Часть 14 Начало конца.

Иван с Финистом и Василисой дошли до терема, после вошли внутрь. В трапезной услыхали они буйные голоса, обсуждающие что-то очень бурно. Ваня сразу выделил из этого многоголосья голос отца: его смех и умение ораторства. Парень аж весь просиял. Всегда, когда слышал Илью, он чувствовал лёгкость, но всё-таки небольшую нервозность. И всё парень выкинуть из головы не мог слова на поле боя, пронёсшиеся у него в голове голосом умершего папы. Вдохнув полной грудью, Иван открыл дверь залы. На троицу сразу уставились. Иван лучезарно улыбнулся и осмотрел трапезную. Всё было так, как он помнит. На столе столько яств, что глаза разбегаются: и медовуха у каждого в деревянной чаше, и кислая капуста вместе с селёдкой, по краям стола скатерть-самобранка приготовила икру красную, черную — осетровую, щучью. Рот сам по себе наполнился слюной. В нос ударил запах кальи — рыбного супа, который Ваня полюбил здесь, в Белогорье, больше всего. — Чего стоите? — из ступора всех троих вывел голосок Алёши. — Присаживайтесь и присоединяйтесь к празднику нашему. Только вас и ждали. Парень тут же юркнул за стол и уселся подле отца, перед ним в один миг появилась тарелка со столовыми приборами. Василиса села рядом с Иваном и положила голову тому на плечо — устала она за сегодня. Финист же приблизился к Поповичу, не мешая возлюбленным. «Отец никогда не говорил, что скатерть-самобранка в тереме хранится. Тут тебе и прислуга не понадобится.» — подумал Иван и глянул на Илью. Мужчина лишь добродушно улыбнулся и налил парню брагу. — Угощайся. — произнес он бегло и принялся продолжать трапезу. О, когда парень впервые попробовал на вкус брагу, его слегка помутило. От незнания, что это, парень из-за своей дурости и желания показаться намного сильней, чем кажется, выпил довольно много и ему это ночью аукнулось. Всю ночь его тошнило, живот бурлил без остановки. Парень даже думал, что помрет на утро, если не предпримет кардинальных мер, поэтому в сумраке, на трясущийся ногах от пьяни и безысходности, дошёл до терема и оружейной, где на пьедестале стоял меч Кладенец и прыгнул в свой мир. В квартире с трудом отыскал средство от отравления, выпил его дрожащими руками и уснул у себя на диване, ещё, конечно, несколько раз высказавшись унитазу, белому другу о своей трудной жизни. На утро, проснувшись к 10-ти утра, парень понял, что его, вероятно, всё Белогорье ищет и это было действительно так. Отец ему запретил уходить в свой мир без предупреждения; хотел Илья, чтобы сын привык к уставу белогорскому, но это было, как горох о стену. Потому, как только Иван вернулся, его в оружейной уже поджидал Илья и злыми глазами глядел на него, скрестив руки на груди, ожидая объяснений. Вспоминать всё времени не было, Ваня помнил лишь гневный голос бати и ремень в его руках, который, хвала богам, не коснулся его. Выйдя из воспоминаний, парень слегка улыбнулся и сказал, отстраняя чашу от себя: — Я не пью. Василисе же Добрыня, до этого бывший около Ильи, а теперь отстранившийся, с появлением Ивана, к Поповичу, налил кваса. Услышав слова жениха, девушка вскинула брови. — Не пьешь? — восхитился старший Муромец. — Раз так, хоть кваса выпей. На скатерти мгновенно оказалась другая огромная кружка кваса, как будто сама самобранка повиновалась и трепещала перед Иваном. Добрыня оглядел Ваню скептически и с легким отвращением. — К лекарю его надо. Не квас распивать. Раны-то не зажили. Действительно. Болели так, что врагу не пожелаешь. Алеша оторвался от еды и, облизываясь, заявил: — Мне Светозар сказал, что завтра воротится в город много народу. Это вы, как я погляжу, уже знаете. Так вот, к чему я, говорят с ними лекарь добросовестный и учтивый приедет. — И что? Дай Бог, чтобы обосновался. — бросил Илья. — Мы и подсобим. — Да дело не в том, братцы. Лекарь — девушка молоденькая. Молва ходит, что краснолицая, красивая. Глаза ясные, коса длинная, сама по себе румяная. — Попович, говоря об этом, сам раскраснелся. — Лекарь — девица? — немного закашлялся Никитич. — Да где такое видано-то? — Завтра ко двору её надобно будет позвать, как