Глава 2. Беззаконие

      Жданного гостя долго выглядывать не пришлось. Услышав приближающийся топот копыт из тёмной пустоши, что бессомненно направлялся в сторону Форт-Уэрта, они оба приготовились скрытно выглядывать из-за угла дома. Благо, что громких и праздных событий не было запланировано на сегодняшнюю ночь, поэтому все улицы были окутаны тьмой. Но как известно, то у бара всех было видно хорошо. Даже тех, кто думает, что на самом деле это не так.       Подъезжая к самому порогу и на ходу спрыгивая на землю с коня, из-за чего было сложно в первые секунды разглядеть лицо новоприехавшего, он поспешно привязал жеребца к крюку и забежал в бар, также не снимая шляпы. Похоже даже не заметив, что рядом находился ещё один конь, что должен был означать присутвие в баре ещё кого-то помимо него, но как такового гостя не имелось. Это должно было бы его насторожить, но даваться в волнение тот особо не любил.       Кольт немного поёрзал на месте, наблюдая за гостем. — Мне кажется, что он не выпить сюда приехал, — выбежав на полуслове из-за дома, ганфайтер будто и позабыл, что сперва нужно будет устроить небольшой допрос Джеймса. Если это и вправду оказался он. — Подожди, ты куда?! — не задумавшись и на миг, Шелли побежала за ним.       Они остановились недалеко от входа, чтобы услышать, происходит ли что-нибудь внутри салуны. Шелли лишь по упряжке на коне поняла, что это тот, кто им нужен.       Слух мгновенно пришлось навострить, как только из бара донеслось несдержанное: — Выкладывай всё на стол! — приказал, похоже, этот самый новоприбывший. Хоть и за маятниковой дверью, но было видно плохо, что происходит внутри.       Ганфайтер даже не дослушав до конца, собирался уже забежать в бар, но Шелли его задержала, схватив за руку. — Ты сейчас хочешь вот так ворваться?! — шепча вопросила та. — А ты ждёшь, когда он прикончит его?! — его новому порыву бежать снова препятствовала Шелли. Он был и сам себе удивлён, что вообще её слушал. — Да что ещё?!       Оттолкнув его в сторону, она молниеносно пронеслась перед ним и бесцеремонно ворвалась в зал для посетителей, приготовив револьвер до того, как оказаться за порогом. Не так давно она делала тоже самое, да ещё и в этом же месте, поэтому долго ей в разбросанных и расставленных кое-как стульях и столах пытаться ориентироваться на пришлось. Она неглядя себе под ноги обхаживала любую встречную помеху, скоцентрировавшись на затылке Джеймса.       Каково было разочарование бармена, когда в бар забежала ещё одна вооружённая дама, которая не так давно сама ему угрожала расправой за те же деньги, что сейчас требовал уже другой бандит, направив на него пушку. Но вскоре какое же испытал он удивление, когда эта самая бандитка одним ударом ноги сбила мужчину с ног, выбивая одновременно из его рук и оружие, что отлетело далеко в другой конец бара со скрежетом затерявшись в тёмном углу.       Заломав руку ему за спину до хруста костей, как учила Белль, и став на неё одной ногой, заставив того взвыть от боли, Шелли придавила его голову, чтобы тот не пытался ею повернуть. Она была уверенна в том, что с уже сломанной рукой Джеймс пошевелить ею уж точно не попытается. Но на всякий случай она придавила пальцы свободной руки другой ногой, от чего тот завопил ещё сильнее, пока в глазах темнота от новых болевых вспышек закрывала взор, как пелена. — Дёрнешься — ты труп, — спокойно сказала она, слушая его вопли. Тот, почему-то, сразу перестал рваться из-под её ног. Похоже, он не был готов, что внезапно на него нападёт какая-то женщина и так быстро с ним расправиться, что он даже и подготовиться не успел. Думал, что ограбление пройдёт обыденным и нравишимся всем способом, когда тебе повинуется любой, на кого ты направляешь оружие. Поэтому его было так просто одолеть. — Сэм тебя не научил, что грабить нужно перед тем, как не обнаружишь свидетелей? — спросила его Шелли, целясь прямиком ему в голову. Он этого не видел, но прекрасно понимал, что в любой момент может прозвучать последний в его жизни услышанный им выстрел. И даже не из его револьвера, который Джеймс пытался зацепить хоть взглядом в беспросветном углу. — Ты кто ещё така, сука?! — прорычал бандит, видимо, не узнав Шотган. А может у него просто не было времени даже узнать, ведь сейчас из-за её ботинка на своей голове он смотрел куда-то в сторону, а не на неё. А голос он её не хорошо и помнил.— А ну отпусти меня! — Не узнаёшь? — самодовольно спросила та, решив, видимо, заодно поиздеваться, осознав то, какое положение она себе выиграла: — А попробуй-ка взглянуть!       Услышав спокойные шаги по полу со стороны входа, Джеймс даже прервал своё тяжёлое дыхание, чтобы понять, не показалось ли ему это. Вдруг он принялся пытаться вырваться и кричать: — Помогите! Слышите?! Смотрите, что она делает! Это чёртово неподобство! — перед его глазами возникли лишь сапоги того, кто стал перед ним, и он умолк. Видимо, помогать ему никто не собирается. Малдший Бронсон снова попытался повернуть голову, чтобы взглянуть уже и на ганфайтера, но его череп снова вдавили в грязный деревянный пол и тот что-то неясно прохрипел, сдерживаясь от невыносимой боли во всей спине. Руки он уже не чувствовал. Похоже, сломала она ему не только руку, а и несколько рёбер. — Неподобство тут ты вытворяешь, — сказала тому боевито Шотган, даже не взглянув на Кольта, что, на удивление, при всём желании поймать Джеймса живым, решил не вмешиваться словесно. — Да кто ты такая?! — Лучше тебе не знать, а то вдруг ещё выживешь и расскажешь, кому не надо. — Вскоре она решила переходить к делу: — Если ты ответишь сейчас на один вопрос, то останешься жив.       Она стала ждать его ответа. Даже бармен в момент этого молчания решил медленно опустить руки и всячески не напоминать о своём существовании лишний раз.       Джеймс начал тихо посмеиваться и смех его начал возрастать. — Я думал, вы меня ограбить решили, — довольно расслабленно проговорил тот. — Где Сэм? — спросила она достаточно громко, чтобы от удивления Джеймс затих. — Сэм? Это ты про моего брата что-ли? — спрашивал он так, будто его забавляло происходящее. — Так он сбежал в Мексику! Зассал небось, что его повяжут скоро! — Куда конкретно? — А вот этого я уже не знаю, — он даже плечами попытался пожать, но боль, как сильнейшим током сразу прошлась по всему телу, заставив того стиснуть зубы, будто от этого станет легче. Даже и это было сделать больно, потому что каблук ботинка Шелли застрял едва ли не между его верхней и нижней челюстью, разделяя их. После его ответа в челюсти стало только больнее, потому что, по всей видимости, ответ оказался неудовлетворительным, и она сильнее придавила его голову. — Постарайся вспомнить, — она нагнулась, чтобы быть немного ближе к его слуху. — Ты всё всегда о нём знаешь, а иначе откуда у тебя заграничное оружие? — А это уже не твоё собачье дело! — огрызнулся тот. — Отвечай! — послышался щелчок револьвера. Джеймс понял, что, похоже, дело куда серьёзнее, чем ему казалось. — Тихуана это! Тихуана! Чёрт бы её побрал... — закричал он, как только голова его ещё сильнее была придавлена. — Хватит! Перестань! Прошу! — Ты уверен, что это Тихуана? — спросила она у него ещё раз. — Какой смысл мне врать?! Даже у каждого из этой его бандитской шайки Белль спроси, они все знают!       После этих слов Кольт заметно насторожился, резко посмотрев на Шелли с подозрением в неладном. Его не так смутило то, что на самом деле Шелли знала Джеймса, потому что, как он видит, они явно не в дружеских отношениях. Но последнее упоминание о банде Золотой руки от Джеймса, как в лучших традициях, Кольт приготовился убить их оьоих.       Она лишь посмотрела на него в ответ с недопонимающим взглядом, что, почему-то, оказалось достаточным для него, чтобы понять, что лично Шелли ничего об этом не знала. — А что они ещё могут знать? — решила поинтересоваться Шотган. — Прекращай уже! Я тебе и так придостаточно тут излил! — ещё немного, и в голове его появилась бы дыра от её сапога. — Чёрт бы тебя отодрал! Какого ты... Ай! — Зубы мне не заговаривай, — сказала она спокойно. — Недавно мне Сэм рассказал, что у них из-за какой-то там девки проблемы возникли, — затих он вдруг. — И что дальше? — не стараясь изображать незаинтересованность во внутренних делах Золотой руки, Шелли спрашивала, как это ей требовалось. — Тебе это интересно? — дышать было тяжело, и он уже выговаривал слова едва ли не на последнем дыхании, — ну хорошо... — не слишком Джеймс этому диву дался. — У них ещё там паренёк какой-то новый, он... — Нет, что за проблемы у них возникли? — оборвала она его на полуслове. — Да что она вышла на дуэль с одним из лучших подлецов, не спросив при этом ничего у Белль, так ещё и не выстрелила! Сама получила пулю прямо в голову! — Так а какие появились проблемы? — А та ещё и живой осталась! Лишний раз из-за этого пришлось у докторов заявляться, чтобы её забрать, а там их едва не поймали, и это, так сказать, последней каплей стало. Он что-то за расправу с ней рассказывал, если ещё раз хоть на малейший шаг оступиться, то её убьют.       Шелли не ожидала, что его слова её смогут когда-либо ввести в ступор. Не был он таким человеком. — И каким образом? — сохраняя самообладание, спросила она. — Белль бы точно придумала. Сэм сказал, что у неё это всегда такие способы, в которых собственноручно она не участвует.       