Глава 7. И так будет всегда

      События той страшной ночи, так или иначе, повлияли на судьбы каждого из нас. Ничто уже не могло быть так, как раньше, и в то же время, все старались как можно быстрее вернуть привычный уклад жизни и забыть о произошедшем.       Предательство Раджа не было предано широкой огласке. Отношения между Видией и Рамом, вынужденным занять место брата и возглавить дубеевский род, оставались натянутыми, хоть им и удалось достичь некоего компромисса. Рам отказывался от каких-либо претензий к Дорану, взамен на то, что предательство Раджа не будет предано огласке внутри дюжины, а Басу и Дубеи, как и раньше вместе будут править Бенгалией. Это решение, в большей или меньшей степени, устроило всех. И пусть до доверия внутри дюжины было ещё далеко, все старательно делали вид, что всё самое плохое уже позади. Мне хотелось навестить Рама и поговорить с ним, но это показалось мне в тот момент неуместным. Возможно, Рам ни в чем меня и не обвиняет, но тем не менее я не уверена, что он хотел бы меня видеть. Возможно, много позже мы и сможем поговорить с ним, но это будет нескоро.       Союз Деви с Кристианом де Клером после произошедшего стал уже неактуальным, тем более после её ранения, Камал наконец-то осознал, чего именно он мог лишиться. Поэтому, переговорив с Видией он настоял на расторжении помолвки и сделал Деви предложение. Что ж, я была рада за брата и подругу. Тем более, после того, как я покину имение Рай, дому нужна будет новая хозяйка. А вот Дорану придется снова покинуть Калькутту, но на этот раз он поступает так по своей воле. А я с радостью последую за ним. В Калькутте мне больше незачем оставаться. Да, и если честно признаться самой себе, я никогда не была здесь счастлива. Поэтому, с нетерпением считаю дни до отъезда. К счастью, ждать приходится недолго.       Наша с Дораном свадьба состоялась через две недели. Торжество не было пышным, скорее уютным и семейным. Следующим утром мы должны отправиться в поместье, а эту — нашу первую брачную ночь — нам предстоит провести в резиденции Басу. В просторной, роскошно обставленной комнате я наконец-то с облегчением вздыхаю, подходя к окну и вдыхая чистый, ночной воздух. Полная белая луна освещает сад своим призрачным светом и на душе у меня спокойно и хорошо. А еще сладко и немного тревожно в предвкушении того, что наконец-то мы с Дораном останемся наедине.       — Устала?       Доран тихо подходит ко мне сзади и я медленно поворачиваюсь к нему, улыбаясь.       — Нет. Совсем не устала.       И это не ложь, после длинного свадебного дня, я чувствую только лёгкое волнение. Я поднимаю руки и аккуратным движением расстёгиваю заколку, сдерживающую сложно уложенную причёску. Волосы мягкой волной рассыпаются по моим плечам, а Доран не сводит с меня горящего, восхищенного взгляда. Один шаг и он сжимает меня в объятиях, жадно, страстно целует и оторвавшись от моих губ говорит:       — Сегодня вы полностью в моем распоряжении, госпожа Басу.       Подхватив меня на руки, Доран усаживает меня на постель. Он раздевается, не сводя с меня взгляда, а я в свою очередь, смотрю на него. Стеснение уже ни к чему, Доран мой муж, и я прохожусь взглядом по его широким, плечам, крепким рукам, груди, а когда мой взгляд опускается ниже, я ощущаю, как мои щёки заливает румянец.       Доран ложится рядом со мной и нежно, неторопливо освобождает меня от свадебного наряда. В его глазах нежность сменяется вожделением и страстью. Сильные мужские руки скользят по моему телу, а губы бесстыдно и жадно покрывают поцелуями мою шею, спускаясь ниже. Я чувствую, как его пальцы медленно, но настойчиво начинают нежно поглаживать меня там, где никто раньше не смел меня касаться. Меня захлестывают новые, неизведанные ощущения и я подаюсь ближе к нему.       Доран оказывается сверху, продолжая ласкать меня, он аккуратно двигается, и минутная боль вырывает меня из сладкой неги. Доран не спешит, давая мне возможность привыкнуть к новым ощущениям.       — Потерпи немного, Амрита, любимая... — нежно шепчет мне он.       Я стараюсь следовать его совету и вскоре боль сменяется тяжёлым, тягучим возбуждением и с моих губ срывается стон, полный сладкой истомы и удовольствия. Доран воспринимает это, как возможность продолжить и двигается неторопливо и плавно. Я вижу горящий огонь в его глазах и понимаю, что сдерживать себя сейчас, даётся ему с трудом. Но он не проявляет излишней резкости, понимая, что я не готова пока разделить его страсть в полной мере. Хотя в этом я теперь не уверена. Чувство полного единения с любимым мужчиной туманит мне голову и заставляет меня позабыть о стыдливости, я только крепче прижимаюсь к нему.       Ласки Дорана становятся все сильнее, доводя меня до исступления и резкой вспышки удовольствия, подобной которой, я никогда ранее не испытывала, Доран резко замирает, но выпускать из своих объятий не собирается, впрочем, я тоже не спешу оторваться от него. Положив голову ему на грудь, и чувствуя как он ласково перебирает пальцами мои волосы, я молчу и как будто бы нахожусь в невесомости, настолько мне сейчас легко и приятно.       — Неужели так будет всегда? — тихо спрашиваю я, и Доран по-доброму усмехнувшись, отвечает.       — Столько, сколько ты захочешь.       Я поднимаю голову и лукаво спрашиваю:       — Уверен?       На что Доран резко поворачивается ко мне, и нависая надо мной, нарочито грозным тоном говорит:       — Не сомневайся, моя милая жёнушка. Но сейчас тебе надо отдохнуть. А вот когда мы приедем домой, посмотрим к чему тебя приведут такие намёки.       Мой тихий, счастливый смех становится ему ответом и после его сладкого поцелуя я наконец-то крепко засыпаю.