приедет. Вот и поглядим, что за дивчина. — строя планы, замечтался Алёша. Тут Илья положил ложку и посмотрел на Ваню, глаза его побегали по сторонам и он тихим тоном сказал: — Иван, прийди вечером ко мне в опочивальню, надобно поговорить. Что-то неоднозначное подкралось в душу к парню, это заметила Василиса и слегка дёрнула парня, что его тряхануло, как от молнии. — Хорошо. — выдал он, как можно спокойнее, хоть голос и предательски дрогнул. *** Закончив трапезу, Иван решил, что нужно наведаться к Яге. Финист и Василиса не отпустили его одного и привязались поехать с ним. После долгих уговоров Ваня согласился. Сокол взял коня у Ильи Муромца, сославшись на то, что у него нет своего и на то, что ему надо поехать на границу Белого города, потому что «там живет его родня». С удивлением Муромец отдал ему коня и наставил, что с ним нужно быть аккуратнее и ласковее. Василиса же с Иваном поехали на Вейсте. Конь уже успел привыкнуть к девушке и относился к ней, как к бриллианту: это было видно по его поведению. ~ Вскоре, после уезда троих, город полностью раскрылся. Невероятно. Он за день безумно преобразился и открылся по-новому. Светозар ему в этом подсобил. Теперь и не стыдно будет, когда народ приедет. А люди, будто почувствовали, что Кощею пришел конец, сердца их ёкнули и они спешат воротиться назад. Тем временем, Василиса, Финист и Иван скакали, продираясь сквозь деревья и чащи к Яге. У парня мелькала мысль о том, что бабушка знает, что с ним происходит, знает откуда они и самое главное, помимо Бессмертного она знает, как одолеть Роголеба! Нужно было торопиться. Отец на всё дал ему 7 дней. Еще бы не раскрыться, как это сделать? Как объяснить, зачем ему на самом деле меч Кладенец? Если скажет правду — исчезнет. Если солжет — не ровен час попадёт в темницу. Тяжко это. Мысли тяготили его и не могли уйти и пропасть, хоть куда-нибудь. Баба Яга стояла на крыльце. Она знала, что они приедут. Серые глаза старушки глядели на них благосклонно. Вейст затрепетал при виде Яги. А конь, на котором сидел Финист только хвостом замотал. — Пожаловали, ишь ты! — прокряхтела она, спускаясь по лестнице своей горлицы. — Могу токмо вас с победой поздравить. Избавили люд от Костлявого. За то вам поклон земной. — Яга оглядела Василису и Финиста. Светловолосый богатырь сглотнул и спрыгнул с коня. — Нам надо с тобой поговорить, Яга. — сказал Иван уверенно и старуха уставилась на него. — Ведаю. — произнесла она. — Проходите, раз прибыли. Василиса осмотрела Ягу и подметила, что ничего не поменялось. Такая же порванная и потрёпанная одежда, накидка. Финист постоянно взор отводил, не желая пересекаться, на что Яга только хмыкнула. *** Войдя, в нос ударил уже знакомый запах огня и трав. Стол несколько покосился с их последней встречи. Финист слегка стушевался, замялся. Иван прошел к столу и сел. Василиса сразу же сделала также. Финист остался стоять, хотя нет, переминаться с ноги на ногу, пока его колдовством не усадила подле себя Яга. — Бабушка, ты же знаешь о чём мы хотим поговорить? — начал Иван. — Знаю. — подтвердила старуха кратко. — О колдуне, которого корни сковали тысячу лет назад. — Да. Мне Илья дал семь дней на всё, про всё. — сказал Ваня с грустью. — Он не знает о Роголебе. Никто здесь не знает сейчас о нём, кроме тебя и Кощея. А меч Кладенец он хочет спрятать, а только этим мечом можно заговоренный камень разрубить… И… — Остановись, Иван. Всё по порядку. — осекла его резко Яга. — Вы все плывёте в одной лодке, да? — она смерила взглядом Василису и Сокола. — Вам ещё надобно назад воротиться после. Кануть в памяти. Чтобы о вас все забыли. — Что? Бабусь, я совсем не о том… Я о Роголебе… — А ты не перебивай, баломошка! Расскажу вам, что ведаю.