Часть 2.

Кальбимин росла. С каждым днём девочка становилась краше. Её младшие сëстры взяли внешность отца, но Кальбимин… Она была копией матери с чертами лица бабушки. Йылдыз и Гюльбеяз обижались, что к Кальбимин другое отношение, но девочка сглаживала углы. Гюльбеяз сдерживал её близнец Ферит, а Йылдыз Казым. Ребята были дружной семьёй и самыми лучшими были дни, когда они собирались у бабушки и дедушки. Все дети приезжали с внуками. Каждый хвастался чем-то, делился интересными моментами, а порой грустил. Кальбимин вспоминала знания из прошлой жизни. Зелья, заклинания, астрономию и историю. Теперь она знала какой сделает шаг. 1505 г. — Не знаю, Долунай. Меня терзают сомнения на счёт Мехмеда. — произнёс он, поджав губы. — Шахиншах не отстаёт. Они вступили в братоубийственную войну. — произнёс Баязид поджав губы. — Зачем тогда столько мальчиков, если их кровь прольëтся? — спросила Кальбимин. Двое стариков обернулись к девочке. — Кальбимин, ты откуда тут? — удивилась Долунай. — Я здесь и была. — произнесла блондинка. — У нас что гражданская война? — спросила Кальбимин. — Мои сыновья выступают против друг друга. Это самое ужасное. — произнёс он с болью. — Это будет продолжаться пока будет действовать закон братоубийства. — произнесла Кальбимин, садясь за стол и положив тетрадь. — Ужасный закон, а ещё ужаснее матери этих шехзаде. Ради своих сыновей и власти они готовы убить всех. — произнесла блондинка с печалью. — Это неизбежно и неизменно. — произнёс Баязид. — Всё избежно и изменно. Главное захотеть и сделать всё правильно, иначе у руля государства будут слабые султаны за которых правят женщины. — произнесла Кальбимин, сделав взгляд дуры. — Милая моя, ты что-то видела? — спросила Долунай, садясь рядом с внучкой. — Да. Вырождение династии. Магия госпожи Рабии в вашей крови слабеет, а та кто превзнесет магию внесёт смуту в династию и погибель. — произнесла Кальбимин. — Расскажи мне, дитя. — произнёс Баязид. Долунай кивнула и Кальбимин начала отфильтрованный рассказ. Когда она говорила о том, что Селим убьёт Ахмеда и всех племянников Баязид надел маску, но девочка чувствовала его боль. Сминая ткань золотого платья она рассказывала о том, что Бурса станет пристанищем для нескольких его детей. — Повелитель, могу сказать одно. То, что творится сейчас вы не измените. Пусть шехзаде Селим это изменит, вы можете лишь закрыть глаза на его действия. — произнесла Кальбимин. — Но вот к тому времени, как ваш сын станет Падишахом, всё надо изменить. — Когда? — спросил с болью Баязид. — Через семь лет. Расчистите ему путь к трону и поработайте над законом о престолонаследии. Он может многое поменять. Хотя всё равно будут войны. — произнесла она с хмыком. — Может просто сделать очередь к трону как в европейских странах? Без убийства, а братьям дать должности или право заниматься наукой или архитектурой. Кому что интересно. — Тебе точно восемь? — уточнил он. — К сожалению. — произнесла Кальбимин, поджав губы — Никто не хочет слушать ребёнка, даже если она говорит умные вещи. — Ну не переживай. Кстати, вы с родителями на свадьбу к Латифу, Мирану и Лютфи поедите? — спросила Долунай у внучки. — Да. — ответила девочка. Со своими двоюродными братьями и сёстрами она была дружна и любила их. Лютфи самый старший из вышеназванных. Сын Махсум Паши и Диляры Ханым. Ему восемнадцать и девушку он выбрал сам. Дочь очень влиятельного торговца в Конье долго отказывала ему, пока парень не пришёл к её отцу со своим свататься. Тогда девушка поняла, что он не хотел её поматросить. Он был серьёзен. В Конью они едут первым делом. Дальше Миран. Сын Эсена бея и Дидар Ханым. Ему семнадцать. Девушку он выбирал вместе с матерью из трёх семей. В одной даже думал между сёстрами, как когда его отец и дядя Тагир. В итоге Миран выбрал девушку из рода Дункинзаде. Его свадьба в Манисе следующая. Последним в этом году женится Латиф. Сын Джихангира и Хатидже. Ему шестнадцать. Девушка была выбрана его матерью. Латиф не был против, так как считал, что любовь в браке не самое важное. Важно уважение, влечение, схожие взгляды. — Я бы хотела увидеться с Айше и Арифе. У них самих дети появились, как впрочем практически у всех детей дяди Нажимидина, Махсума, Тагира и Эсена. Из детей дяди Джихангира только Бегимай вышла замуж. — Кальбимин