Её тёмные брови свелись у переносицы. Похоже, речь и вправду шла о ней. Страха в её поведении было не видать. Ни в коем случае, иначе ощущение позора не будет покидать долгое время. Но дрогнув, с губ её сорвался вопрос: — Значит, её убьют? — Да я сам от Белль слышал, как она о ней отзывалась! Говорила, что на месте же и убьёт! — Убьёт значит, — тихо проговорила та, чувствуя, как от осознания предательства разрасталось внутри неё ужасное чувство боли, которого раньше она, кажется, не испытывала. Как корни, что крепко цеплялись за грунт. Она не могла отдать себе в этих эмоциях отчёта — её это слишком потрясло. Хотя на лице ничего отображено из её внутреннего переполоха не было. Выдавал только стеклянный взгляд, устремлённый на свои руки, держащие оружие. — Убьёт! Я не против, а то места такие только занимают для лучших! Белль на той дуэли даже поставила не на неё! — расхохотался Джеймс совершенно внезапно. Через чур весело и мерзко. Это выглядело, будто он специально над ней издевается, но ведь он даже не знал, что сейчас именно она придавила его в пол. Она полна готовности его убить.       Под натиском неприятного и ужасно невыносимого спектра эмоций, она не выдержала дурацкого поведения Джеймса, после чего в один миг с его головы она убрала ногу и выстрелила чётко в висок. Выстрел раздался, словно удар молота об натянутую струну, наполняя воздух мощным звуком. Джеймс затих. Затих навсегда. Только вот всё так же Шелли испытывала невероятную бурю эмоций, опуская револьвер и смотря перед собой на мерзко расползающееся красное пятно под головой Джеймса. Будто это должно было её успокоить, но этого не произошло.       Шотган, похоже, осознала, какой же изощрённый образ выбрала Белль, чтобы избавиться от неё. Ей стало понятно, почему исходя из всех разговоров всегда становилось ясно, что в способностях лучшего стрелка, Старр придавалась вере всегда возможностям ганфайтера. Золотая рука и на этот раз была уверена, что если Шелли попытается выстрелить в Кольта, то она даже не успеет прицелиться, ибо будет уже лежать со свинцом в голове, и второй раз ей вряд-ли повезёт. Громче выстрела в её голове прозвучал только такой же умиротворённый голос Кольта: — Это он про тебя?       Убрав ногой руку со спины Джеймса, Шелли сейчас бы хотела, чтобы и эту боль испытал явно умерший, только уже это было невозможно. Пройдя несколько шагов и остановившись, стоя спиной к остальным, она будто уже и была рада этой случайной встрече с Джеймсом. Ибо узнала для себя много чего нового. Раз уж она бы вернулась днём к Белль и сказала, что ганфайтер всё ещё жив, то с большой вероятностью Старр в живых Шелли бы не оставила. Всё же, беспощадная Белль Старр не прощает малейших ошибок. Не глядя на то, кто их совершил. — Теперь ты знаешь, куда тебе ехать, — прозвучал голос Шотган. — Зачем же ты этого беднягу убила? Хотя... — протянул тот, явно не испытывая никакой жалости, — и мёртвый сгодится, — толкнув тело Джеймса ногой, Кольт перевернул того на спину. — Точно, это он. — Только сейчас его узнал? — поинтересовалась Шотган, развернувшись и взглянув на брата Бронсона. — А ты, похоже, его точно знала. Ловко, — восхищённо улыбнулся тот, взглянув на неё. Но радости на её лице не было видеть, — хотя я же сказал, что щадить тебя не буду, если окажется, что ты с ним знакома. — Ганфайтер подошёл к барной стойке, опираясь о столешницу локтём, и взглянув на Шотган, спросил: — Выпить не желаешь? Ты только что, похоже, впервые честно заработала свои деньги! — Он меня даже по имени не знает, — указав на Джеймса, ответила Шелли на предыдущую его притензию. — Так что не думаю, что это считается за близкое знакомство. — Но всё же, он говорил о тебе, — не вопрошая проговорил тот. Шелли лишь молча пройдя мимо Бронсона, села на стул, что был напротив стрелка. Кольт всё время провожал её взглядом. Он разочарованно вздохнул: — И снова ты молчишь. — Ты и без меня, я смотрю, всё прекрасно понимаешь. — Не повод ли это бросить их?       Бармен ничего не спрашивая, подставил ганфайтеру то, что он заказывал всегда сразу в стакане. Как никак, но страха владелец всё равно не лишался. Вкусовые предпочтения он иногда мог выявить и по внешности, но смотря на бандитку с тёмным вьющимися волосами, варианты её преференций возникали иногда довольно витиеватые и несвязные по вкусу. От чего-то приторно-сладкого и до того, что своей крепкостью заставляет вдохнуть глубоко и широко раскрыв глаза от того, насколько внутри всё сжигал спирт. Похожего алкголя он ещё в своём ассортименте не имел, к сожалению. Такие гости иногда встречались в его заведении, но было это куда реже, чем попытки его ограбления два раза за вечер. — Мне только воды, пожалуйста, — внезапно озвучила своё желание Шотган, чем на момент заставила бармена замешкаться, но этого нельзя было заметить. Он быстро подал стакан воды.       Кольт как-то удивлённо и расстроенно смотрел на неё. — Ты чего? — снимая шляпу, спросил он, после чего махнул рукой бармену, обращаясь к нему: — Слушай, налей ей того же, что и мне! И пусть не скромничает, — позже тот восторженно добавил: — Завалила тут только что этого амбала и делает вид, будто на такое не способна! — Какого чёрта ты вытворяешь? — в непонимании уставившись на того, спросила Шелли. — Не делай вид, будто мы давние друзья. — Давние или недавние — мне без разницы, — сказал он. — Мы даже и не друзья, но на какой-то момент стали напарниками. — Шериф сейчас не спит? — взглянув мельком на безжизненного Джеймса, спросила она вдруг. — Должен быть на посту, так что долго ждать денег не придётся. А то к маршалу заявляться с тобой лучше не стоит. Шерифа ещё подкупить можно, если он тебя узнает, — сказал ганфайтер тише, хотя бармен всё равно мог всё слышать. Но он был уверен, что тот вряд-ли кому что-либо расскажет. А если и расскажет, то с трудом поверят. — Этого мне ещё не хватало, — с каждой минутой Шелли казалась всё ещё отстранённей. Ей было сложно поверить в то, что за её спиной те, кому она доверяла, решили её судьбу. Так подло. Теперь ей точно некуда идти дальше, и придётся выживать или одной, или же другой вариант она просто из-за высокого самоуважения к себе признавать не хотела. А именно стать рука об руку с ганфайтером и пытаться сработься теперь уже с ним.       По его довольному выражению было видно, что он не будет против. Ведь это только на потеху себе, ибо будет знать, что от безысходности её очень невыигрышного положения он окажется едва ли не единственным, к кому она в итоге обратится за помощью. Хоть у тех и оставалось всё ещё предвзятое отношение друг к другу.       Не даром же она осуществила услугу в виде того, что убила Джеймса, чтобы тот ничего больше никому не сказал и Кольт сам нашёл Сэма, получив за это хорошие деньги вместо тех, кто мог бы это сделать вместо ганфайтера.       Цоканье стрелка рядом немного приостановило её всё угневшееся настроение, и увидела, что бармен и вправду наливал ей то, что Кольт попросил. — За мой счёт, — подняв перед собой алкоголь, чтобы соприкоснуться с её стаканом, сказал Кольт всё ещё издевательски держа один угулок губ чуть выше. Не стеснялся даже. — Я и сама могу заплатить, — как отрезав выдала та, не приняв его доброго жеста, и сделала первый глоток прежде, чем с наигранным разочарованием ганфайтер пожал плечами. — Ну... как пожелаешь.       Оставив стакан и сжав губы от насыщенного и крепкого вкуса, Шелли подметила, что подобное бы никогда просто так не взяла и не возьмёт больше никогда. Решив вдруг взглянуть на бармена где-то позади, Шотган случайно зацепила взглядом карту, лежащую на столешнице. Она потянулась и взяла её. Разглядывая находку, Шелли подняла карту перед собой, прищуривая глаза. — Интересно, — не было похоже, что она была особенно завлечена. — Это ваша гадалка оставила. — Тебе что-ли? — хиыкнула она, кладя карту обратно и взявшись за тёрпкий виски. — Не думала, что она к тебе подходит не для того, чтобы убить. — Полегче. Это кто кого ещё убьёт? — смотря на мёртвое тело Джеймса, ганфайтер снова потянулся к карману, доставая плакат.       Шелли изобразила недоумение, отставив стакан и посмеялась: — Ты опять не уверен, что это он? — Уверен ещё как, просто не помешает лишний раз удостовериться. — А если бы оказался не он? — Я бы решил этот вопрос в любом случае.       Внезапный топот по порогу привлёк к себе внимание. Зашёл человек с ружьём за спиной с ночной охоты и ни капли не смутившись, переступил через тело когда-то живого преступника, усаживаясь на своё излюбленное место у барной стойки по другой конец, где сидели ещё два бандита. Правда только один из них был теперь в законе.       