Часть 2: ... А люди в нём актеры

Мало кто хотел бы оказаться на моём месте, но после хорошего, крепкого сна я понял, что всё не так уж и страшно. Я понимаю местных, на улице современность и моей жизни… Ладно, мне определённо угрожает немало вещей, раз уж я пошёл по кривой дорожке Мурима, но думаю, что со временем подобные испытания не будут чем-то страшным. Зато внезапно появилась такая проблема, о существовании которой я успел давно забыть — школа. Я в последний раз ходил на занятия в Университете, лет пять назад. Потом стал развиваться в творчестве: писал сценарии, выступал, подрабатывал ведущим и ездил по гастролям, забив почти на всё кроме своего любимого дела. Так что сидеть этот час на уроке и делать вид, что я слушаю учителя… Было тяжело. Но стоило мне сесть за парту, как я понял, что скучать мне не придётся. Сихо говорила о неких хулиганах, которые доставали Сиуна, но только сейчас я понял, как они выглядели, потому что те сами палились, прожигая во мне дырки своими глазами. Неряшливые, стрёмные типы, в которых я видел только бестолковых школьников и всё. Правда, у их заводилы была мерзкая морда. Даже захотелось проломить её ногой. Тьфу, и что за мысли. — Ли Син У, к доске! — сказал грозно учитель, мужчина лет за сорок со вторым подбородком, и указал пальцем на недописанные формулы. — Реши уравнение и объясни, как ты это сделал. Я встал, конечно. Прошёл до доски, взял мел и встал, как вкопанный, поглядывая то на непонятные числа, то на учителя. Я точно не был «технарем», а спустя столько времени уже начисто забыл программу даже десятого класса. — Ну, чего ты встал, я жду! — Что Сиун, всю голову себе отстучал? — подал голос тот бритый хулиган, — Где, интересно, ты столько времени прогуливал школу? Судя по надувается морде учителя, его мои пропуски тоже нисколько не радовали, и тот паршивец просто хотел напомнить нашему физику о том, насколько я стал безответственным учеником. Ну-ну, щенок… — А тебе это так интересно? — у него глаза на лоб полезли. Видимо, мальчишка не ожидал, что затравленный Сиун так легко ответит, а не будет жалко блеять себе под нос. — Неужели ждал все эти дни только меня? Может, тебе стоит сходить к психологу, вдруг это влечение нездоровое? — Ты меня щас пидором назвал? — поперхнулся от гнева гопник и захотел даже встал с места, но его, а точнее, нас, остановил учитель. — Тишина в классе! Я не потерплю на моём уроке разборок. Либо решайте свои дела во внеурочное время, либо замолкните! Нарываться на дисциплинарные высказывания и добиваться вызова матери в школу я не хотел, поэтому молча положил мел к доске и тихо сёл за свою порту, краем уха услышав лишь шипение со стороны той «банды». — Тебе пиздец… Так называемый «пиздец» мне решили устроить сразу после урока. Как только прозвенел звонок и началась перемена, учитель улизнул из класса, а мне сделать такое же помешала пара подлиз того ушлепка, которые схватили меня за плечи и потащили на улицу. И ведь, что самое забавное — всём в этих длинных и однотипных коридорах школы было абсолютно плевать, что эта толпа собирается буквально смешать с говном обычного мальчишку вроде меня. Впрочем, когда люди не были равнодушны к чужим бедам? Но честно скажу, такое меня задело. И позволило прочувствовать по отношению к этим чмошникам гораздо большее отвращение. — Получай, сука! — без лишних слов этот сопляк зарядил мне в челюсть, когда мы оказались за каким-то сараем со спортивным инвентарём. Подпевалы отошли, позволяя своему боссу разобраться лично. А тот продолжал наседать. Я не часто дрался. Раньше огромный рост и мускулы отпугивали любого подобного