Часть 14

— К тебе?! — Девушка радостно подскочила с кровати, чуть ли не пища от восторга. Широкая улыбка украсила ее милое личико, которое так и сияло от счастья, — ты.. ну, уверен? — Вполне, — лишь произнес непринужденно юноша, опираясь лицом о свой же кулак, который оказался в районе щеки, — я.. если честно, хотел бы чаще с тобой видеться. — Я только за, — ее голос звучал спокойно, но на самом деле в глубине души у нее был ураган счастья, а она сама сейчас, не сдержав прилив всех эмоций, прыгала на месте, прижимая руку к губам, чтобы прямо сейчас не заорать ему в динамик, — значит к двум… тогда жди меня! Он кивнул на ее слова, будто девушка сейчас видела его, непонятно зачем, скорее уже это было на уровне рефлекса или же просто дело привычки. С его стороны послышалось еле разборчивое и что-то похожее на «угу», а следом и тихий, но приятный на слух смешок. Звонок был сброшен, а Люмин радостно упала обратно в кровать, уткнувшись лицом в подушку и прижимая к себе теплое одеяло. Она пробурчала что-то невнятное, крутясь из стороны в сторону и болтая ногами вверх вниз. Румянец на ее щеках горел ярким пламенем и всё никак не хотел затухать, пока сердце ее билось так быстро, что создавалось ощущение, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Приятное чувство разливалось по телу и было сравнимое с ощущением порхания бабочек в животе и некое волнение, которое не было похожее на что-то тревожное, а больше на яркое ожидание исполнения желаний. Блондинка слегка приподнялась на локтях, чтобы была возможно вдохнуть хоть каплю воздуха. Ее глаза блистали ярче прежнего и были налиты золотом, а счастье так и продолжало переполнять ее. Она сжала под собой ткань своими пальцами, взглянув на солнечную погоду, что всё мелькала в окне светлым пятном. На небе не было ни единого облачка, из-за чего оно, казалось, обладало ещё более насыщенным оттенком. Неожиданно, девушка встала с кровати, все так же ярко улыбаясь, создавая ощущение, что она была сейчас самым счастливым человеком. Время уже потихоньку доходило до назначенного, а ей ещё нужно очень много всего сделать: и причесаться, и найти что-нибудь красивое из гардероба, и может даже слегка накраситься. В ее глазах, что напоминали слитки золота, мелькали блики, открывающие взор на душу, которая таяла от одного представления времяпровождения с Сяо. Она ещё никогда не встречала таких людей, как он, которые притягивали лишь одним своим глубоким взглядом, в котором могла отражаться вся сущность этого человека. Его спокойная, сосредоточенная натура так же привлекала ее, создавая загадочный образ в голове, что нужно разгадать несмотря ни на что. Юноша для нее являлся куда больше, чем просто друг и, наверное, это видно и со стороны. Ее постоянно покрасневшие щёчки при одном его появлении перед ней, что напоминали сладкие, красные ягоды, неловкая и довольно смущенная улыбка при каждом комплименте, адресованный ей. Не привыкла она ещё к такому хорошему отношению к себе. А его душа хоть и казалась со стороны чужого черствой и горькой, но Люмин правда знала, знала, какое доброе и нежное сердце у него на самом деле. За это и полюбила, но признание вряд ли выйдет когда-нибудь из ее уст. Слишком страшно, а если из-за этого совсем перестанут общаться? Этого она точно не перенесет, как показал опыт. Блондинка никогда до появления этого юноши в ее жизни, в особенности в сердце, не уделяла особое внимание своему гардеробу. Если красиво, то пойдёт. А теперь не так. Так трепетно выбирает, что надеть, как будет смотреться, а идёт ли ей эта вещь? На душе от этого чувства было совсем тепло, будто что-то уже совсем родное, любимое. Белоснежное платье. Или лучше, что-нибудь поудобнее? Корсет уж точно надевать желания не было, но при этом хотелось что-то свободное и стильное. В голову пришла мысль и теперь она уже стояла в черных, обтягивающих шортах, сверху была надета белоснежная полупрозрачная рубашка, сквозь которую просвечивал такой же темный топ. Чтобы она не делала, но всегда вкладывала всю свою душу. Даже тот подарок на его день рождения – до сих пор всплывают картинки, как в три часа ночи, ещё нужно идти на учебу, а руки всё продолжают выводить красивые, ровные буквы, с разными завитками, вставляя следом совместные фотографии, от которых так и веяло чем-то… счастливым? Будто это и есть то, чего ей хотелось: спокойствие, гармония, улыбка на лице и настоящие нежные эмоции так к ней, так и от нее. Глаза сосредоточенно наблюдали за процессом, начиная потихоньку закрываться, но тут же вновь веки поднимались, когда край носика касался деревянной поверхности стола. Везде уже были разбросаны бумажки, ручки, создавая беспорядок, но это того стоило. Одна реакция Сяо на ее подарок – самое дорогое и приятное, что ей приходилось наблюдать. Та искренняя улыбка, как его длинные пальцы переворачивали страницы, а такой томный, сладкий, чуть хрипловатый голос начинал раз за разом рассказывать сложившиеся их общие воспоминания. Девушка взяла свою любимую, маленькую сумочку, повесила ее себе на плече и закрыла за собой входную дверь направляясь