Шелли на вошедшего и не обратила внимания, но заметила, что Кольт уже достаточно долго и пристально вглядывается в что-то, что происходило явно у неё за спиной, и пытаясь незаметно взглянуть, повернула голову, чтобы тоже взглянуть. Этот самый ночной охотник пересчитывал лишь тушки пустынных зайцев у себя в сумке и ничего более, чем то, что могло бы так пристально заставить в что-то всматриваться. — Что-то произошло? — спросила она вполголоса. Охотник позади неё, вроде как, не услыхал их разговора, ибо сам себе что-то напевал и тихо настукивал сапогом в такт своей мелодии, пока тем и занимался, что и в самом деле осматривал добычу. Не ожил ли кто-нибудь. — Я его впервые здесь вижу, — ответил он тихо. — Не думаю, что ты здесь настолько часто бываешь, что уже знаешь каждого посетителя. — Бываю, — тот перевёл взгляд на неё, отпав телом немного назад, будто показывая позой, что беспокоиться нет о чём. Возможно. — И ещё как часто. — Вижу, ему всё равно, что произошло. — В этом и странность, — прищурился Кольт, всё ещё иногда поглядывая на того охотника. — Ничего не спросил. — А Вы, случаем, не заметили, что тут труп лежит? — бесцеремонно ворвавшись в незамысловатое пространство лишь желающего отдохнуть охотника, прервала его идиллию Шотган и ночной охотник замолк, смотря на неё сперва в недоумении. Кольт же делал вид, будто бы никогда так в жизни не поступил, как она. Просто сделал бы это не так резко и внезапно, как Шотган. — Я тут такое не один раз видел. — Будто бы и вовсе не смутившись тем, что его не прозаический настрой улетучился по причине этой дамы, ответил охотник с радостью. Доставая из своей потрёпанной желтоватой куртки несколько монет, он звонко ударил ими по столу. — Мне как и всегда, — запросил он с улыбкой у бармена, и тот немедленно приступил к подаче. — А что было в предыдущий раз? — поинтересовалась Шотган, немного повернувшись на стуле в сторону охотника на зайцев, так как левым глазом она ничего видеть не могла. — Да пытался тут поджог сделать. Разлил алкоголь и всё такое, так шериф быстро оказался на месте и тут же вечером поджигателя повесили, — ответил тот, взглянув на деревянный и незакрытый каркас крыши и выискивая бревно, на котором был повешан бедняга, — ну и пока на том всё. А этот что сделал? — всё же соизволил поинтересоваться охотник, так как собеседники ему показались приятными людьми. — Да так, — вздохнула Шелли, поворачиваясь обратно в сторону ганфайтера и взяв своё виски. — Много говорил. — Ну я тогда буду надеяться, что не буду по вашему мнению говорить слишком много, — захохотал охотник, пока ему наливали. — В прошлый раз он бы даже и поджога не устроил, потому что нигде не нашёл ни спичек, ни зажигалки, — подметил внезапно бармен. — Значит, повесили за хулиганство? — спросил Кольт. — Да, — нервно и коротко посмеявшись, ответил бармен. — У него даже оружия не было... просто... — Просто захотел устроить пожар, и убив несколько человек заодно, — перебила его Шелли. — Зачем его оправдывать? Раз уж проявил такую инициативу, то нужно быть готовым, что однажды проявит ещё раз, и уже закончится она для него удачно, а для кого-то смертью. — Ну... тут Вы правы, — согласился владелец, немного зазевавшиь. — Только вот энтузиастов таких тут много, и каждого же не проверишь. — А вдруг снаружи буду поджигать? — спросил охотник оживлённо. — Они же не дураки, раз увидели, что если пытаться сделать это днём и внутри бара, то явно последнее, что они увидят в своей жизни, это будет петля. — Так и застрелить же могут! — возмутился бармен.       Оставив тех о чём-то спорить, Шелли повернулась к ганфайтеру. — Поджигать снаружи... — фыркнула она. — Какой тогда в этом смысл? — Зрелище что в одном, что в другом случае будет. — Выдал он. — Остался же ещё конь Джеймса, — вспомнил он вдруг, после чего замолчал, будто о чём-то задумавшись. — И что ты предлагаешь? — без интереса спросила она. — Можешь его забрать. Как я понимаю, то ты больше к банде не вернёшься, — утвердительно проговорил тот, поднося бокал к губам.       В попытках сжать ладони, она случайно поцарапала столещницу до боли в ногтях, но от ужасно неприятного ощущения лишь немного скривила лицо. Обсуждать ей это ни с кем не хотелось, а уж тем более с ним. — Не понимаю, почему тебя это до сих пор тревожит, — всё так же неотёсанно продолжала она ему отвечать. — Просто на двух я не уеду. — Я бы его в любом случае забрала, так что не переживай ты так. — Я и не переживаю, просто жаль его вот так здесь оставлять. — Когда это тебе кого-то было жаль? — Хотя да, ты права, — будто что-то припомнив, ответил он подыгрывая ситуации, и добавил с улыбкой: — Кроме людей.       Смотря на свои ногти, Шелли заметила небольшие кровоподтёки под одним из них, от чего сжала ладонь в кулак. Боль не была настолько сильна, чтобы быть способным отвлечься на продолжающийся разговор позади неё. Непринуждённая беседа охотника и бармена, что на данный момент только и звучала в баре, создавала достаточно мирную обстановку. А ведь сложно было сказать, что не так давно здесь промышляли очередное убийство сразу после того, как совершили предыдущее.       Они ещё немного провели время в салуне перед тем, как погрузить тело Джеймса на упряжку Кольта и отправиться на пост шерифа. Но перед тем, как направиться в назначенное место, Шелли следовало удостовериться, что из её банды никто за ней не следит, ибо будучи осведомлённой о задачах Тары и Эдгара, она была уверена, что те рано или поздно придут в город, чтобы её искать, если Белль их попросит. А времени прошло уже колличество приличное, чтобы Старр поняла, что пора бы выйти на поиски Шотган. Точнее быть, её тела. Хотя откуда Шелли знать, что они не найдут места для предположения, что ганфайтер сам забрал бы её и пожелал бы заполучить хорошую сумму? Всё же, Кольту было выгодней на данный момент её не убивать, так как она, похоже, заручилась ему с помощью в поиске Сэма. И ей также было нецелесообразно пускать тому пулю в голову, как выяснилось не так давно. — Что ты высматриваешь? — уже будучи на коне, Кольт был готов в любой момент указать тому направление, но пришлось остановиться, так как Шотган, будто чего-то опасаясь, осматривалась по сторонам, бесполезно вглядываясь в темень. Но при этом она уже сидела на лошади. — Боишься, что твои здесь? — Они не здесь, — ответила она, хотя среди окутывавшей её хладнокровности можно было различить подобие нервозности. — Значит их выискиваешь, — конь прошёл несколько шагов, прежде чем ганфайтер снова того притормозил. — Почему ты так уверен? — взявшись второй рукой за вожжи, она сравнялась с Кольтом, отбежав на лошади от бара. Животина оказалась неприхотливой к счастью, ибо не пришлось долго ей привыкать к новому владельцу. Возможно, случалось с ней это уже не раз. — Сама же и ответила, дав понять, что ты их выглядываешь, — хмыкнул он, который раз за вечер доставая портсигару из кармана штанов. — А раз они хотели тебя убить, то было бы удобно сделать это в тихом и тёмном месте, а здесь таких мест много. — Поехали уже, — поторопила она его. — Куда-то спешишь? — Нет, но было бы славно быстрее с этим покончить. — Тогда без проблем, — тому лишь нужно было время, чтобы поджечь папиросу, и затем сразу отправиться в путь. — Он недалеко расположен. — А то уже боялась, что ещё долго придётся с тобой водиться, — съязвить броско она не боялась, пока поспевала за ним. — Ты бы так свободно за верёвки не держалась. — Это ещё почему? — Легко сможешь упасть, если я тебя столкну. — Не сможешь, ибо я сделаю это первее. — Хочешь посоревноваться? — с вызовом тот посмотрел на неё. — Вижу, что перспектива спокойной езды тебе не по душе. — Ещё как по душе, просто ты слишком уверенно разбрасываешься такими словами. — Подумай тогда про лошадей. — А о чём думать? — Им будет неприятно. — Ну тогда подумаю.       Путь и вправду оказался не столь длинным, как ожидалось. Уже очень скоро они оказались у местонахождения шерифа и оставалось только надеяться, что он на месте. А если и спит, то растормошить того проблемой не будет абсолютно.       Спрыгнув с коня и закинув верёвки на ближайший столб ветхлого и уже поваленного забора, будто игнорируя специально отведённое место для лошадей, ганфайтер подошёл к двери, но перед этим посмотрел на Шелли, и долго ничего не говорил. Она уже выражением на лице вопросила, что ещё не так, после чего он сказал: — Думаю, тебе нужно пока на глаза ему не попадаться. — Думаешь, он меня знает? — Тебя все знают, — показательно отойдя от двери, он дал знать, что стучать не станет, пока она не скроется с места.       Раздражённо вздохнув, она направила лошадь куда-то за по соседству распологающееся небольшое подобие сарая. Шелли себе же во благо решила не входить в этот бесполезный с ним спор, ибо этим она бы только затянула процесс. От части ещё из-за того, что она уже была довольно уставшей. Да и находиться в компании ганфайтера ей порядком надоело.       Постучав в дверь, Кольт стал ожидать какого-то шума по другую сторону, но быстро, как того хотелось бы, его не последовало. Он постучал уже второй раз, и только после этого он уловил что-то похожее на недовольное ворчание знакомого ему шерифа. — Что ещё за чёрт в такой поздний час ко мне припёрся?! — слышно было за дверью. — Откройте и увидите, — сказал Кольт так, чтобы тот услышал. — А? Это ты?! — уже ближе слышался голос шерифа, что едва ли петлял к двери, чтобы её открыть. Наконец-то открыв, глаза его от фонаря прямиком на пороге прищурились, рассматривая в его свете физиономию ганфайтера, — не узнал уж, — с улыбкой и дедовским хриплым голосом проговорил тот. Заключившись в приветственные рукопожатия, тот вдруг сказал: — Представляешь? Проснулся сейчас и забыл, куда ружьё закинул! — Ну нашли хоть? — с таким же весёлым тоном спросил Кольт. — Нашёл конечно, а то непозволительно в наше время такие вещи терять. — Ну тут Вы безусловно правы, — отходя с порога, Кольт продемонстрировал шерифу прикреплённое тело к его упряжке. — А это ещё кто? — переместив фокус своего внимания, спросил шериф. — Бронсон, но пока младший брат. Удивлённо хлопнув глазами, шериф махнул рукой: — А ты не промах! — толкнув того в плечо, восторженно проговорил он, спускаясь с порога и направляясь к коню. — Как ты его нашёл-то? — Прошу меня простить, я спешу, так что не могли бы Вы... — Ах да, конечно! — бросил шериф, снимая тело уже с коня. — Сейчас всё выплачу, помоги только его затащить внутрь.       Безоговорочно тот согласился, подойдя к шерифу и помогая тащить Джеймса. — Он не пробыл здесь и пяти минут живым, — добавил Кольт. — Прям-таки пять минут! — воскликнул шериф. — Умеешь же поражать. Сколько этот здоровяк весит, что такой тяжёлый? — Не считал. — Ладно, это не так важно. Не по весу деньги выдают, — посмеялся тот. Кольт же испытал небольшое облегчение от того, что шериф не стал интересоваться, как он сам погрузил тело на коня.       Уже протащив тело по порогу, по инициативе шерифа этот процесс был остановлен, поскольку тот успел немного утомиться. Тяжко переводя дыхание, тот сказал: — Знаешь что? Я уже верю, что это он, так что сейчас вынесу деньги, — не дожидаясь ответа, он зашёл во внутрь своего поста. Ганфайтер же молча стал его ожидать, расхаживая по порогу, то и дело поглядывая на Джеймса.       