Сентябрь II

      Ей была Бонни Бирн, студентка 6 курса с Хаффлпаффа. Застенчивая девочка мало с кем общалась, поэтому мало кто замечал её.       Что ж, теперь нет ни одного человека в замке, который не знал бы её имени.       Преподавателям удалось таки выпроводить всех студентов из Большого зала. В Хогвартс были вызваны авроры, а с ними прибыл и министр магии – Руфус Скримджер. В прошлом опытный аврор, он принял решение лично посетить школу.       В коридоре ведущем в Большой зал собрались уже все студенты, гул не умолкал. Джинни и Гарри нашли Гермиону в толпе, и она тихо пересказывала им то, что увидела. Девушка всё ещё пребывала в шоке после увиденного. Но постепенно рассудок возвращался к ней, мозг начал активно анализировать увиденное. И это пугало ещё больше. Все эти метки на теле Бонни, её окровавленная грудь и лицо, спрятанное русыми кудряшками.       Гермиону потряхивало, о еде на сегодня можно было благополучно забыть. Джинни была очень взволнована, от того и щебетала без умолку, сильно размахивая руками. Гарри мрачно молчал, вглядываясь во всех вокруг. Он ничего не говорил, просто молчал и внимал каждое слово произнесенное девушкой, а затем прислушивался ко всему, что говорили вокруг.       Внезапно двери Большого зала распахнулись. Глаза гриффиндорки моментально устремились туда. Бонни там уже не было, это очевидно, но в памяти девушки четко вырисовывалась картина того, что она увидела не так давно. Дрожь в теле усилилась, ноги не передвигались. Все студенты медленно продвигались к своим столам, пока Гермиона статуей стояла в двигающейся толпе. Гарри унесло вперёд, он не успел схватить подругу за руку, чтобы протащить с собой, а Джинни уже и вовсе не было видно.       — Грейнджер, чего застыла? — она узнала голос Тео Нотта. Сейчас она осознала, что всего несколько человек стоят за пределами Большого зала, в том числе она.       — Вперёд, Нотт, надо поторопиться, — Драко Малфой подталкивал друга, чтобы быстрее занять места за столом.       — Гермиона, пошли, — игнорируя Малфоя, Тео зацепил гриффиндорку за руку и потащил за собой.       Девушке не хотелось тут быть, хотелось закрыться в комнате и молча сидеть. Она чувствовала как её тащат, но осознание как-то долго доходило до её гениального мозга.       — Поттер, проследи за своей подружкой, кажется ей нехорошо, — резко бросил Нотт в сторону Гарри, который тут же подскочил к Гермионе, помогая сесть на скамью.       Она же была тут. Прямо над моей головой.       Нужно было как-то взять себя в руки, но не получалось совсем ничего. Все мысли были только о ней.       Зал был удивительно тих, после шума в коридоре. Гермиона повернула голову в сторону преподавательского стола и увидела директора, стоящего у кафедры. Он как и все преподаватели позади него обводил студентов взволнованным взглядом, готовясь что-то сказать.       Грейнджер, надо слушать что скажет профессор Дамблдор. Нужно было сосредоточиться на этом, очень нужно. Директор должен сказать что-то важное.       — Дорогие студенты... Сегодняшнее утро встретило нас ужасной трагедией. Наша ученица Бонни Бирн была убита, — по залу прошелся рокот. — В связи с этим, в наш замок прибыли авроры во главе с министром магии. Несмотря на траур и скорбь, нам необходимо сотрудничать с представителями власти для скорейшего завершения расследования. Должен сообщить, что будут проведены беседы с каждым студентом Хогвартса, а также проверены палочки. Я понимаю ваше негодование, — среагировал директор на очередной поток гула, — но это действительно необходимо.       Все студенты начали перешёптываться по завершении речи Дамблдора.       — Неужели они думают, что преступник – один из нас?... — Гарри встревоженно обратился к Гермионе.       Девушка слабо моргнула, всё ещё слабо осознавая реальность.       — Видимо, действительно так, — наконец-то ответила она, голос её был таким бледным и безжизненным, будто это она несколькими часами ранее висела под потолком.       — Я слышала, что руки и ноги Бонни были изрисованы чем-то? — произнесла Джинни. — Гермиона, ты видела это?       — Д-да, там что-то было, но я не помню точно, —картинки не покидали её голову.       — Дорогая, выдохни, прошу тебя. Нам ещё предстоит общаться с аврорами, нужно собраться, — уже тише сказала младшая Уизли, склонившись к столу, чтобы быть ближе к Гермионе.       Она права. Но такое не видишь каждый день, чтобы легко перенести увиденную картину. Гермиона посмотрела в сторону стола Слизерина. Её встретила пара карих глаз – Тео. Она мягко кивнула ему в качестве благодарности, он ответил её тем же. Взгляд сдвинулся немного влево – другие, серые. Отвёл взгляд. Гермиона продолжила осматривать всех вокруг, все нервничали, улыбок не было.       На место директора вышел мужчина незнакомый Гермионе.       — Приветствую! Меня зовут Кингсли Брувстер, я возглавляю команду авроров. С сегодняшнего дня я и моя команда будем проводить расследование в замке и нам придётся поговорить с каждым из вас. Нам необходимо собрать максимально полную картину, поэтому мы надеемся на ваше полное сотрудничество и откровенность. В данной ситуации мы должны помочь друг другу, чтобы быстрее расследовать это кошмарное преступление.       После этого главный аврор Брувстер представил своих коллег. Среди них была молодая девушка с яркими волосами – Нимфадора Тонкс. Гермиона знала о ней, слышала от Гарри. Нимфадора была родственницей Сириуса Блэка, который и познакомил её с Гарри.       — Это Тонкс, Гермиона. Та самая, — будто прочитав мысли Гермионы сказал Гарри.       — Она такая молодая, — задумчиво произнесла Джинни.       — И безумно талантливая, — с гордостью прошептал Гарри. Ему всегда нравились сильные женщины.       Было объявлено, что в течении этого и следующего дня авроры будут разговаривать индивидуально с каждым студентом, начиная с шестого и седьмого курса.       В первую очередь сотрудники аврората вызвали сокурсников погибшей девушки. Студенты были напуганы, ещё никогда они не сталкивались с подобным, а многие об аврорах лишь слышали или читали в Ежедневном Пророке.       Весь шестой и седьмой курс сидели в Большом зале в ожидании своей очереди.       — Луна! Что там было, расскажи? — Джинни подозвала девушку, вышедшую с допроса.       — О, меня спрашивали про Бонни, ничего особенного, — взгляд Луны всегда был где-то в другом измерении, а слова её звучали так загадочно, даже не будучи загадкой.       — А что-то сказали? — Джинни решила устроить свой допрос с пристрастием, а Гермиона даже не думала останавливать подругу, придя в себя, она погрузилась в анализ происходящего.       — Нет, Джинни, ничего не сказали. Звёзды вчера были необычайно яркие, вы так не думаете? — на этом Джинни закатила глаза, Луна вечно была в своём мире.       — Я не думаю, что нам сообщат что-то до окончания расследования, с чего бы они стали это делать? — Гарри был прав, детей не станут вмешивать в лишние разговоры.       — Гермиона Грейнджер! — призвал девушку голос. Её очередь идти на разговор с аврорами.       Всего в Хогвартс прибыло восемь авроров, они были разделены на пары, чтобы быстрее опросить студентов и приступить к дальнейшим действиям.       Зайдя в кабинет, гермиона увидела уже знакомые лица Брувстера и Тонкс.       — Присаживайся, — произнёс мужчина, указывая на стул напротив себя, — нам необходимо проверить твою палочку, если не возражаешь.       Гермиона не возражала, но она знала, что в любом случае выбора у неё не было. Грейнджер протянула палочку Нимфадоре и сцепила руки в замок, чтобы пальцы не подрагивали так заметно.       — Итак, мисс Грейнджер, вы были знакомы с Бонни Бирн? — в ответ Гермиона лишь покачала головой. — Можете рассказать нам о событиях вчерашнего вечера?       Девушка замялась. Знали ли они о вечеринке, которой не должно было быть? А если нет, она сейчас раскроет секрет десятков студентов. Гермиона закусила внутреннюю сторону щеки, быстро размышляя что же сказать.       — Если вы переживаете о вчерашних событиях в Выручай-комнате, то не стоит, нам уже известно об этом. Никто не станет вас наказывать, но вам стоит быть предельно честной с нами, — тёмные глаза мужчины заглядывали в самую душу, прожигая внутри дырку. Не зря он был главным аврором, под его взглядом любой расколется.       — Да, действительно, у нас была вечеринка вчера. Но я не помню была ли там Бонни, — опережая вопрос сказала Гермиона.       — Во сколько вы покинули вечеринку? Когда уходили, заметили ли что-то странное?       — Кажется около двух часов ночи я была уже в своей комнате. Ничего подозрительного. Когда я шла по коридорам, было совершенно тихо, — отвечая на вопрос, она наблюдала за магией, которую творила Нимфадора Тонкс над палочкой.       — Нам известно, что вы лучшая на вашем курсе... — Грейнджер не поняла к чему была эта реплика. — Что вам известно о Сегин?       — Сегин? Что такое Сегин? — озадаченно спросила она, прямо смотря в глаза аврора Брувстера.       — Спасибо за ответы, мисс Грейнджер, вы можете идти, — внезапно ответила Тонкс гриффиндорке, протягивая палочку.       Аккуратно взяв свою палочку, Гермиона поднялась и пошла прочь из кабинета, крутя в голове новое неизвестное до этого момента слово. Сегин. Что бы это ни было, это точно связанно с Бонни.       Ближе к вечеру половина студентов уже прошла процедуру опроса и досмотра. Никто ничего не понимал. Гермиона поинтересовалась у Джинни и Гарри о Сегин, но они также как и она не слышали об этом. Более того, у них не спрашивали об этом авроры.       Интерес теплился внутри молодой девушки, куча теорий проносилось в её умной голове, но зацепиться было совершенно не за что. Вопросов внезапно стало больше, чем ответов. Поэтому Гермиона решила отправиться к человеку, который возможно мог бы ей помочь.

***

      — Тео! — крикнула через весь коридор она, завидя издалека слизеринца. Он обернулся на её крик и остановился.       — Мне нужно с тобой поговорить, — добежав до него, сказала Гермиона. — Не здесь, — уже тише добавила она.       — А вам есть, что скрывать? — девушка и не заметила, что Блейз Забини оказался рядом. Он игриво подергал бровями.       — Что случилось, Грейнджер? — глаза Нотта бегали по лицу гриффиндорки, пытаясь за что-то зацепиться.       — Нам очень-очень нужно поговорить в библиотеке, Нотт.       Теодор только кивнул ей и тут же последовал за быстро удаляющейся девушкой. Забини в полном непонимании остался стоять посреди коридора.       — А где Нотт? — спросил подошедший к Блейзу Малфой.       — Взволнованная мисс Грейнджер украла его прямо у меня из-под носа...       — Опять он с ней таскается, — раздраженно ответил Драко.       К этому моменту Гермиона уже была в библиотеке и искала тихий уголок, чтобы поделиться своими мыслями.       — Мерлин,  Грейнджер, ты меня пугаешь, честно.       — О чём тебя спрашивали авроры? — игнорируя его комментарии, начала Гермиона без прелюдий.       — Что делал вечером, не видел ли чего-нибудь. Ничего особенного, всех спрашивали об одном и том же. В чём дело?       — А что такое Сегин ты знаешь? — голос девушки опустился до шёпота.       — Первый раз слышу. О чём ты вообще говоришь? — Тео был в растерянности, ему казалось, что он никогда не видел Гермиону в таком состоянии.       — Я надеялась, что ты сможешь мне помочь. Они спросили меня про этот Сегин, и я понятия не имею что это, — она разочарованно выдохнула.       — Я мог бы тебе помочь да не знаю как. Но мы сейчас в самом полезном месте, — он обвёл глазами полки вокруг них, намекая на книги.       — Если бы я знала с чего начать... Почему никто ничего не знает об этом? И никого больше об этом не спросили. Я думаю, что эта не та информация, о которой можно сильно распространяться.       — Я не дурак, Грейнджер. Мы подумаем об этом. Но не сегодня. Хватит с нас потрясений, не так ли? — рукой Тео мягко толкнул Гермиону в сторону выхода, как бы говоря, что пора идти отсюда.       Время и правда клонилось к полночи. Авроры объявили комендантский час, коридоры будут патрулироваться ими, поэтому стоило поспешить.       Тео был озадачен. Впервые случилась ситуация, когда знаний их обоих им не хватало. Он крутил в голове это странное слово, пытаясь как-то его привязать хоть к чему-нибудь. Он прекрасно понимал, что идти болтать об этом нельзя. Но что-то ему подсказывало, что он должен поделиться новым знанием с Драко.       — А вот и он. Вернулся. Променял друзей на очередную девчонку, как по-ноттовски, — язвительно крикнул Малфой, завидев друга издалека.       — Это было важно, Драко, — Тео закатил глаза.       — Ну ещё бы, очередная юбка, а то мы не поняли.       — У меня есть к тебе вопрос, пошли в комнату, — в гостинной всё еще было много людей, поэтому Тео решил вести разговор в более уединённом месте.       — У-ля-ля. Грейнджер начала с того же, будь аккуратен Драко, — Блейз не изменял себе со своими шутками, за что получил удар в плечо.       — Выкладывай, — резко произнес Малфой, когда они зашли в комнату и убедились, что больше никто их не слышит.       — Грейнджер спросила меня кое о чём. Авроры задали ей странный вопрос, который вроде бы больше никто не получал. Её спросили о Сегин, но мы без понятия что это может быть.       Драко напрягся и выпрямился.       — Это слово было написано на Бирн. Все руки и ноги были исписаны этим словом, — сухо произнёс Малфой.       — Но ты не знаешь что это значит? — с надеждой в голосе произнёс Нотт.       — Не имею ни малейшего понятия, — после этих слов блондин развернулся и пошёл прочь из комнаты, оставляя Нотта в замешательстве.

***

      Несколько дней прошло с момента гибели Бонни Бирн. Новостей не было, но напряженность студентов немного ослабла. Авроры облазили весь замок, казалось, заглянули в каждый угол. Даже если они и нашли что-то, то никто из студентов об этом не знал.       Гермиона так и не смогла ничего найти. Не то, что бы она искала. Переверни она всю библиотеку, это не помогло ей. Кроме одного слова она не знала ничего. От Тео она узнала, что слово было написано на теле девушки, но это только усложняло всё. Вопросов было намного, намного больше, чем ответов.       С Гарри и Джинни она не обсуждала этого, стараясь не нагружать их чем-то подобным и жутким. И вот в очередной вечер она шла, не торопясь, в свою комнату, задавая себе всё те же вопросы по кругу. Они уже начинали терять всякий смысл, голова кружилась.       Завернув за угол, она вдруг увидела две фигуры. Почему-то первым порывом было спрятаться за угол. Она задержала дыхание, боясь спугнуть пару, но ей хотелось посмотреть кто это был.       — Сегин. Это то, о чём я думаю, Тонкс? — спросил знакомый мужской голос у молодой девушки аврора.       — А ты откуда знаешь, Малфой? — ах так вот кому принадлежит этот голос.       — Я неплохо умею читать, знаешь ли, — язвительно. — Так это оно?       — Не имею разглашать детали расследования, даже если это теории и гипотезы. Возвращайся к себе и займись... чем-нибудь займись уже!       — Я могу быть полезен, ты это знаешь.       — Да, полезен, когда закончишь школу и сам станешь аврором, а сейчас ты будешь очень полезен, если исчезнешь с глаз моих.       