла рядом с этим самодовольным типом, а тому только в радость. Улыбается похлеще Чеширского кота и, словно закрепляя за собой территорию, положил ладони на талию Марии, притягивая её в объятия. «Ну всё, Оскар за самое красное лицо точно мой..»       Но сдаваться она не собиралась. Надо было как-то выкручиваться из этой ситуации. И на ум пришла весьма интересная мысль.       Дриада пробежалась взглядом по Ветровой, которая, как и остальные подруги, улыбалась во весь рот, а затем остановилась на Владе. Он притих в сторонке, наблюдая за происходящим с выражением человека, который только что узнал шокирующую новость. Кажется, он до конца не мог поверить, что Маша — умная, рассудительная девушка — встречается с этим Де-Враном. Тем самым, который не раз пытался его угробить и вообще славится жестокостью и разбойничьим нравом. «Интересно, Колючку тоже на вредных тянет, или это я просто такой?»       Но мысли тут же покинули голову Морока, уступая место неожиданному повороту событий, и теперь уже не Цветковой предстояло смущаться. — Ну тогда, думаю, стоит поделиться ещё одной важной новостью, — с притворной задумчивостью протянула Маша, хитро взглянув на бывшего князя. — Например, о том, что Влад признался Варе в любви. Кажется, нашему другу тоже следует это знать.       Она улыбнулась победной улыбочкой, и эффект был мгновенный.       Всё тут же застыло.       Ветрова почувствовала, как её щеки начинают пылать, а взгляд мгновенно метнулся к Князеву. Корвин, который до этого беззаботно гладил талию Маши, замер. Словно время на секунду остановилось.       Несмотря на шум людей и громкость музыки, в их компании воцарилась звенящая тишина.       Но ненадолго. — Да-да-да, — первой пришла в себя Рыжова, оживлённо закивала и поддакивала, словно подтверждая: всё так и есть! — Я не... — Варя попыталась возразить, но получилось неубедительно. — Чего?! — Саша смотрел на них так, словно ему только что сообщили, что небо теперь зелёное, а трава фиолетовая.       Влад? Варя? Признание в любви?! Это же невозможно! Эти двое ненавидели друг друга всю жизнь! Как вообще такое могло случиться? Что за эти месяцы перевернуло их отношение с ног на голову? — Да-да, — с самым невинным видом продолжила Маша, — и остался Влад в Нью-Йорке тоже из-за неё.       Она усмехнулась, лицо раскраснелось, но это лишь добавляло милоты волшебнице земли. Даже руки Корвина, которые так и не покинули её талию, больше не смущали — внимание всех было приковано к Ветровой. — Не отрицаю, — неожиданно серьезно произнёс Князев, — я действительно остался в городе не просто так и отрицать своих чувств не собираюсь.       Вновь наступила тишина. Все замерли, переваривая только что услышанное. Саша пытался осмыслить происходящее, не веря своим глазам и ушам. Он не виделся с ними всего пару месяцев, а теперь здесь такие откровения. — Я в шоке, — сказал он, но его голос оставался ровным, хотя в душе буря эмоций, — нет, я просто в ахере! Как это понимать? Меня не было с вами пару месяцев, а у вас тут целая Санта-Барбара какая-то! Нет, я просто в шоке! — Это ещё не Санта-Барбара, — усмехнулся Корвин, — у моих братьев и хранителей в целом было и похлеще, вы уж поверьте мне. — Нет, я просто в ахере, — ещё раз повторил Абрикосов, запуская ладонь в волосы и взъерошивая их. — Я вообще не знаю, как это всё воспринимать. — Ну, меня хотя бы не целовали на закате у озера и не катали на байке по городу, — закатила глаза Варя, которой тоже не хотелось заливаться краской перед друзьями. — Что?! — одновременно воскликнули почти все, за исключением Князева и Нишиноя. — Да-да, так что не надо мне тут предъявлять, — волшебница ветра скрестила руки на груди и отвернулась, делая вид, что ей всё равно. — Маша... — растерянно пролепетала Морозова, — это правда? — Ну да, — сухо ответил за подругу Корвин, не отпуская её талии, — катались один раз, ну и... у озера встречались. А что, мы уже взрослые люди, и отношения это совершенно нормально. — Говоришь так, будто о погоде, — хмыкнула Цветкова, вновь смущаясь и желая исчезнуть. — А разве отношения это какая-то отдельная информация? — покосился на неё через плечо Ворон, — я просто говорю то, что думаю. — Ну спасибо, мистер Прямолинейность, — буркнула обиженно дриада, скрещивая руки на груди, повторяя позу Ветровой. — Ладно, народ, чего стоим-то? — ухмылка снова заиграла на лице Влада, а вместе с ней вернулось и игривое настроение. — Погнали тусить, Новый год же!       