Что мешок с костями мне говорил по редкости. — Иван послушно замолк. — Итак, я ведаю откуда вы. Все вы. Финист нервно ухмыльнулся. — Из будущего вы… Только вот незадача: не ведаю, чьи вы. Из каких семей. А тьма твоя тебя до сих пор питает. — ткнула она пальцем в грудь парня. — И ты уже терял контроль… Не боязно, что вновь то повториться? — всех передёрнуло. — Какая тьма? — воскликнул Финист. — Мы тебе потом расскажем. — бросила Василиса. — Бабуль, прошу тебя, не томи. И загадками не говори, не заставляй гадать. Ты нам скажи, можно Роголеба одолеть, не используя Кладенец? — Нет, конечно, дуралей. Без меча его не победить. Иван поник, глаза его наполнило замешательство. — Я разрубать камень не буду. Разрублю — выпущу на волю. — Иван спрятал лицо в руках. — Только, как иначе его тогда победить? — Корешки ему обрубить, делов-то. — развела руками Яга и, прищурясь, глянула на грудь Вани. — Амулет отчего переломан? Иван глянул на бабусю тяжелым взглядом и горечно усмехнулся. — Добрыня… Не обращай внимание. — махнул он рукой. — С тьмой разберусь. Какие корешки ему обрубить? Ты снова загадками говоришь. Честно, не имею желания, копаться в этом. Итак, устал… Яга поднялась, томно вздохнула, по-старушечьи и направилась к полке с травами и зельями. В итоге достала оттуда тошнотворно пахнувшее и всучила его Ивану. — Ежели на всё у вас неделя, нельзя терять время. Завтра же ступайте к камню заговорённому, под которым схоронен Белогор, можете и сегодня, но успеете ли? Вылей то на корни, кои он успел пустить. — указала на склянку бабушка. — Это поможет его ненадолго остановить, а дальше дело следующее. — она взяла охапку трав и дала их недоуменной Василисе. — Это марихуана. Трава, от которой люд память теряет и слабеет. В сон богатырский будет клонить нашу троицу святую. — прокряхтела она, улыбаясь. — Посыпьте ею яства, особенно добавьте Илье — он у нас более сильный и выносливый, ему по более надобно. Усыпить его, в отличие, от поповского сына, будет не так просто. — А это им не навредит? — поинтересовался Финист с опаской. — Нет, конечно, Сокол Ясный. Они уснут, а после уж ничего о вас помнить не будут, ежели вы сделаете всё верно. И исчезнете отсюда до того, как они проснутся от сна колдовского. — Это получается нам надо будет это сделать во время, так называемой, битвы с колдуном? Яга лишь кивнула. Иван многообещающе вздохнул. Василиса откинула голову назад, прокручивая полученную информацию. Финист отпил горькую настойку, стоящую на столе у бабушки, даже не спросив разрешения. — А затем вам надобно меч Кладенец воткнуть в камень, но не разрубать. — продолжала Яга. — Это как так? Зачем? — Это для того, чтобы меч Кладенец перерезал его магический источник. Не спроста ж он корни пускает из-под заточения. Где-то ж берёт. Уничтожишь источник — решишь проблему. — заключила старуха. — Дальше дело за вами. — Ох, бабушка… — вздохнул Иван и Василиса обвила его нежными руками. Что-то до всколыхнулось внутри, но после ослабло. — Знаю, Иван. Тяжело. Тяжко. — согласилась Яга мгновенно, без слов понимая парня. — Кажется, нам пора. — подал голос вдали Финист, смотря в окно. — Солидарен, Пингвин. — бросил Ваня. И все резко услышали грохот на пороге избушки. Иван сразу узрел: кожаные доспехи, обтянутые пряжками, меч в ножнах, прохудившиеся сапоги. И одно неизменно — появляется резко, дерзко и непонятно. А в каком месте он появится, одному Богу известно. Сокол тут же выхватил меч, но подавил желание наброситься. Иван поднялся, а Василиса вышла из-за парня, приветствуя неожиданного гостя. — Кощей? Какая встреча. Ну, ты как обычно. — усмехнулся Иван нервозно. — Ничего не меняется. Не предугадаешь твоё фееричное появление. И как ты вообще здесь оказался? Разве так можно? — Магия, богатырь. Сильная магия… Видимо, использовал Бессмертный заклятие сильное. Выглядел он не ахти: слегка дрожал, глаза то светлели, то потухали; Кощей облокотился на край печи в избе от усталости. Как известно, колдуны и ведьмы отдают частичку себя с магией, а потом долго восстанавливаются. — Видать, колдовство могучее. — проговорил тихо Финист, наблюдая за Кощеем. Яга уставилась на Бессмертного и достала из-за одежд несколько порошков. — Погоди, Старая. — осёк рукой колдунью Кощей. — Я не тот, которого ты здесь знаешь. — Да ну, Костлявый? Неужто в будущем тебя выпустят на волю? — прокряхтела старуха. Василиса, улыбаясь, отвела взгляд. Если бы ты знала, Яга… Кто его освобождать