Хисын

Настенные часы показывают полдвенадцатого. Для Ни-Ки такое время — раннее утро... Юноша сладко посапывает, игнорируя мягкий солнечный свет, что ласкает его немного опухшее лицо сквозь маленькую щель между шторами. Идиллию прерывает Ким Сону. Он влетает в комнату, чтобы разбудить младшего. Тушка, завëрнутая в тëплое одеяло, абсолютно никак не реагирует на звук открывающейся двери и торопливые шаги, которые приближаются к окну. Внезапно одним резким движением Сону раздвигает шторы. — Сону-хëн... — хнычет Рики, глубже зарываясь в подушку, — дай ещё минуту, — плаксиво просит японец. — Ни-Ки, тебя уже все ждут, а ты ещё даже не принимал душ. Тебе ведь дали возможность хорошенько выспаться, не наглей. У нас и так расписание сегодня очень забитое, — строго говорит Ким, около шкафа выбирая, что надеть, — четыреста пятнадцатая база, ответьте... — закатывает глаза Сону, когда видит, что Рики предпочёл его просто игнорировать и дрыхнуть дальше. Старший подходит к Нишимуре, который блаженно отдыхает, обнимаясь с подушкой. Он пытается забрать тёплое одеяло у Рики, но тот протестующе мычит и тянет его обратно на себя. — Ни-Ки, прекрати! — недовольно ворчит на него Сону, одной ледяной рукой проникая под майку младшего. — Айщ! — прошипел японец от холода и ослабил хватку, — нечестно, Сону-хëн... — Ни-Ки-я, пожалуйста, иди в душ, пока там свободно, — вздыхает Ким, — или ты хочешь, чтобы я тебе помог? — дразнит старший. — Меня раскрыли, — саркастически хмыкает Рики и медленно, будто специально, выбирается из постели, ставя босые ноги на пол. — Да иди ты уже! Ким кидает в сторону Нишимуры какую-то кофту. Это определённо придаёт ускорение юноше, и он бодро выскакивает за дверь. — Ой, — врезается в кого-то Ни-Ки. — Ага, тебе тоже доброе утро, спящая красавица, — усмехается Хисын, осторожно придерживая макнэ за плечи. — Спасибо, — благодарит Рики, отстраняется от Ли и делает небольшую паузу, прежде чем добавить кое-что ещё, — мой гном, — кидает в ответ Нишимура и направляется в ванную комнату, не теряя времени. Хисын качает головой из стороны в сторону и фыркает, глядя вслед Рики. Для того, чтобы начать свой день хорошо, Нишимуре Рики требуется освежающий душ. Обычно под струями прохладной воды Ни-Ки чувствует, как все его ночные тревоги и страхи уходят прочь. Японец снимает с себя пижамные шорты и майку. Он залезает в душевую кабину, тянется за лавандового цвета шампунем. Проходит некоторое время, и парень выходит из ванной комнаты. На плечах у него серое полотенце, со светлых волос стекают маленькие капли на махровую ткань. Нишимура выглядит более бодрее, чем раньше. — Рики-я, не думаешь, что стоит поторопиться? Никому не хочется, чтобы ты был голодным всю репетицию... — говорит Хисын, расслабленно облокотившись на стену. — Хëн, ты караулил меня, что ли? — саркастически спрашивает Рики. Ли пожимает плечами и подходит к младшему. Он легонько проводит по влажным волосам Нишимуры и утыкается в его макушку носом. — Вкусно пахнешь, — хмыкает старший. — Хи-хëн, ты каннибал? — Очень смешно. Ты знаешь, я имел ввиду, что ты воспользовался моим шампунем, — фыркает Хисын. — Ну так не делай ничего такого странного, если не хочешь слышать мои глупые шутки, — хихикает японец, отстраняясь от Ли. — На столе блинчики. Иди завтракать, — говорит Хисын, — или, в твоëм случае, обедать, — немного подумав, добавляет старший. Нишимура нежно закатывает глаза и направляется на кухню. Он идёт по коридору с сильным плохим предчувствием... Юноша переступает порог и встречает двух людей, уже готовых отправиться на репетицию. — Ого, кого я вижу, — усмехается Сонхун. — Не прошло и полгода, — хмыкает Чонвон, пододвигая тарелку с едой ближе к месту Ни-Ки. — Привет, Вонни-хëн, — вяло машет рукой лидеру младший, — приятного мне аппетита, — игнорирует присутствие Хуна Рики и садится за стол. Пак фыркает, треплет младшего по волосам и собирается уходить, но внезапно раздаётся трель телефона. Звонят Чонвону, который, посмотрев на дисплей, взглядом просит Сонхуна остаться. Бывший