Разговоры на этом не закончились, но друзья разошлись, наслаждаясь временем и компанией друг друга. Князев ещё не раз пытался подкатить к Варе, но та либо закатывала глаза, либо отвешивала ему знатных оплеух.       Алёнка не могла оторваться от Саши и с энтузиазмом знакомила его с представителями Вороньего рода. Когда очередь дошла до Францеса, тот странно покосился на Абрикосова, но всё же пожал ему руку.       Тем временем Корвин ненадолго отлучился к близнецам, которые уже покинули сцену и теперь тусовались вместе со своими возле одного из столов. Музыка продолжала греметь, люди пели, смеялись и шумели — веселье шло на полную катушку, как и полагается в Нью-Йорке.       Примерно к десяти вечера всё шло как надо — никаких проблем, только веселье, общение и буря эмоций. Хранители, как всегда, держались подальше от алкоголя, ссылаясь на возможные чрезвычайные ситуации, в которых горожанам могла бы понадобиться их помощь. А вот Патруль решил отметить Новый год по-взрослому, и теперь уже не один Влад пребывал в отличном настроении.       Когда заиграла популярная европейская песня «Юра Юра»*, толпа завелась ещё сильнее. Несколько десятков человек собрались в одном месте, громко подпевая и прыгая в такт музыке.       Близнецы Нишиноя, стоявшие неподалёку, ничуть не удивились происходящему, но Кайон всё же что-то подметил. Точнее, кого-то. — О, наши исполняют, — усмехнулся он, привлекая внимание Корвина и Койана к толпе, где особенно выделялась группа подростков до восемнадцати. Братья сразу обернулись к толпе — и застыли.       В центре, среди подпевающих и танцующих людей, выделялись три фигуры — Маша, Рани и Киара. Если хранительницы всегда отличались любовью к шумным вечеринкам и отрываться для них было делом привычным, то... — А ЦВЕТКОВА ТАМ ЧТО ЗАБЫЛА?! — воскликнул ошеломлённый Корвин, наблюдая, как его возлюбленная не только весело танцует, но и вовсю подпевает песне с явно двусмысленным характером.       Койан чуть не поперхнулся напитком, который до этого спокойно попивал, но решил промолчать. Он лишь бросил взгляд на толпу и девчонок, сам невольно начиная покачивать головой в такт музыке.       А вот Корвину происходящее явно не понравилось. Видеть, как Маша участвует в этом балагане, его вовсе не радовало — и он тут же направился к ним, решительно прокладывая путь сквозь толпу. — Он очень сильный и смелый мужчина...— гремело из динамиков, а толпа, включая Цветкову, дружно подпевала. — Его увлечение — бить людям лица...       Корвин помрачнел. Вот уж чем-чем, а такими песнями свою девушку он точно не представлял.       Под удивленные взгляды толпы Нишиноя без лишних церемоний подошёл к компании, но девушки, увлечённые песней, даже не обратили на него внимания.       Тогда он сделал единственное, что, по его мнению, могло их прервать — молча подхватил Машу на руки.       Толпа тут же оживилась, а на спине Корвин будто ощутимо загорелись десятки любопытных взглядов.       Рани и Киара мгновенно перестали петь, уставившись на парочку с нескрываемым весельем в глазах.       А вот сама Цветкова застыла в шоке, рефлекторно обхватив парня за шею и недоумевая, что, чёрт возьми, только что произошло. — Вы чего набрались, дамочки? — Корвин без труда удерживал Машу на руках, его голос звучал одновременно удивлённо и укоризненно. — Ладно они, ебанутые на голову, но ты-то, Маша?!       Цветкова вспыхнула, чувствуя, как жар заливает лицо. — Корвин... — только и смогла вымолвить она.       