В какой-то момент ему показалось знакомым его лицо, и не из-за того, что он видел его только на изображении разглашения о его поиске, а будто он был когда-то знаком с ним в реальной жизни. Но он сразу отбросил эти мысли, поскольку был уверен, что он помнит всех, кого в жизни повстречал хоть раз.       Уже очень вскоре и шериф вышел из-за двери с внушительным конвертом в руках. — Вся жизнь этого паренька вместилась в этот конверт, — всё никак не мог нарадоваться шериф тем, что такой преступник, хоть и мёртвый, оказался в его руках, — и он целиком твой, — вручил он его ганфайтеру. — Можешь пересчитать.       Тот открыв конверт стал бегло пересматривать купюры, но не особо сосредоточенно. — Вы меня никогда не обманывали, Мистер Беколл, так что поверю на этот раз, — с улыбкой сказал Кольт, протягивая руку для ещё одного пожатия. — Замечательно! — за хорошую работу шериф не жалел сил, чтобы сжать тому руку в знак неимоверной благодарности. — А как там Крейг? Его конюшня ещё на месте? — спросил вдруг ганфайтер. — Хочешь коня оставить? Так это... — замешкался шериф, вспоминая о чём-то. — Он сейчас отъехал куда-то, и я теперь должен туда переодчиески ходить и посматривать за его животиной. Хочешь на ночь одну оставить? — Да. — Тогда за бесплатно и сможешь. Я тебе дам ключи, ты там проведай обстановка как, и оставляй свою лошадку, а ключи мне утром занесёшь. — Без проблем, — согласился он. — В его рабочем посту охранника найдёшь там где и переночевать. — Зайдя снова на свой пост, чтобы найти ключи, тот оттуда спросил: — Куда дальше путь держишь?! — Пока ещё не знаю, но точно туда, где окажется следующий бандит. — Да ты и сам ещё тот бандит. — Хрипло выдавив смех порезвился шериф, звеня ключами и направляясь к выходу. — Держи, — вручил он ему большую вязку ключей от всех дверей в конюшне. — Старик Крейг только через дня три вернётся, так что могу тебе на эти три дня доверить его место. — Мне столько не нужно, так что верну уже завтра, — сказал ему Кольт. — Завтра ещё мне сюда припрут какого-то новенького шерифа на мою замену, а то давно уже бросать это дело мне пора. Успей до обеда где-то занести, а то меня здесь может потом и не быть, нужно будет ходить и рассказывать ему, что и где здесь находится. — Хотите сказать, что когда я ещё раз поймаю здесь престпуника, то мне придётся пересчитывать деньги в конверте? — для увеселения спросил ганфайтер. — Он довольно милосердный малый, так что не переживай на этот счёт. — Облапав себя по карманам и не найдя того, чего хотелось бы, шериф без растерянности спросил: — У тебя не найдётся, часом, прикурить? — Найдётся, — любезно поделившись с тем сигаретой, ганфайтер и сам был не прочь ещё раз прикурить. — Ну спасибо тебе, — спички к счастью оказались при нём, и шериф уже вдыхал едкий дым. Прокашлявшись, тот сказал задумчиво, смотря куда-то в пол: — Так что вот так вот. Когда ему всё покажу и расскажу, поставлю в центре города следить за порядком. Его ещё никто не знает, так что будет притворяться обычным гостем в городе. — Будет под прикрытием работать? — Да, всё верно, а то далековато уж мой пост расположен от центра, нужно как-то туда попроситься расположиться, не дело это. — Ну что ж, я тогда пойду, — подвёл их разговор к концу ганфайтер, спрыгивая с порога. — Занесу ключи завтра, как и просите. — Ну и славно тогда. Смотри там осторожнее, ты же знаешь, какие там замки дурацкие! — Знаю, благодарю Вас, Мистер Беколл! — махнув тому рукой на прощание, Кольт поспешно направился к коню. — Ну и надо же... — сказал про себя шериф, глядя на Джеймса. — Как тебе только удалось его поймать?       Ганфайтер быстро растворился в темноте, пока шериф затаскивал Джеймса уже сам, говоря себе что-то под нос. Это давно вошло ему уже в обыденную привычку, когда рядом никого нет а обсудить что-то хочется, и он лишь в тишину озвучивал свои мысли, не ожидая ответа. Рядом, конечно, иногда находились люди, но в живых они редко были. А те, кто и был жив, приходили иногда в замешательство, когда отвечали на такого рода его вопрос, а Мистер Беколл, как оказывалось, и ответа вовсе не ждал.       Шелли увидев, что Кольт довольно быстро выехал из участка шерифа, тут же запрыгнула на лошадь и начала того догонять. — Как успехи? — спросила она, как только удостоверилась, что громко спрашивать об этом ей не придётся. — Всё, как и планировалось. — Куда сейчас? — Надо же где-то коней оставить, вот и еду сейчас к конюшне местной. — Не забыл, что ещё должок за тобой? — Конечно не забыл, только доедем сперва.       Стоило только завернуть за угол одной из улиц, как тут же по памяти Кольту пришлось выискивать конюшню, хотя запомнить было не тяжело, поскольку та находилась практически на пустом месте во всей видимой округе. Но это было намного проще, чем позже пытаться найти подходящий ключ к замку. Да и не исключено, что следующий ключ может оказаться правильным, но вот повернуть его могут уже неправильно. — Тебе не сказали, для чего и какой ключ? — спросила Шелли, стоя позади него и держа коней. — Я надолго здесь задерживаться не буду. — И куда же ты пойдёшь? — Сам прекрасно всё знаешь, — один из жеребцов начал принюхиваться к её шляпе и пытаться пожевать её волосы, но Шотган тут же поняла в чём дело и рукой быстро отмахнулась от назойливого коня. Она возмущённо добавила: — А то твой конь пытается меня уже сожрать. — Не вздумай его только обижать, — попросил он. — А то, видимо, ты ему понравилась. — Понравилась? — переспросила та, поправляя свои волосы. — Бред какой-то. — Ну как сама знаешь, хотя согласен, — наконец-то нужный ключ оказался в замке и вскоре пришлось уже отодвигать массивную деревянную и задвижную дверь в сторону, отдавая в этот процесс все оставшиеся силы под конец дня. Да и уже далеко за полночь было.       Быстро найдя в углу среди кип сена и бочек фонарь, Кольт ненароком пнул что-то ногой, из-за чего едва не споткнулся. Как только фонарь удалось зажечь, тот стал у проёма и вопросительно уставился на Шелли. — И чего стоишь? Заходи, — проговорил тот, после чего без особого желания слушать её отговорки, развернулся и пошёл искать место, куда бы пристроить лошадей. — Тебе, видимо, плохо было слышно, — всё же решив не напоминать словами, что оставаться здесь она не собирается, она захотела сказать об этом лишь тем, что оставила свою лошадь снаружи, а его коня завела внутрь.       Ганфайтер снова опешил, когда увидел, что она ведёт за собой только его коня, а свою лошадь оставила снаружи. — Вот скажи, тебе действительно есть смысл сейчас навещать своих, так названных, напарников? — довольно колко прозвучал его вопрос. Он уже зашёл за перегородку, поэтому бессильно опёрся на деревянный забор, смотря за её непринуждённой походкой. — Ты и так много чего знаешь, — подойдя, она не стала сперва заводить коня в секцию, пока Кольт оттуда не выйдет. — Но ты мне толком ничего и не рассказала. — Потому что о всём, что нужно и не нужно было знать, проболтался этот чёртов Джеймс! — взбесилась она вдруг. — Так ты из-за этого его и убила? — Нет. — Или из-за того, что я попросил оставить его живым и ты сделала это на зло? — без поношений спрашивал он. — Спасибо бы сказал, — неприступности к её мыслям было не занимать. Но его, по её мнению, не имеющие смысла расспросы порядком ей надоели, поэтому не дожидаясь, когда он выйдет из секции, Шелли завела туда коня, желая поскорее отправиться к упряжке Золотой руки, и только она знала, зачем ей это нужно. — За что тебя благодарить? — увидев, что она заходит в секцию, ганфайтер заподозрил неладное, и как только она зашла, то тут же закрыл за ней дверь и стал перед ней. — Пока ты мне скажешь, что ты задумала — я тебя отсюда не выпущу.       От последующих её действий он даже не пошевелил и пальцем, смотря на то, как в один миг в её руке уже оказался револьвер, направлен на него. — Или ты меня выпустишь сейчас, или... — Или что? — перебил он её. Он прекрасно знал, что выстрелить ей не хватит сил. — Ты на понимаешь, что они тебя убьют? Ты знакома с Белль лучше, чем я, но даже я бы в таком случае, когда я знаю, что она меня хочет убить, не появлялся бы ей на глаза вовсе! — Но ты ведь не я, тебе бояться нет чего. — Они тебя убьют, — каждое сказанное им слово, что было обращённым к ней, было пропитано тонким высмеиванием и глумлением над ней. Ей, конечно же, давно было не привыкать к такому отношению к её персоне. Но сейчас он заговорил совершенно по-другому, из-за чего она даже не вслушиваясь в его слова, в их смысл, пыталась просто понять, не ошиблась ли она в восприятии правильнсти посыла сказанного им, или же со слухом у неё имелись какие-то проблемы. Но ей не казалось. — И почему тебя это волнует? — Меня волнует лишь то, что из-за этого мы можем упустить Сэма, — ответил он вопреки тому, чего хотелось бы озвучить на самом деле. Хотя о многом говорило уже то, что он не вытащил револьвер, когда понял, что она вот-вот сделает то же самое.       С удручённым вздохом та опустила револьвер вместе с головой, потирая переносицу. Она не знала наверняка, был ли её выбор правильным, потому что за вечер она не узнавала ещё столько, что могло кардинально изменить её жизнь. — Хочу кое-что рассказать, — прорезав беззвучие своим внезапным тихим голосом, Шелли спрятала револьвер и настойчиво отодвинув ганфайтера, направилась на улицу. Всё же, она решила завести лошадь по внутрь. Кольт немного проводил её взглядом, после чего со вздохом приступил к расснаряжению своего коня.       