прочь из квартиры вниз по ступенькам. Начало мая, было совсем тепло и уютно, будто это время обладало своей уникальной атмосферой: листочки начинают прорываться и радовать после длительной зимы своим ярким оттенком, цветы, что украшают деревья вокруг, особенно слегка розоватые яблони, которые похожи были на невест. Жёлтые одуванчики на тропинках между дворами, которые были маленькими копиями солнца, что пекло голову своими яркими лучами. Вот щебетание птиц, которое наполняло и так очень шумный и активный город, ведь люди, один за другим, так и шли друг за дружкой, кто-то в одиночестве, уткнувшись взглядом в асфальт и тяжело вдыхая весенний воздух, а кто-то активно обсуждал с собеседником свои новости, а также ещё очень много случившихся событий. Милая улыбка скользнула на лице светловолосой. Такая обстановка всегда ей нравилась. Спокойствие – это то, чего ей так не хватало, но теперь присутствует в ее жизни. Ветерок приятно дунул в сторону щеки, вызывая небольшой смешок и проглаживание пальцами по тому же месту. Осталось уже совсем немного и она уже будет на месте. Сердце так сильно сжималась в предвкушении встретить того самого, а стук будто и раздавался по всей округе, что даже прохожие могли услышать. Шаг за шагом, а чувства продолжали нарастать и создавать то сладкое ожидание, которое всегда предательски тянет в груди, но не было чем-то лишним, скорее дополняло и так полную корзину эмоций. Вот уже та самая дорожка, которая ведёт прямиком ко входу в подъезд, после уже знакомые ступеньки, ведущие далеко вверх. Стук ботинок был слышен на несколько этажей выше и возможно, даже отдавался мимолётно и в некоторых квартирах, но разве такое кого-то может тревожить? А Сяо всё сидел у себя в комнате, схватившись пальцами за темные пряди своих волос, неприятно стягивая, чуть ли не до болезненного шипения. Эта идея возникла совсем спонтанно в его голове, с самого утра ещё вчерашнего дня и так не отпускала, поэтому ему пришлось жалко сдаться перед собственным сердцем, что тосковало по этой яркой, улыбчивый девушке, и принять поражение, и вправду приглашая к себе. Но он продолжает отрицать всё происходящее, имея понимание, что в конечном итоге чувства его полностью поглотят и в какой-то момент начнут даже душить и вызывать всё больше тревожности о невозможности показать их полностью. Наверное, он впервые чувствует такое к человеку. Любовь.. как оказалось, даже такой холодный, нелюдимый человек, может искренне полюбить другого, отдавая всего себя. Вот только… как всё будет? Каково их далёкое будущее, если не известна и последующая минута жизни. Вдруг всего лишь мимолётная надежда, которая разобьётся в скором времени, окажется чем-то обманчивым, и вновь всё разлетится на острые осколки, а настоящие эмоции будут раз и навсегда запечатаны в глубине полностью покрытого плотным слоем льда и инея сердца. А может, постепенно, отпускает свое счастье из рук, самостоятельно продолжая разрушать то, к чему так долго стремился, то, что было по-настоящему дорого. Пшеничные локоны развиваются на фоне голубого неба, которое было усыпано сероватыми тучами. Сбоку, возле ушка, красиво расположились белоснежные цветы, напоминающие светлые лилии, которые всегда исходили от нее как аромат духов. Эти глаза, что позволяли тонуть в себе, словно являлись липкой, но такой сладкой и тягучей карамелью. Нежная улыбка, которая почти всегда была на ее личике. Рядом спокойствие, словно все беды мира исчезают из этой вселенной прочь, а время останавливается, позволяя наслаждаться происходящим. Наверное, именно так бы и описал юноша свое счастье. Может, ему стоит позволить себе хоть раз стать по-настоящему счастливым? Рука медленным движением скользила по темному столу, на котором лежала только что распакованная пачка с масляными красками, где-то в углу комнаты можно было заметить белый, достаточно большой холст и мольберт, который расположился чуть ли не в центре всего помещения. Теперь сам парень понимал, что превратился в глупого влюбленного художника, который беспрестанно продолжал писать портреты своей возлюбленной. Именно ей посвящает всё своё свободное время, каждый раз заполняя листы скетчбука и позволяет жить вечно в его картинах, оставляя о ней вечную память. Звучит уж очень романтично. Он, который был раньше, полгода назад, никогда бы не поверил в происходящее и насмешливо бы покрутил у виска пальцем, но кто же знал, что судьба может открыться и такой стороной к нему? Из мыслей вывел тихий ожидаемый стук, который приглушённо раздавался где-то внутри. Парень двинулся со своего места, нетерпеливо открывая входную дверь и наблюдая тот самый силуэт, что из раза в раз заставляет его сердце колыхать от счастья, а дыхание сбивается на что-то рваное и неравномерное. Люмин неожиданно метнулась к нему, крепко обнимая и прижимаясь, вдыхая уже знакомый аромат. Тонкие пальцы скользили сзади по темной ткани его толстовки, которая так приятно сжималась. Он удивлённо взглянул на светлую макушку, что прижималась ему где-то в районе груди, опаляя своим теплым дыханием, и неуверенно прикоснулся