Но Ворон растворил их во тьме, перенося в другое место и оставляя толпу в полном недоумении.       Когда темнота рассеялась, он не спешил отпускать подругу, лишь внимательно всматривался в её глаза. — Вопрос остаётся тем же, — тихо произнёс Нишиноя. — Чем это вы там успели набраться?       Они оказались за сценой — отсюда музыка всё ещё доносилась достаточно громко, но людей поблизости не было.       Похоже, Маша так увлеклась весельем, что не до конца осознавала, что творит. Теперь же она явно смутилась, спрятав пылающее лицо у него на плече. — Ладно, отходи, — вздохнул Корвин, мягко отодвигая тёмную прядь с её лица.       Нет, он не злился и не собирался её отчитывать. Он даже не был против того, что его девушка веселилась на полную. Но слышать, как некогда примерная студентка во весь голос распевала подобные песни, стало для него неожиданностью. Он просто не ожидал от неё такого и теперь не знал, как правильно реагировать.       Маша продолжала прижиматься к нему, явно не зная, как выкрутиться из ситуации. Корвин чувствовал, как её дыхание сбивалось, а пальцы легонько сжимали ткань его толстовки. — Маша, — мягко произнёс он, наклоняя голову, чтобы заглянуть ей в лицо. — Я... просто расслабилась, — пробормотала она, не поднимая взгляда. — Да уж, — он коротко усмехнулся. — Расслабилась так, что теперь даже не знаешь, что сказать?       Она ничего не ответила, лишь сильнее уткнулась в его плечо. Корвин покачал головой, свободной рукой проводя по её волосам. — Ладно, — сдался он. — В следующий раз хотя бы предупреди меня, если планируешь вот так зажигать. — Зачем? — наконец-то подала голос Маша, взглянув на него исподлобья. — Чтобы я знал, когда приходить и забирать тебя, — ухмыльнулся Ворон, но в глазах его все ещё плескалось легкое удивление. — А то мало ли, что ты ещё вытворишь сегодня или в другие праздники, когда решишь вот так вот повеселиться.       Цветкова вдыхала его аромат, пытаясь прийти в себя. Веселье еще не отпустило, хотелось танцевать и петь, зажигать на всю. И понимая её состояние, Корвин перенёс их обоих по тени обратно на площадь, аккуратно ставя девушку на землю. — Иди, веселись, только не переусердствуй, и постарайся быть на виду, Цветочек, — сказал он, чмокнув её сначала в носик, от чего она смущенно съёжилась, а затем в лоб.       Из динамиков уже звучали другие песни, но толпа продолжала веселиться, и подруги близнецов Нишиноя, в том числе. Братья не собирались останавливать их, лишь присматривали со стороны, чтобы те не натворили чего-то лишнего. Возможно, волшебницы просто захотели расслабиться на Новый год, и парни спокойно позволяли им это. Всем нужен отдых и эмоциональный разряд, поэтому оставалось лишь наблюдать, чтобы их веселье не вышло за рамки.       Когда к ним подошел Корвин, хранители переглянулись и усмехнулись. Младший Нишиноя выглядел слегка уставшим и до сих пор удивленным, взял стакан с каким-то напитком и выпил. На вкус — кофе, крепкий. — Все окей? — поинтересовался Кайон, переводя взгляд то на толпу, то на брата. — Ага, — томно ответил Корвин, становясь рядом с ними и устремляя внимательный взгляд на людей, поющих и веселящихся. — На вид не скажешь, — хихикнул второй близнец, — Где Маша? — Веселится, — кивнул младший в сторону толпы, — сказал, чтобы не переусердствовала. Пусть веселится дальше, такие праздники не часто бывают. — Солидарен, — улыбнулся лидер, — ты молодец, что доверяешь ей. И вообще, умничка, что наконец признался. Я рад за вас. — Да там просто Лаура, Новак которая, помните? — близнецы кивнули. — Так вот, со своей сворой на Машу вечером накинулись, а я мимо с парнями проходил. Ну и защитил, ляпнул, не подумав. А потом решился, что так или иначе всё решено, и скрывать нет смысла. — Что ж, молодец, — только и сказал Кайон, слегка покачиваясь в такт музыке.       Несколько лет на сцене и статус местного популярного певца давали слабину — тело самозабвенно начинало двигаться в такт музыке. И судя по всему, не только у лидера хранителей.

