Суббота
10 мая 2024, 19:06Суббота, 30 декабря
Рассветные лучи солнца яркими полосами светили прямо ей в глаза. Она поморщилась и перевернулась на другой бок. Лениво открыв глаза, Гермиона уставилась в стену напротив. Воспоминания о вчерашнем дне нахлынули на нее, сбивая с толку. Это утро было поистине нереальным. Она лежит в их спальне, на их кровати. Вся обстановка вокруг казалось одновременно странной и непривычной, но в то же время было ощущение комфорта, уюта и спокойствия. Их дом. Она чувствовала себя так, будто спустя много-много лет вернулась домой к родителям в свою детскую спальню. Она приподнялась на локте и обернулась через плечо. Не обнаружив на второй половине кровати Драко, Гермиона метнулась взгляд на часы. 11:30. Какого черта Малфой не разбудил ее? И где он, соплохвост его дери? Гермиона быстро спустила ноги с кровати и осмотрелась. Не было ни журчания воды в душе, ни запаха свежеприготовленного завтрака. Ни единого намека на Драко. Его пропажа разозлила ее. Они могли прямо сейчас нежиться в объятиях, лениво целоваться и провести весь день в простынях, наслаждаясь друг другом, но Малфой пропал. Исчез без следа. Шестеренки в ее голове закрутились, соображая о том, где он мог бы быть прямо сейчас. И, зная какой он трудоголик до мозга костей, вариантов было не много. Ушел работать над делом без нее? Она встала с кровати и направилась в ванную. Злиться и вспоминать о Драко недобрым словом она может и чистой. Гермиона зашла в ванную и улыбнулась. Все было на своих местах. Будто она и не покидала этого места. Она прошла внутрь и стала разглядывать стоящие у раковины баночки. Подготовился Драко к ее приезду или просто любил эти средства Гермиона не знала, но обожаемое ей мыло мирно покоилось на своем законном месте. Она быстро умылась, привела в порядок свои волосы, выбрала наиболее удобную для выходного дня одежду и направилась прямиком в Министерство. *** Гермиона любила приходить на работу по выходным. Здесь всегда было тихо и немноголюдно. Не было тех толп галдящих мужчин в аврорской форме, не было бессчетного количества самолетиков, пикирующих между отделами. Практически все кабинеты были закрыты, лишь в одном сидела пара дежурных авроров. Гермиона постучала по дубовой двери и заглянула внутрь. Трое мужчин сидели вокруг стола и играли в волшебные карты. Один из них, вальяжно облокотившись о спинку стула, покуривал сигарету. — Джош, ты явно мухлюешь! — негодовал один из них, стукнув кулаком по столу. Другой лишь хрипло засмеялся, — У тебя не может быть два туза! — Привет, — Гермиона неловко прочистила горло, когда три пары глаз посмотрели на нее, — Малфой случайно не заходил? — Малфой? — мужчина, по всей видимости Джош, задумчиво посмотрел в потолок, выпуская клубы дыма изо рта, — Да, был тут. Полчаса назад пришел, весь из себя такой, деловой! — уголки его губ скривились в презрении, — Серьезно, кто ему вообще позволяет ходить, как павлину, в костюме?! Есть форма, почему я не хожу в своей пижаме? Джош продолжал распаляться, вспоминая все грехи ненавистного Драко Малфоя. Что ж, этот аристократ действительно мог взбесить кого угодно. Гермиона не стала дослушивать такой эмоциональный порыв аврора перемыть косточки ее…парню? Она тихо прикрыла за собой дверь и уверенной походкой направилась в кабинет Драко. Она шла по коридору и в красках представляла себе какие именно проклятья вылетят из ее палочки в его потрясающее, мускулистое тело, но ее мечтам не суждено было сбыться. К ее разочарованию, кабинет Драко был пуст. Она хмуро оглядела помещение. На письменном столе были разбросаны бумаги, словно в кабинете проводился обыск, и кто-то так сильно спешил, что не потрудился работать аккуратно. Кожаное кресло боком лежало на полу. Что здесь произошло, черт возьми?! Она ступила внутрь, собираясь внимательнее рассмотреть все детали некогда до невозможности чистого кабинета, когда на весь этаж пронесся громкий крик. Глаза округлились, а разум затопило волнение. Ноги сами выбежали из кабинета и понесли ее на звук. Чем ближе, тем крик становился громче, истошнее, еще более пугающе. Пульс отбивал чечетку, грозясь впасть в приступ тахикардии. Гермиона чуть сбавила шаг, дабы не умереть глупой смертью от сердечного приступа из-за спешки. В ее то годы. Поворот, затем еще один. Чем ближе она подступала к неприметному кабинету с табличкой «Габриэль Маркес. Палочковый дозор. Вход только для