Глава 8. Течение времени.

Достать тело Эйас было не самой простой задачей для того, кого ищет вся империя, пожалуй, Ренару повезло только с тем, что дворец он знал вероятно даже лучше самого императора. Он был хорошо знаком со всеми потайными коридорами, входами и выходами из императорского дворца. Этими ходами достаточно часто пользовались отпрыски Диониса. Ренар знал, как найти императорскую усыпальницу, где скорее всего и было тело девушки. Охранялось это место не особенно сильно. Налегке проникнуть туда было не так уж и сложно с его знаниями. Единственное, что могло вызвать некоторые трудности это побег вместе с её телом на руках. Бежать по узким тоннелям с такой ношей будет, конечно, не особенно удобно, но выбора у него все же, очевидно, не было. Подобравшись к усыпальнице лис заметил парочку явно заскучавших на своем посту месхийцев. Похоже в прошлой жизни они явно попортили свою карму раз уж им посчастливилось повстречать сегодня Ренара. Он был явно не в том расположении духа чтобы проявлять милосердие оставляя свидетелей в живых. Любезно лишив стражников их голов, он наконец пробрался в родовую усыпальницу и быстро прихватив обезглавленное тело девушки помчался к потайному ходу. На половине пути к выходу из подземелий дворца послышался топот несущейся за ним стражи. Вероятно, что его присутствие всё же не осталось незамеченным. В любом случае дороги назад не было, да и лис не собирался искать других путей, поэтому оставалось только продолжать бежать по узким коридорам настолько быстро, насколько это было вообще возможно. Заблудиться в потайных коридорах имеющих множество развилок, было, весьма просто, чтобы избежать такого исхода Ренар заранее оставил на стенах метки, которые, пожалуй, с первого взгляда мог заметить лишь он сам. Поразмыслив над тем, что осторожность как он всегда считал никогда не бывает лишней, лис решил устроить небольшой сюрприз для стражи, воспламенив деревянные подпорки тоннелей. Наконец выбравшись из лабиринтов Ренар, попал в канализационный тоннель завязнув по колено в зловонной жиже. Думать о происхождении этой жижи совершенно не хотелось поэтому он, отбросив ненужные мысли, помчался к выходу, сдерживая накатывающие рвотные позывы что как на зло никак не прекращались. Среди этого жуткого смрада ни одна собака, или лис вроде него, точно не смогут найти его по запаху даже если приложат все возможные усилия. Выбравшись наружку через канализационный сток, его уже ждала повозка. Пришлось изрядно потратиться на перевозчика, мало кто согласится везти в своей повозке разыскиваемого преступника и казненного месхийца одновременно. Не говоря уже о том, чтобы в целом подъезжать к стокам императорского дворца, благо, денег за почти пятьдесят лет, Ренар уже успел поднакопить. Судя по тому, что он не слышит звуков погони план сработал. Искать его у стоков не стали. Благополучно покинув столицу Ренар, наконец смог выдохнуть. После возвращения предстояла еще более тяжелая работа. Он конечно и раньше уже имел дело с пришиванием конечностей месхийцам, но голову не приходилось никогда. Прибыв на место первым делом, он сменил провонявшую канализационным смрадом одежду, перед этим бережно уложив тело девушки на свою кровать. На Эйас было тяжело смотреть без слёз. Прошло сорок восемь лет с того дня как её обезглавили, тела месхийцев не разлагаются, да и обезглавливание не считалось для них конечной точкой жизни. Оставалось лишь пришить её голову и залечить раны возможно тогда она сможет вернуться. В комнату вошла невысокая девушка с алыми словно языки пламени волосами, это была Эмили, внучка покойного Мируэля. После казни как Эйас и просила он прибыл в Дарл, позже выяснилось, что Лиз это жена Мируэля и она носила под сердцем сына. К сожалению, долго парень не прожил и был убит на двадцать пятом году жизни месхийцами что гнались за Ренаром. Через несколько лет от болезни погибла и его жена, оставив свою еще совсем маленькую дочь на попечение лису. Девушка держала в руках стопку с чистой одеждой, которую просил подготовить Ренар, с интересом смотря на тело месхийки на его кровати. — Это ваша подруга, о которой вы говорили? — девушка опустилась на край кровати положив рядом с собой стопку одежды. Голова Эйас была прикрыта белой тканью, так, что девушка не видела пространства между головой и шеей месхийки. Взяв в руки оставленную, Эмили стопку чистой женской одежды Ренар не стал отрицать или подтверждать сказанные девушкой слова. Похоже, что Ренар был явно не настроен на этот разговор. Отмахнувшись от тяжелых мыслей, лис попросил подопечную принести таз с теплой водой и полотенца, для того чтобы омыть тело месхийки. Долго ждать Эмили не пришлось, войдя она поставила на тумбу железный таз и держа в руках влажное полотенце и нерешительно поглядывая на бледное тело девушки. — Наверняка вы устали после долгой дороги... я могла бы омыть её тело сама пока вы отдыхаете... — Эмили нервно перебирала полотенце руками. По правде говоря, она