к ней в ответ, ещё больше сближая их вместе. Нет ни тревоги, ни того страха перед неизвестным, будто всё, что происходит – так и должно быть, все задумано и нет никаких сомнений. Это определенно то, чего они так искали, жаждали. — И тебе привет, — Юноша слегка улыбнулся, утыкаясь своим носом в пшеничные пряди и расслабленно вздыхая. Совсем не хотелось ее отпускать из своих рук, а вот так дальше стоять настолько близко к друг другу и ощущать ускоренный ритм сердца каждого. К глубокому сожалению, пришлось всё-таки отлипнуть и пройти в глубь комнаты. — Обычно у тебя не стоит мольберт по середине комнаты, — Люмин аккуратно начала рассматривать предмет, прохаживаясь вокруг и держа гордо руки за спиной, — что-то писать хотел? — Ну… — он слегка замялся, поджимая губы и не решаясь сказать свои планы. Он завел пальцы себе в волосы, немного оттягивая в сторону, пока ладонь неловко скользила по затылку, — Я хотел бы… изобразить тебя, если ты согласна на такое, но конечно же я пойму… — Конечно я согласна, Сяо! — та только радостно хлопнула в ладоши, подпрыгивая от этой грандиозной затеи. Ее широкая улыбка всегда завораживала его, будто пленила своей искренностью и яркостью, — думаю у тебя прекрасно получится. — Тогда мне нужно сходить за разбавителем, подожди немного, — юноша спешными шагами быстро удалился из комнаты на поиски нужной небольшой баночки, иначе масляные краски в ином случае не получится никак отмыть, только если очень постараться, но зачем напрягаться, когда можно решить всё так? Медовый взгляд стал скользить уже по давно знакомым стенам, что были украшены и разными плакатами, и даже какими-то нарисованными лично им персонажами. Довольно необычно. Каждый раз это пролетало в ее голове. Вот только глаза заинтересованно метнулись на темный, глянцевый стол, на котором расположен, как она поняла, скетчбук. Очень любопытно, да так, что устоять на месте было просто невозможно, поэтому, под всем давлением ее совести и внутреннего голоса, девушка быстро подошла к открытым страницам и увиденное ее одновременно и очень удивило, и вызывало… смущение? Ведь буквально с всех сторон были зарисовки ее самой. Румянец быстро оказался на ее личике, которое уже во всю горело пылкими чувствами. И сам факт, на самом деле, очень приятный и трогает до глубины души. Не значит ли это, что она что-то значит для него или даже больше? Уголки ее губ дрогнули в широкой улыбке, а вторая рука коснулась места, где было ее сердце, которое так и пылало от счастья. Слишком мило. Пальцы перевернули страничку и здесь уже было изображено знакомое ей платье, как будто вырезан отрывок из прошлого. Только вот жаль, что воспоминание не самое приятное, вернее настолько противное, что начинает тошнить в ту же секунду. Раздавались шаги, которые направлялись в ее сторону, но светловолосая никак не реагировала, лишь уставилась на эскиз. Тишина. Пронзающий янтарный взгляд так и чувствовался, словно сильный яд проникал внутрь организма, настолько холодно и безжалостно. — Ты зачем открыла? — его голос звучал раздражённо и напугано одновременно. Он уж слишком не любит, когда кто-то прикасается к его личным вещам, но тут больше… страх. Конечности сводило от одной мысли, что блондинка посчитает его сумасшедшим или что ещё похуже. Не успела его ладонь коснуться ее, как Люмин начала говорить, так и не оторвавшись от рисунка. — Этот наряд… в этом я была на выпускном в школе, — тихое, еле уловимое шептание звучало настолько печально, что душа внутри уже начинала разрываться, — я должна была танцевать вальс, но мой партнёр отказался от меня, при этом ещё и всячески унизил. Хоть я и привыкла в те времена к такому отношению, но… это было настолько обидно, что даже это чувство и сейчас проявляется, хоть и прошло уже достаточно времени. — Люмин… — Парень сочувствующе склонил голову в бок, с силой стиснув зубы. Если он встретит того, кто причинил ей такую боль – пусть бежит куда подальше, иначе в живых точно не останется. Пальцы скользнули вдоль внутренней стороны ее руки, а после сжал ее, слегка приподнимая, а второй прильнул к ее утонченной талии, прижимая к себе. Наблюдать за ее удивлением, которое сменялось благодарной и радостной улыбкой, было чем-то невероятно прекрасным, словно летний рассвет, когда только начинает всё потихоньку просыпаться. Он начал шагать назад, притягивая ее за собой, вводя ее в начинающий танец. Пусть те воспоминания и оставили горький, темный осадок, но зато какое настоящее открылось перед ней. Сердца бились в унисон, будто они слились в единое целое, рваное дыхание опаляло друг друга, добавляя ещё больше жара в комнату. То, как перебирали ноги, как текстура ткани прозрачной рубашки ощущалась на коже, как сердце начинало ускорять темп при виде этого чёртова топа и выпирающих ключиц, как счастливое личико вновь было наполнено смехом и весельем, как счастье окутало их по полной, не оставляя ни единого участка огорчения – всё ощущалось как какая-то сказка со счастливым концом, как сладкий сон, который каждый день будешь вспоминать как что-то жизненно необходимо. Судьба будто преподнесла эту девушку, как подарок свыше. Она была чем-то большим, нежели награда за страдания, скорее ощущалась неким ангелом, сошедшим с небес на землю, чтобы дать свое благословение, и видеть эти хрустальные слезы, скапливаемые в уголках ее роскошных глаз, под пышными ресницами - самое удушающее зрелище. Юноша повел ее в сторону, мимо того самого мольберта, крепче сжимая ее тоненькую, изящную талию в своих руках, дальше покрутил ее за ручку перед собой, аккуратно, совсем невесомо придерживая, будто касался какой-то драгоценной реликвии. Танец создавал ощущение единого целого, как их души сплелись в один крепкий узел, как пальцы скользили по телу, прижимая как можно ближе к себе. —М? Сяо?