***

      Ближе к полуночи толпа начала успокаиваться. Музыка стихла, и будущий король вновь вышел на сцену, но уже один. — Надеюсь, вы все хорошенько повеселились! — воскликнул он в микрофон. — Но это была только первая часть нашей ночи. Загадывайте желания, веселитесь, отрывайтесь на полную! Пусть в новом году у всех будет много хорошего и крепкое здоровье. А теперь, вместе с братьями, мы хотим исполнить для вас одну песню. Написали её специально на праздник, и надеюсь, всем она понравится.       На сцене из тени появились его младшие братья и включилась новая — «Новогодняя песня».       Все слушали, как завороженные, а Нишиноя отрывались на полную, бегали по сцене и веселились, улыбаясь и наслаждаясь моментом. Их родители стояли неподалеку и тоже качали головами под такт музыки. Они были рады за сыновей, но вот одного человека здесь не хватало...       Когда до курантов оставалось всего ничего, в небе зажглись огни, и музыка стихла окончательно. Обратный отсчет.       Десять.       Девять.       Восемь.       Семь.       Шесть.       Пять...       На сцене появились и другие хранители. Девушки присоединились к парням в объятия. — Четыре! Три! Два! Один! — в небе тут же начали взрываться салюты, разукрашивая его в яркие огненные цвета и искры.       Музыка включилась обратно, и веселье продолжилось с новой силой. Маша стояла совсем неподалеку от сцены вместе с подругами и пела во весь голос то, что знала. Ноги и все тело в целом гудели от усталости, но лица были счастливыми.       Однако спустя всего полчаса случилось то, от чего все были в шоке. По крайней мере новенькие в городе — точно в полноценном ахере.       На сцене появились четверо. Зеленые, с банданами на уровне глаз, такие же веселые, как и вся толпа, с панцирями...       Алёнка и Саша, которые весь вечер провели вместе, закричали во все мочи, узнав их… и были мягко говоря в ПОЛНОЦЕННОМ ШОКЕ. — Всем привет! — воскликнули братья, и толпа закричала во все горло, явно зная, кто это.       Легенда Нью-Йорка, спасение из других вселенных, те, чьи имена и сериал были известны на весь мир. Но никто не думал, что они... существуют.       Шрамов тут же стукнулся кулачком с черепахой в красной повязке — Рафаэль*. Они были теми ещё друганами, однако сказочный патруль об этом даже не знал. — Вы готовы к полному отрыву? — воскликнул новенький в синей банданке.       Люди взревели, и на сцене зазвучала новая песня — «ЧСВ». Другие черепахи и хранители разошлись по краям сцены, пока Раф и Кову исполняли такие трюки, что глаза у зрителей вываливались из орбит. Эти ребята явно репетировали не один и не два раза. Это означало, что хранители и черепахи общаются давно, и их совместные выступления были отточены до мелочей.       Кову и Раф крутили акробатические номера, сдвигались в темпе музыки и даже обменивались короткими фразами на ходу, что только добавляло зрелищности. Зрители не могли поверить своим глазам, наслаждаясь каждым движением и каждый раз выкрикивая что-то в ответ. Танцы, трюки и музыка смешивались в одной волне, подогревая атмосферу до максимума.       Ни на секунду не переставая улыбаться, Раф поднял руку и, словно поддавшись волне энергии, прыгнул в воздух, сделав несколько вращений. Кову в это время ловко подхватил его, и вместе они спрыгнули со сцены, приземлившись на землю перед толпой. — А теперь, народ, готовьтесь! — воскликнул Раф, скрещивая кулаки. — Эта ночь только начинается!       Толпа ревела от восторга, а хранители и черепахи обменялись между собой взглядами.       Взрыв эмоций, танцев и музыки продолжился, и вся площадь погрузилась в атмосферу непрерывного праздника.