боялась делать это, но смотреть на понурого Ренара для неё было еще страшнее. — Не стоит, я сам это сделаю. Ты уже прочла те книги что я тебе купил перед отъездом? — в ответ девушка отрицательно покачала головой. — Тогда займись этим. Я сам справлюсь. — он знал, что Эмили до ужаса боялась вида мертвых тел и просто пыталась таким образом его поддержать. Она с детства была довольно доброй и ранимой девочкой и сейчас наверняка очень переживала за наставника. Ренар взял из рук Эмили полотенце и, когда та вышла, принялся за работу. Закончив с подготовкой тела лис достал из своей тумбы сверток с разными иглами и взяв дугообразную иглу и нить, принялся осматривать шею девушки. Ренар действительно не знал с чего ему стоит начать. Опыта в пришивании голов у него не было. Через некоторое время, всё же собравшись с силами, он, наконец, приступил. Сшивание заняло несколько суток. Непрерывной и кропотливой работы. Казалось, что время, тянулось целую вечность. Вид её искалеченного тела заставлял кровь стыть в жилах. Пальцы предательски деревенели. Бороться с этим было непросто и иногда, казалось, что практически невозможно. Но какой был у него выбор? Как он может сейчас позволить себе слабость? Сейчас, когда есть шанс вернуть её назад. И все же смотреть было практически невыносимо больно. Он не смог её уберечь. Не справился с своей единственной задачей. Только если бы тогда в заснеженном лесу он не послушал её бредни и не ушёл. Возможно, этого бы можно было бы избежать? Если бы тогда он пришел на площадь на несколько минут раньше. Возможно, её холодное искалеченное тело не желало бы перед ним? Думать об этом уже не было смысла, она уже лежала перед ним и её тело уже было холодным. А шрамы от ран навсегда останутся на её теле. С каждым годом наблюдая за её бездыханным телом сомнения все больше терзали его. Что если это конец? Что если её сердце никогда не забьется вновь? Сомнения были вполне резонными все же девушка была лишь на половину месхийкой, и, кто знает восстановится ли её тело теперь. Регенерация у Эйас всегда была очень слабой для месхийки. Ренар каждый день проверял её состояние в надежде что наконец услышит биение сердца. Но все без толку, годы сменяли друг друга, а она всё также лежала бездыханная. Лишь спустя десять лет, когда Ренар почти отчаялся, встав утром и пойдя проверить как она, он вдруг наконец услышал слабое биение в её груди. Вероятно, это был самый счастливый миг в его жизни за последнюю сотню лет. Через некоторое время её раны наконец затянулись, а кожа перестала быть такой мертвенно бледной, казалось, что она просто спит. Но минуло еще десяток лет, а она все не приходила в себя. С каждым годом скрываться в тенях было все сложнее. У Эмили появился любимый мужчина и родилась дочка, которую они назвали Лиз, в честь её прабабушки. Скрываться от погони вместе с ребенком и телом женщины было весьма непростой задачей. Так они кое-как путешествовали вместе впятером ещё почти десять лет. Пока Эмили и её муж не были пойманы и убиты. Ренар не любил людей, и с годами убеждался в этом всё сильнее. Их жизни слишком хрупки и скоротечны и с этим ничего нельзя было поделать. За время своего путешествия он лично похоронил уже пятерых. Казалось, что каждый забирал частицу его души с собой в могилу. Но больше всего его подкосила смерть Эмили. Пятьдесят лет. Пятьдесят лет он жил бок о бок вместе с ней. Он был тем кто растил её практически с младенчества, тем кто научил её читать и писать, он был тем кто все эти годы заботился о ней, тем кто заменил Эмили погибших отца и мать. Эмили была ему как родная дочь, потеряв её он был опустошен. Скрываясь от погони, они залегли на дно в глухом лесу наткнувшись там на заброшенную хижину. Ренар общипывал подстреленную им дикую утку сидя у костра, вокруг него вертелась маленькая девочка. — Ренар! Научишь меня стрелять из лука? — девочка присела напротив лиса с интересом наблюдая за тем, как он общипывает утку. Ренар услышав вопрос девочки вопросительно на неё взглянул, оторвавшись от своей работы: — Хочешь научиться стрелять? — лис продолжил рвать перья. — Не хочу! Но так я тоже смогу подстреливать уток! Тогда мы будем есть их чаще... — Только общипывать их будешь ты! Чуть призадумавшись девочка добавила: — И готовить тоже! Ренар согласно покачав головой в ответ, еле заметно улыбнулся. Лиз напоминала ему Эмили в детстве, правда, только внешне, у нее были такие же алые кудри как у её матери и деда. Но что касается характера, у Эмили он был явно менее бойкий. Эмили была спокойным и робким ребенком, чего не скажешь о Лиз. С этой девчонки лучше не спускать глаз, она слишком любопытная и непоседливая, если её не занимать чем-то, то... жди беды. Однажды он отлучился не больше чем на пять минут чтобы справить нужду. Но вернувшись обнаружил что её и след простыл, искал по всему лесу несколько часов и в конечном итоге нашел... спящую на высоком дереве. Пожалуй, только Яхве известно, как она смогла тогда забраться.