Часть 1 "Всего неделя"

      Окно открывает вид на городскую, полную огней ночь. Так и хочется прыгнуть в него, распахнуть крылья и полететь над ночным пейзажем. Но нет, мешает решётка и пара глаз в очках, что пристально следят за пациентом. Вот снова очки сверкнули в свете лампы, что мягко светила на книгу, которая находилась в руках смотрителя. Затем очки немного приспустились под воздействием пальцем, которые потёрли переносицу и вернули очки на место. — Почему опять не спишь? — голос с отголоском стали в нём оглушил пациента, что уже привык к многочасовой тишине, нарушающейся лишь шелестом страниц. — Не могу. Хочу, но не могу. — мальчик перевернулся со спины на бок, натянув на себя побольше одеяла. — Мне позвать врача? — Не стоит. Всё правда в порядке. — мальчик взгляжом уткнулся в тумбочку, думая, как сбежать из этого дурдома. Ведь он нормальный, зачем его здесь держат? — Когда меня выпустят? — Когда крылья исчезнут. Это уже скоро случится. Главное принимать таблетки. — Но они невкусные! И что с моими крыльями не так? — начинается очередная истерика. Дежурный отложил книгу, встал, подошёл к кровати и погладил пациента по его цвета морской волны волосам. — Просто таких как ты, с крыльями, очень мало. Большинство живет без них. — Разве крылья — это плохо? Как без них живут? — мальчик повернул голову в сторону смотрителя. — Крылья — не совсем нормально. А живут без них как я. Как обычные люди. — То есть я буду, как ты? Без крыльев, ходить, читать книги, да? — мальчик слегка поджал крылья, приподнял их и перевернулся на спину. — Но это же скучно! Разве тебе не хочется полетать, посмотреть на город с птичьего полёта? Увидеть снег до того, как прохожий воскликнет «Снег!»? — активно размахивал руками пациент. — Я уже давно смирился с этим. — То есть хотел? — встрепенув крылья и присев в кровати, спросил младший, весь горя энтузиазмом. — Да. Но сейчас нет. — Так захоти снова, а когда вырастут крылья — ты полетишь смотреть на город! — радостный возглас эхом отразился от стен. — Если бы я только мог. — Так загадай это на Новый год! И желание обязательно сбудется! — детская наивность так и светилась в этих юных глазах. — Хах, ладно, загадаю. А тебе уже спать пора. — смотритель взял одеяло, что улетело куда-то на пол, вструхнул его и накрыл им мальчика. — Спокойной ночи. — Тебе тоже спокойной ночи! — мальчишка укутался в одеяло поудобнее и закрыл глаза в очередной попытке уснуть.

***

      Мягкие шаги раздавались в серых коридорах. Почти неслышно шелестела кипа бумаг в руке врача. Ночь уже давно окутала город, многие спали в уюте, в предверии праздника. Свет гирлянд светил неспящим в окна, радуя, придавая торжественное настроение. Многие заведения уже закрылись, витрины отражали темноту улиц. Снег легкими хлопьями аккуратно ложился на ос ывшую землю. Облака неспшено плыли по тёмно-сине у небу, иней рисовал на окнах причудливые узоры, в которых каждый утром увидит что-то своё. Ну или днём.       Больница, имеющая огромное значение для всей страны, кишила смотрителями и врачами. Они, как муравьи, бегали с этажа на этаж, из кабинета в кабинет, перебегая с лестницы на лестницу. Всё шло строго по расписанию, никто не выбивался. Все знали куда идут, зачем, куда пойдут потом, какая бумажка в огромной папке говорит о том или ином пациенте, какая таблетка в кармане лечит бессонницу, а какая от головной боли. — Гарх, Куромаку! Почему Ваш пациент единственный, кто не может сбросить эти дурацкие крылья?! — бумаги ударом приземлились на стол и разлетелись по полу. — Все его сверстники уже выписались несколько месяцев назад! — Но он всё никак не может переста- — начал оправдываться смотритель, как несколько бумаг, оставшиеся на столе, полетели прямо в него. — Молчать! Мне нужен результат, а не Ваши глупые оправдания! Даю Вам неделю. На этом всё. Подите прочь! — главврач, отвернувшись от смотрителя на стуле, приставил руку ко лбу. — Уже голова уже болит от вас всех.       Дверь хлопнула. Пепельноволосый мужчина встал в коридоре, подныл взгляд к потолку, надеясь увидеть там хоть какое-то спасение, но опускает голову и глубокого вздыхает. Ведь всего за неделю провести лечение нереально. Да на вряд ли ещё этот мальчик сможет отказаться от своих мечт. Ведь всё лечение заключается в том, что когда окрылённый потеряет надежду на полёт, то крылья станут ему ненужны и отпадут. — Придется очень постараться. — еще раз вздохнул Куро, прежде чем направиться в свою каморку.       За небольшой железной дверью смотрителя встретили одинокая кровать, письменный стол, шкаф и лунный свет, просачивающийся из окна. Что ж, не привыкать, как во времена Пушкинского лицея. Закрыв дверь и свалившись на жёсткую кровать, что жутко заскрипела, мужчина, окружённый тёмными стенами, уснул, размышляя о невыполнимой задаче.