Кали, Одиннадцать и подростковый суицид

В финале пятого сезона «Очень странных дел» многие фанаты так или иначе ожидали, что Одиннадцать может героически погибнуть в битве с Векной. Причины тому были разные: кто-то считал, что Одиннадцать на неком эзотерическом уровне глубоко связана с Векной и лишь ее гибель способна убить Векну; кто-то полагал, что девушка умрет, потому что должен же кто-нибудь из главных героев лишиться жизни в конце сериала. Однако никто и не думал, что Одиннадцать решит совершить самопожертвование из-за наущений ее «сестры» Кали, дескать, если кто-то из лабораторных «супердетей» с их особенной кровью останется в живых, то цикл насилия никогда не закончится, потому что рано или поздно до них снова доберутся ученые/военные/другие и над ними снова начнутся эксперименты, в т.ч. и по созданию новых «супердетей». Оставим в стороне вопрос насколько этичным было прописывать такой безысходной нарратив для героини, которая с раннего возраста подвергалась жестокому обращению, изоляции, преследованию, пыткам и т.д. Оставим в стороне и все пост-сериальные интервью с создателями про ушедшую магию детства и закольцовку с концом первым сезоном. Сериал закончен, герои дописаны, а, значит, можно спокойно анализировать их действия и мотивы. А анализировать таки есть что, поскольку самопожертвование Одиннадцать стало шоком для многих фанатов. Зачем она это сделала? Был ли это акт героизма или Кали просто промыла ей мозги? Могли ли быть другие пути решения ситуации? Впрочем, среди объяснений и разборов есть один фактор, который по какой-то причине совсем не учитывается в данном дискурсе, а именно – возраст героинь. На момент финала Одиннадцать около 16 лет, Кали – плюс-минус столько же (судя по воспоминания и их встречи во втором сезоне). По всем юридическим, физиологическим и социальным аспектам обе считаются подростками в самом расцвете подросточества (в том числе в США 1980-х). Данный период жизни, полный гормональной перестройки всего организма, небыстрого развития определенных частей головного мозга (отвечающих за эмоциональное регулирование), изменения в росте и весе, сильно влияет на психику. Подростки могут быть агрессивными, непоследовательными, не признавать авторитетов в лице взрослых и считать, что всё знают лучше всех (не в обиду подросткам – автор и сам проходил через всё вышеописанное в своем далеком подростковом возрасте). А еще они могут принимать крайне максималистские решения. Под таковые попадают и решения, граничащие между жизнью и смертью, в т.ч. безрассудный героизм (о нем мы поговорим ниже) и суицидальные порывы. Говоря про суицидальные мысли у подростков, далеко не всегда они связаны с ранней депрессией или зарождающимся психическим расстройством, например, депрессией, биполярным аффективных расстройством и пограничным расстройством личности. На подростков могут влиять сильные эмоциональные переживания, с которыми они просто еще не знают, как справляться, например, тяжелые чувства от расставания с первой любовью, завал экзаменов, развод родителей и т.д. Вспомним классический пример – Ромео и Джульетта будучи в возрасте героев «Очень странных дел» (о чем почему-то читатели единодушно забывают) в порыве беспросветного отчаяния совершают двойное самоубийство, хотя у обоих были все шансы остаться в живых, если бы они не поддались первичному порыву к мортидо.  На долю же наших героинь выпали испытания куда труднее, чем проблемы с экзаменами, ведь на их плечи буквально сначала ложится задача первичного выживания во враждебной, нечеловеческой по условиям среде, а потом и вовсе спасения всего мира от хтонических монстров. При этом межличностные проблемы тоже никуда не деваются: вот Кали собирает себе семью из сомнительных взрослых преступников, а Одиннадцать то и дело запутывается в отношениях с Майком и попадает под школьный буллинг в Калифорнии. Словом, поводов для тяжелых эмоций, ведущих к пара- и суицидальному поведению, достаточно. Развивая тему про непонимание, как справляться с эмоциональными переживаниями, отмечу и отсутствие у подростков в принципе большего жизненного опыта как такового (из-за малого возраста и малой ориентированности в работе реального мира) и возможности увидеть альтернативные пути жизни. Всё те же заваленные вступительные экзамены могут восприниматься как конец света, порушенная жизнь. Невозможность быстро достичь карьерных вершин может максималистски ощущаться фатальным застреванием на месте. Многие события переживаются как поворотные точки в жизни, как «всё или ничего», и если что-то не получается, то не получится никогда. Кроме того, сама семья, школа, общество в 1980-е годы предлагали подросткам довольно ограниченный выбор своего личного будущего: девочкам – заботливая многодетная мать, мальчикам – строгий карьерный путь либо свой микро-бизнес неподалеку (желательно перед этим всё же окончить университет). Отступ от предписанного шаблона, тем более в таком маленьком, провинциальном городке как Хоукинс (типичные е#еня поселка городского типа где-то на окраине Саратовской области в русском эквиваленте) воспринимался как вызов общественным нормам, за который в лучшем случае могли громко осуждать (вспомните, какому обращению подвергался Уилл в раннем отрочестве только за то, что был более чувствительным, чем другие мальчики), в худшем же – и вовсе устроить показательное линчевание (как в случае с Эдди, на которого во многом ополчились без суда и следствия лишь потому, что он слишком выделялся в обществе). Всё это так или иначе будет давить на Кали и Одиннадцать, даже если те сознательно или бессознательно идут против заложенных обществом устоев. В том числе через тот самый вышеупомянутый безрассудный героизм, который на деле оказывается напрямую связан с суицидальностью. Скажу больше: героизм подобного размаха, как в «Очень странных делах», есть поощряемое обществом легальное самоубийство. Одиннадцать считает, что своей смертью спасает мир и сотни, тысячи других людей от участи, подобной её, но на деле она точно так же попадает под общественную идею самопожертвования во благо, как жители Хоукинса поддаются коллективной паранойей по satanic panic. Остается лишь помножить одобряемый героизм на подростковый возраст и неопытность, и вот они причины, побудившие Одиннадцать таки согласиться на предложение Кали. Могла ли она не соглашаться? Возможно, поговори с ней кто-то другой вместо Хоппера (например, Макс или Уилл), мы бы получили совсем другой финал. Но, как известно, история, в нашем случае сериальная, сослагательного наклонения не терпит. Что, конечно, невыносимо грустно.