Почему-то ему стало даже всё равно, если окажется, что Шотган сейчас уже ускакала куда подальше под таким внезапным предлогом, но выходя из секции впал в изумление, увидев, что она распорядилась с лошадью у первой секции рядом со входом, и уже задвигала огромную дверь, с которой и сама, ну удивление, такая шаткая на вид, справлялась куда лучше, чем он ожидал. — Без фонаря всё нашла? — спросил он с другого конца конюшни, уже закуривая сигарету. — Там был уже, — ответила она, подходя к нему. — Понятно, — направившись к комнате владельца конюшни, чтобы найти там вёдра для воды, потому что нигде в видимых местах он их не находил, что было довольно странно, он даже не надеялся, что Шелли и вправду решит ему поведать какой-то длинный рассказ.       Дверь отворилась быстро, после чего он нашёл стол в помещении и поставил на него фонарь. Поняв, что одного источника света ему недостаточно, он решил зажечь ещё один, что был на прикроватном столике.       Заглянув и там в каждый укромный уголок, он никаких ёмкостей не нашёл. Кольт развернулся, и когда увидел, что Шотган стоит в проёме двери всё с таким же неподвижным взглядом направленным в пол, он стал устраиваться на месте, став в удобную для него позу, скрестив руки на груди и спрашивая: — И что ты хотела рассказать?       Она всё так же не решалась сместить фокус своего внимания выше, чем его ноги. В ближайшее время она понимала, что выгоды для неё окажется больше, если она станет помогать тому с поимкой других преступников, хоть и не по приказу суда лично для неё. Хотя об этом ей и думать лучше позабыть, потому что все улицы ближайших городов развешаны в плакатах с её изображением.       Придётся значительную часть своей гордости оставить позади, переступив через неё, если Шотган всё ещё хочется жить. Денег у неё совсем не было после того, как пришлось подкупать лекарей, чтобы те и пискнуть не думали о том, что она попала им на лечение. И что уж говорить о том, что после этого она осталась должна ещё и Белль. Но отдавать ей она уже вряд-ли соберётся. Ведь главной расплатой для неё всё равно была бы смерть Шотган. — Мне приказали тебя убить, — её нелюбовь к большим подводкам к главному всегда была достаточно очевидной, как и в этот раз. Она решила начать с главного.       Услышанному Кольт, конечно, сначала не поверил, но на фоне постоянно сохраняющегося в воздухе между ними шанса, что в какой-то момент кто-то из них может выстрелить в другого, притупляло это удивление. По крайней мере, ему теперь стало ясно, почему на этот раз он встретил её одну. Оказывается, она была на задании, которое на данный момент, кажется, фатально проваливает. Но ещё Кольту было непостижимо то, что, как ему кажется, даже с её личным желанием убить его и при этом имея приказ о его же убийстве от вышестоящей, она это не сделала всё равно. Она без прикрытия ему же в этом и созналась. Только было ему не понятно, зачем.       Требовалось времени намного дольше, чтобы подумать над этим происшествием хорошо. Кольт лишь, как ему привычно, надменно пустил смешок, будто услыхал от неё какую-то полнейшую чужь. — И ты собираешься сделать это сейчас, — утвердительно проговорил тот, продолжая невозмутимо на неё смотреть. — Я не договорила. — Просто мы так долго молчали, что я подумал, это всё. — Как ты помнишь из слов Джеймса, то Белль ставила на тебя на нашей с тобой дуэли. — Ну? — кивнул он головой в знак ожидания продолжения её слов. — Она верит в тебя больше, чем в меня, и исходя из этого она хотела, чтобы я когда пошла тебя сегодня убивать, то убил ты меня.       В его поведении после её слов она ожидала подобное осточертелой чванлитвости или ещё большей пренебрежительности к ней. Но к огромному её даже не счастью или удаче, а к тому, что привело её в немалое ошеломление, Кольт, как Шотган показалось, замыслился о чём-то, опустив усталый взгляд в пол, долгое время не отряхивая пепел с сигареты в его руках, и даже не прикуривая. Он словно на миг позабыл об окружающем мире. И той же сигарете в его руках. — То есть... — наконец-то сказал он хоть что-то. — Не она тебя лично убить хотела, а хотела, чтобы это сделал я при твоей попытке убить меня. — Да, — едва ли понуро ответила та, проходя чуть глубже в отдельное помещение от конюшни. — Она... я не знаю, что у неё на уме, но не узнав, кем ты теперь стал, у меня могли бы быть проблемы побольше, если бы удалось тебя убить. — И тебя сдержало только это? — в этот раз он стал говорит с ней серьёзней. Будто пока она играла с ним в молчанку, то и воспринимать без стёба над ней он её не мог. — Я не знаю, я... — она развернулась, чтобы выйти из комнаты, но сразу же остановилась. Ей казалось, что это похоже, будто она убегает от очевидного ответа, который уже крутился в её голове, и из-за желания самой себе доказать, что таких вещей, как честность перед собой она не боится. Но истерзающий её изнутри личный конфликт всё ещё продолжался. — Ты сам всё знаешь. То же самое, из-за чего и ты не выстрелил на дуэли. — Так что ты хочешь сделать, вернувшись сейчас к ним? — Я больше не с ними. — А другие знают? — Узнают позже. — Ты хочешь убить Старр? — иногда его моментами черезмерная догадчивость заставляла её в самый жестокий расплох в жизни. В этот раз не обошлось без чувства, будто её поймали за какой-то мелкой кражей в детстве. Как бы это не звучало в контексте по её отношению, ибо преступления она совершала уже потяжелее, чем это было постежимо для неё в детстве, и ганфайтер был единственным на её памяти, кто в настоящее время мог заставить её чувствовать себя так. — Тогда можешь попробовать это сделать. — Чего? — снова развернулась она, уставившись на него. — Спроси только сперва у неё, где может быть Сэм. Может Джеймс ещё и наврал. — Тебе только это важно? — с уставшим вздохом спросила та. — Я же сказала, что никуда не поеду с тобой. — Простой узнай на всякий случай, — продолжая коротко осматриваться по комнате, ганфайтер ещё лишний раз удостоверился, что здесь нет того, что ему нужно. — Что, если ты возьмёшь Белль в заложники? — Ты хочешь, чтобы я отомстил тем, кто тебе негоден? — Нет, так будет легче поймать Сэма, если он узнает. — Нет, это слишком сложно, чтобы чётко всё продумать. Оставлять её нет где, а с собой брать ещё опаснее. Ещё же помимо Белль есть и другие в банде, ты забыла? — Хотя да... сколько за неё? — Много и за мёртвую и за живую, — он присел на небольшой стул рядом со столом. — Но всё же, мне интересно, как ты собираешься её убить. — Незаметно. Всё же, я лучше научена, чем она. Несмотря даже на то, что она в деле дольше, чем я. — Уверенное заявление, — протянул он, потушив окурок в керамической пепельнице на середине стола. — Где же ты научена? Я то понимаю, что люди не просто так о тебе говорят. — Точно не там, где ты. — Ну да, тут ты права, — возражать он не стал. — У меня отец только был оружейником, но стрелять не умел особо. Точнее будет сказать, что не любил. Так что учил меня этому дед. — Меня никто не учил, — выждав несколько мгновений, она добавила: — Научила уже жизнь. — Сложно поверить, потому что почти ничего о тебе не знаю, — расслабился он в своей сидячей позе. — Но знаю только то, что ты можешь мне помочь. — Ты долго ещё будешь об этом говорить? — заметно было, что осточертели ей его настойчивые напоминания о Бронсоне. — Я и так сделала уже через чур для тебя больше, чем должна была. А так вообще ничего не должна, тебе ещё очень повезло. — Вот так вот значит? Хочешь узнать, какой за него гонорар? — до этого до раздражения задорный и неунывающий Кольт вдруг остервененел и со сдержанным недовольством полез в небольшую сумку, что висела через плечо и пряталась под накидкой, чтобы продемонстрировать ей ту самую вестку от суда, где были указаны все детали заключения сделки о Бронсоне. Он сорвался с места, почти кидая ей это заключение в лицо. — Видишь это? Читай.       Даже когда он требовательно протянул почти в самые руки заключение, она не схватилась за него сразу, а только смотрела на него и к ней еще имело смелость закрасться самодовольство, ибо, казалось, самый неподступный человек неустанно продолжал её уговаривать, зная, что без неё шансов практически нет на завершение этого задания.       Всё же медленно и элегантно она протянув руку, чтобы взять лист в его руках, сохраняя при этом выражение, будто делает тому сейчас своё самое огромное одолжение, она фыркнула: — Ты до измора меня хочешь довести? Туда слишком долго ехать. Да и я уже сказала, что не поеду никуда, — но в любом случае она решила прочитать условия, которые лично её имени никак не касались и касаться не должны по причине сохранения её же безопасности. Но перспектива всё ещё скрытной да ещё и законной деятельности, и тем более с возможностью заполучить внушующее колличество купюр, конечно же устраивала её ещё как.       