Часть 24

      Ни на какую работу Катя на следующий день не пошла. Они с Александром проснулись в одной постели в обнимку, но в пижамах. Просто Кате ночью снились кошмары, она кричала во сне, вот Алекс и лег рядом с ней, чтобы успокоить и поддержать. Ни о каких приставаниях, конечно, речи не шло: оба были все еще в состоянии стресса. Почти молча, словно молчание помогало забыть совместное пробуждение и последовавшую за ним неловкость, выпили кофе и съели по парочке круассанов, которые Воропаев подогрел в микроволновке.       Тягостная тишина закончилась, когда раздался звонок консьержки: в квартиру рвался Андрей Жданов. — Не понял… он, что, не уехал вчера, что ли? — пробормотал в сторону Воропаев и дал добро пустить. Глянули друг на друга с Катей, синхронно усмехнулись, что всё ещё одеты в пижамы, и решили не переодеваться. Ну а смысл?.. Так их Андрей и застал. — Ого! — сходу выдал он предсказуемую остроту. — У вас, что, со вчерашнего вечера пижамная вечеринка?       Вроде бы легко и насмешливо сказал, а внутри все замерло от боли: ревновал. Всё еще ревновал, хотя уже и понял, что Катя с ним не будет. Тем не менее, юморной тон Андрей оставил в общении: после того, что этим двум вчера пришлось пережить, снова нагнетать и говорить о сочувствии и тем более предъявлять претензии не стоило. Вон Катя как напряглась! — Да, мы вот только проснулись, кофе будешь? — сверкнув радостной улыбкой, спросил гостеприимный хозяин квартиры. От Воропаева не ускользнула краткая вспышка болезненной ревности Жданова, которую он рассмотрел в его глазах. — А покрепче? — помрачнел гость. При всём том, что он смирился с тем, что Катя его больше не любит, Воропаев сам по себе вызывал у Андрея стойкую антипатию. Измениться этому было не суждено никогда. И то, что они тут с Катей в пижамах разгуливают, как семейная парочка, было ему в принципе неприятно. Но какие тут претензии? Всё уже давно с ними было понятно. Так что Жданов просто решил оставаться объективным: Александр заслуживал уважения. Он заслуживал Катю. И вступать в конфликт с ним не имело смысла. — Будет тебе покрепче, — усмехнулся Воропаев. — Нам бы тоже не помешало, да, Кейт? — Да, — кивнула она и уселась в кресло, с ногами. — Здравствуй, Андрей. — Привет! Вот, спасибо, Сашк! — Жданов взял бокал и отсалютовал им. Глотнул виски. Да, информацию, которую он принес, следовало подавать именно с юмором. Так всем будет легче. Особенно Кате. Хотя у Андрея внутри всё клокотало от одной мысли о том, какой опасности она подвергалась. А рядом был не он, а чертов Воропаев! Собрав волю в кулак, Жданов продолжил говорить, как запланировал. — Между прочим, имею право на расслабон! Пока некоторые посещали театр, ловили пули бандитов и дрыхли в пижамах, то есть по-всякому развлекались, — он ухмыльнулся, подмигнув им, и собеседники заулыбались, правильно расценив его слова как иронию, — я как сивка мотался отсюда в Москву и потом обратно! Так что в тот момент, когда ваших гопников укокошили, в столице повязали администрацию наших магазинов! — Это вся цепочка? — спокойно спросил Воропаев. Он-то был уже более-менее в курсе после вчерашнего разговора с силовиком. А вот Катя смотрела чуть ли не с ужасом. — Нет, конечно! Да и не за всем следим мы, сам понимаешь. Но главное: Малиновские сдали тех, кого знали. А вот это — как раз практически уже вся цепочка. — Вчера была полиция, — вставила Катя, голос дрожал от волнения, — а твой отец говорил, что шумихи не надо. Получается, из-за нас пострадает репутация «Зималетто»? — Кать, ты прости за то, что тебе вчера и раньше пришлось от нас выслушать, — Андрей принял виноватый вид. — В основном мы нагоняли жути для некоторых зрителей. За нами ведь наблюдали. Мы ужасно боялись за вас с Сашкой. Нас-то в любом случае не планировали ликвидировать, иначе какой смысл? Тогда бы компании настал конец, а они хотели продолжать кормиться с «Зималетто», да и не только с нас. Там целая орава паразитов! Им как раз было важно, чтобы