фигурист кивает и садится рядом с Ни-Ки. — Слушаю, менеджер-ним, — говорит Ян, — где сейчас Рики? — переспрашивает лидер, глядя на удивлëнного Нишимуру с вилкой в руках. Проходит минута, и Ян сбрасывает вызов. Он выглядит необычайно хмурым и обеспокоенным. Даже Сонхун немного поëжился от такой серьёзности товарища. — Рики-я... — нерешительно начинает Чонвон, — менеджер-ним звонил тебе ранее, но ты, видимо, был в душе... Нишимура настороженно кивает и ждëт, когда Ян добавит что-то ещё. Но этого не происходит. — Да что случилось-то, хëн? — нетерпеливо спрашивает Ни-Ки. — Твоя мама в больнице. Она попала в аварию, Ки... Наступает тревожная тишина. Сонхун и Чонвон смотрят в широко распахнутые глаза, в которых образуются слëзы. В этот день в общежитии ENHYPEN царит мрачная атмосфера. Джей, Джейк и Сонхун устроились на диване в гостиной, в то время как остальные находились либо с Ни-Ки (ребятам было невыгодно всем составом оставаться в комнате Нишимуры, так как это только больше расстроит, напугает и встревожит макнэ), либо в коридоре, дожидаясь менеджера. — Как там Рики? — напряжённо задаёт вопрос Чонсон, когда возвращается Чонвон. Ян неутешительно качает головой из стороны в сторону. Джейк начинает нервно дëргать ногой. — Я думаю, нам всё равно придётся посетить практику... — озвучивает мысли каждого вслух Джей. — Машины уже отправлены к нам, — удручëнно кивает лидер. — Рики должен остаться в общежитии, — хмурится Сонхун. — И один из нас тоже. Нашему макнэ требуется поддержка, — осторожно говорит Джейк. — Менеджер-ним здесь... — обеспокоенно оповещает Сону, заглядывая в гостиную. Проходит некоторое время, и почти все ребята сидят в машинах. Только Хисын, Ни-Ки и менеджер всё ещё находятся в общежитии. — Хи-хëн, менеджер-ним, я никуда не еду... — тихо говорит Нишимура, боясь смотреть кому-либо из мужчин в глаза. Нечасто можно наблюдать трудолюбивого перфекциониста в таком подавленном состоянии... Отвратительно то, что у юноши даже нет шансов посетить свою маму! Во-первых, она находится в госпитале в Японии; во-вторых, у ребят скоро камбэк и Ни-Ки не отпустят в ближайшее время в родную страну, даже если причина настолько уважительная... — Менеджер-ним, я остаюсь с Ни-Ки, — твëрдо сообщает Хисын. — Да, я понимаю... — сочувственно гладит по плечу Рики мужчина. Ли кивает и берёт Нишимуру за руку, однако, прежде чем ребята поднялись на верх, менеджер шëпотом посылает Хисыну сообщение: — Присмотри за ним. Ты ему сейчас очень нужен... Японец не услышал бы мужчину, даже если бы тот кричал, ведь в ушах у юноши стоял адский звон. Мемберы и менеджер уехали десять минут назад. Нишимура, не теряя времени, вернулся к себе в комнату. — Рики-я, — мягко зовёт младшего, завëрнутого в одеяло, Ли, — ты ведь понимаешь, что с твоей мамой всё будет хорошо? — аккуратно спрашивает старший и переплетает свои и чужие пальцы. — Мне страшно... — срывается отчаянный шëпот с искусанных губ. — Я понимаю, детка, — печально вздыхает Хисын, — знаешь, твоя семья не хотела бы, чтобы ты так сильно переживал и винил себя... — А что мне ещё остаëтся делать? У меня нет возможности быть прямо сейчас рядом с родными, которым требуется утешение. Чëрт, я даже не ответил на телефонный звонок! — всхлипывает макнэ, — что, если всё совсем плохо? Моя мама... — истерично молвит Нишимура. — Рики, послушай, — разворачивает к себе тушку старший и требовательно сжимает плечи Рики, — разве тебе самому сейчас не нужна поддержка? Всё обязательно будет хорошо. Оставайся сильным. Мы позвоним твоей семье чуть позже, узнаем обстоятельства аварии и то, в каком состоянии находится твоя мама. — Хи-хëн, просто останься со мной... — Я никуда не собираюсь уходить, милый, — крепко прижимает к себе юношу Хисын. От стен комнаты отскакивает громкий плач... Компания дала Нишимуре Рики неделю на отдых. Он провёл это время со своими заботливыми хëнами, которые оказывали ему самую лучшую поддержку. Спустя несколько дней мама юноши вышла на связь. И теперь стало ясно, что и с ней, и с Ни-Ки, всё будет хорошо...