***

      Я влюбилась в поместье Басу в Клифаграми с первого взгляда, и теперь, спустя семь лет мои чувства только укрепились. Величественный дом наполнился уютом и голосами наших с Дораном детей. Так началось и сегодняшнее утро. Пока шестилетний Арджун, так похожий на Дорана, нетерпеливо постукивает ногой, желая отправиться на прогулку, и двухлетняя Амина, радостно лопочет что-то мне, я удивленно выслушиваю от своего мужа потрясающую новость. Оказывается, сегодня к нам с визитом нагрянут Камал с Деви с их дочками-двойняшками, и Видия, и Радха. Надо же, и я узнаю об этом только сейчас!       Доран усмехаясь, наблюдает за мной, а я спешно прикидываю в уме, что и как придётся успеть сделать до приезда гостей.       Пока Доран отправляется по делам, я поручив детей няне, и отдав необходимые распоряжения служанкам, отправляюсь проверить, как дела на кухне. И, вспомнив заодно старые времена, сама принимаюсь за готовку сладостей, не доверяя это служанкам.       Днём дом наполняется шумными голосами — съезжаются гости. Я здороваюсь с Деви и Камалом, и не могу не отметить про себя, что семейная жизнь пошла на пользу каждому из них. Деви выглядит спокойной и уверенной, из её глаз исчезли печаль и ожидание беды. Она не сводит с Камала влюбленного взгляда и он отвечает ей тем же. Видия что-то втолковывает своей внучке Индире, дочке Радхи и Раджа. И на секунду, мне делается не по себе от воспоминаний, но только на секунду. Я прохожусь взглядом по гостиной и замечаю что Радхи и Дорана нет. Они давно не виделись и я внутренне опасалась этой встречи. Чтобы отвлечься, я вспоминаю, что не мешало бы напомнить служанке подать сладости к чаю, но заглянув в кухню, останавливаюсь на пороге. В сгущающихся сумерках я вижу стоящих у окна Дорана и Радху, и слышу обрывок их разговора.       — Радхика... — Доран что-то тихо говорит ей, а потом я слышу голос Радхи.       — Ты не мог поступить иначе.. Я понимаю...       Не желая мешать им, я тихо прикрываю дверь и возвращаюсь в гостиную. За прошедшее время мы с Радхой редко виделись, только тогда, когда я выбиралась в Калькутту проведать Камала и Деви, а также повидать племянников. Впрочем, я не любила надолго расставаться с Дораном, поэтому визиты эти были нечасты и кратковременны. По-настоящему дома я себя чувствую только здесь, в Клифаграми и с радостью предпочитаю принимать гостей, чем отправляться куда-то самой.       Все новости о Радхе я узнавала от Деви, либо от Видии. Деви, как-то невзначай обмолвилась, что Радху все чаще видят в обществе генерал-губернатора, который, кстати, так и не обзавелся семьей. После неожиданной смерти Анила Шарма, ставшего мужем Радхи, она сама себе хозяйка. Знаю только, что теперь она старается вникать во все дела, связанные с управлением дюжины, и растит дочь. Не знаю, связывают ли её с генерал-губернатором только дела, либо здесь замешано что-то личное, но выглядит Радха теперь спокойной и довольной жизнью. И я рада, что между ней и Дораном больше нет разногласий.       Гости расходятся по комнатам уже поздним вечером, и уложив детей спать, я поднимаюсь в нашу с Дораном спальню. Он уже ждет меня там, поднявшись с постели он подходит ко мне, и обнимая, тихо говорит:       — Этот день показался мне слишком долгим. Но я готов ждать тебя вечность, моя дорогая жена.       Я улыбаюсь, прижимаюсь к нему.       — Это была твоя идея собрать всех здесь сегодня?       Доран не медлит с ответом.       — Да. Мне показалось, что тебе это необходимо. Общение с семьей. Ты счастлива?       Я поднимаю голову и глядя в его такие любимые глаза, без раздумий отвечаю:       — Я всегда счастлива с тобой. Ты понимаешь меня, как никто другой.       Он целует меня и для слов больше не остается места. Да они и не нужны. Я знаю главное — Доран, ставший огнем моего сердца, временами обжигающим, но постоянно согревающим своим теплом, — освещает мой путь. И так будет до тех пор, пока будет биться мое сердце.