никакой шумихи и чтобы они продолжили тянуть отовсюду потихоньку. В общем, мы с папой решали сложный вопрос: и чтобы вас не подставить под удар, и чтобы дело доделать. — То есть мы помешали вашему расследованию? — вот теперь удивился и Воропаев. — Изначально папа сам все делал. Начал расследование, когда оставил пост. Все поверили, что реально отпустил ситуацию, и сосредоточились на мне. А потом на тебе. А потом на тебе, Кать. Поначалу тебя хотели убрать, но ты ушла сама. Хотя отец очень не хотел этого — работая в «Зималетто», ты была бы лучше защищена, хотя сейчас я уже не уверен в этом. Расследование продолжалось. Но тут вмешались вы, Воропаевы, буквально сразу докопавшись до очень важных фактов, и папа буквально схватился за голову. Теперь оставить его деятельность в тайне не получалось. Ну и следуя известному принципу: «не можешь предотвратить — возглавь», он вписался тоже, делая вид, что вы открыли ему глаза. И меня ввел. Оставалось найти недостающую часть паззла. Ну и ее, буквально вчера, предоставил Зорькин. Талант просто! — Вообще-то это Кира обратила его внимание на непрозрачность отчетов из магазинов, — вспомнила Катя. — А он раскрутил и собрал доказательства. Не важно! Главное — благодаря этому расследование завершилось, а большая часть преступников арестована. Я был категорически против того, чтобы ты, Катя, принимала участие во всей это возне, я имею в виду ловлю на живца вчера… — Ты поэтому говорил, что я… пожалею и что мне нельзя рядом с ним оставаться? — к его удивлению, Катя не расстроилась, а наоборот! — Ну да. Но для наблюдателей должно было быть очевидным, что я ревную. — А… на самом деле — нет? — она улыбнулась, вопросительно глядя на него. — Нет. На самом деле — нет. Я понимаю, что даже если… — тут Андрей словил мрачный взгляд Воропаева и подобрал другие слова, — в общем, я уже понял, что мы с тобой в любом случае не будем вместе. Ты мне все популярно и неоднократно объяснила. Смысла ревновать нет. Так что не волнуйся за меня. — Хорошо. Я верю, — совершенно серьезно сказала Катя. — Спасибо, что сказал это, Андрей. — Это вам спасибо огромное, ребят. Мне жаль, что пришлось так рисковать. Ты не представляешь, с какой радостью я бы поменялся с тобой местами вчера, Воропаев! — Обойдешься! Мое место — всегда мое место. Каким бы оно ни было! — резко ответил Алекс. Ему уже начинали надоедать эти исповеди. Пожалуй, еще немного — и треклятый клоун Жданов начнет вызывать его сочувствие! — Даже не спорю! — усмехнулся Андрей, глотнув виски. Надо было переводить тему — конфликт никому не был нужен, а терпение Воропаева явно было на пределе. Тем более после вчерашнего. — И да, Саш, папа так изначально и собирался, увеличить вложения наших семей поровну за счет возврата долгов от Малиновских. Но ты своим вопросом дал просто шикарный повод для внешнего проявления конфликта между вами. В идеале преступники хотели, чтобы ты думал, что это папа пошлет убийц. — Признаться, такая мысль мелькнула, — усмехнулся Алекс. — Но потом мне всё объяснили. — А зачем Роман именно мне акции подарил? — этот вопрос мучил Катю больше всего. — Неужели только потому, что твой отец велел? — Прежде всего это его способ извиниться за инструкцию и за то, что пришлось на тебя наговорить, — улыбнулся Жданов. — После совета, когда к нашему удивлению, ты, Саша, отказался от президентства, а ты поддержала меня, у Ромки проснулось что-то вроде остатков совести. Так что он сам предложил отцу не просто вернуть акции, а передать их тебе. Ну и с его планами это тоже совпадало. Жаль, что я тогда об этом не знал. — А… тогда зачем он наговаривал на меня? — удивилась Катя. Ей казалось, в действиях Малиновского вообще отсутствует логика. — А, момент с наговариванием был спланирован ими заранее. Тебя надо было убрать из столицы. В Москве ты была бы под угрозой. Ведь несмотря на то, что уволилась — информация-то у тебя о нашей компании оставалась. Да и Зорькин — твой человек, на него был бы хороший