сотрудников», тем отчетливее становилась ругань внутри. Шаги становились все медленнее, вся концентрация обратилась в слух, стараясь не пропустить ничего важного между «блять» и «сука». Гермиона нахмурилась, узнав в одном из мужских голосов Малфоя. К пророку не ходи, он был зол. Очень зол, практически на критической точке. Казалось, еще совсем чуть-чуть, несколько секунд, как сосуд раздражения переполнится, и злость выльется в неконтролируемую чистую ярость. Внезапно дверь в кабинет распахнулась. Драко Малфой, аврор со стажем, буквально мастер своего дела, словно в замедленной съемке вылетает в коридор. Его спина громко врезалась в стену, а ноги не удержали ошарашенное от мощности удара тело. Он медленно скатился по стене, его рука зажимала правое плечо. Белоснежный рукав накрахмаленной рубашки начал окрашиваться в красный. Глаза Грейнджер расширились, ноги затряслись от плохо сдерживаемого шока с примесью испуга. Она смотрела на Драко, но ноги словно приросли к полу. Ее тело оцепенело и не давало ни единой возможности сдвинуться с места. Несколько долгих секунд она пялилась на зажмурившегося Драко. Она перевела взгляд на дубовую дверь, крепче сжимая палочку в кармане, и ее страх перерос в едва контролируемую ярость. Брови нахмурились, а губы сжались в тонкую полоску. Кто бы ни был за этой дверью — он не выйдет отсюда так легко. Она сделала широкий шаг вперед, но резко остановилась. Словно перед ней была невидимая стена, не дающая ей пройти. Глаза сузились, и она перевела раздраженный взгляд на сидевшего у стены Малфоя. Он сурово смотрел на нее, едва заметно мотая головой. Палочка в его руке была направлена ровно под ее ноги, а плечи слегка подрагивали от напряжения. Он не даст ей пройти. Глаза стало неприятно жечь. Гермиона приоткрыла рот, чтобы попросить его снять преграду, дать ей возможность помочь ему. Но она быстро закрыла его, подавляя рвущийся наружу всхлип. Драко все равно не пустит. Она знала это. Драко Малфой всегда будет выбирает ее. Даже если это будет стоить ему жизни. Первая непрошенная, горькая слеза скатилась по ее щеке, когда она смотрела в эти глаза, цвета стали. В глазах Драко плескалась тоска и невероятная уверенность в своих силах. В своих действиях и принимаемых решениях. Словно то, что он сейчас делал, он делал под четким контролем. Словно так и было задумано. Ни грамма сомнений. Он ухмыльнулся ей и мягко покрутил плотно сидевший фамильный перстень на среднем пальце. Гермиона нахмурилась, наблюдая за этим действием. Что он, черт возьми, задумал? Из дверного проема послышались глухие шаги. Взгляд Малфоя устремился к источнику звука. Уперевшись спиной о стену, он лишь беззаботно ухмылялся, продолжая крутить перстень. Тот, кто находился за дверью, неспешно приближался, явно ощущая себя победителем. Бесстрашным. Абсолютно невозмутимым тем фактом, что в любой момент может нагрянуть подкрепление. Драко медлил, не прибегая к помощи палочки в его руке. Словно не ему сейчас грозила опасность, будто он лишь сторонний наблюдатель за разыгравшимся представлением. Он покачал головой и усмехнулся, не отрывая взгляда от дверного проема — Ты ведь понимаешь, что за такое он тебя никогда не простит? — звук шагов смолк, когда Драко задал вопрос. Гермиона нахмурилась, вглядываясь в его профиль. Кто бы не стоял за этой дверью, Малфой знал его. И, судя по всему, знал его хорошо. Грейнджер замерла на месте, судорожно предполагая в голове варианты и ожидая ответа того, кто стоит за этой чертовой дверью. В коридоре повисло минутное молчание, а затем шаги вновь возобновились. Драко откинул голову и засмеялся, явно потешаясь над личностью и действиями преступника. — Давай же, Мэтт, сделай это! — Драко развел руки в стороны, призывая того к действию, но через мгновение согнулся пополам в приступе смеха, — Точно, у тебя нет с собой гирлянды, Уилсон. Глаза Гермионы расширились от удивления, когда она услышала его фамилию. Ее сосед по кабинету. Неужели он…замешан во всем этом? Совпадения быть не могло. Такая фамилия не самое распространенное явление в магическом мире. Неужели тот миловидный тихоня может быть замешан во всем этом? Шаги стали быстрее. Смех Драко затих, а ухмылка превратилась в злобный оскал. Его глаза наблюдали за противником, он, словно хищник, просчитывал каждое его последующее действие. Ожидал подходящего момента для… Гермиона ахнула и зажала рот ладонью. Все происходящее