типа от меня, поэтому до самой драки доходило лишь пару раз. Поэтому… Подражать Сиуну и корчиться от боли, когда этот урод избивал меня, не пришлось. Я натурально не выдерживал таких ударов. Но я понимал, что по большей части дело было в страхе. Сами удары чувствовались гораздо слабее, чем должны быть по идее. Наверное, за столько времени унижений Сиун просто привык… А раз так, почему бы этим не воспользоваться. Тем более, у меня теперь есть Ки. — Что? — глаза гопника снова стали похожи на блюдца, когда я даже не собирался уворачиваться или закрываться. Я стоял с прямой спиной, смотрел ему прямо в глаза и сдержал его кулак своим лицом. А потом резко схватил за запястье, чтобы тот никуда не удрал и с замаху ударил в челюсть. И в следующую секунду меня забрызгала кровь. — Чем ты вообще думал?! Хан навис надо мной, уперев руки в бок, и натурально рычал. Точнее, упирался в бок он одной лишь рукой — вторая была загипсована и привязана к торсу. Что-то мне подсказывало, что он впутался в передрягу как раз этой ночью, когда спасал меня от воздействия той волшебной таблетки. Мне было даже стыдно видеть этот перелом. — Чем ты вообще думал, когда бил простого человека?! Сихо скромно сидела на своём кресле в уголку, за столом, и бросала в нашу сторону заинтересованные взгляды. Та не имела какого-то права упрекать меня в произошедшем поскольку здесь же был учитель. Именно он нёс ответственность за произошедшее и именно он сейчас должен был провести «воспитательную» беседу. — Ты хоть понимаешь…?! — Хватит! — я рявкнул, прикрыв глаза, и Хан затих, изменившись в лице. Учитель сделал шаг назад и глянул на меня так, словно я какой-то диковинный зверь. — Я терпел этого мудака столько лет. Я молча глотал это всё, надеялся, что ему хватит совести прекратить эти издевательства! Но этого человека нельзя перевоспитать! — мой голос предательски дрожал, я сжал кулаки настолько сильно, что кожа на них лопнула и маленькие капельки крови закапали на белый кафельный пол. — Тем более… Разве вам не наплевать на Чанхо? Вам и на меня то наплевать, главное, чтобы конспирация не страдала! Внезапно по кабинету медсестры разлетелся хлесткий звук удара, а я схватился за разболевшуюся щеку. Хан подошёл к окну, достал сигарету и закурил. — Ещё раз скажешь что-то такое, я тебя убью. По моей коже пробежался табун мурашек. — Мне и правда плевать на того придурка. Но я не хочу видеть, как ты губишь свою жизнь бездумно размахивая кулаками. Слишком хорошо мне это знакомо… — Мальчики, вы же помните, что Чанхо ещё жив? И она была с общем-то права — Чанхо раздробило нижнюю челюсть. После удара он потерял сознание, а по площадке разлетелись брызги густой крови и целая россыпь жёлтых от табака и грязи зубов. Его дружки быстро разбежались в страхе, покрывая меня матом, а потом появился учитель. Жить будет. Пусть ему и придётся несколько месяцев проходить реабилитацию. И мне было совершенно плевать на то, как меня отмазали и что станет с этим ублюдком. — Ага, круто, — отмахнулся от неё Хан и продолжил свою мысль. Сейчас для него этот разговор был важнее, чем судьба какого-то сопляка. — Долг учителя дать ученику навыки и опыт, который он сам заработал за свою жизнь. А этого говна у меня навалом. Поэтому мы начинаем нормальные тренировки. — То есть… — Да. На время забей на школу, бери вещи и иди за мной. Он выбросил недокуренную сигарету в окно, вздохнул и пошёл на выход, даже не удосужив меня взглядом. — Учитель, извините… — Забей. В кабинете остались только я и Сихо. Та до сих пор молчала, и я в целом не хотел говорить. Просто схватил рюкзак и побежал вслед за Ханом.