будет… — Именно. Да и здесь я не по твою душу. Угомонись, Старая. — не в силах он был браниться с колдуньей. Иван подошел к Кощею и крепко-крепко обнял того, поддерживая руками, после того лицезрея на глазах Сокола и Яги полный шок. Кощей дернул плечом и глаза немного загорелись, сам мужчина стушевался. Не привык он к ласке и нежности. — Мне тебя не хватало, Кощей. Спасибо за помощь! Поскорей бы вернуться в наше время. — на ухо сказал Иван мужчине. Честно? В прошлом — здесь, он испугался Кощея, его величие, которое исчезло по щелчку пальцев. А Кощей из будущего мягкий что ли какой-то… В какой-то мере… — Об том и хотел сказать. — начал Бессмертный. — Не сможете вы домой вернуться. — выдохнул он. — Сейчас, по крайней мере. У троих холод по спине прошел, вопрос застрял в горле. Какого чёрта?! — Что?! Как?! — выпалил Иван. — Кощей? — изогнула волнительно бровь Василиса, ожидая объяснений. — Вернуться вы сможете только с мечом Кладенцом из нашего времени. Кладенец из прошлого перенесет вас совсем в другое место — ищи вас, свищи после. Ежели поступите так — это станет началом вашего конца… — А раньше нельзя было сказать, а?! — А где мы достанем Кладенец нашего времени? — Василиса зажала парня в объятиях. — У ведьмы… — заключил Кощей. — Только у неё… — Значит, надо найти Галю. — язык не поворачивается назвать её матерью. Иван со злостью сжал кулаки. Ещё одни проблемы! Да когда ж это закончится! — Да где ж мы её найдём? — вопрошал Финист, откинув голову назад. — А с тем я подсоблю, баломошки. — Яга достала несколько порошков. На неё посмотрели благодарно, недоверчиво и спокойно. — Ежели уж я знаю, откуда вы — одного мы поля с вами ягоды теперича. Не помогу вам — сгинете, а того я позволить не могу. Тем более, навряд ли ты, Костлявый, решил бы помочь обычным белогорцем. — она проницательно глянула на Бессмертного. — Ты права, Старая. Как никогда права. — твердо ответил Кощей. — Тебе бы отдохнуть, Мешок с костями. Еле на ногах стоишь. Такой магический трюк вытворил, тьфу на тебя! Говорила ж, сил не хватит! Тогда ещё говорила! Кощей фыркнул и отвернулся. — Что было, то прошло, Старая. — Кощей тяжело сел на кровать старой колдуньи. — Бабусь! — Иван вывел из ссоры обоих друзей. — Как поможешь ты нам? Яга плюнула в сторону Кощея и обратилась к Ване. — Я помогу вам найти ведьму чёрную. А дальше… — Дело за нами. — договорил за неё поникший Муромец и злостно стукнул по столу кулаком, опять ощутив в груди тьму, прожигающую изнутри. ≪Выпусти меня, мальчишка!≫ — заговорили в разуме. Всё же было хорошо, с чего вдруг тьма обрела такую силу…? Он тяжело упал; его тут же подхватила Василиса, поняв в чем дело. Кощей оказался подле, приложив руку к сердцу парня, наказав ровнее дышать, Баба Яга коснулась его лба, из рук полилось колдовство, сдерживающее разговоры тьмы. Но легче отчего-то не становилось. Волнение Ивана, его гнев, его страх — спровоцировали тёмную сторону к высвобождению. «Черт!» — Иван издал глухой звук боли. — Что с ним? — задался, ничего не знающий Финист, переживающе. — Тьма его наружу вырывается. — объяснила Яга и Сокол, потупив взор машинально отошел в сторону. — Вновь… — добавил Кощей, удерживая метающегося Муромца и невольно тому сопротивляющегося. Иван скрутился и замотал головой, дабы избавиться от навязчивого голоса. Раны на спине нещадно заболели, зубы застучали лихорадочно, он затрясся, словно болезненный. Его вновь подчиняют, а он точно знал, как тьма просачивается в каждой жиле, как заражает болью, тьма — это вирус, который не оставляет, поселяется и вредит, но как тьме… Противиться? Одно, лишь это — без ответа. Иван резко увидел силуэт Гали, она держала Кладенец, тянулась к нему и звала… Куда? На эшафот? Или на плаху? Потому что умереть хотелось и это желание нельзя было описать. Оно разъедало и твердило. Он думал о смерти и если бы сейчас в руке был нож, он бы с радостью закончил это мучение… — Галя… — хрипло сказал парень. — Она идет сюда… Она знает, где мы… — Ваня, борись! Не поддавайся ей! — Василиса прижала парня к себе. — Нам нужно уходить… — процедил Иван и лишился чувств.