Джей

Удивительно, что в столь поздний час на кухне горит свет, и слышатся тихие, шаркающие шаги. Нишимура Рики чувствует себя неуютно в одиночестве этой ночью. Японец не мог заснуть, поэтому решил, что наилучшим вариантом будет — отвлечься от тревожных мыслей за чашечкой чая. Прямо сейчас голос в голове даже громче, чем его собственное уставшее сердце... Ни-Ки берёт чью-то симпатичную кружку из подвесного кухонного шкафчика. Парень аккуратно ставит её на стол, достаёт пакетик его любимого освежающего чая и наливает кипяток. Напитку ещё предстоит остыть, поэтому Рики немного резко хватает телефон и садится за кухонный стол, поджимая левую ногу под себя. Он читает разные статьи и новости в соцсетях. Макнэ натыкается на очень неприятные хештеги о том, какой он раздражающий участник группы... Как бы компания Нишимуры не старалась защитить его от постоянных оскорбительных статей, они всё равно продолжают появляться на всяких форумах даже спустя столько времени... Нишимура Рики не считает нужным обращать внимание на хейтеров и недоброжелателей. Но, чёрт возьми, каждый нелестный комментарий в сторону Рики остаётся в его голове ещё надолго. Танцора одолевают сомнения во всём, что он делает. Юноша давно погряз в самобичевании. Он винит себя за то, что ему нигде нет места. На фоне других участников Рики выглядит так жалко... Он среди всех, но в то же время чужой. Нишимура очень дорожит своими хëнами, но он им не подходит... Бесполезный, никчëмный, шумный, эгоистичный, отвратительный, лицемерный. Честно говоря, Ни-Ки уже самому страшно смотреть в зеркало. Не потому что он считает себя некрасивым. Рики тревожно видеть свои глаза. Они не блестят. Японский мальчишка будто пуст! Но он определённо бьётся в истерике где-то в глубине души. Нишимуре приходится глотать слёзы, чтобы не причинять проблем и не заставлять других волноваться. — Рики? — слышится хриплый после сна голос. Японец быстро отодвигает телефон и притягивает к себе кружку с ароматным чаем. — Почему не спишь, хëн? — удивлённо смотрит на Джея макнэ, помешивая жидкость маленькой ложечкой. — Это я должен спрашивать, почему ты не в кровати, — качает головой из стороны в сторону Чонсон и переступает порог. — Чай вот пью, — безразлично пожимает плечами младший. Пак ничего больше не говорит и проходит в глубь комнаты. Он садится за кухонный стол напротив Рики. — Хëн? — бросает недоумëнный взгляд на Джея Ни-Ки, — время ведь позднее... Рики не успевает договорить, так как встречает немного строгое выражение лица Чонсона. — Правда, что ли? — саркастически спрашивает Пак. — Почему ты не возвращаешься к себе? — допытывается и хмурится Нишимура. — Это моя кружка, — кивком головы показывает на неё Джей, игнорируя вопрос. — В большой семье клювом не щëлкают, — хихикает светловолосый и специально делает глоток. — Айгу, какой грубый макнэ, — фыркает старший, постукивая пальцами по столу. Нишимура слабо усмехается, однако молчит. Джей тоже не спешит заводить разговор. Эта тревожная тишина очень действует на нервы. Рики вздыхает и снова обращает всё своё внимание на телефон. Он умышленно не замечает то, как хмуро и обеспокоенно смотрит на него Чонсон. Ни-Ки дочитывает ту самую статью, которую он не успел просмотреть до прихода Джея. — Дай-ка, милый мой, — вырывает из рук младшего телефон Пак, перегибаясь через стол. — Хëн, ты что делаешь?! — возмущается макнэ, не успевая спасти гаджет. — Угомонись, Рики-я, — в голосе Джея слышится некая сталь. Нишимура замолкает и почти бесстрастно смотрит на Пака, который не отрывается от экрана его телефона. Нервозность Рики выдаёт только то, что он начинает сильно тереть пальцы. По мере прочтения статьи, лицо старшего становилось всё мрачнее и мрачнее, а на скулах заходили желваки. — На болотах всё стабильно, — вздыхает Чонсон, и заблокировав, передаёт телефон макнэ, — ты мазохист, что ли? Зачем ты читаешь всякую