показалось ей ненастоящим, просто не могло быть правдой. Драко взмахнул палочкой, активируя визжащие чары. Весь этаж погрузился в истошный вой сирены, позади послышался бег еще недавно отдыхающих сотрудников аврората. Гермиона дернулась вперед, намереваясь защитить Драко от неминуемой гибели, но вновь наткнулась на невидимый барьер. Сердце ныло от невозможности спасти его. Слезы начали обжигать покрасневшие от страха и злости щеки. Она начала отчаянно бить по преграде в воздухе, заранее зная, что все ее попытки добраться до Малфоя окажутся бессмысленными. В одно мгновение мужчина оказался рядом с Драко и схватил его за ворот рубашки. Драко зарычал от пронзившей его плечо боли. Его рука дернулась к пальцам, снимая перстень. — Нет! — громкий крик Гермионы разрезал воздух, но никто из них, кажется, ее не услышал. Лишь одно мгновение и Драко, вместе с неизвестным в черном, аппарировали. Слезы застилали глаза, не давая ни единой возможности увидеть окружающее пространство за пеленой. Пространство смазалось в сплошную кашу. Гермиона упала на колени, смотря вперед. Он исчез. Исчез неизвестно куда, неизвестно с кем. И что с ним там будет происходить было также неизвестно. — Грейнджер, — кто-то схватил ее за плечо, но его голос был приглушен стучащим в ушах сердцем, — Грейнджер, поднимайся, давай! Джош, недавно разыгрывающий очередную партию в карты, сжал ее плечи и дернул на себя. Едва устояв на дрожащих ногах, Гермиона невидящим взглядом уставилась на него. Кажется, он был шокирован происходящим. Или зол. Или раздражен, что его оторвали от важного занятия. Черт его разберешь. Гермиона крепче сжала губы, стараясь остановить поток рыданий, но слезы, кажется, так и не собирались останавливаться. — Что здесь произошло, Грейнджер? — голос Джоша был тверд, каждое слово он выговаривал четко, чтобы она смогла разобрать его речь. Будто она была трехлетним ребенком и лишь недавно научилась составлять из слов предложения. — Я…- в горле будто застрял ком. Гермиона несколько раз повторила в своей голове то, что хотела произнести, но глаза вновь наполнились жгучими слезами. Она вдохнула носом побольше воздуха и посмотрела на то место, где еще совсем недавно сидел Драко. На полу все еще остались капли крови, а разум активно подкидывал ей картинки его ухмыляющегося врагу лица. О чем он только думал? Чего он хотел этим добиться? И кто бы мог подумать, что терять его будет настолько больно. Снова. — Джош, посмотри, — голос второго аврора вывел ее из размышлений и, возможно, преждевременной скорби. Гермиона повернула голову, всматриваясь в то, что с таким неуверенным выражением лица разглядывал Джош. Она сделала шаг ближе, ее глаза округлились от удивления. Уж чего-чего, а перстень Малфоя вместе с его палочкой она точно не ожидала увидеть после его похищения. Сердце застучало еще сильнее от усиливающихся переживаний. Он забрал Драко даже без его палочки. Без какого-либо способа самозащиты. Джош забрал у напарника вещи, повернулся к Гермионе и вопросительно посмотрел на нее. — Что это должно значить, а? — его левая бровь поднялась, он старался держать себя в руках, прикладывая явно большие усилия. — Можно я взгляну? — почти шепотом спросила она и едва заметно кивнула на предметы в его руках. Мужчина нахмурился еще сильнее, но вытянул руку ближе к ней. Стараясь унять дрожь в руках, Гермиона взяла в руки перстень. Пальцы несколько раз прокрутили перстень вокруг своей оси. Ничего примечательного. Никаких намеков. Ничего. Каким перстень был, таким он и остался. Гермиона тяжело вздохнула и сжала перстень в ладони. Необходимо прекратить паниковать, выкинуть сцены возможных истязаний Драко из головы и логически подумать. Драко явно знал, что делает. Она была уверена, что его действия не были продиктованы смирением с его судьбой и отсутствием шанса на спасение. У него, черт возьми, был этот шанс! Но что он хотел сказать, перекручивая этот бессмысленный перстень? — Может ты уже расскажешь, что здесь произошло?! — лицо Джоша покраснело от недовольства. Он несколько раз щелкнул пальцами перед лицом Гермионы и упер руки в бока. Гермиона взглянула метнула на него полный раздражения взгляд. Мало того, что он вместо выполнения своих прямых обязанностей прохлаждался в кабинете с друзьями, так теперь он еще и смеет сливать на нее свою агрессию. Гермиона повернулась к нему и осмотрела с ног до головы. В ее взгляде не было