***

      Примерно до двух ночи выступали исключительно Шрамов и Рафаэль. Их песни были особого характера: много мата, намеков на взрослые разговоры и, в целом, нецензурных выражений. Впрочем, всем было на это плевать, и люди весело подпевали, наслаждаясь атмосферой.       Позже начали звучать и другие композиции. Подарков и поздравлений было море, а музыка лилась отовсюду. Веселье продолжалось всю ночь, и никто не хотел останавливаться.       Маша, находившаяся всё ещё под действием напитков, активно подтанцовывала с закрытыми глазами, полностью отдаваясь моменту. Холодно не было, и атмосфера была раскалена до комнатной температуры — уже нельзя было сказать, что веселье происходит на улице зимой.       В один момент на её талию опустились горячие руки, обвившие её и заключившие в родные объятия. — Не устала танцевать, Цветочек? — прошептал голос прямо в ухо, опаляя кожу.       Дриада еле заметно вздрогнула и тут же расплылась в улыбке. — Нет, а что? — ответила она, чуть развязно. — Пойдём, хватит с нас совместного веселья, — ухмыльнулся Нишиноя. — Хочу побыть с тобой наедине...       Их мгновенно поглотила тьма и Корвин прижал девушку в свое комнате к стене, неистово впиваясь в женские губы. После признания вся его робость окончательно испарилась и теперь инкуб шалил не по-детски.       Маша оторопела, но через пару секунд ответила на поцелуй, положив руки на затылок парня, перебирая темные пряди. От куда же ей было знать, что это — слабое место ворона? Корвин тихо не то зарычал, не то застонал, но углубил поцелуй, краем языка проходя по губам дриады, но не решаясь следовать дальше.       Голова слабо закружилась, ноги волшебницы слегка подкосились и Де-Вран подхватил её под колени на руки, прижимая к стене сильнее.       Нет, он не пользовался состоянием подруги и был готов остановится в любой момент если ему покажется, что Цветковой что то не нравится. Но она не делала ничего. Только отвечала на поцелуй и перебирала волосы парня на затылке, заставляя его терять контроль над самим собой. А этого категорически нельзя было допускать, иначе Корвин за себя будет не в ответе и инкуб может сотворить то, за что потом им обоим будет крайне неловко и даже стыдно.       Так продолжилось несколько минут. Нишиноя осторожно отстранился, всё ещё держа Машу на руках. Они тяжело дышали, пытаясь перевести дыхание и ослабить жар, который охватил их тела, сбивая всякие границы приличия. — От тебя пахнет кокосом, — снова заметил парень, уткнувшись лицом в волосы дриады. — Это мой шампунь, — хрипло ответила она, — с ароматом кокоса и ванили. — Что я творю... — прошептал Корвин, как будто задавая себе вопрос, — Мне сносит голову от одного только запаха, а я ещё комплексовал на братьев...       Цветкова усмехнулась, прикрыв глаза и расслабившись. После ночи веселья ей ужасно хотелось спать, и, поняв это, Нишиноя перенёс её на кровать, укрыл тёплым пледом и устроился рядом.       Маша заснула сразу же, как почувствовала мягкий матрас под собой. Тело отключилось и наконец позволило себе отдохнуть. Корвин же ещё долго не мог заснуть, аккуратно перебирая волосы девушки и пытаясь совладать с собой, прокручивая события ночи в своей голове вновь и вновь…