— блондинка совсем тихо и так невесомо прошептала, когда он так мягко и ласково прижал ее к себе, поглаживая пшеничные волосы, что проскальзывали сквозь пальцы, лишь слегка взъерошиваясь. Его губы коснулись самой макушки, оставляя косвенный поцелуй, который был настолько милым, что вызывал волну мурашек по коже. — Я не позволю тебя больше тронуть. Кто бы это не был, — вылетело грозно из его уст, выражая всё его беспокойство. Желание защитить, оказать поддержку – чувства, что переполняли его изнутри, и конечно же гнев к тем поддонкам, которые посмели раскрыть рот в ее сторону. Хотелось с силой сжать ладони, но в таком случае причинит ей боль, а это непозволительно, — и танцуешь ты шикарно, потеряли такой талант, идиоты. — Спасибо… — и это слово несло в себе настолько мощный спектр эмоций, что даже представить было сложно. Благодарность за всё, что происходило: его появление в ее жизни, которая изменилась как будто одним резким скачком, поддержка, что была так необходима в определенные моменты, защита, которая ощущалась таким теплым пламенем, что хотелось просто нежно прижаться, потираясь своей щекой, еле уловимо посмеиваясь, слегка подрагивая плечами, а самое главное – все те чувства, которые продолжали гореть внутри нее ярким свечением, словно солнце освещало весь город. — Это сущая правда, — парень вытащил прозрачную баночку из кармана джинсов, с тихим стуком ставя на стол, всё продолжая нежно прижимать девушку к своему телу, — я.. принёс растворитель. Люмин еле заметно кивнула, отстраняясь, к сожалению, и подошла к стулу из темного дерева, который довольно приятно сочетался со всей присутствующей цветовой гаммой. Одна нога гордо расположилась на предмете, а вторая так и служила главной опорой. Спина изящно выгнулась, голова была поднята, взгляд так и прожигал своей страстью и бунтарским видом. Пряди волос небрежно упали ей на острые плечики, но это выглядело настолько красиво, что свело бы с ума любого увидевшего эту красоту, либо один юноша замечает в ней некое неизвестное, но настолько прекрасное божество как и внешне, так и внутренним миром. От одного общения складывалось впечатление милой и добросердечной, что и являлось самой настоящей правдой, но этот ее чертов гордый и сильный образ так и вынуждает голову кружится и оказывается перед ней чуть ли не на коленях. — Пойдет? — Ее голос звучал одновременно и вопросительно и заинтересованно, — я, думаю, к такому наряду такая поза в самый раз. — То, что нужно, — вдохновенно ахнул Сяо, взяв в руки карандаш и начиная потихоньку выводить гибкие линии, создавая самый первый набросок, чтобы уже от него и отталкиваться. Грифель начал появляться в районе головы блондинки, прорисовывая ее воздушную, но на столько грациозную прическу, переходя к одной из самых сложной детали – лицо. Трудность всегда заключалась в том, чтобы черты получились идентичны. Но будто ее образ настолько сильно приелся в сердце, что даже такое не вызвало проблем изобразить ее хитрое и одновременно любопытное настроение. Он решает перейти сразу на тело, добавляя ее достаточно большие формы и сразу располагая на ней ее тонкую рубашку и выглядывающий из-под нее короткий, но очень сильно привлекающий внимание топ. Складки аккуратно легли по ткани, в районе рукавов, создавая ещё больше величия в этом образе. Утонченная талия тоже не осталась в стороне и также была выведена плавными линиями. А ещё ее обтягивающие черные шорты на бедрах – было чем-то невероятным и очень возбуждающим. Худые ноги в прекрасных, красивых ботинках так же разместились на тканевом холсте. Основной эскиз готов. Теперь можно преступать к самому главному – краски. На палитре оказалось сразу несколько цветов, которые тут же были смешаны плотной, синтетической кисточкой. Первый густой мазок лег на поверхность в районе шеи светловолосой и получилось довольно не плохо. Добавил каплю красного и снова провел в близлежащем месте. Получался похожий участок кожи, то, что нужно было. Неожиданно, парень поднялся со своего места, подходя к возлюбленной и немного, совсем невесомо, прикасаясь к ее щеке. Нужно было будто что-то добавить. Руки. Они казалиськаким-то… пустыми? Нужно что-то ей взять. Парень слегка поджал губы, вдумываясь в идеи, которые выкидывал мозг и… одна была весьма интересна. Бита. Однажды ему пришлось купить ее и использовать по назначению. Как раз осталась после очередной