рычаг воздействия. В общем, оговаривание тебя было спланировано как часть операции. И потом, как я уже говорил, папе очень понравилась эта идея, что ты не порвешь с нами навсегда. Но принуждать тебя работать в компании никто не собирался, уж поверь. А весь этот месяц здесь ты тоже была под охраной. Но всё это я только вчера узнал. — А… кто меня охранял? Александр Михайлович? — Ну да, вроде бы его так зовут. На самом деле — это знакомый Юлианы. Она с ним договорилась, когда узнала о подозрительных движениях в твой адрес. И поняла, что скорее всего наговариванием дело не ограничится, кто бы не стоял за этим. Именно из-за того, что этот мужик работает на «Корбину», Юлиана и отправила тебя сюда, поручив присмотреть. А могла бы послать тебя в Париж, между прочим! К этой, как ее? Доминик Дюбуа! — Да? Она приглашала, действительно… Ну… ладно, спасибо ей… — Катя совсем растерялась. Теперь она испытывала чувство вины за то, что несправедливо обвиняла Андрея раньше… Но она же ничего не знала! — В общем, судебный процесс конечно будет, — Андрей уже заканчивал, выдав основное. — Но никаких репутационных рисков он не несет. Собственно я к вам пришел, чтобы сообщить это преприятнейшее известие…       С этими словами Жданов зевнул. — Ты где остановился-то? — усмехнулся Воропаев. — А я… обратно сейчас… — Иди в соседнюю комнату и дрыхни там! — посоветовал хозяин квартиры. — Ну уж нет! — вскинулся Андрей. Еще не хватало оставаться тут, где эти двое только что… а может и снова… Никогда! — Пойду в гостиницу! И правда надо отоспаться. — Так а с Романом-то что? Ему же не предъявят обвинения? — Нет, с ним урегулировали в частном порядке. Если ты, Саш, не возражаешь, он свой пакет передал Кате, как нейтральный вариант своей части компенсации… — Так уже поздно возражать-то? — удивился Воропаев. — Нет! Не поздно! А… я могу разделить его на две части и передать вам! — нашлась Катя. Но оба посмотрели на нее так укоризненно, что она даже засмущалась. — Катя, забей! — улыбнулся Жданов. — Видишь, Саша не возражает, да? — Да нисколько. Разве что Катя принципиально не хочет иметь собственность «Зималетто». — Не хочу, — она покачала головой. — Но мне не принципиально. И если вам так удобнее… — Да! Нам так удобнее! — активно закивал Андрей. — Нормально. Пусть остается, — добавил Александр. — Ну всё, я тогда пошел? — Павлу Олеговичу — привет, — сказал Алекс. — Им обоим…       Андрей ушел, и кажется, настроение стало лучше. Катя так вообще повеселела, к тому же сделала глоток виски. Воропаев блаженствовал, любуясь уютно устроившейся в кресле девушкой. Такая милая, домашняя. Сейчас его тянуло к ней еще сильнее. Более того, он уже считал ее практически своей, но… но пока ему приходилось только любоваться. Не знал, черт побери, как подступиться!       Катя цедила виски, который почему-то не подействовал на нее таким же образом, как вчерашний коньяк. Она не пьянела, а хотелось бы! И вообще надо было как-то выплеснуть накопившиеся эмоции! То ли заплакать, то ли рассмеяться, а еще лучше… Она снова посмотрела на Алекса и смущенно отвела взгляд.       Она вспомнила, как он прикрыл ее своим телом. Он… он спас ей жизнь! А накануне донес ее на руках до кровати и укрыл одеялом. Он вел себя… как заботливый папочка. И все было бы прекрасно, если бы ее так не тянуло к нему. Как к мужчине. Но к сожалению, она-то ему не нравится как женщина. Скорее всего так, потому что иначе… иначе он, наверное, уже дал бы знать. Намекнул, а может и прямо бы сказал — Алекс всегда старался говорить правду, какой бы неприглядной она ни была… Так что нет, с ним у нее ничего не получится…       Пока она предавалась мрачным мыслям, Александр не на шутку разволновался: вот уже который день они практически не разлучаются, а он так и не совершил решительный шаг. Почему? Да потому, что это было чертовски сложно! Катя совсем не была похожа на тех женщин, с которыми он имел дело до этого! Она совершенно точно не поймет пошлых намеков. Банальным флиртом он унизил бы не только ее, но и себя. Прямое признание может ее испугать. Да что же делать-то?!..       