Гермиона услышала недовольное ворчание, а за ним и звуки шагов. Выйдя из-за своего укрытия, она увидела, что Тонкс и Малфой разошлись в разные стороны. И прежде, чем она осознала что делает, она уже бежала на цыпочках за слизеринцем.       Догнав его, она схватила его за руку, чтобы остановить. Кончик чужой палочки резко уткнулся в горло. Гермиона ахнула от неожиданности и внезапного страха, пробравшего её до кончиков волос.       — Блять, Грейнджер, я думал, ты умная. В замке разгуливает убийца и ты решила, что подкрадываться сзади это отличная идея? — зло шипел Малфой, всё еще держа палочку у горла девушки.       — Я просто хотела поговорить. Убери палочку, Малфой.       — Поговорить это к твоему Теодору, у меня нет на тебя времени. И желания, — он убрал палочку и отдёрнул свою руку, за которую всё ещё цеплялась гриффиндорка.       — Я случайно услышала твой разговор с Тонкс...       — Случайно? Или решила нагло подслушать, спрятавшись как крыса? — перебил её парень.       — Да случайно, — она решила проигнорировать колкости в свой адрес, понимая, что это меньшее, что её сейчас волнует. — Ты говорил о Сегин. Ты знаешь что это?       — Даже если бы знал,  Грейнджер, почему бы я вдруг захотел говорить об этом с тобой? — тон его голоса поменялся, растягивая звуки, он произносил все эти слова с издёвкой.       — Они спрашивали меня об этом. Авроры. Я не знаю почему, но они решили задать мне этот вопрос.       — И ты решила, что засунуть и сюда свой вездесущий нос будет отличной идеей, как чудесно.       — Но ведь ты тоже пытаешься лезть туда, куда не нужно, — Гермиона язвительно отвечала, складывая руки на груди. Она стала свидетельницей сцены, где Драко в точности повторял действия, самим им и описанные. Засунул свой вездесущий нос в дело авроров.       — А это уже не твоё дело, — Драко развернулся и пошёл дальше от девушки.       — Малфой, но мы ведь могли бы помочь друг другу! — это уже отдавало легким отчаяньем.       — Мне не требуется твоя помощь, — через плечо бросил парень.       — Если вдруг передумаешь, я буду в библиотеке завтра в шесть вечера!       Гермиона надеялась, что он не проигнорировал её последнюю реплику. Драко Малфой был не самым приятным человеком в школе. Скорее наоборот. Они всё время соперничали на уроках и одаривали друг друга колкими взглядами и фразами. Даже дружба с Тео не смягчала ситуацию. Но в этот самый момент она понимала, что Драко это единственный человек, который сможет ей помочь. По какой-то причине она свято верила в это.       Драко, вернувшись в подземелья, не спешил возвращаться в комнату. Гостиная была уже почти пуста, поэтому он упал в кресло и погрузился в свои мысли.       Нимфадора Тонкс была ему кузиной. Они нечасто виделись, их семьи не очень дружили, но никаких негативных чувств родственница никогда не вызывала. Он понимал, что поступал слишком самонадеянно, допрашивая аврора, но попробовать стоило. Раздражение вдруг обуяло его. Чёртова Грейнджер была в чём-то права. Они действительно могли помочь друг другу. Почему бы авроры стали спрашивать её о Сегин? Они думают, что она может быть как-то связана с этим делом? Не хотелось признавать её правоту. И идти к ней на встречу тоже не хотелось.       Драко решил, что подумает об этом завтра, когда мысли не будут так роиться в голове и путать друг друга. В это же время Гермиона уже лежала в своей постели также обдумывая события этого вечера. В душе теплилась надежда, что будет просвет и ответов вдруг станет больше. Но она понимала, что это зависит лишь от одного человека во всей школе. И им был её давний соперник.       Какое милое клише...       Не успела она проснуться, мысли о встрече в библиотеке уже жили в её голове. Ей хотелось, чтобы она состоялась. Количество вопросов невыносимо давило на неё, казалось, голова вот-вот лопнет.       