веселой идеи его сестры, которая, может и была очень спокойной по натуре, но тоже не прочь развлечься. Еще несколько лет назад всей семьей ездили попробовать поиграть в бейсбол и было довольно необычно, но точно на один раз, так как, в прямом смысле, он час пытался попасть по этому миниатюрному, чёртову мячику, который из раза в раз просто падал на пол и разрушал нервы юноши, которые не так то просто сломить. Сяо уже было собирался выкидывать этот ненужный предмет, да только руки так и не дошли и как оказалось, не зря, ведь никто не ожидал, что обстоятельства сложатся именно так. Дополнение к натуре располагалось в самом дальнем шкафу, за кучей вешалок с разнообразием курток. Тяжелая однако, зато идеально впишется в образ. Он повертел предмет немного в руках, слегка ухмыльнувшись, а после протянул блондинке, что начала рассматривать какие-то черные узоры. — Бита? Интересный выбор… — нежная рука обхватила предмет, гордо сжимая пальцами, даже создавая какой-то устрашающий и угрожающий вид. Ну не прекрасно ли это? Парень вновь разместился на своем месте, уже выводя новое дополнение, которое так идеально вписалось в жестокий и немного вызывающий образ. Краски так и продолжали смешиваться, а потом оказывались на белоснежном холсте, что с каждой минутой становился всё более невероятным благодаря столь воистину чудесной девушке. Небольшая прядь светлый волос упала ей на лицо и начала неприятно щекотать белоснежную кожу, вынуждая морщить миленький носик и зажмуривать свой карамельный взор. Усмешка уже сама по себе, неконтролируемо слетела с его губ, а ноги снова подались в ее сторону, чтобы помочь с этой неприятной «проблемой». Он наклонился перед ней, сталкиваясь своим янтарным взглядом с ее и в тот же момент начиная заливаться яркой краской, и поправил небольшой пучок пшеничных волос, что немного закрывал ее золотистого свечения глаза. Пальцы коснулись ее пухлых розовых губ, которые на ощупь настолько приятные, что и мысли не было отпустить. И тот поцелуй, который въелся в память так глубоко, что теперь ни коим образом не получится извлечь и уж тем более самому забыть. Этот ее сладкий вкус кожи, который теперь ещё на долго останется на кончике языка. И эти неконтролируемые ни чем скольжения рук по ее полностью расслабленному телу в тот момент. Хотелось бы повторить, выразить уже наконец эти чувства, которые уже давно прожигали его сердце изнутри, из-за чего даже спокойно выдохнуть при присутствии Люмин было невозможно. К черту эти переживания, страхи, которые каждый раз сковывали его движения. Пусть всё будет так, как написала судьба. Холодного свечения глаза закрылись, лицо парня начало приближаться всё ближе к ней. Она затаила дыхание. Кажется, сейчас произойдет то, что уже каждый из них так долго ждал, хотел, так сладко просил. Их губы уже еле-еле, но при этом так мягко и нежно соприкоснулись, только начиная входить в поцелуй, как резко и совсем неожиданно раздался громкий хлопок двери. — Сяо, я забыл про наш проект вчера! — Тарталья продолжал восклицать, махая руками из стороны в сторону, привлекая к себе всё внимание, словно являлся магнитом, — ой, кажется, я не вовремя. — Ты издеваешься?! Ты не мог хотя бы на секунду позже или раньше прийти?! Ты просто полный долбаёб и ни как по-другому! — юноша сжал в своих руках кисточку, да с такой силой, что та в ту же секунду сломалась пополам и большая часть упала с глухим стуком на пол. — эй, Сяо, подожди, стой, не подходи ко мне… блять! — рыжий уже прикрылся от ожидаемого удара кулаком по лицу, чтобы хоть как-то смягчить боль, но на его голову, с недовольным цоканьем в придание, лишь свалилась куча бумаги и набор заточенных, как острие, карандашей. — А теперь проваливай отсюда, — сквозь зубы процедил темноволосый, всё ещё продолжая негодовать со всей сложившейся ситуации. Так уже искренне надеялся, что их отношения со светловолосой выяснятся, но все его ожидания сгорели в прах, и нужно сказать спасибо недоразумению перед ним. Еще и в душе теперь кипит океан смущения, который с болью давит на сердце. И как ему теперь спокойно смотреть ей в глаза? А, кстати о ней. Девушка тихо хихикала с этого спектакля, который сейчас происходил перед ней, будто бы пару мгновений назад ничего не происходило. — В смысле? А как же проект делать? — Аякс недоверчиво покосился на друга, держа в своей крепкой хватке все те предметы, что были небрежно ему поданы. — кажется сейчас бита найдет себе применение, — юноша тяжело вздохнул, грозно просверливая взглядом стоящего напротив. — Люмин, хватит ржать, успокой лучше своего паренька, — Тарталья возмущённо взглянул на нее, начиная тоже уже хохотать со всего происходящего. — Тогда, мне стоит пойти, — она продолжала сдержанно посмеиваться, прижимая свою ладонь к своему рту, чтобы не создать ещё больше недовольных диалогов, но стоит признаться, за этим наблюдать со стороны уж очень весело. Ее силуэт направился в сторону входной двери, которая, как оказалось, не была заперта, — думаю, в университете не погладят по голове, если вы вдруг допустите глупую ошибку. — Хорошо, раз ты так