Чужой дом

Семья Форзанто известные, родовые музыканты. Некоторые даже говорят, что они заключили сделку с дьяволом. Возможно, это действительно так. — Все твои концерты на этот год отменены, пока у тебя не вырастут руки из правильного места! — высокий, статный мужчина средних лет стоял, скрестив руки на груди. — Иди и позорь наше имя. — Да, — Лиам стиснул зубы, вышел из кабинета. Громкий стук мужских туфель о мраморный пол эхом разносился по дому. Дом — это золотая клетка для меня, Виктории, мамы. Единственный, кто может её открыть, это мой приёмный отец. Горе этой семьи в эгоистичном, высокомерном старике. Его жена после рождения Виктории сильно заболела и она больше не может иметь детей. Но семье Форзонто нужен наследник! И гонимый неутолимым желанием он взял младенца из бедного сиротского приюта.

***

Мне было одиннадцать лет, была весна. Другие мальчишки после школы собирались на пустыре и играли в футбол, строили шалаши, хватали цветущие ветки абрикоса, чтобы сорвать самые вкусные и спелые плоды. Нежные лепестки падали на землю. Их участь быть растоптанными ногами мальчишек. — Лиам Форзонто! — жёсткий удар тонким, кожаным прутом по спине. — Не летай в облаках! Только боль и упорный труд сделают из тебя человека! — Да, — рыжий мальчик, стиснув зубы, продолжил играть на скрипке. Уже под ночь я приходил в комнату и отрывал одежду, присохшую к телу из-за крови.

***

Я должен быть рад, что попал на солнечную ветку, но это солнце сжигает меня. Когда идёт дождь, он поёт мне о тёплом и родном месте, смывая всю скопившуюся боль. Декарабиа напоминает мне радугу после дождя. Не родное и что-то совершенно новое, светлое. Она помогает мне жить под палящим солнцем. Прочитывая сотую книгу, я так и ничего не нашёл. Её сердце ещё у меня, но оно бесполезно! Пустая стекляшка! Из кабинета отца я шёл через сад. Свежий воздух хорошо проветривает голову. Среди цветов на инвалидной коляске сидела женщина, её везла сиделка. Увидев Лиама, её глаза загорелись. — Здравствуйте, господин Лиам. — Здравствуй, Анджоли, как мама? Девушка на секунду замялась и кинула презрительный взгляд на женщину. — Всё хорошо, можете не переживать, — она улыбнулась, обращаясь к ко мне. — Мама, тебе нравится сад? — я сел на корточки перед ней. После болезни она стала тенью самой себя. Чёрные волосы спускались до колен, чёлка закрывала изнемождённое лицо. Худые пальцы крепко держались за коляску. — Молчит, — тихо сказала Анджоли. Ветер сорвал слабые листики с дерева и унёс их в небо. Мама отпустила подлокотники, потянувшись за ними на небо. — Да, сегодня хорошая погода. — Вы её понимаете? — Не совсем, просто говорю то, что хотел бы от неё услышать. Ладно, я пойду. Когда Лиам уходил, женщина потянула к нему руку. Фигура парня была всё дальше, пока совсем не скрылась среди цветов. — Не понимаю, почему вас всё ещё здесь держат, — Анджоли развернула коляску и продолжила прогулку.

***

Уже глубокой ночью, просиживая ещё один день в библиотеке, я увидел тонкую, похожую на обычную тетрадь книгу «Общие исследования о демонах» Боренже Абигейла. — «…Демоны связаны со своим сердцем энергетическими нитями…», «…её можно увидеть и даже потрогать с помощью заклинания…». — Вот оно!