Придя на завтрак, она уселась на своё место рядом с Гарри и Джинни, но сосредоточиться на их разговорах не получалось. Она на автомате выдавала ответы и эмоции, не вдумываясь в реплики. Глаза метнулись к столу слизеринцев. Пэнси Паркинсон. Дафна Гринграсс. Блейз Забини. Теодор Нотт. Драко Малфой. Она задержала взгляд на последнем. Серые глаза стрельнули в ответ. Но ответ был неясен. Осталось только ждать вечера.       — Гермиона, — вдруг шептуна Джинни выводя из размышлений, — Тео Нотт пялится на тебя.       — Что? — девушка не поняла ни слова, будто разучившись понимать вообще понимать что-либо извне.       — Тео. Он смотрит на тебя. У вас что-то есть помимо посиделок в библиотеке? — Джинни хитро ухмыльнулась, призывая к ответу.       Гермиона посмотрела на Нотта. Он сразу поймал её взгляд и махнул рукой в качестве приветствия, в ответ девушка просто улыбнулась.       — Нет, мы друзья, Джин. Он просто ведет себя как приличный человек, в отличие от некоторых, — последняя фраза была значительно тише. Забавно, что на другом конце состоялся похожий диалог.       — Нет, Блейз, я не встречаюсь с гриффиндоркой. У нас просто... совместный проект, — он выдумывал на ходу.       — Тогда заканчивай так слащаво любезничать с ней каждый раз, — в разговор внезапно вклинился Драко,  а после этого встал и покинул Большой зал. Настроение его никто не понял, а узнавать получше и не хотелось.

***

      Без десяти шесть Гермиона уже была в библиотеке. Она не знала чего ожидать. Взяв пергамент и перо, она начала черкать всё подряд. Свои вопросы. То самое слово, которое всё не давало покоя. По прошествии десяти минут никто не явился. Она решила не сдаваться и сидеть ещё.       И вот на часах уже шесть сорок. Студенты ходили туда-сюда по библиотеке, но ни одного похожего на Драко Малфоя. Гермиона тяжело вздохнула. Палочкой она заколола собранные на затылке волосы и прикрыла глаза. Усталость нахлынула на неё. Гриффиндорка постаралась очистить голову от всех мыслей, чтобы хоть чуть-чуть отдохнуть от них. Получалось не очень.       — Ты знаешь, что для волос человечество придумало другие штуки. Палочка не самое подходящее, — позади раздался знакомый тихий голос, который так любил растягивать слова, а затем она почувствовала как волосы упали обратно на плечи.       Открыв глаза, она увидела свою палочку в руках Драко Малфоя. Он покрутил её в руках и посмотрел прямо в глаза гриффиндорке.       — То, что мы будем обсуждать не должно выходить куда-то дальше нас. Мы помогаем друг другу и после этого забываем всё, как чёртов страшный сон, — её собственной палочкой н ткнул в сторону Гермионы, а слова его не терпели возражений.       — А ещё я не хочу, чтобы о нас судачили, как о вас с Ноттом, поэтому видеться будем наедине, без посторонних глаз, — он вернул палочку Гермионе в руки.       — О нас с Тео что-то говорят? — как будто бы это единственное, что она сейчас услышала.       — А ты попробуй ещё больше строить ему глазки в Большом зале и услышишь, — ехидный ответ с язвительной улыбочкой.       Гермиона лишь закатила глаза. Вдруг дышать стало легче, она уже буквально видела как в ближайшем будущем ей станет лучше от уменьшения количества вопросов. Она взглянула на Малфоя, который возвышался над  ней, упираясь бедрами о стол. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, что можно было редко увидеть, ведь все знали, что Малфой образец строгого классического стиля с этими его дорогущими костюмами. На безымянном пальце его левой руки поблескивал фамильный перстень.       — Когда закончишь разглядывать меня – сообщи, мы же тут для этого собрались, — как же много он язвил.       — Прости... В общем, что ты знаешь о Сегин?