считаешь, — темноволосый не стал настаивать на том, чтобы возлюбленная осталась, ведь именно ей и решать это дело, да и, скорее всего, ей стало бы скучно наблюдать за тем, с каким трудом они делали бы этот несчастный проект. — До встречи, — ее голос звучал так сладко и пьяняще, что он на секунду забыл как дышать. Как же он мечтал слышать его каждый день, в глубине души сразу становилась так спокойно и гармонично. В тот же момент, она притянула его за плечи к себе и вовлекла в недолгий, но такой желанный поцелуй, жадно прильнув к его губам, а через секунды две, точно не знает, отпустила и отстранилась, быстро закрывая за собой дверь, будто всё было по ее плану, но это вовсе не так. Ее сердце билось так бешено, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди, а ноги поплелись вниз по этажам с такой скоростью, что можно было в случае падения даже лишиться собственной жизни, но это точно не было в ее голове. Мягкие щёчки уже полностью покрылись румянцем, который так и горел, словно широкий пожар. Ей оставалось лишь нервно сглотнуть подступивший противный ком, ожидая дальнейших событий.

***

За окном уже виднелась полная темнота вечера, которая создавала по-своему особенную атмосферу не только на улице города, но и дома, будто появлялся особенный уют. Где-то проезжали вдали машины и так было круглосуточно, без передышки. Город всегда кипел жизнью, в любое время года и в самую разнообразную погоду. В небольшой комнате горел свет довольно привлекательной люстры, которая освещала всё помещение вокруг и лишь небольшие светильники по комнате служили помощью. Люмин спокойно сидела за своим компьютером, что-то листая в ленте товаров, иногда совсем тихо посмеиваясь. Поза была довольно милая, а именно колени, поджатые к ее телу и светлая макушка, которая легла сверху. Рука так и скользила по мышке, круча маленькое колёсико. Внезапно, на экране появилось всплывающее окно, где было видно входящий вызов. От Сяо. Страх сразу же прошёлся по всему телу лёгкой дрожью, а волна тревоги разом ударила по сердцу, начиная безжалостно тянуть. Конечности ненароком дрожали. Она волнительно поджала свои губы, немного прикусывая на них свою нежную кожу. Палец аккуратно щёлкнул по кнопке принимая звонок. — Привет, — он слегка наклонил голову на бок, вновь наслаждаясь видом этой прекрасной девушки. На ней лишь виднелась тоненькая, белоснежная маечка на бретельках, которая смотрелась на ней слишком привлекательно и очаровательно. — Привет, что-то хотел? — блондинка заинтересованно хихикнула, заправляя выбившуюся прядь пшеничных волос за ушко. — На самом деле да, — юноша неуверенно нахмурил свое лицо, стиснув зубы. Сомнения и страх сковывали его, не давая произнести следом и слова, но всё же продолжить нужно, как бы тяжело это не было, — я хотел бы поговорить насчёт наших отношений. — Х-хорошо, — она нервно сглотнула, чуть кивая головой. Тяжёлый вздох раздался на всю комнату, в которой лишь на заднем фоне играла тихая, спокойная музыка из колонки. Атмосфера лёгкая и уютная, но на деле царило настолько нагнетающее ощущение, что невозможно было спокойно взглянуть в эти янтарные глаза, которые так же отдавали ноткой нервозности. — Я хотел сказать.. — тяжёлый вдох и такой же выдох, который слишком сильно начинал напрягать, — я тебя не люблю, Люмин. И тут ее мир будто бы только что рухнул, пол начал разрушаться, а ее тело безжалостно упало на самое дно бесконечной бездны, из которой невозможно было выбраться ни каким образом. Сердце начало все чаще стучать от подступившей тревоги и разочарования. Ее мягкие губы начали дрожать, как и кончики пальцев, которые нервно, со всей силой, сдали рядом лежащую кисточку для макияжа. Печаль всё больше охватывала душу, наполняя темной, совсем черной пеленой обиды. Почему? По какой причине ей приходится каждый раз страдать. Сначала унижение, теперь отказ. Как после этого оставаться такой же доброй и наивной, зачем каждый раз поддается эмоциям и своим желаниям души, позволяя всегда причинять невыносимую боль, которая оставляет в самой глубине не заживаемый шрам, что до конца дней будет ныть. Слезы стали потихоньку скапливаться в уголках ее потухших, уже расстроенных глаз, которые перестали сиять тем золотом, что напоминал яркое солнце в ясный день. — Я… — ее нежный голосок, который всегда казался чем-то прекрасным, предательски дрогнул, подчёркивая ее всё эмоциональное состояние в данный период времени. Как больно. Улыбка скривилась и уже была чем-то непонятным, а веки прикрылись, сдерживая весь огромный прилив. — Я тебя обожаю, — парень произнес с такой любовью, что любой, кто это услышал, в тот час умилился с такого, прикладывая руку к груди. Уголки его губ растянулись в широкой, счастливой улыбке. Сердцебиение продолжало быть таким же бешеным, что и до этого, но теперь ещё напрягло это сладкое, пленяющее ожидания. — И я, Сяо, — в груди расплылись и радость, и такое облегчение, что та прижала свои ладони к лицу, начиная смеяться и склоняя голову. Восторг так и пылал алым пожаром в ее душе, вынуждая даже прикоснуться к экрану, где было лицо