ничего, кроме не скрываемого презрения. — А чем занимались в этот момент Вы? — ее бровь метнулась вверх, спина выпрямилась, а руки уверенно сложились на груди. Сейчас было не время и не место для сожалений. Сейчас от не требуется лишь стойкость и профессиональное мастерство, — Неужели игра в карты входит в Ваши должностные обязанности? Тот взгляд, которым Гермиона смотрела на аврора, заставил мужчину едва заметно стушеваться. Она говорила четко, била в нужные места своими словами и заставляла себя не впускать проходившую через все тело дрожь в голос. Ей было необходимо поставить этого мерзкого эгоиста на место. Позади послышались уверенные шаги, и Гермиона повернулась к их источнику. Гарри быстро прошел по коридору и остановился рядом с девушкой. Его взгляд прошелся по всему ее телу, сканируя на наличие повреждений. Напрягшиеся плечи расслабились, не найдя в ее состоянии угрозы здоровью. Он перевел взгляд на перстень в ее руке. В лице появилась тревога. — Что произошло? — рука Гермионы сжала перстень чуть крепче, и она вздохнула, стараясь удержать новый приступ истерики внутри. Рука Гарри легла на ее плечо, а его зеленые глаза поймали ее карие, — Гермиона, где Малфой? Это и стало спусковым крючком. Одно только упоминание его имени вызвало в груди острую боль, словно в сердце воткнули раскаленный нож. Гермиона втянула носом воздух, сдерживаясь из последних сил. Нельзя было прямо сейчас показать себя слабой. Нужно лишь переждать, перетерпеть этот момент, а дальше она поплачет Гарри в жилетку. Выплеснет все свои эмоции, расскажет обо всем в подробностях, и они найдут способ вернуть Малфоя живым обратно. Обязательно найдут. Гермиона взглянула на Гарри умоляющим взглядом, показывая тому все отголоски своей боли и потерянности. И она была уверена, что именно Гарри поймет то, что она хотела сказать ему без слов. В ответ он кивнул, провел большим пальцем по ее плечу, успокаивая, а затем перевел взгляд на стоящих позади Гермионы авроров. Его взгляд в миг ожесточился, а скулы напряглись и стали острее. Гарри вышел из образа лучшего друга и превратился в сурового начальника. — Чем вы были заняты в это время? — стальным голосом произнес он. Авроры переглянулись между собой и нервно вдохнули. Гермионе не нужно было поворачиваться к ним, чтобы уловить их состояние — они в отчаянии. Главный аврор стоит перед ними и просит дать ответ на вопрос, заранее зная, что ответ не придется ему по душе. — Мистер Поттер, мы… — начал было Джош, но запнулся на полуслове, когда Гарри вновь посмотрел на него. — Мы сверяли отчеты! — пропищал второй аврор, переминаясь с ноги на ногу и теребя штанину. — Да ну? — голос Гарри стал притворно сладким, а на лице появилась издевательская ухмылка. Гермиона покачала головой, она знала от кого Гарри перенял эту привычку, — Давно ли на отчетах появились карточные масти?! Гарри вновь обвел взглядом двух провинившихся авроров и подошел ближе. Всего одно движение палочки, и жетоны испарились с их плеч. Коридор погрузился в напряженное молчание. Джош, чье лицо покраснело от гнева и унижения, начал было открывать рот, чтобы что-то сказать, но был прерван жестким взглядом зеленых глаз. Гермиона сложила руки на груди и прислонилась плечом к стене, молча наблюдая со стороны. Как бы это не было жестоко и эгоистично с ее стороны, но происходящее приносило ей удовольствие. Они этого заслужили. Гарри вздернул подбородок, ледяной тон его голоса эхом отскочил от стен: — Аврор Оуэн, аврор Биш, вы отстраняетесь от службы до выяснения обстоятельств. До этого времени вам запрещается нахождение на территории служебных помещений Аврората. До свидания. И победная ухмылка отразилась на лице бывшей гриффиндорки. *** Первые двадцать минут были самыми сложными. Гермиона задыхалась от слез, сидя в кресле в кабинете Гарри. После того, как Поттер поставил на место теперь уже бывших дежурных авроров, они направились в его кабинет. Чувство триумфа быстро сменилось обеспокоенностью и к горлу вновь подступила тошнота. Картинки похищения Драко, его окровавленного плеча вновь появились перед глазами, словно эти воспоминания успели отпечататься где-то на подкорке мозга. Чтобы медленно убивать ее, расшатывать и без того травмированный рассудок. Гермиона перевела взгляд на палочку Драко в руке и крепче ее сжала. Каким бы сильным не было желание сдаться и закрыться дома, убаюкивая себя дурацкими фильмами в коконе из