И все же он не собирался сдаваться. Постепенно оформилась идея, как следует поступить сейчас… — Думаю, мы заслужили отдых и эмоциональную разгрузку, — сказал он, допив свою порцию виски. — Это уж точно! — согласилась Катя и посмотрела на него… с надеждой? А может ли быть такое, что она и сама просто не знает, как сделать первый шаг, но хочет сближения? Господи, пусть будет именно так! — Предлагаю взять пиццу, налить еще виски и посмотреть старые комедии. Я бы предложил детективы, но кажется у нас обоих какое-то время будет неприятие этого жанра… — Да! Комедии — это замечательно! — с огромным облегчением сказала Катя.       Начали с Чарли Чаплина. Потом перешли к звуковому кино. Причем во время просмотра они обменивались комментариями, основанными на знании истории создания фильмов и биографий актеров. Ближе к одиннадцати вечера — они просидели большую часть дня, ржали уже взахлеб, потому что перешли к французским комедиям. Все-таки Пьер Ришар — великий актер, это признавали оба. — И они поплыли вдвоем на плоту, в светлое будущее! — из последних сил простонала Катя, после очередного взрыва смеха, комментируя последние кадры «Невезучих». — А может, и не светлое! — радостно сострил Воропаев. — Там же водопад! — Да уж, с их-то везением! — поддержала Катя. — А ведь они немного похожи на нас, ты знаешь? — они конечно же перешли на «ты», поскольку выпито было уже немало. — А ты думаешь, нам настолько не везет? — Нет, на самом деле я думаю, что нам везет. Но им тоже повезло, живы же, да? — Это как посмотреть. Но нам — точно повезло, я уверена! — Мне однозначно повезло! — гордо произнес Воропаев. — И гораздо больше, чем тебе! — Это почему это тебе больше? — она тут же повелась, позволяя ему построить этот этап разговора так, как он спланировал. — Потому что ты рядом и в безопасности. — А я… а мне тоже повезло, что ты рядом и в безопасности! — На самом деле, я соврал, а ты ошибаешься, — вдруг помрачнел он. — Почему это? — она удивилась. Хорошее настроение все равно не хотело ее покидать — она просто чувствовала, что сейчас будет подначка. Ошибается она, как же! Ха! Пусть попробует переубедить ее в этом! — На самом деле, тебе крупно не повезло, потому что ты рядом со мной в очень большой опасности, Катя! — понизив голос, сообщил он. Таким тоном он говорил с ней, когда приходил требовать отчет в ее бывшую каморку! Но сейчас это только веселило ее, а никак не пугало! — А что, за тобой все еще гонятся преступники? — Катя хихикнула. — Надеюсь, нет, — он улыбнулся, глядя ей в глаза. — Вот только преступник — это я сам! — Ты? — она удивилась, но не поверила ему, конечно. — Исключено! Ты бы так или иначе засветился в расследовании! — сказала Катя весьма уверенно. — А мое преступление совсем иного рода! — он зловеще ухмыльнулся. — И какого же? Только не говори, что ты собираешься меня убить! — Катя прыснула. Ну не верила она, что такой уютный, юморной и домашний Воропаев — и вдруг преступник. К тому же у него не было никакого оружия — они оба полусидели на застеленной кровати, в пижамах и с уже пустыми бокалами из-под виски в руках. — Нет, Катенька! — ухмылка стала какой-то хищной, и вот тут Катя действительно немного струхнула. Тем более он приблизил свое лицо к ее, они почти соприкасались носами. — Зачем же мне тебя убивать? Я всего лишь собираюсь забрать тебя себе! На веки вечные! Пока смерть сама не разлучит нас! — она округлила глаза, недоуменно глядя на него. Была немного испугана его вкрадчивым тоном, такой тон всегда казался ей предвестником опасности. И тут Алекс, уже нормально улыбнувшись и совсем по-другому, мягко, ласково и даже вопросительно добавил, — если ты, конечно, не против…       А потом наступила оглушающая тишина, и Катя слышала только звук биения своего сердца. И смотрела в глаза Саше, не в силах сразу поверить в то, что именно он сейчас сказал…