возлюбленного. Вот оно – невероятное ощущение, когда любовь всей твоей жизни отвечает тебе тем же, чувствует к тебе абсолютно то же самое, что и ты. — Тогда получается.. ? — он неуверенно покосился на нее, опершись на свои кулаки, из-за чего темные пряди волос, небрежно спадали то на плечи, то на его лицо. Обстановка была немного смущающей, но при этом такой милой и… родной? Наконец-то, долгожданное желание исполнилось спустя столько времени. — Угу, встречаемся, — ее звонкий смех раздался в ту же секунду и выражал нескончаемое счастье, которое так и рвалось выпрыгнуть из ее сердца наружу, пока она пальцем от нечего делать скользила по краю деревянного стола. Неожиданно, одна бретелька ее наряда быстрым движением спала с плеча, оголяя одну грудь, но та даже и не заметила этого, продолжая что-то говорить, а лицо Сяо в эту же секунду вспыхнуло алым цветом, который не хотел ни коем образом пропадать. Он слегка отвернул голову в сторону, прикрываясь рукой, но взор всё продолжал находится на том самом месте, вызывая понемногу ноющее возбуждение. — Твоя.. одежда.. поправь ее, — тот слегка прокашлялся, пытаясь подавить все те чувства, что начали всплывать так неожиданно. От одного такого вида фантазия начинает работать так, как никогда раньше. — Ой, — девушка неловко посмеялась, потерев одной свой затылок, а другой приподнимая ткань, закрывая весь вид, но, на удивление, ее лицо украсила хитрая ухмылка, которая сама за себя говорила, что у нее в голове возникло что-то очень гениальное. Она игриво хмыкнула, задрав немного голову вверх и уже полностью спуская свою маечку, оголяя полностью бюст, — а, по-моему, ты не хочешь, чтобы я этого делала. — Люмин… — темноволосый наблюдал за тем, как она прикоснулась к своей нежной коже, облизнув при этом свои пересохшие губы, приподнимая грудь пальцами, немного сжимая. Он стиснул зубы, стараясь хоть на что-нибудь отвлечься, лишь бы не наблюдать за этим прекраснейшим зрелищем, которое так и продолжало сводить его с ума. Тяжёлый вздох послышался с его стороны, сопровождаемый каким-то тихим бормотанием себе под нос. Ему нужно терпеть, но как это сделать, когда возбуждение уже так сладко тянет внизу, создавая давление в джинсах. Какое может быть спокойствие, когда возлюбленная, перед ним, да и ещё и ласкает себя, ничего не стесняясь. — Неужели у тебя совсем нет реакции на меня? — наигранно печально произнесла она, совсем тихо хихикая, а после ладони нежно скользнули к соскам, начиная их то просто аккуратно поглаживать, то потирая между пальцами, приглушённо постанывая и выгибаясь в своей изящной спине. Блондинка снова поправила выбившуюся прядь волос за ушко, чуть отодвигаясь и устанавливая ракурс так, чтобы было видно ее талию и округлые, белоснежные бедра, которые сейчас так и хотелось сжать и притянуть к себе. — Блять, — Не выдержал. Он одним рывком оттолкнулся своей ногой на стуле, отъезжая немного подальше от экрана, начиная быстро расстёгивать ширинку, чтобы уже наконец-то избавиться от всей этой ненужной одежды, из-под которой выступает небольшой бугорок, — когда ты успела стать такой развратницей? — Я такая только для тебя, — ее прелестное, ангельское шептание так ласково приходилась по ушам, вызывая приятную дрожь в теле и мурашки по коже. Страсть всё больше разжигалась в их сердцах, затмевая полностью разум. Да и думать сейчас не зачем, они уже с самого начала поняли друг друга и то, что их ожидает. Светловолосая подцепила ногтями края своих уже намокших трусиков, полностью снимая с себя и отбрасывая их куда-то в сторону. На фоне всё продолжала играть какая-то спокойная и нежная музыка, пока в комнате нарастали жар и страсть. Ее ноги согнулись в коленях и раздвинулись в разные стороны, стопами опираясь на подлокотники. Рука метнулась по мягкому бедру, скользя по внутренней стороне всё выше, а следом два длинных пальца раздвинули половые губы, открывая полностью вид изнутри. Всё же щёчки начали чуть-чуть приобретать алый оттенок. Смущение немного присутствовало, но это не значит, что время останавливаться, скорее наоборот, преодолеть вдвоем и больше не чувствовать неловкость в интимных моментах. Из ее прохода уже сочилась влажность, которая уже была на ее нежной коже бедра. И сам парень не особо отставал от нее. Как только ему открылся ее обнаженный вид, что сводил его с ума, так ему снесло крышу, будто пса спустили с цепи и дали полноценную волю. Он одним рывком стянул с себя одежду, наконец-то освобождая свой возбуждённый член, который уже подрагивал в предвкушении ласк, а затем немного начал прикасаться к головке, нежно поглаживая, прикусив с силой губу и рвано выдыхая разгоряченный воздух, который то и дело опалял кожу. Люмин приглушённо простонала что-то невнятное, когда пальцы начали круговыми движениями двигаться на ее клиторе, вызывая у нее уже сбитое, тяжело дыхание и новую порцию удовольствия, которую так не терпелось испытать. Бедра лишь иногда подрагивали, когда ее рука дотрагивалась до чувствительной точки, из-за чего она особо сильно выгибалась в спине и шире раздвигала свои ноги. Жар с каждой