одеяла, она не могла так поступить. Сейчас ее отношения с Драко были натянутыми и запутанными, в них было много не озвученных мыслей и чувств, но она им дорожила. Он был важен для нее так же, как пять лет назад. И если бы ей нужно было пройти через ад чтобы вернуть его домой, она бы дошла до самого дьявола. Скорее всего, у него были бы серые глаза и острые скулы. Но они, определенно, смогли бы договориться. Гермиона наблюдала за Гарри. После рассказа обо всем, что произошло, его стойкость дала сбой. Он ходил из одного конца кабинета в другой, размышляя о чем-то. Скорее всего, если судить по его произнесенным шепотом ругательствам, вера Гарри в наличие здорового рассудка у Малфоя пошатнулась. Поттер разделял ее позицию — идея Драко пожертвовать собой была глупой. И бессмысленной. Они зашли в тупик. Задумчивый взгляд метнулся к перстню. В этом должен быть какой-то смысл, Драко не стал бы ей так отчетливо намекать на него, если бы у него не было плана. Но какого? Гермиона испустила тяжелый вздох, надела фамильную драгоценность на указательный палец и откинулась затылком на спинку кресла. Не прошло и пары часов как она проснулась, но тело уже требовало отдыха. Голова гудела, а на ее плечах будто лежал огромный валун. Мягкая кровать, теплое одеяло и Драко Малфой под боком — вот каким должно было быть сегодня утро. Без лишней нервотрепки, без слез и истерик, без чувства потери. Планируемая идиллия превратилась в кошмар наяву. — Кто такой Мэтт Уилсон? — вопрос Гарри вывел ее из собственных мыслей. Он остановился посреди кабинета и, уперев руки в бока, посмотрел на Гермиона. Она в ответ лишь покачала головой. — Я не знаю, Гарри, — с тяжелым вздохом Гермиона озвучила свои мысли и устало прикрыла глаза, — но я считаю, нам следует вызвать Кеннета. — Кеннета? — Да, — она нагнулась вперед, упираясь локтями в колени, — Моего соседа по кабинету. Кеннета Уилсона. Гарри, я не верю, что это просто совпадение. Такого просто не может быть. Гарри нахмурился и начал думать, рассматривая носки своих ботинок. Он, также как и она, устал. Это было заметно по его мешкам под глазами, по его посеревшей коже и усталому взгляду. Гермиона не спеша встала с кресла, подошла ближе к другу и аккуратно взяла его за руку. Взгляд зеленых глаз встретился с карими, и Гермиона крепче сжала его ладонь. Чтобы понял, что не один. Чтобы вспомнил об их дружбе и взаимной поддержке. — Ты права. Давай вызовем Кеннета. *** — Что он сделал?! Брови Гарри и Гермионы взлетели вверх. Они были готовы к любой реакции — к замешательству, отговоркам, да даже к слезным клятвам о непричастности к этому делу. Но Кеннет смог удивить. Мало того, что он не начал отнекиваться, так он еще и явно знал о ком идет речь. Кеннет вцепился руками в волосы и начал ходить по кабинету, громко ругаясь себе под нос. Гарри с Гермионой переглянулись, недоумевая что им делать и как реагировать на происходящее. И пока Гермиона с задумчивым видом стояла, облокотившись поясницей о стол, Поттер взял всю ответственность за добычу информации на себя. — Кеннет, — голос Гарри заставил парня остановиться. Он перевел свой взгляд на Гарри. В глазах читался страх, а волосы выглядели так, будто его только что ударило током. Гарри продолжил чуть тише, стараясь ненароком не довести того до нервного срыва, — Кеннет, послушай внимательно, пожалуйста. Судя по твоей реакции, ты знаешь, кто это был, верно? — Д-да… — заикаясь, Кеннет вновь схватился за волосы. Он прикусил нижнюю губу, а в его глазах застыли слезы, — Мэтт, он…он мой брат. Но, мистер Поттер, клянусь, я… — в одно мгновение он оказался рядом с Гарри, хватая его за рукава пиджака. Гарри опешил от такой реакции и покосился на Гермиону, — Мэтт не виноват, я клянусь! Мэтт просто…он…у него сейчас трудный период в жизни. Уилсон упал на колени перед Поттером, хватаясь ногтями за пол. У него определенно поехала крыша. Некогда тихий мальчик прямо сейчас рыдал навзрыд, утыкаясь лицом в пол. Гарри отступил от него на шаг и резко повернулся к ошарашенной Гермионе. — Что будем делать? — одними губами спросил он. Гермиона перевела взгляд с Гарри на Кеннета и обратно. Что делать? Парень, судя по всему, был их единственной зацепкой, да и тот явно требовал срочного вызова целителей. Разума или обычного терапевта пока не ясно, но, если его голова продолжит встречаться с твердым полом, придется вызывать обоих. Грейнджер легко оттолкнулась