Но было всё ещё что-то, из-за чего сразу соглашаться она не хотела. Точнее быть, кто-то. И ей хотелось, чтобы он прямо признался, что без неё это неисполнимо. — Так ты не будешь одна. И я бы на твоём месте подумал, прежде чем однозначно отказывать, — казалось, что на любую её притензию у него найдётся аргумент. Но всё это ей было ни к чему. — Если предлагаешь свою компанию, то лучше я уж отправлюсь одна, — протянув однозначным жестом документ ему обратно, Шелли надеялась, что он тут же его заберёт. — Ты даже не дочитала. Я думаю, если ты узнаешь, сколько за него дадут, то передумаешь. — Не передумаю. — Уже вот его нужно взять живым, а без тебя это вряд-ли получится. — Так ты меня использовать хочешь? — возмутилась Шотган, упираясь рукой с плакатом в него. Но тот всё ещё не забирал. — Но мы же поделим, — напомнил он. — Я бы никогда тебе такого не предложил, но поскольку вы знакомы, то может... — Я для него не в авторитете. Мне кажется, он меня убьёт, поскольку он точно знает планы Белль на меня. — Ну погоди, если ты не вернёшься сегодня, то она подумает, что ты мертва, и если... — Мне нужно ещё вернуться, — перебила она, и сказанным заставила ганфайтера опешить. — Ты с ума сошла. — Ни в коем случае! — Если ты это сделаешь, то план провалится, — настойчиво тот отодвинул её руку с плакатом от себя. — Не провалится. А был вообще план? — Ты что уже задумала? — он подошёл к ней лишь на полшага, но это уже выглядело достаточно угрожающе. Шелли же и с места не дёрнувшись, продолжала на него молча смотреть, давая понять, что отвечать снова не собирается и на поиск ответа также не тратить время. — Нет, ты мне ответь, пожалуйста, — попросил он, поскольку тишину тот ненавидел больше, чем закончившиеся внезапно спички в коробке. — Я уже понял, что ты любишь помолчать на мои расспросы. — Я тебя уверяю, что это не помешает нам поймать Сэма. — Всё же «нам»? — уточнил он, подняв брови и отведя голову немного к ключице, но при этом не сводя с неё глаз. Зрелище было любопытным, как она борется с самой же собой.       Ей не было отведено ни секунды на поиск однозначного ответа, но смотреть ему в глаза она больше не могла. Не могла видеть того, как он буквально смотрит ей прямо в душу и чувствует каждую эмоцию, что она испытывает на данный момент. Будто он знает всё о ней уже давно, хотя это первая по длительности их встреча. И не было же на её памяти никогда такого, что она ощущала себя, как загнанная мышь в углу или же ужом на сковороде под чьим-то пристальным и прожигающим плоть и душу взором.       Хотя это чувство, на самом деле, играло против них обоих. Он не мог всё ещё понять, что же в ней столь неподражаемого и особого есть помимо устойчивой натуры. Что заставляет его чувствовать ей равным. Из-за чего его к ней тянет. Она издавала дьявольское очарование. Временное присутвие легкомыслия его, всё же, не покидало, и иногда он делал рискованные выборы, которые могли повлиять не только на его судьбу, но и на продолжительность жизни также. — Какой же ты...       Договорить он ей не позволил. Способствуя неименуемому желанию, он притянул её к себе и довольно настырно вцепился ей в губы. Нагло, но так до неожиданности нежно, что Шелли сперва удивилась только этому. Но очень быстро осознав происходящее, она начала пытаться от него отстраниться, но тот прижал её уж через чур сильно и попытки её были тщетны. Но она прекрасно понимала, что пыталась бы вырваться сильнее, если бы сама того не хотела вовсе.       Даже отстранившись, он её так и не отпускал, пока Шелли упрямо стремилась выбраться из его цепких рук сама. В какой-то момент она перестала отталкивать его, ощутив, как при дыхании вздымается его грудь. Вскоре она уже сама бросилась целовать его, не понимая, как ему удалось заставить её это сделать.       Со стола что-то с грохотом свалилось на пол, как только Шелли повалилась на него, не думая о последствиях, если со стола упало что-то важное. Головной убор давно слетел с его головы, и сжимая его за волосы до боли не только на его голове, но и в своих пальцах, она не отпускала его от себя ни на любую короткую дистанцию, пока он умещал её на поверхности стола, имея и без того огромное желание припасть к ней ещё ближе. Настолько, насколько она его к себе никогда бы в жизни не подпустила.       Короткие, томные вздохи и ощущение наименьшей дистанции между ними позволяло в этот миг страсти позабыть обо всём. В правдивости чего те так яростно друг другу пытались недавно доказать? Ведь всё, в итоге, оказалось тщетно.       Не было ни единой вещи, из-за которой Белль стоило бы беспокоиться в долгосрочной перспективе, но шестое чувство ей не давало соврать, что что-то может пойти не так. И это даже не было связано с их планированием нового ограбления, хотя странно что после неудачного бунта в баре они сразу положили глаз на добычу покрупнее в виде банка города. Просто здесь она уже была уверена и переубедить в обратном, или даже заставить усомниться в их провале её было невозможно. Хотя она даже не знала, что днём по городку будут расхаживать уже два шерифа, и одного из них они вряд-ли вообще увидят.       Она так же само была непоколебимой в убеждении, что и Шелли ни о чём не догадается и что именно благородный поступок Белль после совершения неудачной навалы на салуну по отношению к Шелли как-то приспустит её бдительность чуть ниже среднего. Старр почти удостоверилась в этом, когда Шелли без ведома направилась в город после того, как Фэнг и Эдгар вернулись оттуда последними.       Она могла всё ещё слышать недопонимающие расспросы надоедливого новичка, и только Старр понимала, с какой целью Шотган направилась в этот тихий городок обратно. Она же правда надеялась, что вернётся Шелли оттуда только в том случае, когда будут выносить её гроб прямиком к кладбищу посреди бескрайних песчаных дюн.       В одно время с этим и беседа двух бандитов на стороже не утихала, под которую Белль и уснула, не вникая совершенно в её суть. Для Фэнга всё ещё была непостижима для осознания причина, по которой тот не мог в их банде иметь какого-либо оружия, когда это практически непростительно для любого, кто смеет себя звать нарушителем закона. — Если будешь уметь драться в рукопашную и сможешь не умереть в таком бою, то только тогда получишь своё ружьё. И даже не пытайся где-то сам его достать, — продолжал поучать его Эдгар, и было понятно, что Фэнг не прекратит пустословить, хотя очень хорошо видел, что Эдгара тот порядком заставляет раздражаться всё сильнее. — Ты думаешь, что я сюда попал и не умею драться? — Это нужно ещё проверить. — То есть, мои рассказы не убедительны? — Белль сама должна всё увидеть, — разговарили те не громко, чтобы с упряжки дремающие Тара и Белль не смогли их услыхать. — Они вообще спят сейчас посреди пустыни, думая, что в случае чего я смогу отбиться от незваных гостей нашей территории, и думаешь, что они просто так мне доверят свои жизни?! — всё никак не собирался угомониться Фэнг, указывая руками на упряжку. — Я же... — Я тебе десятый раз условий повторять уже не стану, тебе этого не изменить, — перебил Эдгар.       Разочарованно вздохнув, Фэнг опустил плечи, как и голову. — Что бы ей предложить? Я не хочу долго без оружия находиться. — Да хоть себя предлагай! — зашептал яростно Эдгар. — Тебе больше заняться нет чем?! — Мне вот есть чем! Просто не совсем понятно, что местному шерифу помешает в меня выстрелить, если увидит меня в компании тех, кого уже знает и что их нужно как можно быстрее поймать?! — Тебя ещё никто не знает, так что будешь играть в жертву. — Всё равно это опасно, я бы ещё пожить не прочь, — хмыкнул ханец. — Тогда зачем ты пришёл к нам? — Как зачем? Чтобы узнать, какого это быть таким, как вы, — в недопонимании ответил тот, отодвинувшись чуть подальше от огня, пока Эдгар, что находился с противоположной стороны, смотрел на него. — Просто понимаешь? Я бы ни за что не согласился на вещь, где есть риск, что я умру, не имея возможности отстреляться. — Вступая в банду, ты должен быть готовым к тому, что тебя даже могут убить свои, — ровным тоном произнёс Эдгар. — И ты, видимо, всё ещё не в курсе, какие именно сложности тебя ещё ожидают.       Эдгар медленно поднялся и вдруг вытащил припрятанный в кобуре револьвер, направляя его прямиком на Фэнга, после чего явно того не ожидая, Фэнг замер, широко открыв глаза. — Ты... ты чего это? — заикаясь спросил Фэнг, собираясь подняться, но взгляда не срывая с его рук. — Не двигаться! — приказал ему тот. — А теперь решай, что ты будешь делать.       Какое-то время поглядев на того, Фэнг разразился смехом, чем ни капли не смутил второго. — Подожди, ты серьёзно сейчас? — не послушав приказа, Фэнг, всё же, поднялся с места, но не быстро, при этом лишь в половину и с большим нежеланием подняв руки. В глазах его не было страха, хотя недавно его разговор явно свидетельствовал о том, что именно его и стоило ожидать в его взгляде и поведении. — Я хоть и не лучший стрелок, но тебе бы поторопиться, потому что сейчас я мог бы тебя уже прикончить десять раз. — Ну как сказать... — сделав вид, будто тот о чём-то глубоко задумался, Фэнг тем самым лишь на малость понизил бдительность Эдгара, и как только он уловил момент его наибольшей уязвимости, тот подпрыгнув через огонь и замахнувшись ногой в один миг выбил из рук оружие у Эдгара, от чего тот отпрыгнул от Фэнга назад, что уже принял полную боевую готовность, чем немало поразил второго, заставив на лице Эдгара пробиться хоть одной когнетивной эмоции — тотального ошеломления.       Натуга в их взаимоотношениях, да и не только между ними, промелькала настолько часто за их короткое совместное сотрудничество, что это и вовсе стало привычным делом для обоих и даже почти незаметным. Так что теперь на лице Фэнга в такие моменты уже не предательски вырисовывался оскал. — Тебе бы только лишний раз помахать револьвером, — серьёзность Фэнгу была настолько не к лицу, что Эдгару изначально было тяжело поверить, что перед ним точно тот самый придурашливый новичок. Хотя и действие его, на самом деле, не такое уж и не непредсказуемое было. Просто Фэнг своим довольно частым демонстрированием скудоумия и алогичности быстро заставил Эдгара не ожидать от того больше, чем пустого потока бессмыслицы из его порочного ума. Отныне стало понятно, каким оружием обладает Фэнг.       