чушь о себе, Ки? — серьёзно смотрит на растерянного юношу Пак. — Просто... Мотивирует, — кусает губы Рики. — Да? А я думал, что двигаться дальше помогают не оскорбления, а похвала и признание, — печально хмыкает Джей. — Зачем ты так, хëн? — всхлипывая, тихо спрашивает Нишимура. Рики не заметил, когда жгучие слëзы обиды и отчаяния начали заливать его лицо. — Рики-я... — встаёт со своего места и подходит к юноше Пак. Старший парень аккуратно берёт макнэ за руку, боясь напугать. — Почему мне так больно, хëн? — дрожит японский мальчишка, — я хочу, чтобы меня любили! Мне не нравится, что меня не признают, поэтому я стараюсь понять, где совершил ошибку, читая эти глупые статьи каждый день! Я делаю абсолютно всё ради людей, какого чёрта никто не замечает? Иногда мне кажется, что меня ненавидят не за что... — Нишимура буквально цепляется за Джея. Рики задыхается и смотрит в родные тёмные глаза, в которых сейчас гуляет разрушительный шторм, и корабли разбиваются о скалы. — Все считают, что лучше бы было без меня, — икает и шмыгает носом Ни-Ки, пытаясь сделать вдох. — И ты веришь? — на грани слышимости спрашивает Чонсон. — Да я уже не знаю! — вырывает свою руку из захвата Джея и берётся за голову Рики, — кому-то я нравлюсь, кто-то желает мне смерти... Я не понимаю, какой я со стороны: хороший или отвратительный? — Ты — это ты, — притягивает к себе младшего Пак. Рики сломлено смеётся и крепко держится за плечи Джея. — Я никогда не был частью вашей группы, правда? — хмыкает Ни-Ки и утыкается в изгиб шеи старшего. — Это не так, Рики-я, — ласково проводит по плечу младшего Чонсон, — мы — семья... Ты очень дорог мне и другим ребятам, милый... — нежно смахивает с мягких щёк Нишимуры слёзы Пак. Прошло некоторое время, и настенные часы показывали полчетвëртого. — Я не плакал, — бубнит Рики и неловко отворачивается от старшего спустя несколько минут после небольшой истерики. — Прости? — растерянно заглядывает в опухшие глаза напротив Джей, а затем тихо смеётся над смущëнным макнэ, — ты такой хорошенький, Рики-я! — Очень смешно, — язвит Нишимура и легонько пинает старшего по ноге. — Прости, — мягко улыбается Чонсон, прижимая к себе растрëпанного и уже сонного юношу, — я тебя очень люблю. Мне важно видеть на твоём лице радость. Пожалуйста, не читай больше то дерьмо, которое о тебе пишут какие-то идиоты в интернете. Ты самый прекрасный, — хлопает по спине младшего Джей. — Спасибо, — искренне говорит Ни-Ки, доверчиво подставляясь под прикосновения старшего. — Пора в кровать, — тепло усмехается Пак, в то время как Рики закатывает глаза. Лицо младшего мгновенно принимает дьявольское выражение. — Джей-хëн, понеси меня, — притворно хнычет Нишимура. — Айгу, сопляк, ты пользуешься ситуацией, — вздыхает Пак, однако всё-таки бережно берёт Нишимуру на руки. В конце концов, Ни-Ки редко демонстрирует такое детское поведение. До комнаты Джея ребята доходят в тишине. Потому что японец на руках Чонсона заснул раньше, чем они оказались в постели. На полпути старший хмурится от того, что вес Рики не соответствует росту, и обещает себе, что они ещë обязательно вернутся к этой теме. Пак аккуратно кладёт Нишимуру на свою кровать. — А что происходит-то? — сонно бормочет Джейк с соседней постели, смотря на Чонсона и уже посапывающего Рики как баран на новые ворота. — Тише, — шикает на австралийца Джей. Джеюн немного вяло поднимается с места и подходит ближе к ребятам. — Я увидел, что на кухне горит свет. Рики был там и снова читал эти тупые комментарии от хейтеров, — раздосадованно поясняет и качает головой из стороны в сторону Пак, когда ловит вопросительный взгляд Шима. Джейк вздыхает и слегка треплет спящего Ни-Ки по волосам. — Какого чëрта этот мальчишка не спал? — хмурится Джеюн. — Завтра разберёмся... — устало отвечает Джей. Это утро обязательно начнётся с суеты, потому что каждому захочется утешить Нишимуру Рики.