ладонями от столешницы и, неуверенно посмотрев на друга, присела к завывающему, тяжело дышавшему Кеннету. Ее рука легла ему на плечо, а голос стал успокаивающим, словно она не приводила в чувства бравого (или не очень) аврора, а собиралась усыпить сказкой хныкающего от усталости младенца. — Кеннет, нам правда очень нужен ты сейчас. Драко здесь нет, и, благодаря твоему брату, мы понятия не имеем, где он, — всхлипывания затихли, но его плечи продолжали дрожать, — Пожалуйста, Кеннет. Просто поговори с нами. То, что делает твой брат, — ужасно, но ты ни в чем не виноват. Ты пытаешься его защитить, не так ли? В кабинете на несколько секунд воцарилась тишина. Кеннет перестал дрожать и замер, словно статуя. Затем он едва заметно кивнул, соглашаясь со словами Гермионы, и она облегченно выдохнула. Значит, слышит. Уже что-то, значит, не все потеряно. Гермиона опустила руки ниже и положила их на его щеки. Она подняла его лицо выше, стараясь заглянуть в его глаза и заставить слушать все, что она собирается ему сказать. Глаза Кеннета были опухшими и покрасневшими от слез, а его нижняя губа тряслась. Черт возьми, ей стало его жалко. Даже если принять во внимание тот факт, что, скорее всего, Кеннет знал обо всем, что его кровный родственник вытворял со своими жертвами и молчал, сейчас он выглядел по-настоящему разбитым. Он любил своего брата. Любил настолько сильно, что был готов защищать его любой ценой. И сейчас, когда все карты постепенно открываются, его мир трещит по швам. — Кеннет, я, так же, как и ты, стараюсь защитить дорогого для меня человека. И сейчас этот дорогой мне человек находится неизвестно где, и это разбивает мне сердце. Я не знаю где он, я не знаю, что с ним происходит и я даже не знаю жив ли он. Аврор вновь попытался отвести взгляд, но Гермиона сжала его щеки сильнее, удерживая. Как бы сильно он не любил своего брата, как бы сильно не пытался его защитить, ее желание вернуть Малфоя было, есть и будет сильнее. К жалости прибавилась злость. На себя, на Драко, на Кеннета. Один черт состроил из себя великомученика, пожертвовав собой ради «благой цели». А второй просто шизофреник, знал обо всем с самого начала, но скрывал это. А сама Гермиона…она сама была просто дурой, раз оставляла в себе великое чувство эмпатии и сострадания. Если Кеннет сам не хочет сознаться в преступлениях брата и помочь им в поисках, значит они выпытают из него информацию силой. Любыми возможными способами. Гермиона, черт возьми, устала! Раздражение взяло над ней верх. Руками толкнув заплаканного Кеннета на пол, Гермиона присела рядом с ним на корточки. Сейчас она была готова пойти на что угодно, лишь бы услышать от него хоть какую-то каплю информации. Ей надоело переступать через себя и сдерживаться. — Прекрати строить из себя жертву, — в голосе читалась угроза. Стоявший позади Гарри напрягся и сделал пару шагов ближе, но Гермиона, не оборачиваясь, выставила ладонь, останавливая ее, — Не надо, Гарри. Я справлюсь. — Может я могу… — Нет! Кеннет, где сейчас твой брат? — Кеннет смотрел на нее ошалевшими глазами, словно прямо сейчас перед ним была не хрупкая девушка, а крокодил с набитым органами ртом. Его трясло, глаза метались по ее лицу в поисках хоть чего-то отдаленно напоминающего пощаду, но острый взгляд и напряженная челюсть не оставляли ни единой надежды, — Кеннет, мы доберемся до него с тобой или без, но от тебя зависит будешь ли ты являться соучастником, либо посодействуешь следствию в раскрытии дела. Это лишь твое решение. Он еще несколько секунд бегал взглядом по ее лицу, но в конце концов лишь пораженно опустил голову и шумно выдохнул. Эта борьба с самим собой выбила его из колеи, но Гермиона бы соврала, сказав, что ее это хоть на долю процента трогает. Ей плевать, если от его действий зависит безопасность Драко. Они теряли драгоценное время на его упрямство и зависимость от брата. Всего на мгновение Гермиона задумалась о том, как бы поступила она на его месте, но быстро отмела эту мысль из своей головы. В первую очередь, она бы не допустила потерю рассудка у члена семьи. Она бы досконально изучала вопрос, анализировала, искала бы лучших целителей разума из любой точки Земли, но ни за что бы не пошла на поводу у внутренних демонов. — Я все расскажу, — его голос был приглушен закрывающими лицо руками, когда он перевалился на спину, — Все расскажу… *** Если бы она не начала собственноручный поиск Драко — она