улыбнулась. Она соскучилась по родственникам. — Не напоминай. Я начинаю вспоминать, что я сама старая. — проворчала Долунай. — Ты не старая бабушка. Тебе всего шестьдесят шесть. — произнесла Кальбимин. Долунай мягко улыбнулась внучке. Из всех её внуков именно она отличалась, и сейчас когда её взгляд снова направлен в никуда, она понимает её слова. Магия Рабии Балы Малхун Хатун уходит. — Кто? — спросила она. — Селим 1 Явуз, Сулейман 1 Кануни, Селим 2 Пьяница, Мурад 3, а дальше вырождение. Никто не отправляется в санджак. — произнесла Кальбимин. Взрослые с шоком смотрели на девочку, но отмерли. Долунай приступила к занятию, стараясь не думать о том, сколько всего на самом деле видит Кальбимин. С того разговора прошло несколько месяцев, когда на пороге дома бабушки появился Селим с сыном. Сулейман был милым мальчиком и другие мальчишки рода быстро подружились с ним. Казым и Мухтар быстро сдружились с шехзаде и бегали, пока Кальбимин, Йылдыз и Гюльбеяз смотрели. — Пошли к ним? — предложила Кальбимин. — Они же мальчики. — произнесла Йылдыз с недоумением. — И что? — спросила Кальбимин и вбежала в игру к братьям и Сулейману. Одиннадцатилетний шехзаде с удовольствием играл с Кальбимин. Вечером когда был большой ужин шехзаде Селим сел во главу стола, по правую руку была его наложница Айше Хатун, мать шехзаде Сулеймана. По левую Гюльбахар Хатун, его мать. Она с неприязнью смотрела на Долунай, но женщина просто улыбалась. — Госпожа Долунай, мы рады были повидаться, но пора раскрыть тайну, почему мы приехали. — произнёс Селим. Гюльбахар с недоумением поглядывала на сына, как и Айше. Долунай, как и её дочке Сельчук было всё понятно. Кальбимин улыбалась, ведь знала, что она центр всего. — Мы приехали просить руки одной из ваших внучек для моего сына шехзаде Сулеймана. Гюльбахар Хатун скривилась от отвращения, но поджала губы. Баязид мечтал, что Долунай станет его женщиной, но она сделала всё, чтобы это не случилось, а теперь Селим хочет породниться. Она сделает всё, чтобы кровь этой проклятой рабыни не смешалась с их. — Кого же вы хотите к себе? У меня внучек, как и правнучек много. — произнесла она с улыбкой. — Кальбимин Ханым, старшая дочь Сельчук Ханым и Ягмура Паши. — произнёс Селим. Ягмур спрятал улыбку и хитро посмотрел на мать шехзаде Селима. Наконец-то кто-то утрëт нос этой рабыне. Многие Паши недолюбливали её и это было взаимно. — Мы согласны и давайте обсудим договор и махр. — произнёс он. — Библиотека и дворец. — подала голос Кальбимин. — Дворец? — спросил Селим с улыбкой. — Да. На ипподроме Константинополя. — произнесла девочка. — Там как раз заканчивают стройку, отец. — произнёс Сулейман, вмешиваясь в разговор. — И в самом дворце можно сделать библиотеку. — Здорово. — согласилась девочка и улыбнулась шехзаде. — Тогда, заключаем помолвку и договор. — произнёс Селим. Ужин закончился, когда Кальбимин показала на проход для слуг Сулейману и скользнула туда. Через несколько минут там был и шехзаде. — Ты понимаешь, что этот брак политический? — спросил он у девочки. — Понимаю. Но это не мешает нам, когда повзрослеем сделать его настоящими, если захотим. — ответила пепельноволосая. — Согласен. — произнёс он, смотря на девушку. Кальбимин мягко улыбнулась и стала рассказывать об учёбе с бабушкой и прогулках на лошади. Ребята сели в саду и делились своими переживаниями и заботами. — Ты не против, если мы будем переписываться? — спросила Кальбимин, когда они вернулись во дворец. — Нет. Я буду рад получать от тебя письма. — заметил он. Ребята попрощались и разбежались по комнатам. Только Кальбимин зашла в соседнюю своей, где варилось зелье. Она охладила его и после, стала переливать в пиалу. О, оно должно было помочь Гюльбахар Хатун обострить боли в сердце. Женщина была очень весомым препятствием. Айше Хатун не была препятствием, но Кальбимин видела, что рабыне осталось недолго, а после Сулеймана, Фатьму, Хатидже и Бейхан на воспитание возьмёт Хафса. У неё есть дочери от Селима Шах-и-Хубан и Хафизе. Зелье с помощью телепортации попало в щербет Гюльбахар и Кальбимин оставалось проследить, что она его выпила. Девочка дала задние своей служанке Бисаре и узнав, что она выпила зелье, девочка со спокойной душой уснула. Душа маленькой девочки чернела, но свет был сильнее, как и желание выжить.