Эдгар ничего не сказал на это. Он отличался своей сдержанностью в моменты, когда кажется, что пропустить мимо себя это абсолютно невозможно. Выровнявшись, Эдгар бросил беспристрастный взгляд на выбитый из рук револьвер. Он сжал и разжал кулак от ощущения не сильной, но хорошо ощутимой боли в костяшках от удара. Похоже, Фэнг даже в этот момент и не думал расслабляться, ведь продолжал с вызовом на того глазеть. — Можешь забрать револьвер себе, — сказала Эдгар, да и только. С должной осмотрительностью тихо, чтобы с кучерской вдруг не услыхали его слов. — Чего? — Фэнг тут же убрал кулаки перед собой. — Потише можешь? — огрызнулся тот. — Бери и тихо. Спрячь под жилеткой.       Недоверие покидать Фэнга не собиралось, и на удивление без присущей ему опрометчивости, тот с осторожностью начал приближаться в сторону лежащего ружья. В считаные секунды те признали друг в друге противника, и тяжело было в первые минуты после отступившего адреналина понять, что всё уже устаканилось и жизни ничего не угрожает. — Сколько там пуль? — спросил ханец. — Дарёному револьверу в барабан не заглядывают. — Так это про коня говорят. — Ты даже сейчас продолжаешь дурака валять? — подойдя к огню, Эдгар сел на своё прежнее место. — Здесь на шесть пуль... — задумчиво протянул тот, осматривая револьвер и возвращаясь на своё место. — Значит пять? — Умён, — будто отдав почёт, кивнул Эдгар.       Привычный ритм жизни Форт-Уэрта ни за что не был бы снова нарушен, если бы Золотая рука не решилась попытать ещё раз свою удачу. Хотя и пытать та ничего не собиралась, так как уверенности у Белль бесконечно можно отбавлять и до дна никогда не добраться. Поэтому новый день было принято начать с первичного обследования местности несмотря даже на то, что это было сделано ещё вчера.       Старр преследовала не только цель выяснения нахождения в городе шерифа, но и совершенно иную и всем без слов понятную — найти Шелли. Она к утру так и не вернулась, и очнувшись, первым делом глава, конечно же, узнала об этом. Даже бесхитростный Фэнг, что всё время ошивался под ногами с расспросами о грядущем ограблении, чего даже намеренно не замечать было сложно, не так её выводил из себя.       На участке шерифа всё так же было спокойно и ничего не предрекало, что может быть иначе. После вечерних известий тот был в довольно приподнятом настроении, хотя и без них он бы чувствовал себя также прекрасно. Но было куда лучше знать, что радость не без причины.       Стоя на улице ранним утром тот лишь наблюдал, как из города, то и дело, выезжали повозки за новым товаром в города покрупнее и перекидываясь парой фраз для приветствия, шериф заметил, что подъезжает к нему уже не кучерская повозка, а с одной только лошадью человек. Не трудно ему было вспомнить, кто к нему сегодня должен пожаловать. Не настолько уж и стар был шериф. Особенно когда приезжий уже привязывал свою лошадь к стойке у поста. — Это же ты Рич Банкер? — завидев подходящего к посту паренька вопросил шериф без приветствий, но доброжелательно. — Да, — подходя к тому и прикрывая глаза от солнца, новенький шериф пытался разглядеть Мистера Беколла, что покуривал на пороге своего поста и выглядел достаточно безмятежно. — Я к Вам, выходит? — А видишь ещё здесь одного с железной звездой на лбу? — осматриваясь по сторонам, будто выискивая ещё кого-то, посмеялся шериф. И вдруг он спросил: — Значит Ричи... это же ты от того усатого наставника со шрамом во всё лицо? — Имеете ввиду Мистера Беккера? — в замешательстве вопросил тот, остановившись в нескольких метрах от порога. — У него только на половине лица... — Да, старину Ларри, точно! — воскликнул тот, перебив Рича, — Я его знаю! Точнее... — опешил старик и продолжил уже прискорбно: — Когда-то знал. Он же умер вроде? — К сожалению, так оно и есть, — вздохнул молодой шериф, поджав нижнюю губу. — Ну ничего, — вернулся к весёлому настрою тот, закрывая дверь на свой пост, — он уж точно в лучшем мире. Мне такого не видать, — посмеялся он. — Да чего Вы? — Ты меня не знаешь, паренёк, — шериф спустился с порога и похлопал того по плечу, ведя за собой. — Пойдём-ка лучше я тебе покажу, где ты сегодня будешь на дозоре. Охраннику банка не помешает немного новых знакомств, а то совсем уж одичал тот. Хотя не знаю, там он или нет.       Не привлекая лишнего внимания, как и всегда умел отлично делать Эдгар, стоял и всматривался среди не густого колличества людей на улицах Форт-Уэрта, дабы заприметить кого-нибудь оживлённого и шустрого, кто быстро сможет после начала их наигранной перестрелки донести до местного шерифа о развернувшемся беспорядке. Они решили осуществить задуманное немного раньше, чем пройдёт половина дня, потому что утром людей, а в особенности придирчивых к всяким незнакомцам детей, не так много.       В отличии от Фэнга, который вёл себя так, будто совсем недавно тому не было сказано, что ему необходимо делать вид, что те не знакомы, ведь нужно, чтобы ситуация казалась более правдоподобной для тех, кто потенциально Фэнга знать, как участника банды Золотой руки, не может. Хоть он и стоял вдалеке на противоположной стороне улицы, но то и дело часто поглядывал на Эдгара, будто хотел чего спросить или ещё чего уточнить.       Бывают же ситуации в разы несподручнее, да настолько, что от переизбытка сконфуженности и спрашивать ни о чём не хочется. Особенно когда приходит осознание, что решение то было принято на относительно трезвый ум.       Конечно же Шотган не всегда была из тех, кто особенно страдала в такие моменты нежданно преподносимые жизнью, но сейчас был опредлённо не тот случай, где она точно могла понимать, что ей следовало бы делать дальше. Как так случилось, что вчера она ещё готова была убить ганфайтера, а сейчас среди кучи всякого хлама просыпалась в его объятиях? Довольно тёплых, но даже в этот момент ей было бы куда лучше оказаться вдруг среди заснеженных краёв где-то глубоко в холодном лесу, где холод пробрал бы до костей, но нет. Она сейчас рядом с ним. И это, казалось, была самая безаконная вещь, которая только могла с ней произойти. Которую она лично могла допустить. Но сейчас Кольт казался настолько безопасным, как никогда раньше при ней.       Непрекращающийся поток мыслей быстро обрушился после того, как она ещё раз себе напомнила, в каком она на данный момент положении. Проснувшись уже окончательно, она, стараясь не подавать виду, что произошедшее между ними как-то её касается, вылезла из-под его рук и под накрывавшей их лёгкой простынёй обнаружила на себе из одежды только расстёгнутую белую рубашку.       Кольт, как было по нему видно, ни на долю секунды даже не задумавылся об этом. Очнувшись от того, что Шелли убрала его руки с себя, он едва ли не первым делом вспомнил, что ему нужно ещё занести ключи местному шерифу. Но всё же, подперев голову рукой, он наблюдал за тем, как с таким же невозмутимым видом Шотган искала свои вещи. Небось, подумалось ему, что она уже обвиняла его в том, что он что-то у неё украл. Это, конечно, было для него характерно, но даже в таком случае он не решался рисковать, чтобы исполнить такой ход перед ней.       В какой-то момент застёгивая уже верхние пуговицы длинной рубахи, Шелли повернулась в его сторону. — Всё же, у тебя не получилось меня уговорить, — вспомнив их последний диалог перед тем, как между ними произошла небольшая неурядица, проговорила она всё так же прямолинейно. — Очень жаль, — наигранный печальный вздох с его стороны говорил о обратном. — Наверное, я повторять условия не стану. — Не станешь, — найдя его штаны, она достала оттуда портсигару, — этого пока будет достаточно, — показав сигарету, сказала она. Он, похоже, был и не против, что она рылась в его вещах. Да и если бы даже Кольт насчёт чего-то возразил, то Шелли бы это проигнорировала, так как больше никаких реакций на его голос не возникало. — Знаешь что? — спросил он вдруг. — Что ещё? — усаживаясь на стул, та совсем будто не желала его слушать. — Достань из револьвера ещё одну пулю. — Зачем? — от удивления она на момент замерла перед тем, как зажечь сигарету. — Чтобы они думали, что ты меня убила. Ты же никогда не оставляешь одно место пустым в обойме.       Она всё ещё не понимала, к чему тот клонит. — Ты с ума сошёл? Я уверена, что они слышали выстрел вчера в баре, и могли подумать, что кто-то из нас друг друга прикончил. — А если они узнают, что тогда умер не кто-то из нас, а Джеймс? А они узнают. — Ну тогда ты мёртв, — пожав плечами, согласилась она. — Мне ещё нужно к Белль, и как ей объяснить то, что я жива? И то, что Джеймс мёртв а ты жив? — Она не захочет за меня гонорар? — Захочет, — показалось, что дальше она продолжать говорить не собирается, но вдруг сказала: — Но я проведу только её подальше от всех, чтобы якобы показать место, где ты лежишь. — Мне подыграть придётся? — засмеявшись, тот даже немного опешил, поскольку Шелли на редкость, если не впервые, говорила с ним серьёзно. — Можешь и подыграть, главное не переиграй, — и как гром среди ночного неба над пустыней прозвучало: — Я хочу её убить. — Мне не послышалось? — ганфайтер даже приподнялся немного с места, что было обсутроено под спальное. Просто несколько больших одеял, которые прикрывали собой коробки с шахтёрским динамитом. — Повторять не буду, — отрезала она. — Ты хочешь убить Белль. А дальше? — Я убью Белль, а ты уже Сэма. — А что с остальными? — С ними будет не сложно, — ответила она так, будто знала все их слабые места. Так оно от части и было, но она понимала, что проблемы могут возникнуть с Тарой. Нужно будет постараться ещё не взглянуть случайно ей в глаза, чтобы та точно намерений Шотган не прочла. — Да и я не хочу, чтобы они об этом как-то заподозрили.       Шелли уже предполагала, где будут находиться Тара и Белль в момент ограбления, и хотела поспешить оказаться там первее, чем они. Но она не знала, что они находились там прямо сейчас и ждали, когда прозвучит выстрел на другом конце города, чтобы по их плану вывести из той местности шерифа. — Я хочу ещё кое-что рассказать и кое-что сделать, и ты мне поможешь, — время молчания, после которого Шелли вдруг заговорила, можно было посчитать по догоревшей сигарете. — И в чём же? — без энтузиазма спросил ганфайтер.       