бы не была Гермионой Грейнджер. После победы над упрямством Кеннета, девушка оставила сокрушенного собственными моральными устоями парня на попечение Гарри. Главную задачу — выбить его из равновесия и заставить под гнетом угроз дать показания и объяснить происходящее — она выполнила. Она доверяла Гарри как самой себе и была уверена, что с дальнейшей задачей он справится. В конце концов, он бы не стал главным аврором если бы не умел добиваться своего. Его характер со стороны мог казаться весьма дружелюбным и мягким, но, когда того требовали обстоятельства, Поттер становился тем самым «плохим полицейским». Жестким, принципиальным и хитрым. Они вдвоем уже давно сошлись во мнении, что распределяющая шляпа имела все основания отправить его на змеиный факультет, и только Малфой громко фыркал, не соглашаясь. По его мнению, Гарри был слишком правильным и «со зрением как у крота давно бы затерялся в мрачных подземельях». Так она и оказалась здесь, в министерской библиотеке, обложенная фолиантами о поисковой магии со всех сторон. Голова гудела от переизбытка информации за полтора часа, а в глаза будто забился песок. Ничего, кроме давно изученных ей методов. Которые, к слову, не действовали, либо требовали дополнительной информации. Откинувшись на спинку стула, Грейнджер задумалась. Патронуса от Гарри о результатах допроса так и не было, что означало лишь одно — они все еще в процессе. Ожидание, словно вязкая патока, тянулось долго и нудно. Оно в буквальном смысле убивало ее нервные клетки и заставляло накалить тревожность до запредельного уровня. Хотелось бежать, действовать, предпринимать хоть какие-то меры, но что она могла сделать? Да, они нашли хоть какую-то зацепку и сейчас Поттер активно (как она надеялась) взаимодействует с этой самой зацепкой. Но в голове тревожным красным знаком билось чувство, что, выбравшись из одного тупика, они загнали себя в другой. Ощущение, словно они делают шаг вперед, а затем отступают на два назад, и это раздражало. Бегло взглянув на разложенные по столу источники знаний, ее взгляд зацепился на перстне. Не осознавая свои действия в полной мере, она машинально покручивала его на своем пальце. Стал бы Малфой его снимать просто так? Стал бы он так разбрасываться своей фамильной драгоценностью, которую не снимал со своих шестнадцати? Дыхание перехватило, когда до нее дошел возможной мотив его действий, а над головой словно зажгли лампочку. Являлся ли Малфой скрытым гением? Вот здесь уже вполне вероятно. Этот сноб, аристократ и нестерпимый циник был чертовым Малфоем! Один из семей священных двадцати восьми. Потом чертового старейшего рода чистокровных волшебников. Еще обучаясь в Хогвартсе, Гермиона много читала о законах, родословных и магии, связанных с важнейшими аристократами этого мира. Магия, что окутывала их семьи, была сильна и делала все для их защиты. Отругав себя за столь долгое осознание ситуации, Грейнджер быстро отправила патронус Гарри, оповещая того, что ей необходимо кое-что проверить, разложила с помощью магии старейшие книги и, подхватив свое пальто, отправилась к тому, у кого точно могла выведать больше информации. К тому, кто явно знал ближе чистокровные семьи. К тому, кто еще со школьных времен поддерживал дружеские отношения с Малфоем. И к тому, кто во время обедов в министерстве пять лет назад любил отшучивать пошлые шутки об их с Драко личной жизни. И, к удивлению самой Гермионы, последний факт о нем никогда ее не раздражал. Это лишь было очередным фактом о нем, но придавало ему некий шарм и индивидуальность. Она бы никогда не смогла представить Блейза Забини без всех присущих ему черт личности. *** — Какие люди, и без охраны! Моя дорогая душка Грейнджер! — только лишь завидев ее на пороге своего кабинета, мулат широко улыбнулся и развел руки в стороны. Нельзя было сказать, что отношения между Грейнджер и Забини с самого начала сложились хорошо. Первые пару месяцев они откровенно недолюбливали друг друга. Гермиона, все еще ошарашенная появившимися чувствами к Драко, была, мягко говоря, поражена манерой общения Блейза. Он был груб, не следил за своим языком и пускал слюни на каждую проходящую мимо юбку. Гермиона в свою очередь была слишком правильной по меркам слизеринца. В самом начале он часто называл ее ханжой и пай-девочкой. Они часто спорили, когда встречались, а Драко, постоянно находившийся рядом в моменты этих самых встреч, являлся