секундой все возрастал, как и особо усиленное возбуждение. Ее вздохи, движения только сильнее сводили с ума, вынуждая безостановочно наблюдать за всем происходящим. Ладонь Сяо начала медленно скользить по всей длине и побуждала его издавать что-то совсем тихое, даже отдаленно напоминающее рычание. Его рваное дыхание уже давно сбилось и не намеревалось восстанавливаться. Движения участились и ускорились, всматриваясь в обворожительный силуэт возлюбленной, что так же доставляла себе блаженные ощущения. Даже сейчас она выглядела как неизвестная богиня, дарящая людям лишь счастье и положительные эмоции, но лишь перед ним одним она может быть такой открытой, с полностью обнаженным телом у монитора. Такие мысли всё сильнее возбуждали, вынуждая прохрипеть что-то невнятное, но это было уж точно не лишнее. Блондинка приблизила два своих пальца ко входу, нежно проводя, а следом начиная вводить их, промычав сквозь зубы от чувства наполненности, а также наслаждения, которое пронизывало ее тело от пяток до головы, вынуждая выгибаться под собственной стимуляцией. Ее все больше заводила реакция юноши, то как сжимал в довольно сильной хватке свой возбуждённый член, как немного останавливался на кончике головки, слегка проводя по нему, вызывая тяжелый выдох. — Блять, Сяо, я так хочу, чтобы ты грубо взял меня у себя и начал вдалбливать в кровать с бешеным темпом, чтобы я таяла от наслаждения, — мягкие бедра всё сильнее стали подрагивать в предвкушении оргазма, пока ее вторая ладонь метнулась к груди, начиная нежно сжимать, иногда проходясь по торчащим соскам, уже чуть ли не скуля от удовольствия и не гортанно крича на весь дом от получаемых ощущений. Ее толчки всё продолжались ускориться и набирать темп. — Я уже… мечтаю об этом..— совсем тихо пробормотал себе под нос парень, всё быстрее скользя рукой по всей длине и чувствуя, как уже вот-вот кончит. Он уже начинал сходить с ума от этого наслаждения, как партнёрша нуждалась в его прикосновениях, как просила, жаждала, чтобы его член оказался внутри неё и резкими толчками входил в нее полностью, по самое основание, — блять, как же я тебя люблю, я готов весь мир отдать ради тебя, чтобы ты всегда наслаждалась, была счастливой.. — Я! — не успела светловолосая продолжить свое предложение, как всё ее тело неожиданно задрожало, в то время, как ноги раздвинулись ещё шире, создавая прекраснейший вид на ее вход, что так нежно и сладко сжимался. Оргазм в эту же секунду охватил ее полностью с ног до головы, заставляя изящно выгибаться в спине и откинуть голову назад. Протяжный, громкий стон раздался чуть ли не на всю квартиру, сквозь который можно было расслышать что-то похожее на имя возлюбленного, а следом из нее вышла мощная струя, которая забрызгала весь компьютер, в том числе и камеру. Волна удовольствия прошлась по ней полностью резкой разрядкой была настолько неконтролируемой, что даже конечности чуть не сводило. Ее дыхание было настолько тяжёлым, что создавалось ощущение, что вот-вот задохнётся от собственного наслаждения. — Люмин, — такое зрелище, что предстало перед его глазами настолько было горячим, что даже спокойно описать не мог, слова не могли вырваться из рта. Удовольствие настолько охватило всего его, видя такой мощный оргазм своей девушки, что он грубо провел ещё несколько раз по своему возбуждённому органу, который уже во всю дёргался от ожидания вспышки блаженства, и на последний заканчивая и выплескивая сперму не только себе на руку, но так же и на монитор, при этом что-то громко рыкнув и склонив голову вперёд, а другой ладонью сжал свое сиденье с такой силой, что то немного хрустнуло под таким давлением. Вздохи были рваными и напоминали уже больше некий скрип, пока его конечности продолжали трястись от пика наслаждения. Юноша не мог ничего сделать, кроме того, как поджать колени к своему торсу и прокашляться после всех своих издаваемых стонов и рычаний. — Не думала, что это будет настолько… сильно… мне даже неловко чутка, — Она обессиленно откинулась на кресле, вытянув во всю длину свои прекрасные ножки, пока наблюдала, как женские соки небрежно стекали по всему экрану, чуть капая на стол, пачкая близлежащие предметы. Тихий, совсем приглушённый смех раздался с ее стороны, когда ее туловище потянулась за пачкой влажных салфеток, доставая несколько сразу и начиная протирать все поверхности. — Ты была великолепна, — темноволосый начал хихикать совсем охрипшим голосом, наблюдая за всеми действиями, следуя ее примеру и делая всё то же самое, за одно ещё и почистил свою руку от липкой, белой жидкости, — это было чертовски возбуждающе. — Сяо, — вдруг подала свой нежный, женственный голосок Люмин, ласково смотря на него такими миловидными, медовыми глазками, при этом широко улыбаясь, что только моральный урод не оценит это, — я тебя люблю — И я тебя, моё солнышко, — совсем тихо прошептал он, чуть поправляя свои пряди волос, что уже небрежно спадали то на плечи, то просто в стороны, чувствуя неожиданно пришедшую сонливость, которая начала понемногу утягивать его. Кажется, счастливее дня и представить себе не могут.