Рич не был особо выглядщим для других уверенно парнем, поэтому сразу выдать о том, что он заметил довольно подозрительное поведение на улице, не мог. Возможно он подумал, что ошибается, так как в городе находится впервые и не знал точно, почему рядом с банком уже долгое время ошивается особа в довольно легко привлекающем внимание одеянии.       Она даже пару раз изучающе осматривала и самого нового шерифа, от чего заставляла его чувствовать себя так, словно все органы внутри него спазмастически сжимались. Но сведя всё к стрессу от первого практического дня его будущей работы, шериф отвёл от неё взгляд и пытался снова расконцентрировать своё отведённое только ей внимание, чтобы следить за обстановкой на улице в общем, а не примыкать лишь к даме в белом пальто и с закрытым лицом какой-то синеватой тканью.       Но из головы Рича она всё равно не выходила, как бы он не пытался отвлечься, то вставая с места, то садясь обратно на стул у входа в банк. Что-то внутри ему словно подсказывало, что лучше Ричу будет убраться из этого места. Ведь с крыши жилого дома, что располагался прямо напротив банка, Белль уже держала прицел к его голове, и ей было не столь уж и важно, уйдёт он или нет.       Она собиралась убить его в любом случае, если задуманной перестрелки по какой-то причине не осуществится и Рич никуда не денется, а сам же Банкер этого и знать не знал. — Ну когда они там начнут уже? — поёрзав на месте задалась вопросом Белль про себя. Она всё ожидала, когда с другого конца Форт-Уэрта начнут доноситься выстрелы, чтобы банк, наконец-таки, был свободен для них.       Старр, конечно же, заранее заподозрила что-то неладное, поскольку увидеть на месте охраны нового шерифа она не ожидала. Но такие ситуации случались с ней уже не первый раз, поэтому план дальнейших действий возник в голове само собой, если окажется, что в городе два правоохранителей порядка. И Белль всё ещё казалось, что ничего ей помешать не может.       Ожидание в такие моменты вызывало у Белль одновременно и сумасшедшее чувство азарта и неимоверной скуки. Приятно было перед неизвестностью дальнейшего развития событий, насчёт тщательной продуманности которых Старр никогда не сомневалась и уже с лёгким привкусом ещё не наставшей победы, смотрела в прицел, ухмыляясь.       Выстрел на другом конце города заставил растянуть её улыбку ещё шире, когда молодой шериф начал мельтешить на месте, вслушиваясь в звуки, доносившиеся со стороны местных пекарей. Когда последовал второй выстрел, Рич тут же сорвался с места и запрыгнув на свою лошадь, быстро ускакал в сторону, откуда доносились выстрелы.       О предстоящих дуэлях в городе нового шерифа никто не предупреждал, и раз уж так, то и выстрелов в этот день не может быть никаких. Поэтому Банкер как можно быстрее поспешил к тому месту.       Теперь дело осталось лишь за малым. Белль начала прослеживать действия Тары, которая как ни в чём не бывало зашла в банк, и на этом ей казалось, что уже ничего не может пойти не так. Старр уже готовилась выстрелить через окно в одного из внутри находящихся, как вдруг опешила, услышав шаги позади себя. Быстро развернувшись, она не смогла сперва разглядеть лицо фигуры, поскольку даже через её очки лучи палящего солнца ослепляли её взор, и она могла видеть лишь силуэт стоящего перед ней человека. Но даже только по очертаниям она смогла понять, кто перед ней. — И вот так вы решили со мной поступить, — знакомый для Белль голос был обращён к ней. — Ты о чём вообще? — пошатнуть свой статус перед тем, кто провинился перед ней не раз, Белль не желала. И как всегда, в глазах другого у неё получалось сохранять уверенность. — Тебе бы поосторожней в следующий раз, — заметив недопонимание Шелли после сказанного, Белль срочно потребовалось отвлечь на несколько секунд внимание Шотган, и Старр очень быстро нашла под рукой старое дряхлое ведро, лежавшее уже не первый год на крыше, и бросила той под ноги, пока сама ловко и проворно перепрыгнула через крышу, будто высота и вовсе для неё была лишь не несущим никакой опасности фактом. По выпирающим подоконникам и доскам из здания управления, дряхлый стиль которого не соответствовал его предназначению, Белль спускалась к земле. Уже спрыгнув с нескольких метров и перекатившись на спине для безопасного приземления, Старр укрылась в одном из проулков Форт-Уэрта.       Шелли успела в этот момент только подумать о том, что ей многим вещам ещё предстоит научиться, глядя с крыши за сбегающей Белль. Но желания совершить непоправимого у неё не отпало. Она ринулась спускаться так же, как и забиралась на крышу — изначально спрыгнув на козырёк порога, после чего и на сам порог и не обращая никакого внимания на жителей города, стремительно бросилась в окружной путь, где она предположительно должна была встретить Белль. Только Шотган теперь нужно будет поторопиться куда более, потому что времени и так много потеряно за объяснениями перед Кольтом.       После того, как не совсем уж и далеко прозвучал выстрел, Эдгару изначально подумалось, что это Фэнг раньше времени решил взять инициативу в своё исполнение и выстрелил. Но обернувшись в его сторону, Эдгар обнуражил, что Фэнг с таким же недопониманием неподвижно пялился на Эдгара, расставит руки по сторонам, готовясь к чему-то не хорошему. Как и следовало из этого, Эдгар не увидел в его руках оружия, и быстро пришло осознание, что шериф Форт-Уэрта, возможно уже в пути в эту часть городка из-за какой-то перестрелки и что им нужно как можно быстрее скрыться из этого места. И также быстро пришло осознание, что выстрелы совершенно точно были не их рук дело. Нужно было скрыться не столь по той причине, что могут вдруг сложить все обвинения в выстрелах на них, а потому что даже без выстрелов из их револьверов, шериф с радостью бы тех пытался отстрелять сам, завидев участников банды Золотой руки.       Выяснять самим не пришлось, кто выстрелил на самом деле. Очень скоро посреди улицы явился ганфайтер, что, казалось, вовсе и не замечая Фэнга не так уж и далеко позади него, наставил револьвер в сторону Эдгара, пока другие люди в округе пытались скрыться куда подальше и глубже в здания, ведь никто не желал, чтобы случайно попавшие выстрелы в дома не задели их вдруг. Но судя из дальнейшего, выстрелов больше и не должно было прозвучать. — Вас меня попросили не убивать, — но действия Кольта противоречили его намерениям в словах. Но не прятал оружие он, скорее, потому что существование вероятности, что кто-либо из этих двоих решит в него выстрелить, не отменялась. Хотя готовым выстрелить был только Эдгар, пока Фэнг, что, похоже, и вовсе забыл о наличии у себя револьвера, пребывал в боевой готовности, держа кулаки при себе. Возможно, ганфайтер даже предвидел то, что новичок не среагирует должным образом, поэтому думал, что следует начать с самого опытного из них. — Но это для меня не обязательная в исполнении просьба. — Интересно, — фыркнул Эдгар так, что слышал только он, — и кто же? — спросил он уже громче. — Думаю, ты знаешь кто, — мельком взглянув на Фэнга, Кольт удостоверился, что тот всё ещё безоружен. Но ганфайтер не знал наверняка, есть ли оружие при нём. — Не знаю, — без доброжетельного настроя проговорил тот, попятившись куда-то в сторону, но не сводя прицел с Кольта. — Какого чёрта ты здесь делаешь?! — Всего-то пытаюсь заработать денег, — обыденно бросил ганфайтер перед тем, как внезапно издать свист. — А вам бы лучше самим сейчас скрыться, иначе шериф будет здесь с минуты на минуту.       Выбежавший из-за дальнего дома конь направлялся прямо к ганфайтеру, и на ходу запрыгнув на него, Кольту всё ещё удавалось не сводить глаз с Эдгара, наблюдая за каждым его движением. — Какого чёрта? — от непонимания происходящего, Фэнг всячески пытался осмыслить то, как ганфайтер мог узнать о их планах на сегодня. Да ещё и с одной точностью воспроизвести те действия, которые им и нужны были. Только вот немного не в нужное время.       Когда конь пробежал рядом с Эдгаром, он медленно опустил револьвер, пытаясь долго не обдумывать происходящее. Знал он только одно — им нужно как можно быстрее найти Белль. Ганфайтера уже и след простыл, как и голоса разбежавшихся по домам людей, что лишь из окон с осторожностью подсматривали на происходящее. Исчез Кольт так же быстро, как и появился.       Подбежавший Фэнг одёрнул того, безудержно вопя: — Что нам теперь делать?! Как он мог знать, что мы будем здесь?! — казалось, он был готов прямо сейчас ринуться в погоню за ганфайтером. Судя по Эдгару, что привык всегда обдумывать следующее действие, то он даже не думал о том, чтобы его догонять. — Помолчи, — с тем же тотальным спокойствием проговорил Эдгар, хотя как никогда раньше ему сейчас хотелось нанести тому несколько запоминающихся травм за бестолковое упущение момента, когда Фэнг мог хотя бы попытаться выстрелить в Кольта. — Ты бы ещё дольше просто так и стоял на месте. — Если бы я достал револьвер, то не думаю, что я бы был сейчас жив, — выдал вдруг тот. — Ты и без того сейчас в опасности, потому что могу тебя прикончить я! — вдруг сорвался Эдгар. К удивлению даже для самого себя. Никогда раньше ему ещё не приходилось встречать настолько кардиально противоположных ему личностей. Всё же, успокоившись, тот проговорил, как ни в чём не бывало: — Пошли искать Белль. — Как? — Любым способом, только я тебя прошу, — развернулся он к нему и процедил: — Молча, — и быстрым шагом направился по заметным следам пробежавшего коня ганфайтера в место, где, ожидаемо, случившееся поставит их в огромный тупик.