их личным медиатором. За то количество нервов, что блондин потратил на них двоих, ему уже давно было необходимо ставить памятник. Ну, или хотя бы напечатать его колдографию на обороте вкладыша от шоколадной лягушки. Спустя несколько месяцев их пререканий по нескольку раз в неделю, Забини начал сомневаться в ее «правильности», а убедился в ее любви нарушать правила тогда, когда Драко в порыве гнева высказал ему историю об их побеге из банка Гринготтс и краже дракона. Гермиона потом долго припоминала ему о том шоке, что отразился на его лице. А Гермиона…она просто к нему привыкла. Да, изначально он ее раздражал. Так сильно, что она была готова спустить на него мантикору. Первым сигналом к нормальному общению послужила ее ухмылка на ошарашенное «Грейнджер, а ты опасная штучка». Сейчас было так странно вновь увидеть его. Казалось, будто он стал еще выше и крепче. В уголках глаз уже начали образовываться едва заметные морщинки от частой широкой улыбки, а темные волосы, пусть и немного, но отросли, прикрывая кончики ушей. Блейз был именно тем человеком, единственным из друзей Драко, которого ей не хватало. На нем был надета свободная белая рубашка и темно-зеленые брюки, а сам он опирался бедром о массивный стол. — Рада тебя видеть, Забини, — в глазах блестели искры озорства, когда она крепко обняла парня, а он прижал ее крепче, приподнимая за талию над полом. Гермиона аккуратно шлепнула его по плечу и отстранилась, заглядывая ему в глаза, — Задушишь, Блейз! Ну, как поживает глава отдела магических игр и спорта? — Явно лучше, чем аврор Австралийского министерства, — Гермиона на эту реплику лишь закатила глаза и покачала головой. Блейз оставался самим собой даже после стольких лет. — На самом деле… — Гермиона закусила губу, стараясь скрыть улыбку. Тот факт, что она вернулась в родную гавань не омрачал ее существование, как она думала раньше, — Я вернулась в Британию. — Что…ты серьезно, Грейнджер? — Блейз замер, ожидая от нее ответа. Она кивнула, и он вновь притянул ее в свои объятия, — Поверить не могу, наш злобный львенок снова с нами. — Драко не рассказал тебе? — сквозь смех проговорила она. Блейз отодвинул ее и серьезно посмотрел ей в глаза. Он долю секунды изучал ее лицо, а затем его бровь изящно изогнулась. — Драко? Не Малфой? Так вы… — она лишь покачала головой и отвела взгляд. — Забини…он пропал… — Что?! — он развернул ее лицо к себе, в голосе читалась обеспокоенность, — Как это пропал, Грейнджер? — Блейз, я все тебе расскажу, — ее голос дрогнул, а глаза заблестели от подступивших слез, — Давай присядем, пожалуйста. Мне нужна будет твоя помощь. Он кивнул и повел ее за плечи к дивану. Гермиона устало откинулась на кожаную спинку и нервно провела рукой по волосам. Блейз не отрывал от нее взгляда, все его крепкие мышцы затвердели от переживаний, а руки крепко сжались в кулаки. Он ждал от нее ответов, объяснений, пока узел тревоги закручивался в его животе. Она постаралась вложить в свой сбивчивый рассказ как можно больше логики и порядка действий. Голос дрожал, а пальцы нервно ковыряли кутикулы. Забини быстро сориентировался и взял ее руку в свою, чтобы унять нервное напряжение. Она тараторила, уходила с темы, терялась в последовательности событий, но мулат имел потрясающую способность задавать правильные уточняющие вопросы в нужный момент. — Вот, — Гермиона показала ему перстень, все так же надетый на ее большой палец, — Драко оставил его перед трансгрессией. Забини, я уверена, что он не сделал бы это просто так. Забини задумчиво посмотрел на фамильную драгоценность, раздумывая о чем-то. Он наверняка сейчас вновь проигрывал все, что она сказала у себя в голове. — Ты права, Гермиона, — она смотрела на него умоляющими глазами, но его лицо не выражало ничего, кроме абсолютной сосредоточенности, — но я не в силах помочь тебе. Это древняя магия Малфоев, она базируется на магии крови и активировать ее сможет только… — Малфой, — договорила она за него и уронила голову на руки. Она устала. Снова тупик. Голову словно сжимали в невидимых тисках, а на глаза давили прессом. Все это нервное напряжение накапливалось, усиливая редко отступающую мигрень. Блейз тяжело вздохнул, в ободряющем жесте сжал ее плечо и встал. Она услышала его удаляющиеся шаги и не могла сдержать слез. Даже Забини, не выдержав, покинул ее. Его можно было понять, ДракоПока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!